Парадоксальным является то, что сама природа и критерии происхождения указанной цифры являются совершенно неясными. Но подобная оценка общей численности личного состава группы армий «Центр» даже без учета 3-й танковой группы Г. Гота, вошедшей в официальные научные издания, требует либо дополнительных комментариев, либо серьезных перерасчетов.
Дело в том, что если общая численность советских войск Западного Особого военного округа по данным М.И. Мельтюхова (с учетом пограничных войск НКВД, стрелковых дивизий 11-й армии соседнего ПрибВО, противостоящих в приграничной полосе 3-й танковой группе Г. Гота до ее поворота на Минск, а также выдвигающихся дивизий из внутренних округов) насчитывала 791 тыс. чел., объединенных в 54 дивизионных эквивалента, то общая численность группы армий «Центр», оцениваемая в отечественной историографии, как правило, от 50 [3, с. 19] до 51,5 [13, с. 480] дивизионных эквивалентов Количество расчетных дивизий по группе армий «Центр» колеблется от 50 до 51,5 в силу того, что могут учитываться, либо, наоборот, не учитываться в качестве расчетных дивизий некоторые формирования (максимальной цифры в 51,5 дивизионный эквивалент придерживается в отечественной историографии, в основном, М.И. Мельтюхов)., но с учетом отмобилизованности ее соединений по штатам военного времени должна серьезно превышать численность противостоящих им советских войск.
Так, например, штатная численность пехотной Большую часть армий времен Второй мировой войны составляли пехотные (стрелковые) дивизии. Комплектование танковых и моторизованных дивизий (отличающихся гораздо большей огневой мощью и, главное, подвижностью) обходилось дороже, и они составляли меньшую часть армий тех времен. дивизии вермахта образца 1941 г. составляла 16 859 чел. личного состава [8, с. 228], что несколько превышало даже полностью отмобилизованную стрелковую дивизию РККА численностью 14 483 чел. [8, с. 228]. При этом реально в июне 1941 г. средняя численность стрелковой дивизии ЗапО- ВО составляла только 9327 чел. или 64% от штата [Там же, с. 229]. Аналогичная картина с серьезным некомплектом личного состава наблюдалась и в танковых, моторизованных, кавалерийских дивизиях РККА.
Таким образом, даже если в составе группы армий «Центр» не учитывать 3-ю танковую группу в Прибалтике в составе 11 дивизий, то оставшиеся соединения группы армий «Центр» все равно никак не могут насчитывать всего 634 тыс. чел. личного состава при использовании одинаковых критериев подсчета как для советской, так и немецкой сторон.
В данном случае стоит также оговориться, что подобный вариант расчета (без состава 3-й танковой группы) потенциально мог бы быть оправдан только в случае полной переориентации 3-й танковой группы с московского на северо-западное направление, чего не случилось в действительности.
Подобные противоречия в сравнении численности личного состава противоборствующих сторон на советско-германском фронте становятся возможными за счет различных критериев подсчета, а также серьезных организационно-структурных различий как вермахта, так и РККА.
В целом, столь явно искаженное (и зачастую удобное для фальсификации истории) соотношение численности личного состава противоборствующих сторон может достигаться следующими, наиболее распространенными методами.
1. В составе немецких войск зачастую учитываются только сухопутные войска, организационно находящиеся в подчинении Верховного командования сухопутных сил вермахта (нем. Oberkommando des Heeres (OKH) - ОКХ). В то же время военно-воздушные силы Германии (Luftwaffe) были достаточно многочисленными и включали в себя не только непосредственно авиацию, но также зенитно-артиллерийские и парашютно-десантные части, части охраны аэродромов и иные службы. Так, например (по наиболее высоким оценкам советской историографии), при общей численности немецкой (без учета союзников) группировки, выделенной для нападения на СССР в 4,6 млн чел., в сухопутных войсках находилось 3,3 млн чел., в военно-воздушных силах и войсках ПВО - 1,2 млн чел. и, соответственно, в военно-морском флоте - 100 тыс. [12, с. 21]. При этом многочисленные факты использования личного состава военно-воздушных сил Германии в сухопутных сражениях широко освещены в разнообразной военно-исторической литературе (знаменитые 88-миллиметровые зенитные орудия FlaK 18/36/37 часто использовались не только как средство прикрытия с воздуха, но и как средство противотанковой обороны или, в некоторых случаях, даже для подавления огневых точек противника). Например, при штурме Восточного форта Брестской крепости 28 июня 1941 г., по признанию командующего 45-й пехотной дивизией генерал-майора Ф. Шлиппера, «оставался безуспешным обстрел из 8,8-см зенитного орудия» [2, с. 388].
Здесь необходимо оговориться, что авторы «брежневского» 12-томника (1975 г.) [12, с. 21] также рассчитывали свои данные по данным Б. Мюллер-Гиллебрандта, точнее, просто скопировали оттуда. Он указал численность немецких сухопутных войск в 3,3 млн чел., предназначенных для войны на Востоке, эти цифры были указана автором именно в таком контексте. Стоит отметить, что в военном дневнике Ф. Гальде- ра наблюдается также интересная интерпретация: в первые дни войны им регулярно упоминается общая численность сухопутных войск в 2,5 млн чел. [7, с. 50], далее это число Стоит отметить, что первоначальная цифра в 2,5 млн чел. упоминается и в работе В. Fugate «Operation Barbarossa» [22, с. 96]. возрастает до 3,35 млн чел. [Там же, с. 132]. Можно предположить, что Гальдер в начале не учитывал дивизии из резерва ОКХ и, возможно, резервов групп армий до их отправки на фронт.
С другой стороны, Б. Мюллер-Гиллебрандт, указывая общую численность личного состава немецких ВВС в 1,68 млн чел. [15, с. 263], не приводит их численность, предназначенную для действий на Восточном фронте, и поэтому происхождение цифры в 1,2 млн чел. (т.е. 71,4% от общей численности немецких ВВС) в советской историографии также является не совсем ясным, и, вполне возможно, что это число является серьезно завышенным. Это связано с тем обстоятельством, что немецкое военное и политическое руководство, несмотря на длительное отсутствие второго фронта в Европе, все равно уделяло серьезное внимание противовоздушной обороне как самого Рейха, так и покоренных территорий. Более того, в самой Директиве № 21 (плане «Барбаросса») отмечалось, что основной задачей военно-воздушных сил является «высвободить такие силы для поддержки сухопутных войск при проведении Восточной кампании, чтобы можно было рассчитывать на быстрое завершение наземных операций и, вместе с тем, ограничить до минимума разрушение восточных областей Германии вражеской авиацией. Однако эта концентрация усилий ВВС на Востоке должна быть ограничена требованием, чтобы все театры военных действий и районы размещения нашей военной промышленности были надежно прикрыты от налетов авиации противника и наступательные действия против
Англии, особенно против ее морских коммуникаций, отнюдь не ослабевали» [9, с. 150].
Поэтому многие современные авторы, ссылаясь на 4-й и 5-й тома немецкой энциклопедии «Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg» («Германский Рейх и Вторая мировая война») [20; 21], приводят данные о том, что для войны на восточном фронте из состава ВВС Германии было выделено только лишь 650 тыс. человек [14, с. 357]. В данном случае заметно снижается и общая численность немецкой группировки, предназначенной для действий в летне-осенней кампании 1941 г., поэтому и оценка численности всей группировки вторжения (с учетом союзников Германии) советскими историками в начале 1960-х гг. в 5 млн чел. (вместо 5,5 млн в 1970-е гг.) выглядит гораздо более обоснованной [3, с. 20].
2. Другой наиболее распространенной манипуляцией может являться учет в заранее очерченных границах сухопутных войск только боевого состава. К боевому составу (Gefechtstarke) в вермахте относились только военнослужащие родов войск (пехота, артиллерия, бронетанковые, инженерные, резервные или запасные части и подразделения), которые участвовали в боевых действиях. Сюда не входил личный состав подразделений обслуживания (тыловые, транспортные и ремонтные).
С учетом этих обстоятельств можно попытаться общую численность немецких сухопутных войск (3,3 млн человек) и военно-воздушных сил (хотя бы даже по минимальной их оценке в 650 тыс. человек) разделить на количество дивизионных эквивалентов, выделенных для нападения на СССР (наиболее распространенной в отечественной историографии является оценка их количества в 153 единицы [12, с. 21] (или, по данным М.И. Мельтюхова - 155 [14, с. 356])) и получить цифру в 25 816 человек (или, при делении на 155, - 25 483), которые использовались для обеспечения боевых действий и прикрытия с воздуха на каждую из расчетных дивизий вермахта. При умножении этих цифр на 50 или 51,5 дивизий группы армий «Центр» получаются цифры порядка 1,290-1,312 млн чел. Дело в том, что классическая советская историография оценивала численность ГА «Центр» чаще всего в 50 расчетных дивизий и общее их количество, выделенное для нападения на СССР (только немецких, без учета союзников Германии), - в 153 единицы. М.И. Мельтюхов общее количество расчетных дивизий увеличил до 155 в составе всей немецкой группировки и, соответственно, в ГА «Центр» до 51,5. Это было достигнуто за счет того, что некоторые формирования немецкой армии им учитывались именно в качестве дивизионных эквивалентов. Соответственно, цифра 25 816 умножалась нами на 50, а 25 483 - на 51,5. Естественно, этот метод очень не точный и данные цифры являются в значительной степени искаженными. В первую очередь, по той причине, что большая часть личного состава как
ВВС Германии, предназначенного для военных действий на Востоке, так и иных внедивизионных частей и подразделений концентрировалась в полосе первого стратегического эшелона. Соответственно, на немецкие дивизии, находящиеся в резерве ОКХ до их выдвижения на фронт, приходилось гораздо меньшее количество личного состава. Но данный метод все равно позволяет хотя бы приблизительно судить о порядке сравниваемых величин.
С другой стороны, в современной отечественной историографии существуют и более высокие (чем в 634 тыс. человек без 3-й танковой группы) оценки численности личного состава группы армий «Центр».
Парадоксально, но в той же самой 12-томной энциклопедии «Великая Отечественная война 1941-1945 годов...» (2015 г.) в сводной таблице по всем группам армий и приграничным округам численность ГА «Центр» без 3-й танковой группы оценивается в 890 тыс. человек (очевидно, что с 3-й танковой группой предполагается масштаб цифр гораздо более 1 миллиона) [6, с. 501-502], в отличие от раздела, посвященного непосредственно катастрофе западного фронта [Там же, с. 593] (где, как мы уже говорили, указана численность ГА «Центр» без той же самой 3-й танковой группы всего в 634 тыс. человек, и на которую в первую очередь было обращено наше внимание). Так что налицо серьезное разногласие внутри одной и той же книги.
Необходимо добавить, что противоречие цифр в отношении численности ГА «Центр» внутри 4-го тома фундаментальной многотомной энциклопедии «Великая Отечественная война 1941-1945 годов» (2015 г.) инициировало проведение нами перепроверки данных по соседним приграничным округам и группировкам вторжения на других направлениях. В результате было выявлено, что данные сводной таблицы раздела «СССР накануне нападения Германии» [Там же, с. 501-502] сильно противоречат данным (причем практически по всем показателям боевого и численного состава сторон), используемым в разделе «Вступление советского народа в борьбу с агрессором». Таким образом, представляется крайне необходимым внесение исправлений в последующие тиражи данного труда с целью устранения внутренних разногласий.
А.И. Исаев в своей монографии «Неизвестный 1941. Остановленный блицкриг» отмечает (к сожалению, без ссылки на какие-либо архивные источники), что, «согласно данным о среднемесячной численности, подчиненные группе армий “Центр” объединения в июне 1941 г. насчитывали:
3-я танковая группа -- 130 657 чел.;
9-я армия -- 382 273 чел.;
4-я армия -- 490 989 чел.;
2-я танковая группа -- 181 752 чел.
Таким образом, численность группы армий “Центр” перед нападением на СССР приближалась к цифре в 1,2 млн человек. Это было мощное объединение, способное решать самые сложные задачи» [11, с. 33-34]. В данном случае автор учел совокупную численность немецких полевых армий и танковых групп, которую он, очевидно, смог получить из недоступных ранее архивов (130 657 + 382 273 + 490 989 + 181 752 = 1,185671 млн человек), но, скорее всего, он не смог из-за недостатка информации упомянуть части, находящиеся в подчинении группы армий (чаще всего в данную категорию попадают инженерные, железнодорожные, охранные войска и т.д.).
Но еще заметно большую численность личного состава группы армий «Центр» в 1,453200-1,455900 млн чел. [13, с. 480; 14, с. 360] дает уже упомянутый нами М.И. Мельтюхов, оценивая численность немецких войск по весьма оригинальной методике. Суть ее состоит в том, что он, с одной стороны, сначала рассчитывает численность немецких группировок по штатной численности дивизий, подразумевая, что по состоянию 22 июня 1941 г. они были близки к 100% укомплектованности. А затем, исходя из общей численности сухопутных войск и люфтваффе (которая, естественно, серьезно превышает совокупную численность личного состава, входящего только в состав дивизий), вводит коэффициенты для учета внедивизионных частей и подразделений. Конечно, этот метод может иметь значительные погрешности. Во-первых, не все немецкие части могли быть укомплектованы строго на 100% от их штатной численности. А во-вторых, необходимо учитывать еще и то обстоятельство, что войска группы армий «Центр» наносили удар на главном для всей восточной кампании московском стратегическом направлении и, скорее всего, в их составе действовал значительно больший процент войск, не входящих в состав дивизий, чем в соседних группах армий «Север» и «Юг» (очевидно, что сразу две танковые группы Г. Гота и Г. Гудериана предъявляли значительно большие требования к обеспечению коммуникаций и снабжению).