титься к ленинской концепции национально-колониальной революции, сформулированной в решениях II и IV конгрессов Коминтерна. Подчеркнув исключительное значение широкого антиимпериалистического фронта в колониальных и полуколониальных странах в связи с усилившейся империалистической экспансией, VII конгресс Коминтерна призвал коммунистические партии этих стран по-новому подойти к политике единого фронта.
Однако в это время руководство КПК фактически потеряло связи с Коминтерном, было занято прежде всего фракционной борьбой, не видело принципиального изменения политической ситуации в Китае. Инициативу выработки нового курса КПК в этих условиях взяли на себя Коминтерн и делегация КПК в Коминтерне во главе с Ван Мином. Уже во время работы конгресса — 1 августа — от имени КПК делегация публикует обращение «Ко всему народу Китая об отпоре Японии и спасении родины», знаменовавшее собой начало поворота КПК к политике единого антиимпериалистического фронта. Впервые КПК обращается ко всем политическим партиям и группировкам с призывом прекратить гражданскую войну и объединить силы для отпора японской агрессии. В развитие этого документа и в связи с нарастанием японского давления в Северном Китае делегация КПК от имени партии и Красной армии публикует 25 ноября 1935 г. еще два воззвания ко всем политическим и военным руководителям Китая, включая и Чан Кайши. И хотя в этих первых документах КПК, написанных в Москве, лозунги советского движения еще не пересматриваются, они уже продиктованы не логикой гражданской войны, а логикой борьбы за национальное освобождение. Поэтому политические предложения этих документов, направленные на постепенное достижение национального сплочения, которые сами по себе могут рассматриваться лишь как небольшие тактические изменения, в более широком историческом контексте вели к изменению политической стратегии КПК.
Эти политические выступления КПК были замечены в гоминьдановском Китае, нашли отклик в китайской печати, способствовали росту антиимпериалистических настроений. Для пропаганды нового курса делегация КПК с помощью ИККИ начинает издавать и распространять в Китае партийный орган — газету «Цзюго бао» («Спасение родины»), антиимпериалистические листовки, прокламации, брошюры. Коминтерн направляет в Китай китайских участников VII конгресса, а также китайских коммунистов и комсомольцев, обучавшихся в Москве. В условиях изоляции руководства КПК в окраинном районе страны, разрыва связей между местными парторганизациями эта деятельность делегации КПК в
521
Коминтерне, помощь Коминтерна послужили первоначальным импульсом возобновления активной политической деятельности коммунистов в крупных городах, включения в общенациональную борьбу, пересмотра методов политической работы в новых условиях.
Борьба за единый национальный фронт
Важным условием складывания единого национального фронта стало нарастание патриотических выступлений китайской общественности, застрельщиком которых, как не раз было в истории Китая, выступила студенческая молодежь. 9 декабря 1935 г. в Пекине состоялась многотысячная студенческая демонстрация под антияпонскими лозунгами. В последующие дни студенческие патриотические демонстрации прокатились по всем крупным городам страны. «Движение 9 декабря» сыграло огромную роль в активизации борьбы китайской общественности за организацию отпора японским агрессорам, за сплочение китайской нации. Ведущую роль в организации этих патриотических выступлений играли городские организации КПК, такие видные коммунисты, как Лю Шаоци, Пэн Чжэнь, Юй Цивэй. Наибольшую активность проявили парторганизации Пекина, Тяньцзиня, Циндао, руководимые Северным бюро ЦК КПК, стремившимся претворить в жизнь концепцию единого антиимпериалистического фронта, выдвинутую VII конгрессом Коминтерна. Постепенно именно крупные города делаются основными центрами патриотической борьбы. Здесь создаются организации национального спасения, объединяющие широкие общественные крути. В июне 1936 г. состоялась общенациональная конференция, на которой была создана «Всекитайская ассоциация организаций национального спасения». В следующем месяце был создан Союз китайских работников литературы и искусства, возглавлявшийся Лу Синем и ставивший задачи объединения интеллигенции на платформе антиимпериалистической борьбы. Патриотическое движение китайской интеллигенции имело большое значение для изменения политической атмосферы в стране, для превращения патриотических настроений в мощную политическую силу.
Политические реальности середины 30-х гг. — усиление японской агрессии и подъем патриотического движения — вели к постепенному изменению и политических позиций нанкинского правительства. Наглые требования японского империализма и нежелание западных держав поддержать правительство Чан Кайши заставляют его искать путей сближения с СССР. Уже в конце 1934 и в начале 1935 г. по дипломатическим каналам в Нанкине,
522
Москве, Лондоне Чан Кайши неофициально (не ставя в известность главу правительства Ван Цзинвэя) зондирует возможность улучшения двусторонних отношений. Заняв пост главы правительства, Чан Кайши активизирует китайско-советские переговоры.
На этих переговорах в 1935—1936 гг. советская сторона не могла не поставить вопроса о прекращении гражданской войны. Вместе с тем Советское правительство заявило, что оно не будет играть никакой посреднической роли и что Чан Кайши сам может найти пути примирения с КПК. И хотя Чан Кайши полагал возможным полностью ликвидировать вооруженные силы КПК, окруженные в северо-западном углу страны, он, понимая, что без военно-политической поддержки СССР не сможет оказать сопротивления японским домогательствам, был вынужден пойти на переговоры с КПК.
Первый контакт Чан Кайши с руководителем КПК Ван Мином был установлен через китайского военного атташе в Москве в начале 1936 г. Затем эти переговоры были перенесены в Китай, где в них принимали участие Чжоу Эньлай и Пань Ханьнянь со стороны КПК и Чжан Цюнь и Чэнь Лифу со стороны Гоминьдана. В ходе этих переговоров постепенно прояснились условия компромисса, выдвигаемые Гоминьданом. Они сводились к признанию КПК трех народных принципов Сунь Ятсена, реорганизации Красной армии в одно из соединений НРА, реорганизации Советов в местную администрацию.
Позиция руководства КПК по вопросу единого фронта была противоречивой. Продолжавшаяся фракционная борьба в КПК затрудняла приспособление к новым политическим условиям. Материалы VII конгресса Коминтерна дошли до руководства КПК северной Шэньси только к концу 1935 г. Ознакомившись с этими материалами, политбюро ЦК КПК 25 декабря провозглашает курс на создание широкого единого антияпонского фронта. Однако из этого фронта исключалась группировка Чан Кайши, которая рассматривалась наряду с японским империализмом в качестве главного врага китайского народа. Эти политические недальновидность и непоследовательность проявились не только в политических заявлениях, но и в военно-политических действиях. Так, в феврале—апреле 1936 г. по инициативе Мао Цзэдуна Красная армия предприняла под лозунгом «отпора японским захватчикам» наступление против войск Янь Сишаня в пров. Шаньси (так называемый «Восточный поход»). Нанкинское правительство поддержало генерала Янь Сишаня, наступление было разгромлено, советский район в Шэньси оказался в критическом положении. Все это вынудило Мао Цзэдуна в мае 1936 г. предложить нанкинскому правительству прекратить гражданскую войну
523
и объединить силы для отпора Японии. Однако, когда летом 1936 г. под предлогом продвижения на север для борьбы с Японией выступила юго-западная группировка милитаристов, руководство КПК фактически поддержало эту милитаристскую акцию, заявив, что «...война против японских захватчиков неотделима от войны против Чан Кайши».
Все это заставило Коминтерн летом 1936 г. рекомендовать руководству КПК решительно пересмотреть установку на одновременную борьбу против Гоминьдана и японских захватчиков и тем самым от тактического маневрирования перейти к изменению политической стратегии. В соответствии с этими рекомендациями ЦК КПК 25 августа 1936 г. опубликовал открытое письмо к Гоминьдану, в котором выражалась готовность к воссозданию единого национального фронта двух партий. Этот призыв способствовал расширению и углублению движения за единый антияпонский фронт, сплочению всех патриотов, усилению сопротивления японским домогательствам. Во второй половине 1936 г. в стране складывалась благоприятная политическая обстановка для прекращения гражданской войны, для национального объединения на антиимпериалистической основе. Однако к конце года это развитие оказалось под угрозой полного срыва из-за так называемых «сианьских событий».
В г. Сиане (центр пров. Шэньси) для борьбы с КПК были дислоцированы войска маршала Чжан Сюэляна, отступившие из Маньчжурии, и местные войска генерала Ян Хучэна, во многом настроенные антияпонски и в какой-то мере античанкайшистски. На этой основе представители КПК сумели заключить соглашение с Чжан Сюэляном и Ян Хучэном не только о перемирии, но и фактически о совместной борьбе с Нанкином. В начале декабря 1936 г. Чан Кайши прибыл в Сиань, стремясь полностью восстановить свой контроль над этими армиями. Однако в ночь на 12 декабря он был арестован поднявшими античанкайшистское восстание руководителями северо-западной армии, предполагавшими образовать при поддержке ряда милитаристов правительство, которое вело бы борьбу на два фронта — против японских захватчиков и за свержение нанкинского правительства. Мао Цзэдун и руководство КПК поддержали это выступление и готовились к физической расправе с Чан Кайши.
Эти события вызвали бурную политическую реакцию в Китае. Японофильские элементы в Гоминьдане и правительстве оживились и требовали карательного похода, что могло бы привести к новой вспышке гражданской войны. Патриотические силы выступили за мирное разрешение этого инцидента. Коминтерн и ВКП(б), понимая всю политическую опасность такого развития
524
событий, недвусмысленно выступили за предотвращение новой вспышки гражданской войны и срыва намечавшегося объединения национальных сил. 14 декабря газета «Правда» опубликовала передовую статью, в которой осуждалось сианьское восстание и содержался призыв к мирному разрешению конфликта. 16 и 19 декабря Коминтерн направил в ЦК КПК директивы, в которых подчеркивалось, что выступление Чжан Сюэляна «...объективно может повредить сплочению сил китайского народа в единый антияпонский фронт и поощрить японскую агрессию» и что Коминтерн придает «...исключительное значение мирному разрешению сианьских событий». Эта четкая позиция Коминтерна и Советского Союза помогла руководству КПК пересмотреть свое отношение к этому восстанию, помогла участникам конфликта принять разумное решение. 25 декабря Чан Кайши был освобожден.
После мирного разрешения этого опасного конфликта военные действия между нанкинскими войсками и Красной армией больше не возобновлялись, начался новый тур переговоров. В апреле 1937 г. в г. Яньань (север. пров. Шэньси) для переговоров прибыл видный деятель Гоминьдана Чжан Цюнь. В июне для встречи с Чан Кайши в Нанкин направилась делегация КПК во главе с Чжоу Эньлаем. Успеху этих переговоров способствовало предложение Москвы Чан Кайши заключить договор о дружбе, а также военно-техническое соглашение, предусматривавшее поставку современной военной техники, кредиты и т.п.
В ходе переговоров было достигнуто неофициальное соглашение о прекращении гражданской войны, о реорганизации Советов в органы демократической власти и Красной армии — в воинское соединение НРА, программой сотрудничества провозглашались три народных принципа Сунь Ятсена. Таким образом, к лету 1937 г. не только была прекращена гражданская война, но и складывались условия для создания широкого единого национального фронта.