Статья: Исследование восприятия прекаризации занятости на рынке труда региона

Для достижения поставленной цели нами были сформулированы исследовательские задачи, в соответствии с которыми были выдвинуты следующие гипотезы.

H 1 Большая часть трудоспособного населения региона сталкивается с факторами прекаризации занятости на постоянной основе.

H2. Среди ключевых факторов и последствий прекаризации опрошенные чаще всего сталкиваются с неуверенностью в том, что будут работать в текущей организации в ближайшие 6 месяцев.

H3. Демографический портер прекария в регионе - это, как правило, человек с высшим образованием, среднего возраста от 30 до 44 лет, относящийся к категории специалиста или руководителя.

H 4. Неустойчиво занятые женщины трудятся преимущественно в сфере услуг, мужчины - в сфере материального производства.

H 5 Прекарии считают, что престижность их работы ниже на рынке труда по сравнению с остальными профессиями.

H6 Прекарии вынуждены работать дольше тех работников, для которые не характерны проявления прекаризации их занятости.

H7. У работников, которые отнесены к категории «прекариат» блокирован доступ к традиционным инструментам профессионального развития, отсутствуют возможности карьерного продвижения.

H 8. Опрошенные работники в большей степени озабочены не нестабильностью заработной платы, а её низкими размерами, не позволяющими комфортно существовать.

H 9. Работодатели, как правило, не воспринимают занятых у них работников в качестве прекариатов и связывают неустойчивость их занятости с временными проблемами, требующими оптимизации деятельности организации.

С целью проверки гипотез нами было проведено аналитико-описательное исследование. Используемые методы сбора данных - интервью с работодателями (опросник включал в себя 13 открытых вопросов), анкетный опрос трудоспособного населения Алтайского края РФ (анкета включала в себя 45 вопросов, а также информационный блок о сути прекаризации занятости). Временной период сбора первичных данных - с июля по сентябрь 2016 года.

В ходе интервью были проведены встречи с 11 работодателями, крупных и средних коммерческих организации различных отраслей (территориально их бизнес должен был находится на территории Алтайского края). Также анкетным опросом было охвачено 389 работников трудоспособного возраста, которые работают на предприятиях Алтайского края. Данная совокупность должна была соответствовать ряду требований - быть трудоспособного возраста, соответствовать генеральной совокупности по ключевым характеристикам (пол, возраст, статус).

Отбор компаний для исследования был основан на обязательном ведении деятельности на территории Алтайского края. Отбор работников для выборочного исследования осуществлялся методом квотной выборки. Выборка двухступенчатая, которая репрезентирует опрашиваемых по полу, возрасту, уровню должности. На первой ступени проводится отбор пула потенциальных опрашиваемых из списков работников организаций, актуальных на момент опроса (в файле xls), с помощью случайной выборки по формуле «СЛУЧМЕЖДУ (0; общее число работников в списке)». На второй ступени выбирается респондент внутри подразделений в соответствии с квотами по полу, возрасту, уровню должности. Ошибка выборки составила 5% (при размере генеральной совокупности на 01.01.2015 г. - 1344,8 тыс. человек). Требуемый размер выборки при указанном размере генеральной совокупности, доверительной вероятности 95%, доверительном интервале 5%, должен составлять не менее 384 респондентов. Таким образом, необходимый объём выборки был достигнут, требования к репрезентативности соблюдены.

В результате анализа информации, выявленной из структурированного интервью и анкетного опроса, нами были получены следующие данные.

Результаты исследования отдельных сторон трудовой деятельности работников в Алтайском крае с точки зрения прекаризации занятости. Начнём с результатов опроса работников предприятий Алтайского края. Распределение по полу среди участников опроса следующее: 162 мужчины и 226 женщин. Минимальный возраст респондентов составил 24 года, а максимальный - 54 года. Средний возраст оказался равным 34 года при среднеквадратичном отклонении в 3 года.

Для определения уровня прекаризации, то есть доли работников, которые считают, что их занятость неустойчива, в анкету нами был включён как прямой вопрос, уточняющий статус занятости у опрашиваемого, так и ряд вопросов, позволяющих идентифицировать выраженность различных аспектов прекаризации занятости и оценить общий уровень (индекс) прекаризации.

Из общей совокупности опрошенных, 23% респондентов отметили, что их трудоустройство не оформлено формально, согласно требованиям законодательства, 34% респондентов, что для их занятости характерна прекаризация в каких-либо проявлениях. Таким образом, субъективно треть опрашиваемых считают, что их занятость является неустойчивой.

Если ориентироваться на общий портрет прекария, который складывается исходя из социально-демографических показателей работников, обозначающих свою занятость как неустойчивую, то таковым является работник с высшим образованием (59%), среднего возраста от 28 до 40 лет включительно (54%), относящийся к категории специалиста или руководителя (58%). Опрос показал, что идентифицирующие себя в качестве прекария занятые женщины трудятся преимущественно в сфере услуг, мужчины - в сфере материального производства и финансовой сфере.

Для определения уровня выраженности прекаризации занятости у опрашиваемых работников был рассчитан общий индекс прекаризации занятости, который складывался из следующих компонентов:

1. Индекс прекаризации по доходу;

2. Индекс прекаризации по надёжности рабочего места;

3. Индекс прекаризации по социальной защищённости;

4. Индекс прекаризации гибкости труда;

5. Индекс прекаризации по возможностям развития;

6. Индекс прекаризации по социальным связям.

Для определения общего индекса прекаризации и его компонентов использовались вопросы №9-27. Нами была разработана методика оценки каждого из обозначенных индексов, в зависимости от выборов вариантов ответов на соответствующие вопросы анкеты. В основу методики оценки были положены факторы и показатели прекаризации занятости, выделенные в работах В.Н. Бобкова ^[15] и О.И. Шкаратан, В.В. Карачаровского, Е.Н. Гасюковой ^[16].

В таблице 1 приведены ключевые показатели общего индекса прекаризации. Чем выше значение индекса, тем в большей степени человек может быть отнесён к категории «прекариат». Нулевое значение означает нижнюю границу включения опрашиваемого в зону прекаризации занятости. Среднее значение общего индекса прекаризации занятости в нашем исследовании составило 0,19, а медианной значение равно -2. Минимальное значение -14, максимальное 26.

Таблица 1. Значение индекса прекаризации занятости опрашиваемых работников, единицы

Таким образом, нами были получены индивидуальные индексы прекаризации по каждому фактору прекаризации, а также общий индекс прекаризации для каждого респондента. Эти показатели позволили определить влияния отдельных аспектов прекаризации на её общий уровень в целом. Корреляция между социально-демографическими характеристиками и индексами прекаризации занятости в явном виде не была обнаружена. Следовательно, данному явлению могут быть подвержены все работники трудоспособного возраста, а выраженность прекаризации занятости работников может быть объяснена прочими факторами, отличными от социально-демографических характеристик работников. Можно сделать предположение, что повышение уровня неустойчивости занятости работников более старшего возраста компенсируется лучшими условиями и гарантиями, которые они накопили к времени опроса.

Результаты оценки влияния общего индекса прекаризации занятости и его составных частей на идентификацию респондента в качестве прекариата приведены в таблице 2.

Если рассматривать составные части общего индекса прекаризации и их связи с восприятием себя в качестве прекариата, то больший вклад у индекса прекаризации по доходу (r=0,34; p<0.02), индекса прекаризации по развитию (r=0,28; p<0.01) и индекса прекаризации гибкости труда (r=0,19; p<0.01). В то же время индекс прекаризации по социальной защищённости и надёжности рабочего места практически не влияют на идентификацию респондентов в качестве прекариатов. Пограничное значение оцениваемых показателей по индексу прекаризации по социальным связям говорит о том, что данный фактор ещё не в полной мере проявляет себя в трудовой сфере, но он уже приближен к пограничному значению.

Таблица 2. Корреляции между индексами прекаризации занятости по факторам

Данные результаты исследования можно трактовать следующим образом: проблемы с заработной платой респондентов, отсутствие возможностей пройти обучение на предприятии, жёсткие рамки формальной занятости оказывают наибольшее влияние на общее восприятие респондентов себя в качестве прекариата, со всеми вытекающими из этого последствиями. Однозначные линейные связи оказались не выражены, но данные опроса позволяют оценить общее влияние факторов на восприятие себя в качестве неустойчиво занятого. Например, для респондентов, работающих в сфере финансов, неустойчивость проявляет себя через отсутствие надёжности рабочего места (r=0,31) и отсутствие гибкости в работе (r=0,21). Значение денежных факторов, размеров доходов, стабильности выплат (r=0,09) не влияет в их случае на ощущение прекаризации своей занятости.

Формы занятости опрошенных работников за последний год

Согласно точкам зрения разных авторов, выраженность прекаризации может зависеть от формы занятости работников, чем более она традиционна, тем большим охватом норм регулирования трудового законодательства она подвержена и значит тем меньше возможности для проявления прекаризации в данном случае. И наоборот, в нестандартных формах занятости возможности прекаризации выражены в большей степени. Именно поэтому в ходе исследования мы попытались оценить влияние форм занятости опрошенных сотрудников на уровень их прекаризации. Для этого в анкету был включён соответствующий вопрос. Распределение ответов на него приведено в таблице 3.

Таблица 3. Распределение ответов на вопрос: «Отметьте подходящий Вам вариант осуществления трудовой деятельности за последний год»

Как показало исследование, около 1/4 респондентов заняты без официального трудоустройства (23% респондентов), что в целом коррелирует с оценками учёных уровня неформальной занятости в нашей стране. 56% респондентов отметили, что заняты официально. Часть опрошенных, как среди официально, так и не официально занятых также отметили, что для них характерна самозанятость (14%), что говорит о том, что работники стараются помимо основной работы подрабатывать на стороне. Около 5% респондентов предпочитают работу на себя в формате индивидуального предпринимателя. Частичная занятость не так распространена в настоящее время в регионе - лишь 4% респондентов заняты неполный рабочий день или рабочую неделю. Лишь 1% респондентов трудоспособного возраста не работали на протяжении последнего года, в связи с увольнением с прежнего места работы. В целом, данные по занятости соответствуют типовым по рынку труда страны. Перекрёстный анализ ответов на этот вопрос и данных по идентификации себя в качестве занятых показал, что неформальная занятость не является более широким явлением по отношению к неустойчивой занятости, ряд респондентов, занятых официально все равно сталкиваются с отдельными аспектами прекаризации.