-на момент активизации сотрудничества в рамках СГ в 1998 г. Беларуси и Россия имели конкурентоспособные научно-технические заделы в отдельных секторах экономики, которые, чаще всего, не конкурировали друг с другом. Поэтому интеграция этих передовых секторов позволяла получить синергетический эффект для экономических субъектов обеих стран. Сами секторы изменились за прошедшие годы, однако наличия сильных секторов в обеих странах нельзя отрицать;
-важнейший фактор интеграции - расширение рынков сбыта инновационных продуктов. Это более важно для белорусского бизнеса, так как российский рынок более емкий;
-изначальной целью инновационной интеграции было импортозамещение продукцией хозяйствующих субъектов СГ. Например, это прослеживается в программах «Союзный телевизор» (1998 г.) и «Союзный телевизор-2» (2001 г.), которые содержали незначительное количество инновационных задач (одна из них - цифровое телевидение), а в основном ориентировались на насыщение рынка СГ российско-белорусской телепродукцией. Аналогичные цели преследовала программа «Развитие дизельного автомобилестроения» (1998 г.).
Таким образом, цели ранних программ СГ были преимущественно практическими - более существенное налаживание кооперации между предприятиями союзных стран для замещения импортных товаров. Возможно поэтому названные программы полностью не решили поставленных задач, так как ориентировались на требования внутреннего, менее инновационного союзного рынка, а не на мировой уровень, что должно было обеспечивать лидерство стран на глобальном уровне.
Перспективы интеграции Союзного государства в инновационной сфере
В основе процесса инновационной интеграции участников СГ, лежит идея глобализации как объективного процесса превращения экономик отдельных стран из относительно замкнутых систем в элементы единого мирового хозяйства. Глобализация в значительной степени способствовала тому, что произошел резкий скачок в сфере информатизации, базирующейся на новейших достижениях в области электроники и систем связи. В данном контексте Е. Дорина и О. Молчанова рассматривают формы интеграции в инновационной сфере через призму конкурентоспособности экономик СГ, исследуя модель интеграции через сотрудничество университетов, исследовательских центров и лабораторий на фоне развития информатизации. В связи с этим, в последние годы получила распространение сетевая модель инновационного развития, базирующаяся на развитии информационно-коммуникационных технологий [6;19].
Существование целостной и гибкой НИС возможно при условии наличия высокого уровня межстрановой кооперации и использования институционального потенциала сотрудничества. В СГ идет процесс организационной перестройки государственной и межгосударственной системы управления НИОКР и инновациями, развивается государственно-частное партнерство, формируются региональные, межрегиональные и международные инновационные кластеры, совершенствуется инновационная инфраструктура университетских комплексов. При этом роль правительственных структур должна заключаться не столько в прямом финансировании, сколько создании условий для инвестирования в новые технологии, образование, инновационные отрасли как за счет средств частного бизнеса, так и за счет союзного бюджета [6].
А. Корнеев также отмечает недостаточную институциональную координацию инноваций в СГ и низкую эффективность интеграционных механизмов. Критически оценивая условия и факторы, сдерживающие полномасштабную активизацию инновационной деятельности в СГ, автор выделяет в качестве приоритетных направлений инновационного сотрудничества стран ОПК, авиацию и космос, телекоммуникации, информационные технологии, медицину, биотехнологии и нанотехнологии [11].
Рассматривая инновационное сотрудничество в СГ, исследователи подчеркивают, что к важнейшим факторам формирования инновационности национальной экономики относится рыночная среда, финансово-экономическая система в стране, меры государственного стимулирования инноваций через систему госфинансирования НИОКР, стандартизацию, повышение культуры и образования населения, льготное налогообложение, финансовую поддержку венчуров и др. При этом не следует недооценивать роль инновационности хозяйствующих субъектов: организационной структуры и культуры, потенциала и креативности руководства, нацеленность на инновации и уровень квалификации персонала [3].
Из предлагаемой авторами стратегии интеграции России и Беларуси вытекают основные практические направления: «создание собственного инновационного регионального рынка, нуждающегося в инновациях и способного их воспринять и освоение новых мировых рынков, удовлетворяющих требованиям восприятия инноваций» [3]. На наш взгляд, для реализации предложенной концепции необходимо рассчитывать не столько на формирование общего «инновационного» рынка, сколько на создание локальных, межнациональных рынков при государственных вливаниях и привлечении частных капиталов в высокотехнологичные отрасли, которые в Беларуси и России развиты на высоком уровне, формируя тем самым межгосударственные точки инновационного роста. Вокруг таких рынков будут формироваться и развиваться РИС, обеспечивая в дальнейшем эффективную интеграцию НИС.
В. Антонов и А. Корнеев призывают в инновационном сотрудничестве в СГ ориентироваться не на региональные, а на мировые стандарты [3]. Учитывая, что в странах Запада сконцентрировано более 90 % мирового научного потенциала, 46 из 50 передовых макротехнологий в аэрокосмической технике, информатизации, фармацевтике, приборостроении, и ими контролируется 4/5 мирового производства наукоемких изделий, на наш взгляд, в современных условиях международных санкций в отношении России выход стран-участников СГ на данный рынок столкнется не только с существенной угрозой для конкурентоспособности произведенной инновационной продукции, но и с политическим ограничениями. Данные обстоятельство подтверждает приоритетность формирования межрегиональных инновационных рынков в СГ, обеспечивая первичную интеграцию РИС, а затем НИС России и Беларуси.
Е. Дорина и О. Молчанова рекомендуют правительственным институтам СГ фокусировать инновационную политику не на изолированных предприятиях и учреждениях, а на содействии их организации в инновационные сети и кластеры. Для этого необходимы сильные стимулы к кооперации и сотрудничеству и более четкая правовая регламентация движения интеллектуальной собственности в формате совместных предприятий [6]. Однако подобные объединения, скорее всего, столкнутся с острой проблемой для всего СНГ - слабостью механизмов разделения прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации. По сути, с 2011 г. в рамках реализации Межгосударственной программы инновационного сотрудничества государств-участников СНГ на период до 2020 года данный вопрос остается открытым, что существенно снижает эффективность программных мероприятий.
В своих исследованиях А. Караткевич и Ю. Головин одной из главных проблем выделяет слабую проработку статуса интеллектуальной собственности в СГ. После ввода в действие Единого порядка учета и распоряжения результатами интеллектуальной деятельности, полученными за счет средств бюджета Союзного государства, технологии и ноу-хау станут одним из источников для наполнения союзного бюджета. В настоящее время бывают случаи, когда результаты союзных программ могут оказаться частной собственностью [8].
Для исправления этого положения приняты постановления Совета Министров Союзного государства от 22 апреля 2011 года №18 «О Концепции управления собственностью Союзного государства» и от 6 октября 2011 г. № 21 «О Методике выявления и инвентаризации имущества, созданного и приобретенного за счет средств бюджета Союзного государства, имущества, переданного государствами-участниками в собственность Союзного государства, и иного имущества, поступившего в собственность Союзного государства» (действие приостановлено). Однако пока нет документа, который определял бы порядок отнесения имущества к собственности СГ, порядок его регистрации и не создан орган, ответственный за управление союзным имуществом. Проекты подобных нормативных актов согласовываются весьма длительное время, существенно снижая эффективность интеграции в инновационной сфере.
Также важным факторов является внедрение механизмов снижения затрат на ведение инновационной деятельности и максимизацию эффекта от сотрудничества стран СГ. Д. Арчибуги и С. Яммарино называют такой механизм «глобальное научно-техническое сотрудничество» [23], одной из форм проявления которого выступает сотрудничество университетов, исследовательских центров и лабораторий. Эффект от снижения затрат в этой модели проявляется в том, что активно партнеры делятся некритичной с точки зрения тайны информацией, облегчая ее поиск (уменьшая затраты). Так, к концу 1990 гг. доля статей, опубликованных в Германии, авторство которых принадлежит ученым из нескольких стран, составляла 33,7 %, во Франции - 35,6, а в Бельгии - 46,6 %. Благодаря информационным технологиям ученые получили возможность донести результаты исследований до значительно круга лиц, в том числе за рамками научного сообщества [25]. Аналогичные тенденции наблюдаются и в области создания научных знаний. рыночный союзный инновационный экономика
Вместо заключения
Становление России и Беларуси в качестве независимых государств свидетельствует, что в рамках развития СГ ряд негативных факторов перевешивал интеграционные усилия стран в сфере экономики, финансов, законодательства, что существенно затормозило развитие приграничных хозяйственных связей. Недостаток навыков ведения бизнеса и управления остается ключевым фактором слабой способности большинства академических бизнесов к развитию не только глобальной, но и российско-белорусской кооперации. При этом деградация системы образования, слабо реализуемый потенциал научно-технической кооперации при наличии единых производственных стандартов и общности инфраструктуры привели к низкой степени реализации инновационного потенциала и заинтересованности предприятий СГ во внедрении новых технологий, что ставит под угрозу не только конкурентоспособность инновационных систем обеих стран, но и в целом возможность участия России и Беларуси в VI технологическом укладе.
Также в СГ в существенной модернизации нуждаются организационная и нормативно-правовая системы коммерциализации инноваций. В СГ имеется правовая база для взаимодействия в научно-технологической области, например, утверждено Положение о Межгосударственном совете по сотрудничеству в научно-технической и инновационной сфере, однако она используется недостаточно эффективно.
Перечисленные факторы свидетельствуют о явно слабой институциональной основе интеграции стан-участников СГ в инновационной сфере. Анализ стран, добившихся успехов в инновационном бизнесе и в экспорте инноваций, позволяет выделить три основных типа стратегий инновационного развития.
1. Стратегия «переноса», которая базируется на использовании зарубежного научно-технического потенциала и переносе нововведений в собственную экономику. Ярким примером служит Япония, закупавшая у США, Англии и Франции лицензии на высокоэффективные технологии для производства продукции, востребованной за рубежом. На этой основе был сформирован собственный инновационный потенциал страны.
2. Стратегия «заимствования» - заключается в использовании дешевой рабочей силы и научно-технического потенциала страны для освоения производства высокотехнологичной продукции, выпускаемой в более развитых странах. Используя данный опыт реализуются собственные НИОКР на основе сочетания государственной и рыночной форм собственности (пример - Южная Корея, Китай).
3. Стратегии «наращивания» (США, Германия, Англия, Франция) - за счет собственного научно-технического потенциала, привлечения зарубежных ученых и специалистов, интеграции фундаментальной и прикладной науки создаются новые высокотехнологичные продукты и высокие технологии.
Сегодня страны СГ стоят перед выбором оптимальной стратегии интеграции в инновационной сфере. На институциональном уровне у России и Беларуси сформировано убеждение в необходимости инновационного пути развития экономик, однако единого документа в рамках СГ о стратегическом инновационном сотрудничестве не принято. Данный процесс происходит по «лоскутному» принципу в виде отдельных положений о сотрудничестве в рамках национальных программ инновационного развития, что явно недостаточно для реализации имеющегося научно-технического потенциала.
Как следствие, отсутствует система институтов в рамках единого стратегического документа, способная обеспечить планомерное и интенсивное инновационное развитие СГ и повысить конкурентоспособность отдельных видов высокотехнологичной продукции. На наш взгляд, возможности инновационного сотрудничества Беларуси и России можно реализовать за счет:
-предоставления Россией научных центров ученым из Беларуси для совместной работы в рамках союзных программ и грантов, а также активизации сотрудничества в этой сфере с мировым научным сообществом благодаря информационным технологиям;
-совершенствования нормативной базы, прежде всего, в области передачи и защиты прав интеллектуальной собственности в СГ;
-активизации государства не только для финансирования, но и для стимулирования привлечения в инновации частного капитала в рамках государственно-частного партнерства;