Китайская Народная Республика, к 2017 году вышедшая на уверенное первое место в рейтинге стран, инвестирующих в российскую науку, согласно данным таблицы 1, в 2010 году занимала лишь 7-е место. Данное явление происходило не только по причине недоверия Поднебесной к инвестициям в Россию или внешним научным инвестициям в целом, но и потому что сама Российская Федерация в те года во многом не была готова активно развивать «Восточный вектор», считая фактически, что основные научные «понятные» для нее партнеры могут быть из стран западного мира, прежде всего из стран Европейского Союза и Соединенных Штатов Америки. Это было связано и с тем, что в составе участников таких действующих и потенциально возможных межгосударственных научно-исследовательских программ были и эмигранты из России, чего в отношении с Китаем в силу объективных причин пока не было. Впрочем, позиции КНР в вопросах вложений в российскую науку были достаточно велики (2013 год - 20% в доле от общего объема и 2-е место в рейтинге), однако в тот момент они имели иной формат, чаще в виде мультигосударственного сотрудничества [22].
В последующие годы, когда в США начались программы торговых войн с Китаем, в том числе в научной сфере, против таких технологических гигантов Китая, как Huawei и ZTE, вложения Поднебесной в российскую науку стали значительно приращиваться. Решения руководства США в летние месяцы 2020 года по увеличению гонений и на иные технологические гиганты КНР в США, такие как Tencent (приложение Wechat) и ByteDance (приложение Tik Tok), видимо, расширили процесс научного сотрудничества КНР и Российской Федерации. Россия продолжает генерировать год от года значительное количество научных идей, технологий и специалистов, а Китайская Народная Республика за последние годы развила достаточную научно-технологическую инфраструктуру, способную организовать достойную инновационную конкуренцию США в мировом масштабе. Пока сложно говорить, чем это закончится, но непосредственно в 2019 году на мировом рынке высоких технологий компании из КНР разместились уже на 2-м месте с наибольшим представительством в 12 Hi-Tech сегментах данного рынка, тогда как нынешний лидер этого рынка лидирует по 25 сегментам, а занимающая 3-е место - Япония - в 7-ми [2].
Межгосударственные взаимодействия России и Китая в перспективе будут происходить по большинству сфер научно-технического сотрудничества, в том числе и в сфере здравоохранения [12]. Одним из толчков для прироста такого взаимодействия, несомненно, станет и процесс борьбы с коронавирусом двух стран в 2020 году, в том числе благодаря выведению Россией на рынок первой вакцины против данного вируса. В докоронавирусный период для КНР приоритетными сферами инновационного развития страны в сфере здравоохранения были биомедицина и генная инженерия, в том числе клонирование животных [11].
В Британии приоритетом в сфере инноватики здравоохранения является регенеративная биомедицина. Кроме того, Минздрав страны в эти годы реализует масштабный проект «100 тысяч геномов», в рамках которого проводится работа с определенным списком онкологических и редких заболеваний, имеющая своими целями выведение страны на лидирующие позиции в области изучения геномных данных в мире, а также усовершенствование методов ранней диагностики и персонализированного лечения рака [19].
Решение проблем с сердечно-сосудистыми и онкологическими заболеваниями, травматологии и нейрохирургии - это сегодня приоритетные направления развития медицины ФРГ. Страна за последние годы стала безоговорочным мировым лидером в области лечения онкологических заболеваний [20].
Согласно отчету о глобальной конкурентоспособности, который публикует Всемирный экономический форум, Финляндия стоит на первом месте по наличию научного и инженерного персонала, при этом медтехнологии в настоящее время занимают чуть менее половины от всего экспорта Hi-Tech продукции страны. Финляндия считается мировым лидером в области биомедицинских исследований с использованием биобанков. В стране действуют девять биобанков. На современном этапе развития биомедицинской науки они представляются важным инструментом в клинических и научных исследованиях, проводимых для разработки биомаркеров, методов генной терапии, диагностических тестов и новых лекарственных препаратов, а также для изучения этиологии заболеваний человека [1].
В России в основе инновационной политики в сфере здравоохранения лежит Стратегия развития медицинской науки в Российской Федерации на период до 2025 года, приоритетными направлениями которой являются: онкология, микробиология, сердечно-сосудистые заболевания, профилактическая среда, эндокринология, неврология и нейронауки, педиатрия, репродуктивное здоровье, психиатрия и зависимости, регенеративная медицина, иммунология, фармакология, а также критические и инвазивные технологии [8; 9].
Стратегия научно-технического развития России до 2035 года, другой не менее важный документ в развитии инноваций, в вопросах здравоохранения формулирует, что исследования, которым следует отдавать приоритет, должны в том числе обеспечивать переход к персонифицированной и прогностической медицине, противодействие новым и возвращающимся инфекциям, разработку и внедрение систем рационального и целевого применения антимикробных препаратов, готовность к новым демографическим и социальным условиям [7; 16].
Основная роль в реализации данных направлений отводилась не только непосредственно медицинским университетам и исследовательским институтам, но и технологической платформе «Медицина будущего», национальной технологической инициативе «ХелсНет», а также таким новообразованиям, как «Сколково» (Сколтех), «РосНано» и др. [6; 15].
Важными событиями для отечественной инноватики здравоохранения в период коронавирусной эпидемии стали регистрация и производство первой в мире вакцины от коронавируса, которую еще на предпроизводственной стадии захотели приобрести многие страны мира.
Несмотря на все формулируемые экспертами положительные стороны перспективных технологий из области биомедицины, генной инженерии и т.п., в которые вкладываются значительные средства западной медициной, не стоит, однако, их принимать как конечную данность в развитии и абсолютное благо для человечества. Ряд ведущих американских биомедицинских специалистов вполне обоснованно в 2020 году формулируют, что в этой сфере не всё так однозначно, в частности есть вероятность, что редактирование генов CRISPR может вызывать хаос в ДНК эмбрионов человека с непредсказуемыми последствиями для человечества. Нашумевший арест в начале 2019 года научного сотрудника в Университете города Шэньчжэнь, сделавшего без разрешения редактирование генов путем CRISPR, является также тому определенным доказательством. Наши ведущие специалисты в этой области, такие, в частности, как А.В. Скальный, тоже говорят вполне утвердительно, что не стоит в редактировании генома и геномной терапии искать панацею от всех бед и что, к примеру, инновационный эффективный контроль за микроэлементным составом человека - это часто более эффективная модель для будущего эффективного инновационного развития системы здравоохранения страны [17; 18].
Из успешных примеров международного взаимодействия в сфере инноваций здравоохранения России стоит отметить работу по ликвидации лихорадки Эбола, производившуюся в период 2014-2016 годов на территории Гвинеи. Лихорадка Эбола в период начала развития эпидемии именовалась многими экспертами в мире как «чума XXI века». Помимо работы по ликвидации лихорадки Эбола российские специалисты в данной стране смогли в те годы научить местных коллег достаточно успешно излечивать такие болезни, как холера, брюшной тиф, гепатит А, дизентерия, желтая лихорадка и проч.
Опыт помощи другим странам в последние годы в подобного рода ситуациях у России также достаточно обширен и эффективен - борьба против лихорадки Денге, геморрагических лихорадок и проч.
Выведение Россией на рынок первой в мире вакцины от коронавирусной пандемии также говорит о том, что инновационная составляющая нашей страны может быть передовой, если основной тренд во всемирном охвате будет по тем направлениям, где Российская Федерация имеет преимущества. Именно инновации в борьбе с инфекционными заболеваниями могут стать также значительным стимулом для достижения кумулятивного эффекта в вопросе радикального прироста международных инвестиций в отечественную науку в целом, а значит, и ее более интенсивного развития.
Обсуждение
Научная новизна данного исследования заключалась в анализе вопросов трансформации международного научного сотрудничества России с другими странами мира на современном этапе, в том числе в сфере здравоохранения, с учетом вызовов наших дней.
Теоретическую значимость проведенного исследования можно определить необходимостью решения научно-практических задач ускоренного формирования и внедрения инноваций в сферу услуг здравоохранения на современном этапе развития в соответствии с преимуществами и заделами, которые имеются в отечественной теории и практике сферы здравоохранения России.
Заключение
Актуальность рассмотренной проблематики в исследовании в конечном счете определилась спорностью подходов в сфере инноваций здравоохранения в ведущих странах мира в предкоронавирусный период. В рамках авторского исследования представлена попытка сформулировать вектор наиболее оптимального дальнейшего развития отечественного сектора инновационного развития и международного взаимодействия в сфере здравоохранения.
Список литературы
1. Акимова С.Л. Финские инновации в медицине и социальной сфере // Педиатр. Т. 8. 2017. № 1. С. 120-129.
2. Александрова Е.Н. Внедрение и коммерциализация инноваций в сфере здравоохранения: мировой опыт // Теория и практика общественного развития. 2019. № 2. С. 256-260.
3. Боркова Е.А., Наполова Е.А., Орлов Е.Р. Проблемы развития и внедрения инноваций в здравоохранении в России // Креативная экономика. Т. 13. 2019. № 7. С. 1495-1502.
4. Дячук Е.А. Управление развитием инновационной системы учреждений здравоохранения: дис.... канд. экон. наук. СПб., 2018. 175 с.
5. Клей К. Исцелят ли систему здравоохранения прорывные инновации? // Менеджер здравоохранения. 2018. № 5. С. 52-60.
6. Княгинин В.Н., Липецкая М.С. Биомедицина - 2040. Горизонты науки глазами ученых. СПб.: Фонд «Центр стратегических разработок "Северо-Запад"», 2017. 95 с.
7. Кораблев В.Н. Основные направления инновационного развития регионального здравоохранения // Дальневосточный медицинский журнал. 2019. № 3. С. 109-115.
8. Коробкова О.К. Развитие организационно-экономического механизма предоставления услуг здравоохранения в условиях цифровой экономики: дис.... д-ра экон. наук. М., 2020. 336 с.
9. Кривенко Н.В., Елишев В.Г., Кривенцова Л.А. Влияние инноваций на результативность здравоохранения в системе экономической безопасности региона // Экономика региона. Т. 15. 2019. № 1. С. 164-177.
10. Курако О.А. Менеджмент и инновации в сфере здравоохранения // Образование и наука без границ: социально-гуманитарные науки. 2020. № 13. С. 110-113.
11. Миленький А.В., Ли Ч. Российско-китайское сотрудничество в сфере инновационного развития // Евразийский союз ученых (ЕСУ). 2019. № 9 (66). С. 42-45.
12. Нагорных О.С., Шок Н.П. Россия и Китай в ракурсе глобального здравоохранения: передача биотехнологий или трансфер этоса? // Социально-гуманитарное познание: методологические и содержательные параллели: коллективная монография. М., 2019. С. 297-312.
13. Перхов В.И. Инновации в мире и здравоохранении // Менеджер здравоохранения. 2019. № 2. С. 77-79.
14. Ридигер А.В. О финансовом обеспечении из зарубежных источников международного научно-образовательного сотрудничества российских вузов // Образование и наука в России: состояние и потенциал развития. 2018. № 3. С. 590-594.
15. Русскин А.С. Инвестиции в инновации: особенности инвестирования инновационных проектов в сфере здравоохранения // COVID-19 и современное общество: социальноэкономические последствия и новые вызовы: матер. Междунар. науч.-практ. конф.: сб. ст. 2020. С. 46-48.
16. Сазонова П.А. Реализация генетической паспортизации в Российской Федерации: правовые и этические аспекты // Молодой ученый. 2020. № 20 (310). С. 319-320.
17. Сальникова Е.В., Бурцева Т.И., Скальный А.В. Региональные особенности содержания микроэлементов в биосфере и организме человека // Гигиена и санитария. Т. 98. 2019. № 2. С. 148-152.
18. Самильянова И.Г., Трейман М.Г. Исследование инновационной деятельности предприятий фармацевтической отрасли и прорывных технологий в современном здравоохранении // Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета. 2019. № 2 (116). С. 68-73.
19. Сыстерова А.А. Внедрение инноваций в здравоохранении // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2018. № 7. С. 17-19.
20. Таранова И.В., Прядко И.А., Воронцов Д.В. Инновационное развитие сферы медицинского здравоохранения в России на опыте социально-экономических трансформаций зарубежных стран и регионов // Московский экономический журнал. 2020. № 6.
21. Татуев А.А., Сохроков Т.Х. Государственные услуги в системе современной экономики // Terra Economicus. Т. 10. 2012. № 2-3. С. 19-22.