Все это свидетельствует о преимущественно ненасильственном принятии христианства на территории средневековой Беларуси.
1.2 Конфессиональная жизнь на территории средневековой Беларуси
Религиозная жизнь Беларуси X-XIV столетий - явление сложное, противоречивое, но глубоко и всесторонне - малоизученное. Данный многовековой исторический период
На рубеже первого и второго тысячелетий почти все народы Европы пришли в соприкосновение с христианством. Необратимый кризис язычества, предвестником которого явился окончательно оформившийся монотеизм, был обусловлен комплексом причин экономического, социально-политического и мировоззренческого характера. Сам ход истории к концу Х века со всей очевидностью выявил несоответствие родоплеменных мировоззренческих идеалов возникшей феодальной реальности с формирующимися в ее рамках стремлениями к унификации социума по сословно-иерархическому принципу, к рассмотрению мира как объективной данности, не связанной с человеком конкретно-чувственными связями. С развитием и усложнением социально-экономических и политических отношений перед славянами вставала проблема реального выбора религии, осуществляемого путем общения с представителями различных культур Запада и Востока. В 988 году, как гласит летопись, Русь приняла христианство. Начала формироваться качественная новая культура, основанная на христианских канонах и принципах.
Позднее всего удалось склонить к принятию Святого Евангелия балтов, Литва пришла к христианскому монотеизму самой последней, это случилось в 1253 г., когда принял крещение князь Литовский []. Уже в X веке правители поляков предприняли решающие шаги в направлении обращения своего народа в христианство. Вскоре после этого их примеру последовал князь Владимир Киевский. Таким образом, на рубеже тысячелетий на Востоке Европы, на территории средневековой Беларуси возникло новое сообщество христиан. Христианская церковь стремилась сделать жизнь каждого человека соответсвующей христианским канонам.
После 1316 г. значительная часть белорусских земель находилась уже в составе Великого Княжества Литовского. В XIV-XV в. конфессиональная принадлежность разных слоев населения была многообразной - православные («схизматики»), католики и язычники. В равной мере слои шляхты независимо от конфессиональной принадлежности имели права на землю и освобождение от разных служб и обязанностей в пользу государства, и создание дворянского самоуправления. Принципиально новым явлением в это время стал приход на белорусскую землю ктолического духовенства как представителей господствующего вероисповедания, опирающихся на поддержку государственной власти. 1387 г. состоялось крещение населения территории Беларуси по католическому обряду, это было одним из условий Кревской унии. Православные феодалы начинали терять свои права по сравнению с католиками.
В отличие от отношения к язычникам вопрос о насильственном обращении «схизматиков» в католическую веру не поднимался. У православных храмов не забиралось право на имущество и право на церковный суд. Православные не рассматривались как лица, отделившиеся от единой Церкви, и не считались приверженцами ложного учения. Связь белорусской православной церкви с общерусской митрополией не останавливалась и не разрывалась даже с принятием литовского населения католической веры. История белорусских городов содержит немало примеров, подтверждающих свободу православного вероисповедания литовскими князьями, их поддержку веры православной. Отвечая на одно из предложений папы римского об укреплении в Великом княжестве Литовском (ВКЛ) позиций католической церкви, великий князь литовский Гедимин писал: «Я говорил, что разрешу христианам молиться по обычаю их веры, русинам -по их обычаю, полякам - по их. А мы, литвины, будем молиться по нашему обычаю, ибо все мы уважаем одного бога» [3]. Спустя почти 100 лет, в 1415 году великий князь Витовт издает окружную грамоту, в которой пишет: «Мы, хотящие, чтобы ваша вера (православная - А.Р.) не уменьшилась и не погибла, и церквям вашим разрешено строение было, учредили так митрополита, собором, на киевскую митрополию, чтобы русская честь вся стояла на русской земле» [4].
Фактически активное продвижение католицизма на севере Беларуси началось с XVI в., когда в городах начали открываться иезуитские коллегиумы. Но и после объявления католицизма государственной религией православные храмы продолжали строиться на территории Беларуси.
Власти и горожане сохраняли при этом толерантность, с пониманием и уважением относились к другим религиозным взглядам и течениям, в том числе и к зарождающемуся католицизму.
Существуют исторические факты, свидетельствующие и о проникновении на белорусскую землю протестантизма в Придвинском регионе. Витебск, Полоцк, Смоленск имел прочные торговые связи с Ригой, Кенигсбергом и другими балтийскими городами. По торговым путям вместе с купцами из Ливонии, Германии, Курляндии и других мест в Беларусь добирались сторонники реформационного церковного движения, охватившего Европу в середине и второй половине XVI ст. Протестантизм не получил развития на белорусской земле, как и идеи подвижников реформации церкви.
В октябре 1596 года в Бресте была объявлена церковная уния (а фактически она была провозглашена королем Сигизмундом III), по замыслу призванная объединить воедино православную и католическую церкви. Существует немало исследований этого процесса. Очевидно одно: приход унии на белорусскую землю не только нанес мощнейший удар по православной церкви, но и открыл прямую дорогу для полномасштабных процессов «окатоличивания» и «ополячивания» белорусов.
Униатство, получившее государственную поддержку в виде декретов Сигизмунда III, вело себя агрессивно и наступательно. К примеру, православный архиепископ полоцкий и витебский был объявлен узурпатором, церкви и монастыри в городе закрывались или передавались униатам, православные проповеди запрещались.
2. ИНКВИЗИЦИЯ НА ТЕРРИТОРИИ БЕЛАРУСИ В СРЕДНИХ ВЕКАХ
2.1 Деятельность церковных судов на территории Беларуси
христианизация белорусский инквизиция
Инквизиция или церковные суды - это особые суды церковной юрисдикции, существовавшие для выявления инакомыслящих, для определения виновности в ереси.
Принятие христианства в качестве государственной религии восточных славян потребовало создания церковной организации. Для этого была создана митрополия с центром в Киеве, являющаяся частью Греческой церкви. Во главе митрополии стоял митрополит, которого назначал константинопольский патриарх. Митрополия делилась на епархии, управляемые епископами. К началу XIII в. на Руси было создано 16 епархий, в том числе Полоцкая епархия, около 992 г. и Туровская епархия - в 1005 г. Имена первых полоцких епископов остались неизвестными. Только в начале XII в. упоминается епископ Мина. Первым епископом Туровского княжества называется Фома.
Устав князя Владимира «О десятинах, судах и людях церковных» -- один из важнейших дошедших до нас правовых документов Древней Руси. Его история тесно связана с историей насаждения и распространения христианства в землях восточных славян. Данный документ свидетельствует о том, что в историческом прошлом христианской церкви Древней Руси существовал главный источник дохода - десятинное дарение, несколько позже, в середине XI в., к этому источнику добавились судебные пошлины. Этот временной период можно считать временем появления церковных судов. Устав, как документ, имел особую практическую значимость для церкви, так как расширял полномочия и права христианской иерархии, закрепляя отношения между государством и церковью. Следующие редакции Устава делали права церкви более широкими и предполагали больший объем пожалований представителям церкви [].
Как отмечал Я.Н. Щапов, судебная власть Церкви определялась структурой феодального общества. Духовные институты славян являлись, по сути, политическими институтами, имея все правовые возможности. Начальный вариант Устава не предполагал широкие юридические привилегия Церкви. Одна из наиболее ранних редакций ограничивалась лишь теми населенными пунктами, где присутствовали христиане. А значит, судебная власть Церкви распространялась исключительно на тех, кто принимал крещение. Именно это обстоятельство, связанное к тому же с вмешательством Церкви в частную семейную жизнь, иногда рассматривается как одна из причин, объясняющих медленное распространение христианства у восточных славян. Остававшееся в язычестве население на первоначальном этапе принятия христианства в Древней Руси, не подпадало под юрисдикцию духовных властей []. Церковные структуры (приходы и епископии) возникали исключительно в тех местах, где была княжеская администрация. Именно наличие сильной великокняжеской воли обеспечивало легитимность деятельности духовенства []Щапов.
Судя по содержанию статей Устава, у представителей княжеской администрации и церковных властей по тем или иным причинам могли возникать спорные моменты. Спорным, например, мог быть вопрос, перед кем должен предстать обвиняемый в преступлениях, какие ранее принадлежали общинному суду (преступления против нравственности, обычаев семьи, сельской или городской общины) или суду князя (права о наследстве): перед митрополитом, князем либо главой семьи или общины. Возможно, это стало причиной того, что церковь настаивала о невмешательстве в судебные дела светских представителей. Вместе с тем, у князей не было иммунитета перед церковным судом. Есть примеры того, что члены княжеских семей могли быть вызваны на епископский суд.
Организационная структура церкви в том период не определяла, кто имел право совершать суд: митрополит, епископы или их представители. Кроме того, Церкви требовалось время, чтобы создать школы для подготовки священнослужителей.
Многие люди продолжали отмечать языческие праздники. Еще многие годы после крещения Руси появлялись языческие волхвы, призывавшие вернуться к прошлой вере. Считается, что долгое время после принятия христианства на белорусских землях существовало двоеверие.
Деятельность церкви на территории Беларуси облегчало появление просветителей, жизнь которых считалась настоящим образцом христианской жизни. Среди них самыми известными стали Ефросиния Полоцкая и Кирилл Туровский. Население беларуси верило просветителям, следовало за ними, и эта деятельность давала результаты намного более эффективные, чем насильное распространение христианства.
Изменение восточнославянского общества с приходом христианства заключалось в установлении более дужественных отношений между людьми - жизнь по заповедям, терпеливое переживание тягот земной жизни. Постепенно отходили в прошлое кровная месть, многоженство, жертвоприношения. Христианское вероисповедание стало частью духовной жизни белорусского этноса без насильственного насаждения.
Церковные суды следили за исполнением церковных традиций, занимались наставлением на путь христианина, защищали имущественные и финансовые интересы церкви, а не истребляли инакомыслящих и отмеченных в ведовстве людей.
Основной функцией церковных судов в Восточной Европе в средние века была регламентация действий членов самой церкви. Нормы, коорыми руководствовались церковные суды, были хорошо регламентированы. Сохранилось очень мало сведений о внутрицерковных судебных разбирательствах. Провинившегося монаха, например, могли наказать и без соблюдения судебных процедур, а только распоряжением епископа на основании пастырской духовной практики или норм соблюдения канонического права []. Сохранившиеся источники сообщают об обвинениях, выдвинутых в адрес священнослужителей, уличенных в нарушении церковных ритуалов, либо в нарушении правил соблюдения постных дней, во взятках или злоупотреблению церковной властью. При вынесении решения часто обходились без полноценного судебного разбирательства. Наказание провинившихся имело целью продемонстрировать неподобающее поведение в пример остальным. Провинившиеся священники подвергались в основном заточениям и удалениям. Исследователь древнерусского церковного права А. Ю. Гаращенко признал, что в восточнохристианской и прежде всего русской каноническо-правовой традиции церковный суд «это не столько какой-то специальный орган, сколько особая функция церковных учреждений, самостоятельное направление их деятельности» []. Особенности церковного судебного разбирательства заключались в том, что архиерейские местные суды были самостоятельными и неподконтрольными париархии, так как епископства находились далеко от Византии, большинству князей было незнакомо содержание канонического права, поэтому месные власти не могли оспорить законность принимавшихся решений. По сути единственными знатоками церковных правил были сами епископы и некоторые иные иерархи из числа монашествующих. В этих условиях церковное судо- и делопроизводство Киевской Руси едва ли отличалось объективностью [].
В более поздний период, в первой половине XII - первой трети XIII митрополичье разбирательство также было далеко от строгого соблюдения церковных норм, ограждавшихся соборными проклятиями в адрес их нарушителей. Например, некоторых священнослужителей обвиняли в том, что они разрешали в постные дни господам есть скоромную пищу. Чаще всего эти обвинения были надуманны и имели целью смещение глав местных кафедр. Таким образом священнослужители часто свергали конкурентов, занимая место под покровительством правящих князей, которые относились благосклонно к представителям церковной власти.
Древнерусская церковная система редко действовала как единый слаженный организм, даже несмотря на появление регламентирующих их действия уставов и положений, что сказывалось на работе церковных судов. Церковные суды Восочной Европы и в дальшейшем отличались избирательностью норм канонического права, используя их так, как им было выгодно. Условия жизни недавно христианизированных славян очень отличались от византийского христианского мира. Часто в осуществлении переводов священных книг делались ошибки, и даже церковный суд не имел возможности установить единственную норму того или иного церковного ритуала. На процесс выбора канонических норм влияли и предпочтения князей, поэтому церковные ритуалы часто отличались своим содержанием в разных княжесвах, что служило поводом для возникновения судебных процессов над «ересью». В средневековой Беларуси предстоятели епархий обладали своеобразной автономией, и поэтому возникало большое количество разнообразных канонических традиций. Исследователями выдвигается предположение, что в пределах двух епархий - Полоцкой и Туровской - церковные суды не пересекались и действовали на разных канонических основаниях [].
Известны два суда над митрополитами, со свойственной нормам византийского церковного права жестокостью - над епископом Лукой Жидятой (1055-1058) и Феодорцом (дата суда не установлена точно, 1169 либо 1177). Жестокость данных судов связана с борьбой столичных святителей за упрочение византийских церковных начал в церковной организации Древней Руси. Но и при всех обвинениях в адрес данных священнослужителей нет данных и членовредительных мерах по отношению к ним. В истории Полоцкой и Туровской епархий нет сведений о жестоких по своему содержанию церковных судебных процессов. В данных епархиях предпочитали покаянную практику, предлагавшиеся способы наказания не предполагали материальных или физических расправ, заменяя их служением литургий []. Что касается епископских судов, то они опирались на нормы княжеских уставов. Анализируя пределы епископской власти, В. И. Сергеевич обращал внимание на то, что полномочия епископа на Руси «ограничивались денежными штрафами» []. Как правило, итог суда был уже известен заранее.