Хотя идеологическое давление на сознание людей осуществлялось постоянно, не всегда оно было эффективным. Потому столь часто внешнего исполнения предписаний тоталитаризма оказывалось достаточно для того, чтобы стать «своим». Например: «Вообще обыкновенно… Ну, конечно, ударник… Ну, само собой разумеется, активист по общественной линии. Ну, ясно, пожелал вступить в партию… На субботниках он бывал, но не за тем, зачем ездили туда другие» [МР, 1933, № 178]. Было возможно разоблачение: «Начальник углеподачи, член партии Карманов, проявляет удивительное невежество в политических вопросах. Этого делягу не интересует, что делается на пленуме, конференциях» [МР, 1933, № 184]. Однако «политическая незрелость» могла и не повлечь за собой наказания. «Свои» допускали присутствие разряда «сочувствующих». Например: «Пребывание в разряде сочувствующих даст им возможность постепенно, но тщательно подготовить себя к тому, чтобы носить высокое звание коммуниста» [МР, 1933, № 102]. Как можно заметить, предполагалось, что в рядах «своих» есть не только «преданные делу партии», но и «сомневающиеся».
Из приведенного анализа видно, что, чтобы быть «своим», индивиду нужно лишь принять наиболее важные требования тоталитарной культуры: исполнение ритуалов, использование в речи слов - «паролей»: «Она знает устав и программу партии, знает, что такое советская власть, знает, зачем нужна чистка партии» [МР, 1933, № 184]. В тоталитарном обществе «главное - участие», потому степень принятия идеологии будет разной: от искренней преданности до внешнего исполнения обязанностей.
Однако, помимо принятия коммунистической идеологии, партия требовала от «своих» определенного соблюдения общественных норм и правил: «Они - вредители, умело расставили свои силы на важнейших участках и фактически в каждом из мест заправляли. Все директивы ЦК отодвигались, извращались, переделывались, до мест не доходили. А на местах, где эти враги нередко сидели, <…> что попадало им в руки, направлялось не на пользу, а во вред колхозному строю» [МР, 1933, № 156]; «Чистка <…> должна проводиться <…> под углом зрения проверки выполнения членами и кандидатами партии важнейших решений партии, участия их в соцсоревновании и ударничестве, активной борьбе за промфинплан, за выполнение важнейших хозяйственных задач, борьбы с прогулами, борьбы с расхищением социалистической собственности» [МР, 1933, № 102]. Анализ публикаций показывает, что к врагам причислялись люди, замеченные в махинациях с государственной собственностью, не склонные к труду на благо государства. Данные пороки связаны не только с правовым аспектом, но и с нравственным. О том, что трудно «разглядеть» человека, который совершает подобные неблаговидные деяния, будучи еще не пойманным за их совершение, пишут авторы многих газетных материалов: «В постановлении ЦК и ЦКК имеются подробные указания относительно организации и способов проведения чистки. Точное соблюдение этих указаний гарантирует от всякого рода ошибок» [МР, 1933, № 102]; «Сложное дело сорвать личину с классового врага, воочию вскрыть его кулацкое нутро. Тихо, сладенько, в рабочем фартуке, с типичным выражением «невинно страдающего» появляется он перед столом комиссии. Раболепно, чуть не падая на колени, начинает он свою биографию… Журчит медоточивая речь» [МР, 1933, № 178].
В современных текстах критерием причисления к «своим», помимо принятия идеологии, также является следование нравственным ценностям, среди которых особо выделяются справедливость, нестяжательство, желание трудиться на благо страны: «Есть люди, некие даже эксперты, которые нам говорят: «Совесть не есть категория экономическая». Но граждане, которые к нам обращаются, считают по-другому: необходимо остановить наглое вторжение «золотого тельца, разрушение морали. Пишут, что депутаты должны воспользоваться положениями статьи 55 Конституции и защитить основы нравственности в обществе. Надо осознать, что по-настоящему новый мир, который на наших глазах меняется, решительно отвергает идеалы потребительского общества, в людях всех континентов назревает понимание, что не хлебом единым жив человек, что истинными за всеми качествами являются стремление к справедливости, к свободному труду, добродетели. Такой вектор движения определяется сегодня в мире, и Россия должна не просто встать в ряды этого движения, а возглавить его, причем на правах общества, которое, слава Богу, еще не успело в полной мере подхватить вирус потребительства» [Народная программа…, 2011]. Призыв к соблюдению основ морали и нравственности, отвержение идеологии потребительства продиктованы, вероятно, тем, что истоки коррупции усматривались именно в нарушении этих основ: «До тех пор, пока в российском обществе будет власть денег, коррупцию нам не победить. … Коррупция будет существовать, пока не изменится отношение общества к этому явлению, пока уважение к человеку будет зависеть от его достатка. Если же мы будем оценивать человека не столько по достатку, сколько по уму и способностям, то мы, может быть, уровень коррупции в нашем обществе снизим. А это уже победа» [Снижение…, 2011]; «Разве можно справиться с коррупцией и криминалом вне нравственности?» [Патриарх…, 2011]. Как показывают высказывания, именно нравственность является той тонкой гранью, которая отделяет «своих» от «чужих». Человек, преследующий только собственную выгоду, автоматически причисляется к «врагам». Об этом свидетельствуют следующие высказывания: «Но дело не только в избыточности государства. Бизнес тоже не безгрешен. Многие предприниматели озабочены не поиском талантливых изобретателей, не внедрением уникальных технологий, не созданием и выводом на рынок новых продуктов, а подкупом чиновников ради получения «контроля над потоками» перераспределения собственности» [Медведев, 2009]; «Необходимо устранить неправовое влияние на судебные акты, какими бы соображениями оно ни диктовались. В конечном счёте судебная система сама способна разобраться, что в интересах государства, а что отражает шкурный интерес коррумпированного бюрократа или предпринимателя» [Медведев, 2009]; «Вместо того чтобы работать во благо страны, коррумпированный чиновник преследует свой интерес. В такой системе даже самые хорошие идеи при реализации превращаются в противоположность. Общероссийский народный фронт создаёт новые возможности по общественному контролю над властью и чиновниками» [Программа…, 2011]. Выражения получение «контроля над потоками», шкурный интерес, преследует свой интерес наводят в актуальное значение слов чиновник и предприниматель смысл `вор'. Подобного рода деятельность получает характеристику антигосударственной, поскольку разрушает высшие ценности власти: «соблюдение интересов государства», «работа во благо страны».
В советский период питательной средой, порождающей отчуждение, являются тексты, в которых враги предстают как фактор потенциальной опасности, что, естественно, влечет за собой появление угроз в адрес врага. Это проявляется в наличии резко отрицательных характеризаторов свергнутой власти: ее структур, политики, ее первых лиц. Капитализм трактуется как «политика кабалы, эксплуатации и гнета для трудящихся, политика физического уничтожения миллионов рабочих и крестьян» [МР, 1933, № 156]. В подобных текстах распространены хлесткие эпитеты типа звериный, злобный, прогнивший и др. Как орудие угрозы используется инвектива: «Не страшны пролетарской диктатуре ублюдки разбитых вдребезги господствующих классов старой России. Но и пощады не должно быть им никакой!» [МР, 1933, № 158]. Оскорбительный выпад сочетается с призывом к физическому уничтожению.
Призыв к уничтожению часто выражается посредством языковых метафор, в семантике которых имеется смысл, связанный с идеей насильственного уничтожения врага. Например: «Мы, молодое поколение социалистической страны, под руководством нашей партии должны подготовить для защиты социализма здоровый, крепкий, стальной кулак» [МР, 1933, № 252]. Прямой призыв к насилию через создание образа «стального кулака» обеспечивает агрессивную тональность тексту.
Частотностью обладают лексемы типа взорвать, стереть, уничтожить в значении категорического императива, например: «… бичевать беспощадно нарушителей железной дисциплины партии и государства» [МР, 1933, № 125], или подзаголовок: «Разгромить!» [МР, 1933, № 9]). Слова с семантикой смерти передают не только мысль, но и множество эмоциональных наслоений, действуют не только на интеллект, но и на чувства человека.
Современные тексты констатируют опасность коррупции, описывая ее количественные («Если в 2009 и 2010 годах выявлялось менее тысячи коррупционных преступлений в сфере государственного и муниципального имущества, то только в первом полугодии текущего года таких посягательств уже установлено 1,25 тыс.» [Генпрокурор…, 2011]); временные («Вековую коррупцию, с незапамятных времён истощавшую Россию. И до сих пор разъедающую её по причине чрезмерного присутствия государства во всех сколько-нибудь заметных сферах экономической и иной общественной деятельности» [Медведев, 2009]); пространственные («В значительной степени людей раздражает коррупция не гдето там наверху, а у себя рядом, каждый день, - отреагировал Путин. - Если действительно «Единая Россия» хочет оставаться на лидирующих позициях, надо заняться этими вопросами. Давайте будем выходить на губернаторов, они же связаны с «Единой Россией», и есть инструменты, которые позволяют работать» [Борьбу с коррупцией…, 2011]) параметры. Однако резкие выпады, воспроизводящие модели тоталитарного языка, в текстах отсутствуют. Минимальна эмотивная нагруженность призывов к борьбе с явлением, разрушающим российскую демократию, инвестиционную привлекательность страны, соблюдение прав и свобод граждан, например: «Создание правовых и социально-экономических условий для борьбы с коррупцией, вытеснение ее из жизни гражданина и общества - вопрос чести для нашей партии» [Россия, которую…, 2008]; «В следующем году мы будем праздновать шестьдесят пятую годовщину победы в Великой Отечественной войне. Этот юбилей напомнит нам о том, что наше время было будущим для тех героев, которые завоевали нашу свободу. И что народ, победивший жестокого и очень сильного врага в те далёкие дни, должен, обязан сегодня победить коррупцию и отсталость. Сделать нашу страну современной и благоустроенной» [Медведев, 2009]; «В России должно быть выгодно жить честно. Мы осознаем: сегодня коррупция велика потому, что взятка стала для многих лучшим способом решения проблем. Поэтому победить коррупцию можно, лишь изменив социально-экономическую ситуацию и качество государственного управления. Это нельзя сделать за один день - но это нужно делать каждый день» [Россия - наше будущее…, 2009] . Слова с милитарной семантикой: борьба («с кем-чем, против кого-чего. Сражаться, состязаться, стремясь победить. Борющиеся армии. Б. с конкурентами» [Ожегов и др., 2003, с. 57], вытеснение («Тесня, удалить, заставить выйти. Вытеснить противника из города» [Ожегов и др., 2003, с. 121], победить («кого-что. Одержать победу над кем-чем-н. Победить врага. Наши спортсмены победили» [Ожегов и др., 2003, с. 527] - транслируют модель противодействия, итогом которого должно быть превосходство идеологии правящей партии. Лексические единицы с семантикой долженствования (обязан, должен, нужно) показывают, что ситуация требует непременного «превращения потенциального в актуальное» [Теория…, 1990, с. 142]. Важность процесса борьбы подчеркивается без использования инвективной лексики.
Таким образом, идеологема «враг», активно функционирующая в советские годы, активно эксплуатируется и сейчас. Сравнительный анализ газетных публикаций 1930-х годов и текстов последних четырех лет показывает, что идеологема, трансформировавшись, сохранила основные смыслы, свойственные ей в эпоху развития тоталитарного языка. К врагам по-прежнему причисляют людей, отвергающих идеологию партии власти, преследующих собственную выгоду, обворовывающих государство, не желающих трудиться на его благо. Все также борьба с врагами возводится в ранг государственных задач, поскольку разрушительная деятельность врагов представлена как подрывающая правовые и нравственные основы общества. Меняется классификация врагов. В современных текстах к ним относят и антисоциальные явления (пьянство, алкоголизм, коррупцию и др.), персонификация которых все же приводит к актуализации смыслов советского прошлого: `человек, неспособный трудиться на благо страны', `стяжатель', `вор'. Однако, как кажется, современные тексты не столь агрессивны и не содержат резких призывов к борьбе с врагами.
идеологема враг советский современный
Источники и принятые сокращения
1. Борьбу с коррупцией необходимо начинать на местном уровне - Путин [Электронный ресурс]. - 26.10.2011. - Режим доступа : http://er.ru/ news/2011/10/26/borbu-s-korrupciej-neobhodimo-nachinat-na-mestnomurovne-putin/.
2. Генпрокурор РФ призывает активней работать по коррупционным делам с госзаказами [Электронный ресурс]. - 12.10.2011. - Режим доступа : http://er.ru/news/2011/10/12/genprokuror-rf-prizyvaet-aktivnej-rabotat-pokorrupcionnym-delam-s-goszakazami/.
3. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 томах / В. И. Даль. - Москва : Русский язык, 1981-1982.- Т. I : А-З. - 1980. - 725 с. - (Репринт с изд. : Москва, 1880-1882).
4. Магнитогорский рабочий. - 1933-2012.
5. Марков С. Развитие Партии - измерение Народного фронта [Электронный ресурс] / С. Марков - 18.05.2011. - Режим доступа : http://old. voronezh.er.ru/publications/view/64.
6. Медведев Д. Россия, вперёд! [Электронный ресурс] / Д. Медведев. - 10.09.2009. - Режим доступа : http://президент.рф/transcripts/5413.
7. Народная программа - план действий по обустройству жизни [Электронный ресурс]. - 23.09.2011. - Режим доступа : http://er.ru/news/2011/9/23/ fedorov-narodnaya-programma-plan-dejstvij-po-obustrojstvu-zhizni/.
8. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н. Ю. Шведова ; Российская академия наук ; Институт русского языка имени В. В. Виноградова. - 4-е изд., дополненное. - Москва : ИТИ ТЕХНОЛОГИИ, 2003. - 944 с.
9. Патриарх Кирилл : В основе отношений государства и церкви забота о людях [Электронный ресурс]. - 05.11.2011. - Режим доступа : http:// er.ru/news/2011/11/5/patriarh-kirill-v-osnove-otnoshenij-gosudarstva-i-cerkvizabota-o-lyudyah/.
10. Празднование Дня России проходит в регионах страны [Электронный ресурс]. - 12.06.2011. - Режим доступа : http://stjag.ru/.
11. Программа народных инициатив [Электронный ресурс]. - 23.10.2011. - Режим доступа: http://er.ru/news/2011/10/23/programmanarodnyj-iniciativ/.
12. Россия, которую мы выбираем : VII Съезд принял Программное заявление партии «Единая Россия» [Электронный ресурс]. - 15.04.2008. - Режим доступа : http://old.voronezh.er.ru/party/zayavlenie/.
13. РОССИЯ - НАШЕ БУДУЩЕЕ : от партийных проектов - к национальной стратегии [Электронный ресурс]. - 16.10.2009. - Режим доступа : http://www.molgvardia.ru/nextday/2009/10/16/10450.
14. Снижение уровня коррупции в России - это уже победа, считают участники Съезда [Электронный ресурс]. - 24.09.20011. - Режим доступа : http://er.ru/news/2011/9/24/snizhenie-urovnya-korrupcii-v-rossii-eto-uzhepobeda-schitayut-uchastniki-sezda/.
15. Ушаков - Толковый словарь русского языка / под ред. Д. Н. Ушакова : в 4 томах. - Москва : Русские словари, 1995. - Т. 1 : А-К. - 844 с. - Т. 2 : Л-о.- 523 с. - Т. 3 : П-Р. - 714 с. - Т. 4 : С-Я. - 754 с. - (Репринт с изд. 1935-1940).
Литература
1. Апресян Ю. Д. Образ человека по данным языка : попытка системного описания / Ю. Д. Апресян // Вопросы языкознания. - 1995. - № 1. - С. 37-68.
2. Зайц О. А. Семантика и прагматика тавтологий и плеоназмов [Электронный ресурс] : диссертация... кандидата филологических наук : 10.02.04 / О. А. Зайц. - Санкт-Петербург, 2001. - 185 с. - Режим доступа : http://www. dissercat.com/content/semantika-i-pragmatika-tavtologii-i-pleonazmov.
3. Китайгородская М. В. Современная политическая коммуникация / М. В. Китайгородская, Н. Н. Розанова // Современный русский язык : социальная и функциональная дифференциация / под ред. Л. П. Крысина. - Москва : Языки славянской культуры, 2003. - С. 151-239. С. 155.
4. Купина Н. А. Тоталитарный язык : словарь и речевые реакции / Н. А. Купина. - Екатеринбург, Пермь : ЗУУНЦ, 1995. - 143 с.
5. Купина Н. А. Языковое строительство : от системы идеологем к системе культурем / Н. А. Купина // Русский язык сегодня : сборник статей / отв. ред. Л. П. Крысин; Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН. - Москва : Азбуковник, 2000. - Вып. 1. - 2000. - 595 с.
6. Михайлова О. А. Лексическое значение и фоновые знания / О. А. Михайлова // Лексическая и грамматическая семантика : материалы Респуб. науч. конференции / Белгородский гос. ун-т ; Ин-т филологии БГУ ; отв. ред. Л. И. Ушакова. - Белгород : [б. и.], 1998. - 174 с. - С. 42-43.
7. Новая философская энциклопедия : в 4 томах / гл. ред. В. С. Степин, Г. Ю. Семигин. - Москва : Мысль, 2001. - Т. II : Е-М. - 636 с.
8. Телия В. Н. Семантика связанных значений слов и их сочетаемости / В. Н. Телия // Аспекты семантических исследований : монография / Академия наук [АН] СССР. Институт языкознания ; отв. ред. Н. Д. Арутюнова, А. А. Уфимцева. - Москва : Наука, 1980. - С. 250-320.