Московский государственный институт культуры
Идеи свободы и ответственности личности в отечественном и зарубежном кинематографе 60-80-х годов XX века
Л.Г. Пугачева,
Д.А. Сахно
Аннотация
Экзистенциальная проблематика становится смысловой интенцией кинематографа 60-80-х годов ХХ века. Первая из основных причин этого - растущий интерес как культурной элиты, так и широких масс к исследованию внутренней территории сознания (границ чувств, воли, разума, феноменов свободы, жизни, смерти), что находит выражение в новых формах музыки, театра, литературы, живописи и кино 60-80-х годов ХХ века. Поставщиком новых тем и идей в этот период являлись в большой степени философия Франкфуртской школы (фрейдомарксизма) и экзистенциализма. Традиция Франкфуртской школы философии сработала в социокультурном пространстве как катализатор процесса осознания «массовым человеком» самого себя в качестве «массового» и тем самым повлияла на развитие личности в направлении осознанности повседневного существования.
Вторая причина: универсальный (образный, мифоподобный) способ подачи материала в формате кино позволил любому - «массовому» необразованному индивиду через механизм обратного мимесиса осознать себя в качестве смертного, свободного, онтологически одинокого, но и находящегося во взаимосвязи с другими существа. Естественная идентификация «простого человека» с художественным образом в кино и порождает в 60-80-х годах ХХ века эффект массового переосмысления жизни, обуславливает развитие идеи индивидуального выбора и трансцендирования своего места в социокультурном пространстве. Благодаря искусству кино происходит широкое развитие нового для массовой культуры измерения человека: внутренней свободы в смысловом поле диалога человека и символов культуры, человека и образов его внутреннего мира, человека и истории.
Ключевые слова: личность, культура, общество, кинематограф, экзистенциализм, свобода, ответственность, элитарная культура, массовая культура, социокультурное пространство.
Annotation
Ideas of individual freedom and responsibility in domestic and foreign cinema of the 60-80th of the XX century
L.G. Pugacheva, D.A. Sakhno, Moscow State Institute of Culture, the Ministry of Culture of the Russian Federation (Minkultury), Khimki city, Moscow region, Russian Federation cow State Institute of Culture
Existential problematic becomes the semantic intension of cinematography in the 60-80th of XX century. The first of the main reasons of this process is the growing interest of both the cultural elite and the masses in the studying of the inner territory of consciousness (the boundaries of feelings, will, mind, the phenomena of freedom, life, death) which finds expression in new forms of music, theater, literature, painting and cinematography of 60-80th of XX century. The supplier of new themes and ideas mostly was the philosophy of the Frankfurt school (Freudian Marxism) and existentialism in this period. The tradition of the Frankfurt philosophy school worked in the social and cultural space as a catalyst for the process of awareness of the “mass man” himself as a “mass” and thereby influenced the development of personality in the direction of awareness of everyday existence.
The second reason: the universal (imaginative, myth-like) way of presenting material in the format of cinema allowed any “mass” uneducated individual to realize himself as a mortal, free, ontologically lonesome, but also in connection with other beings through the mechanism of reverse mimesis. The natural identification of the “common man” with the artistic image in the cinema creates the effect of mass rethinking of life, the development of the idea of individual choice and transcendence of their place in the social and cultural space in the 60-80th of XX century. Because of the art of cinema there is a wide development of a new dimension of person in the mass culture: inner freedom in the semantic field of the dialogue between man and the symbols of culture, man and the images of his spiritual world, man and history.
Keywords: personality, culture, society, cinematography, existentialism, freedom, responsibility, elite culture, mass culture, social and cultural space.
Идеи свободы и ответственности личности в ХХ веке находились в фокусе внимания философов-экзистенциалистов и с течением времени стали представлять общекультурный интерес сначала для творческих личностей, культурной элиты, а затем и для широких масс, которые увидели и осознали их важность в качестве ресурса внутреннего духовного развития человека и общества.
В философии экзистенциализма находит отражение кризисное состояние индустриального общества, опирающегося на технический прогресс, но оказывающегося не в состоянии объяснить противоречивость человеческой жизни, сопровождающие человека чувства страха, отчаяния, безысходности.
Впервые понятие «экзистенциальная философия» (нем. Existenz philosophie) было использовано в 1931 году в работе Карла Ясперса «Духовная ситуация времени». Согласно К. Ясперсу, экзистенциализм берёт свои истоки в работах С. Кьеркегора, Ф. Шеллинга и Ф. Ницше. В свою очередь, в работе «Бытие и время» Мартин Хайдеггер утверждает: «Вопрос экзистенции должен выводиться на чистоту всегда только через само экзистирование. Ведущую при этом понятность себе самой мы именуем экзистентной. Вопрос экзистенции есть онтическое “дело” присутствия. Тут не требуется теоретической прозрачности онтологической структуры экзистенции. Вопрос о структуре нацелен на раскладку того, что конституирует экзистенцию. Взаимосвязь этих структур мы именуем экзистенциальностью» [6]. Переводчик и исследователь творчества С. Кьеркегора Наталья Исаева пишет в комментариях к труду «Или -или»: «...Большую часть основополагающих понятий экзистенциализма можно с лёгкостью найти у датского философа. И “Dasein” (дизайн) как “наличное бытие”, и “заброшенность-в-мир”, и маркирующая роль “страха”, “тревоги” (“Angst”), и ощущение человеком своей смертности, вносящее глубинные деформации в рефлексирующее сознание.» [4].
Философия, являясь наиболее смыслоёмкой частью социокультурного пространства, в целом изучает вопросы онтологии и гносеологии, природу общества, науки, информации, языка, политических процессов и множество других сложных проблем. Однако порог вхождения в научное сообщество, которое на профессиональном уровне занимается этими вопросами, довольно высок и обусловлен образовательным цензом. Но в ХХ веке понимание сложных философских идей и их вхождение в массовое сознание были значительно облегчены благодаря бурному развитию различных форм искусства, в частности искусства кино.
Согласно философии существования, процесс познания себя как «экзистенции» включает нахождение человека в «пограничной ситуации» (по К. Ясперсу), например, в ситуации смертельной опасности. Испытав сильные переживания, осознав бренность жизни, человек принимает этот мир, оказываясь в невероятной близости с ним.
Важнейшее место в философии экзистенциализма занимает обозначение и попытка разрешения проблемы свободы, определение которой даётся как выбор личностью одного из бесчисленных вариантов осознания реальности и себя в ней. Конфликтность и выбор - через драматизацию - «роднят» экзистенциализм с кинематографом: открывается широкое общее поле для развития идей, размышлений, появляется интерфейс для высказывания «внутреннего» содержания поступков и действий.
Кино как популярный вид современного искусства занимает особое место в социокультурном пространстве. С развитием массовой культуры, увеличением скорости распространения информации и, в частности, самого кино усилилось его влияние на массовое сознание. Кинематограф живо откликнулся не только на исторические события, но и на философские идеи важных философских течений ХХ века, например, экзистенциализма. Объектами интереса художников кино стали вопросы жизни и смерти, свободы и ответственности личности и другие экзистенциальные проблемы, связанные с осмыслением личностью истории, современности, направления развития общества и своего места в мире.
Внимание С. Кьеркегора, К. Ясперса, М. Хайдеггера направлено на феномен «существования» таким образом, что создаваемая ими позиция восприятия читателя перекликается с сущностным для драматургии эффектом «саспенса» (состояния тревожного ожидания, беспокойства, озабоченности, напряжения) зрителя во время просмотра фильма либо театральной постановки.
Поэтому, на наш взгляд, именно благодаря своей внутренней форме кинематограф в целом имеет предрасположенность к работе с открытиями экзистенциализма. Другими словами, кинематограф в силу своей «технической» приближенности к реальности - через процессуальность формы, развёртывание действия путём создания образов во времени и пространстве, а также благодаря «иллюзии» вхождения во внутреннюю жизнь (основа хайдеггеровского Ба-зет) личности и её переживаний -фактически создан для передачи экзистенциальной проблематики.
Ситуация выбора, состояния отчаяния, тревоги, страха, заброшенности, одиночества, переживание потери, кризиса, пограничной ситуации -эти и другие ключевые темы экзистенциализма (например, проблема Другого) находят развитие как в авторском, так и массовом кино 60-80-х годов ХХ века.
Почему именно экзистенциальная проблематика становится внутренним содержанием большого количества фильмов 60-80-х годов ХХ века? Вероятно, у этого феномена много исторических, экономических, политических, общекультурных причин, однако мы назовём две наиболее очевидные.
Первая причина связана с растущим интересом как элиты, так и массового человека к исследованию внутренней территории сознания (границ чувств, воли, разума, феноменов свободы, жизни, смерти), что нашло выражение в большом количестве новых культурных форм - музыка, театр, танец, литература, живопись и, конечно, кино 60-80-х годов ХХ века. Все они обогатились в этот период новыми темами и художественными средствами их раскрытия. Поставщиком новых тем и идей являлась в большой степени философия. На наш взгляд, необходимо выделить Франкфуртскую школу (фрейдомарксизм) и экзистенциализм (большую роль тут сыграла, на наш взгляд, особенно в развитии французского кино, личная и политическая популярность Ж.-П. Сартра).
Традиция Франкфуртской школы философии, раскрывающая смысл позиции бессознательно функционирующего в социуме «одномерного человека» (Г. Маркузе), сработала, на наш взгляд, в социокультурном пространстве как катализатор процесса осознания массовым человеком самого себя в качестве массового. Благодаря, в частности, критике со стороны франкфурцев, выделивших саму фигуру человека, погруженного в социальный и личностный сон, был задан противоположный вектор - к развитию и осознанности. И тут, в свою очередь, особенно актуально зазвучали идеи экзистенциализма. О противостоянии и одновременно определённой согласованности подходов франкфуртцев и экзистенциалистов (Ж.-П. Сартра), на наш взгляд, интересно пишет Б. Каргалицкий: «В известном смысле ранний Ж.-П. Сартр находится в полемике с Франкфуртской школой. Он пишет по-другому о том же, что и Франкфуртская школа. Он ставит вопросы, порождённые экзистенциалистским пониманием личности, но очень быстро обнаруживает недостаточность экзистенциализма и обращается к марксистской социологии... Для него важны категории выбора, свободы личности. И опять выясняется, что никакая философия свободы не даст нам ответ на вопрос о правилах игры, не объяснит тех сил, которые эту личную свободу ограничивают. Такой ответ Ж.-П. Сартр находит в марксизме. И для “франкфуртцев”, и для Ж.-П. Сартра очень важна категория отчуждения. Эта категория для них является более важной, чем эксплуатация.» [2].
Анализируя идеи фрейдомарксистов и экзистенциалистов, можно заметить, что социальные и экзистенциальные противоречия, очевидно, связаны между собой и коренятся глубже, чем ожидали и те, и другие. Ни социальные, ни психологические, ни дискурсивные, ни любые другие модели их описания не дают до сих пор ответов на «вечные вопросы». Но деятельность фрейдо-марксистов и экзистенциалистов принесла свои плоды: через искусство (в частности, искусство кино) их идеи стали широко известны и определили во многом дальнейшее развитие смыслового уровня социокультурного пространства - важного уровня, на котором начинаются все конструктивные (и деструктивные) изменения.
Вторая причина выдвижения на первый план экзистенциальной проблематики -универсальная, фактически мифологическая (образ, звук, ощущение - эмоциональный отклик) форма подачи материала в сфере кино, что позволило любому - самому простому и необразованному человеку через механизм, так сказать, обратного мимесиса (когда жизнь подражает искусству) осознать себя в качестве безосновного в наличном бытии, смертного, свободного, онтологически одинокого, обособленного и одновременно находящегося во взаимосвязи с другими, тотально ответственного за выбор существа. Именно естественная идентификация с художественным образом в кино, в частности, и порождает в 60-80-х годах ХХ века эффект массового трансцендирования людьми своего места в социокультурном пространстве (приведём примеры: Татьяна Лиознова «Карнавал», Владимир Меньшов «Москва слезам не верит», Лукино Висконти «Рокко и его братья») и своего места в пространстве духовном (Эльдар Рязанов «Берегись автомобиля», Марлен Хуциев «Мне двадцать лет», Федерико Феллини «8 с половиной»).
Проиллюстрируем наши идеи более детально. Одним из ранних ярчайших примеров обращения режиссёра к экзистенциальным проблемам является картина Ингмара Бергмана «Седьмая печать» (1957), где главный герой буквально играет в шахматы со смертью. Позже многие режиссёры, навсегда вписавшие свои имена в историю кинематографа, обращались к характерным для экзистенциализма проблемам - М. Антониони, Б. Бертолуччи, Ф. Феллини, А. Тарковский и другие. Кроме очевидного осуществления диалога между искусством и философией, эти мастера внесли огромный вклад в развитие сложных изобразительных средств и изощрённого символического языка кино. Возможно, как раз высота их слога в общении со зрителем помешала массам приобщиться к их произведениям на глубоком экзистенциальном уровне, что отразилось в появлении феномена «авторского кино», то есть фильмов для интеллектуальной культурной элиты - не для всех. экзистенциальный смысловой кинематограф личность
Безусловно, со временем всё больше людей открывают для себя и по достоинству оценивают подобные фильмы, но едва ли их когда-нибудь можно будет причислить к массовому кинематографу, а иной, особенно «ярый» интеллектуал может даже глубоко оскорбиться такому предложению. Но в то же время вопросы жизни и смерти, ответственности и свободы личности волнуют отнюдь не только киноведов и ценителей высокого авторского кино. По нашему мнению, любой человек, представитель «массы», обладатель «одномерного сознания», даже пожизненно подключённый к «зомбо-ящику», в глубине своего существа решает именно их - теми культурными средствами, которые стали доступны ему в силу индивидуального развития и социокультурного окружения. Снобизм интеллектуалов, считающих экзистенциальную проблематику областью рефлексии образованной элиты, был, в частности, поколеблен кино и литературой 60-80-х годов ХХ века (образы «чудиков» В. Шукшина в рассказах и фильмах, герои рассказов Сэлинджера, фильм М. Формана по роману К. Кизи «Полёт над гнездом кукушки» и т.д.).