Итогом «постигающего представления» и «согласия» является «постижение» (кбф?лзшйт). Хрисипп определял его как «согласие на постигающие представления (ф?н фб?т фпйб?фбйт цбнфбу?бйт ухгкбф?иеуйн)» (Александр Афродисийский. О душе p. 71,10 Bruns = SVF II 70 ср. II 91). Суть «постижения» можно представить как полноценное и не оставляющее сомнений «схватывание» конкретного предметного содержания. В логическом плане «постижение» соответствует выводу из силлогизма. Науку (искусство) Хрисипп определял как «упорядоченную совокупность постижений (у?уфзмб ?к кбфбл?шещн), сообразованных с некоей полезной для жизни целью» (Филон Александрийский. О союзе с начальной образованностью 141 = SVF II 95 cp. II 93-94; 96-97). Поскольку «постижения» не содержат в себе ни принципа своего упорядочения, ни императивов целеполагания, требовался «критерий» второго порядка, наиболее общий и универсальный, которому доступна вся сфера бестелесных смыслов и логических операций, не связанных непосредственно с чувственной данностью, а также сфера моральных суждений (как оценочных, так и выражающих долженствование). Таким критерием Хрисипп, вполне вероятно, считал «верный разум» (?си?т л?гпт); к тому же мнению склонялись многие представители Ранней Стои (SVF I 631), хотя в качестве «критерия» фигурировали самые разные инстанции - постигающее представление, разум, чувственное восприятие, влечение и знание (SVF II 105). «Верный разум» - ведущее начало мира (SVF II 1077), то общее, что есть у бога и людей (SVF III 339), всеобщий природный закон (SVF III 4; 315 сл.), предписывающий добродетельные действия и запрещающий дурные (SVF II 1003; III 11). Это конечная инстанция и вместе с тем упорядоченная система знания, с которой должна быть соотнесена всякая достоверность первого порядка, чтобы в свою очередь стать знанием, которое Хрисипп вслед за Зеноном определял как «устойчивое и надёжное постижение, которое не может быть поколеблено разумом (ф?н ?уцбл? кб? ?меф?иефпн ?р? л?гпх кбф?лзшйн)» (Секст Эмпирик. Против учёных VII 151 = SVF II 90). Таким образом, знанием является то, что способно выдержать всестороннюю проверку разумом.
Учение Хрисиппа. Физическая часть
В области физики Хрисипп систематизировал, развил и детализировал основные темы, намеченные Зеноном и Клеанфом, и внёс значительный собственный вклад, - особенно в таких областях, как учения о причинности, о судьбе и ответственности, о душе, о влечении и действии, имевшие этическое приложение. В том завершённом виде, какой придал стоической физике Хрисипп, она представляет собой последнее оригинальное физическое учение до-неоплатонического периода. Предмет физики - всё телесное и всё бестелесное за исключением «лектон». Телесное отождествляется с истинно-сущим: в настоящем смысле «только тела существуют, и… сущность пребывает только в них» (Плотин. Эннеады II 4,1,7 = SVF II 320). Исходной онтологической моделью для Хрисиппа, как для Зенона и Клеанфа, служит антитеза двух вечно-сущих «начал». «Начала» и «элементы». «Есть два начала (?счб?) мироздания - действующее и испытывающее воздействие (ф? рпйп?н кб? ф? р?учпн).
То, которое испытывает воздействие, - это бескачественная сущность (?рпйпт п?у?б), или вещество (?лз). А действующее - это присутствующий в ней логос, или бог; он вечен и творит всё, что в ней существует.
Это учение… Хрисипп излагает в первой книге “Физики”» (Диоген Лаэртий VII 154 = SVF II 300). С концепцией «начал» связана самая крупная проблема стоической онто-космологии, и как её решал Хрисипп, нам неизвестно. Он мог понимать «начала» либо как первичные телесные, но чувственно не воспринимаемые субстанции, либо как принципы организации сущего, которым не соответствует никакая вещественная реальность, т.е. как нечто бестелесное и различимое лишь «мысленно» (такого мнения впоследствии, возможно, придерживался Посидоний - фрг. 5 Edelstein - Kidd). «Элементы» (уфпйче?б) отличаются от «начал» следующим: «начала» не рождаются и не погибают, а «элементы» погибают; «начала» лишены формы, а «элементы» обладают ею (SVF II 299). «Элементы», актуали- зирующие противоположность начал, делятся на две пары: активные (дсбуфйк?) - огонь и воздух - и пассивные (рбизфйкЬ) - земля и вода (SVF II 418). Из четырёх «элементов» образуется весь мир и всё, что в нём находится (SVF II 413). Огонь представляет собой горячее, вода - влажное, воздух - холодное, а земля - сухое (SVF II 580). Главным из элемен- тов является огонь: «Огонь… называется “элементом по преимуществу” (кбф' ?опч?н уфпйче?пн), поскольку из него… образуется всё прочее… и в него же… всё разрешается, но сам он не допускает… разрешения во что-то другое» (Стобей. Эклоги I 10,16 = SVF II 413).
Космогенез, космология и космические циклы. Хрисипп различал понятия «всё» (ф? р?н) и «мироздание» (ф? ?лпн): первое - это мироздание вместе с окружающей его беспредельной пустотой, второе - мир (к?умпт) без пустоты (SVF II 522). Понятие «мир» многозначно: это бог как индивидуальное качество (см. ниже) всего сущего, миропорядок (дйбкьумзуйт) и сочетание первого и второго (SVF II 526 сл.). В первом и основном смысле миром называется бог, который создаёт миропорядок. Мир един (SVF II 530 сл.); он представляет собой упорядоченную совокупность (у?уфзмб) неба, земли и обитающих на них существ (SVF II 527). Космос конечен, целен и устойчив (SVF II 547-557), он - существо разумное, одушевлённое и мыслящее (SVF II 633).
Устроение мира как миропорядка Хрисипп представлял себе так. По периферии мир окружён огненным эфиром, в котором укреплены звёзды - неподвижные и движущиеся; они обладают божественной природой и направляются промыслом. Число неподвижных звёзд неизвестно, а движущихся - семь, и все они расположены ниже неподвижных. Солнце и звёзды - разумные огненные тела шарообразной формы, питающиеся морскими испарениями (SVF II 650 сл.). Луна находится ближе всего к воздуху и оказывает самое большое воздействие на околоземную сферу.
Ниже Луны находится сфера самодвижущегося воздуха, затем - сфера воды, а на самом нижнем месте - сфера земли, расположенная вокруг срединной точки мира (SVF II 527).
Бестелесные составляющие мироздания - пустота, пространство и время. Пустота (кеньн) не осязаема, не имеет формы, не испытывает воздействия и не оказывает его (SVF II 541); она есть то, что может быть занято телом, но не занято им (SVF II 505). Пространство (чюсб) - нечто частично занятое телом (SVF II 504-505). Время (чсьнпт) - мера протяжённости движения, мера и критерий быстроты и медленности отдельных движений; оно не имеет границ и делимо до бесконечности (SVF II 509; 1142).
Реально налично только настоящее; прошедшее и будущее даны иным образом (SVF II 509).
Миропорядок периодически гибнет и возрождается. В конце каждого цикла развития огонь поглощает прочие элементы и происходит «воспламенение» (?кр?сщуйт) - очищение мира (SVF II 596 сл.). В начале следующего цикла наступает возрождение (рблйггенеу?б) - полное восстановление миропорядка в прежнем (или неотличимом от прежнего) виде (SVF II 596 сл.; 624 сл.). Космический цикл повторяется бесчисленное количество раз (SVF II 625).
Принципы и уровни организации вещества. В самых общих положениях Хрисипп следовал Зенону и Клеанфу. Сущностью Бога-Логоса (Зев- са) является творческий огонь, тождественный космическому разуму, или «природе» (ц?уйт), - тому, что в себе самом заключает начало порождения и развития. «Природа - это структура (?ойт), [способная] развиваться из себя самой согласно семенным логосам (?о б?ф?т кйнпхм?нз кбф? уресмбфйкп?т л?гпхт)» (Диоген Лаэртий VII 148 = SVF II 1132), или «творче- ский огонь (р?с фечнйк?н), последовательно идущий путём порождения (?д? вбд?жпн е?т г?неуйн)» (Гален. О природных качествах I 12 = SVF II 1133).
Из смешения «элементов» все вещи происходят согласно индивидуальным «семенным логосам», в которых космический логос присутствует как принцип организации и развития каждого вида вещей, возникающих естественным образом.
Творческий огонь Хрисипп, как и Зенон, отождествлял с пневмой (рне?мб). Связующее начало мироздания и отдельных вещей, основа всекосмической причинности (SVF II 318; 439-441), пневма состоит из огня (преимущественно) и воздуха (SVF II 310), непрерывно движется к себе и из себя (SVF II 471). Вслед за Клеанфом Хрисипп считал основной структурной константой космоса тонкость и степень напряжения пневмы.
Каждое тело и весь космос - своеобразное «динамическое» единство.
Пневма имеет две основные характеристики. Первая - «напряжение» (ф?нпт), вторая - двунаправленное движение: за счёт центростремительного обеспечивается стабильность любой вещи и космоса в целом (их «структуру» - см. ниже), а за счет центробежного - разнообразие телесных качеств (SVF II 439 сл.; 1027).
В широком значении качество (рпй?н) - это «все существующее в ви- довом различии» (Симпликий. Комм. к Категориям Аристотеля p. 212,7 Kalbfl. = SVF II 390), сущность бескачественная и бесформенная (?рпйпт кб? ?учзм?фйуфпт), служащая основой любого конкретного качества (SVF II 318).
Обладание качеством, т.е. «качественность» (рпй?фзт), есть качество в отношении к чему-либо (уч?уйт рпйп?), пневма в определённом состоянии (рне?м? рщт ?чпн), или вещество в определённом состоянии (?лз рщт ?чпхуб) (SVF II 379). Общее качество (кпйн?т рпйьн) логически предшествует индивидуальному (?д?щт рпйьн) (SVF II 398).
Следствием вездеприсутствия пневмы является «космическая симпатия» (ухмр?иейб). Всеобщая сущность «представляет собой непрерывную целостность… благодаря которой “всё” обладает связанностью, устойчивостью и “сочувствует” самому себе» (Александр Афродисийский. О смешении p. 216,14 Bruns = SVF II 473). Хрисипп, скорее всего, принимал фундаментальный тезис, сформулированный Клеанфом: «Ни бестелесное не “сочувствует” (ухмр?учей) телу, ни тело - бестелесному, но лишь тело телу» (Немесий. О природе человека 2 = SVF I 518). «Симпатия» приводит ко «всеобщему смешению» (кс?уйт дй' ?лщн), следствием которого является бесконечная делимость и полная взаимопроницаемость телесных структур и их качеств (SVF II 463 сл.); пространство, время и тело бесконечно делимы (SVF II 482 сл.; 509). Системно менее значимые виды смешения - слияние жидких тел (у?гчхуйт), смешение сухих (м?ойт), соположение этих последних (рбс?иеуйт) и т.д. (SVF II 471) - доступны эмпирическому наблюдению.
Уровни организации телесных структур определены степенью чистоты и напряжения пневмы: 1) уровень неживого вещества, «структура» (?ойт); 2) растительный, «природа» (ц?уйт); 3) животный, «душа» (шхч?) и 4) разумный, «логос»: «Ум (нп?т) обладает многочисленными способностями, как то: связующей [структурно-пневматической] (?кфйк?), природной [растительной] (цхфйк?), душевной (шхчйк?), разумной (лпгйк?), или мыслительной (дйбнпзфйк?), а также множеством других способностей, различных по виду и роду» (Филон Александрийский. Аллегории законов II 22 = SVF II 458). В каждом последующем уровне содержатся все предшествующие.
Причинность, судьба, случайность. В общем понимании причинности Хрисипп следовал Зенону. Причина (б?фйпн) есть то, что «способно произвести нечто действенным путём» (Климент Александрийский. Строматы VIII 9, 25,5 = SVF II 344). В физическом мире действовать и быть причиной может только тело; последовательное сцепление причин бесконечно (SVF II 949), явление беспричинное и самопроизвольное невозможно (SVF II 973). Особую заслугу Хрисиппа составляет подробная классификация причин.
Степень влияния причины на появление эффекта зависит от следующих факторов: наличие 1) двух и более равнодействующих основных причин; 2) предшествующих причин; 3) вспомогательных, содействующих или сопутствующих причин. Особым параметром является «безличность» события или наличие разумного субъекта действия. Основной причиной является та, от присутствия которой наступление эффекта зависит безусловно и непосредственно. Такая причина именуется «самодостаточной», или «самозавершённой» (б?фпфел?т); «связующей» (ухнекфйк?н) она называется потому, что реализация существенных свойств подразумевает «связанность» пневматического субстрата в устойчивую структуру (SVF II 351; 974).
Причинность, отличная от основной, может лишь способствовать реализации последней, поскольку сама по себе не приводит к появлению конечного результата; она является «вспомогательной» (ухнесг?н б?фйпн) или «содействующей» (ухнб?фйпн - SVF II 346 сл.). Если такая причинность выступает как совокупность предварительных условий, она является «предшествующей» (рспкбфбскфйкьн - SVF II 351; 945), а в момент реализации может переходить в разряд «содействующей» (SVF II 974). Если же некая причинность складывается из двух или более равноценных составляющих, каждое из которых не способно самостоятельно вызвать нужный эффект, такие составляющие называются «сопричинами» (ухнб?фйб), - например, быки в упряжке, воины в строю и т.д. (SVF II 351 сл.). Ещё один фактор вступает в силу тогда, когда основной причиной является разумное решение субъекта и причинность классифицируется по принципу зависимости/независимости от субъекта действия (SVF II 976 сл.).
Поскольку учесть всю причинность невозможно, а причинность «из ничего» непредставима, «случайность» (ф?чз) Хрисипп понимал как причинность, не ясную или не известную человеческому разуму (SVF II 967).
Всекосмическое «сцепление» причин он называл «роком» (?н?гкз) и «судьбой» (е?мбсм?нз); первое делает акцент на предустановленности и нерушимости каузальных связей, а второе - на сочетании разных видов причинности. Это терминологическое различие Хрисипп ввёл для того, чтобы сохранить в цепи мировой причинности место для свободного произвола субъекта и моральной ответственности. Если «рок» есть «неодолимая и принуждающая причина», то «судьба» - это «упорядоченное сцепление причин, и в этом сцеплении нечто зависит от нас (кб? ф? рбс' ?м?т), так что одно выпадает нам, а другое - нет» (Аэтий I 27,3 = SVF II 976). В провиденциально-телеологической ипостаси «судьба» и «рок» (или «необходимость») выступают как божественный «промысл» (рсьнпйб), высший разум, целенаправленно упорядочивающий мироздание и позволяющий предугадывать будущее; на этом допущении строятся суждения мантики (SVF II 913 сл.; 1106 сл.; 1141 сл.). Концепция промысла служит переходной ступенью к теологии.