Статья: Характер бланкетности диспозиций в нормах статей главы 22 Уголовного Кодекса Российской Федерации

1

1

Характер бланкетности диспозиций в нормах статей главы 22 УК РФ

Пшипий Рустам Махмудович преподаватель

Института среднего профессионального образования

Кубанского государственного университета

Аннотация

В данной статье исследуются вопросы, связанные с использованием бланкетной формы диспозиции при конструировании уголовноправовых норм, предусматривающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности. Рассмотрены и детально проанализированы способы описания бланкетных признаков нормах главы 22, разработанные наукой уголовного права, а также предложены дополнительные основания для их классификации. Установлен уровень бланкетности в исследуемых диспозициях и определены нормы главы 22 УК РФ, диспозиции которых не сконструированы по типу бланкетных.

Ключевые слова: законодательная техника, уголовно-правовая норма, бланкетная диспозиция, бланкетные признаки, преступления в сфере экономической деятельности.

Abstract

This article explores the issues associated with using a blanket form of disposition in the construction of criminal law, providing for liability for crimes in the sphere of economic activity. Discussed and analyzed in detail ways to describe signs of blanket rules of Chapter 22, developed the science of criminal law, and offered additional reasons for their classification. Level is set in the investigated blanket dispositions and set standards of Chapter 22 of the Criminal Code, the disposition of which is not designed for the type of blanket.

Keywords: legislative technique, the criminal norms, Blanket disposition, blanket signs crimes in the sphere of economic activity.

В Российской Федерации, как, впрочем, и в других странах, преступность, к сожалению, не стоит на месте, постоянно совершенствуется, преступные деяния становятся все более изощренными. В особенности это касается преступности в сфере экономической деятельности, детерминантом которой выступает, в первую очередь, конъюнктура современного российского рынка. Именно условия рыночной экономики, пришедшие на смену командноадминистративным условиям хозяйствования, потребовали приведения уголовного законодательства в соответствие с новыми экономическими задачами. Ни одно из преступных деяний, закрепленных в главе 6 УК РСФСР 1960 г. «Хозяйственные преступления» не нашло своего отражения в главе 22 УК РФ 1996 г. «Преступления в сфере экономической деятельности». Одной из основных причин столь серьезного обновления уголовного законодательства в данной сфере явилось, в первую очередь, изменение регулятивного законодательства в указанной области, что и потребовало кардинального пересмотра деяний, признаваемых преступными в сфере экономики.

Экономическая сфера деятельности государства в условиях рыночной системы наиболее подвижна и изменчива и, кроме того, обеспечивается весьма внушительной нормативной базой, включающей в себя как федеральное и региональное законодательство, так и огромное количество подзаконных нормативных актов, а также локальных актов юридических лиц.

В силу указанных обстоятельств законодатель при конструировании составов уголовно-наказуемых деяний в сфере экономики обязан использовать только те приемы законодательной техники, которые способны обеспечить стабильность и гибкость уголовного закона, на тот случай, если изменению будет подвергнуто регулятивное законодательство, обеспечивающее регламентацию позитивных правоотношений. Таким приемом является бланкетная диспозиция, которая для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления обращает правоприменителя к нормам иных отраслей законодательства.

Появление в российском уголовном законодательстве бланкетной диспозиции как одной из форм конструирования уголовно-правовой нормы (вторая половина ХIХ в.), свидетельствовало об определенном прогрессе в сфере правотворчества и их широкое применение при конструировании составов преступлений является, на сегодняшний день, одним из наиболее предпочтительных приемов законодательной техники.

Прямым доказательством этому является принятый в 1996 г. первый Уголовный кодекс Российской Федерации, который остался верен прежним, более чем вековым, традициям применения бланкетного способа при конструировании уголовно-правовых норм. Анализ Особенной части в первоначальной редакции УК РФ 1996 г. свидетельствует о широком использовании этого приема законодательной техники, поскольку из 255 составов преступлений 165 сконструированы при помощи бланкетных диспозиций, что составляет 65 % от общего числа составов преступлений. Наиболее многочисленны, с точки зрения бланкетного способа конструирования, составы преступлений в сфере экономики (41 состав преступления, что составляет 16%) и составы экологических преступлений (а точнее, все 17 составов преступлений главы 26 УК РФ (6,6%) сконструированы с использованием бланкетных диспозиций)).

За 17 лет действия УК РФ его редакция неоднократно подвергалась изменению посредством криминализации отдельных видов преступных посягательств. С момента принятия УК по состоянию на 17 января 2014 г. в него было внесено 1972 изменения и дополнения, из которых 229 - в Общую часть, а 1743 - в Особенную часть [1, с. 54]. Не стала исключением и глава 22 УК, в которую за последние 5 лет было включено 12 новых составов преступлений (ст. 170¹, ч. 3 и 4 ст. 171¹, 171², 173¹, 173², 185², 185⁴, 185⁵, 185⁶, 193¹, 200¹).

Примечательно, что при конструировании всех указанных составов законодателем была использована бланкетная форма диспозиции. Необходимо, однако, отметить, что способ описания бланкетных признаков в диспозициях норм главы 22 УК РФ имеет различия.

В науке уголовного права достаточно широкое распространение получила научная позиция, разработанная И.В. Шишко, согласно которой специфику бланкетного способа изложения диспозиции составляет описание компонентов отдельных (или всех) элементов состава преступления обобщающими признаками, признаками-понятиями либо обобщающими признакамипонятиями [2, с. 55]. При анализе бланкетных диспозиций норм главы 22 УК РФ и при проведении компаративистского анализа мы также в целом руководствовались данной позицией, развивая ее отдельные положения личными предложениями частного характера.

Кроме того, в науке существуют и другие варианты классификации бланкетного способа изложения. Так, И.А. Михайлова предлагает классифицировать систему бланкетных норм по следующим основаниям:

- по связи с нормативными правовыми актами иной отрасли права:

1) нормы, имеющие признаки, указывающие на нарушение тех или иных правил, законов, законодательства; 2) нормы, имеющие признаки, указывающие на незаконность деяния; 3) нормы, включающие термины, содержание которых раскрывается в иных нормативных правовых актах других отраслей права;

- по отраслевой принадлежности нормативных правовых актов, с которыми связана бланкетная норма: нормы, связанные с нормативными правовыми актами административного, гражданского, таможенного и т.д. законодательства;

- по форме выражения: 1) нормы с «явной» («открытой») бланкетностью;

2) нормы со «скрытой» («неявной») бланкетностью; 3) нормы со «смешанной» бланкетностью;

- по бланкетному описанию следующих компонентов (составных частей) элементов состава преступления: 1) объекта; 2) предмета; 3) поведения потерпевшего; 4) признаков потерпевшего; 5) поведения субъекта (деяния); 6) места совершения преступления; 7) орудий (средств); 8) способа; 9) времени совершения преступления; 10) последствий; 11) признаков специального субъекта;

- по месту бланкетных признаков в структуре нормы: 1) содержащие признаки в гипотезе; 2) в диспозиции; 3) в санкции;

- по наличию слов-индикаторов: 1) нормы, имеющие слова-индикаторы; 2) нормы, не имеющие слов-индикаторов.

Соглашаясь в целом с предложенной классификацией бланкетных признаков (хотя отдельные ее основания, например, «по месту бланкетных признаков в структуре нормы», являются достаточно спорными), мы предлагаем дополнить ее еще двумя основаниями.

1. По иерархическому уровню актов, к которым отсылает бланкетная диспозиция, бланкетные признаки делятся на содержащиеся в:

1) международных правовых актах;

2) Конституции, федеральных конституционных и федеральных законах Российской Федерации;

3) подзаконных нормативных актах органов исполнительной власти

Российской Федерации;

4) законах и подзаконных актах субъектов Российской Федерации;

5) актах муниципальных образований;

6) локальных актах организаций;

7) судебных актах, принятых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства.

2. По степени конкретизации нормативного правового акта, к которому делается отсылка, бланкетные признаки делятся на:

1) содержащиеся в нормативном акте, конкретно обозначенном в диспозиции нормы;

2) содержащиеся в определенном нормативном блоке, указанном в диспозиции нормы;

3) содержащиеся в определенном нормативном акте или нескольких нормативных актах, прямо не названных в диспозиции нормы, о необходимости обращения к которым указывают словосочетания: «установленный порядок», «установленный срок» и др.

Проведенный нами анализ Особенной части УК РФ 1996 г. (в редакции от 5 мая 2014 г.) свидетельствует о том, что российский законодатель при конструировании уголовно-правовых норм с бланкетной формой диспозиции преимущественно использует бланкетные признаки-понятия, такие как: акцизные марки, специальные марки, знаки соответствия и федеральные специальные марки (ч. 1, 3 ст. 171¹); монопольно высокая и монопольно низкая цена товара (ст. 178); товарный знак, знак обслуживания (ст. 180); инсайдерская информация (ст. 185⁶); аффинаж (ст. 192); резидент и нерезидент (ст. 193¹); банкротство (ст. 195, 196, 197) и др.

Отметим также некоторые обобщающие признаки-понятия, использованные российским законодателем в бланкетных диспозициях норм главы 22 УК: индивидуальный предприниматель (ст. 170¹); предпринимательская деятельность (ст. 171); коммерческая тайна, налоговая тайна, банковская тайна (ст. 183); ценные бумаги (ст. 185) и др.

Также достаточно часто при конструировании норм главы 22 УК использованы такие обобщающие признаки, как «неправомерный» (ч. 1 ст. 169, ч. 2 ст. 170¹, ч. 2 ст. 185⁶, ч. 2 ст. 195) «незаконный» (ст. 170, ч. 2 ст. 173², ч. 2 ст. 176, ч. 1, 2 ст. 180, ч. 1 ст. 185⁴, ч. 1 ст. 189, ч. 3 ст. 195, ч. 1 ст. 200¹) и «несанкционированный» (ч. 1 ст. 181).

Как отмечалось ранее, экономическая нормативная база включает в себя не только федеральное и региональное законодательство, огромное количество подзаконных нормативных актов, но локальные акты организаций, к которым приходится обращаться, в частности, для толкования бланкетного признака «коммерческая тайна», поскольку круг составляющих ее сведений (ответственность, за незаконное получение и распространение которой предусмотрена ст. 183 УК РФ) в соответствии с федеральным законодательством (Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «О коммерческой тайне» от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ) определяют сами организации.

Кроме того, в качестве локального акта возможно рассмотрение внешнеторгового договора (контракта), указанного в ст. 193 УК, в котором установлены условия зачисления денежных средств на счета резидента за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы и т.д.

Кстати говоря, данная норма является примером сочетания в одной диспозиции нескольких бланкетных признаков. Кроме обозначенной ссылки на внешнеторговый договор (контракт), диспозиция статьи также отсылает к валютному законодательству РФ и использует бланкетные признаки-понятия «резидент» и «нерезидент», дефиниции которых содержаться в Федеральном законе от 10.12.2003 г. № 173-ФЗ (ред. от 05.06.2012) «О валютном регулировании и валютном контроле».

Примеры таких диспозиций (с сочетанием нескольких бланкетных признаков одновременно) не единичны в уголовном законе РФ. Так, ст. 170¹ при описании признаков состава фальсификации единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета, использует такой обобщающий признак как «недостоверный» и обобщающий признак-понятие «ценные бумаги». Объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 173² (Незаконное использование документов для образования (создания, реорганизации) юридического лица) описаны с использованием обобщающего признака «незаконный» и бланкетного признакапонятия «сделка».

Также в некоторых диспозициях исследуемых уголовно-правовых норм законодатель предлагает отсылку к определенному судебному акту. Так, в ч. 2 ст. 169 УК РФ говорится о действиях, составляющих объективную сторону воспрепятствования законной предпринимательской или иной деятельности, совершенных в нарушение вступившего в законную силу судебного акта, а в ст. 177 установлена ответственность за злостное уклонение руководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере или от оплаты ценных бумаг после вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Вопрос о возможности отсылки к тому или иному судебному акту является спорным в науке, но для нас он решен однозначно, поскольку существует институт преюдиции (к тому же не так давно успешно реформированный) и для сферы экономической деятельности весьма актуально наличие уже вынесенных решений арбитражным судом или федеральным судом общей юрисдикции по тем или иным экономическим спорам, в рамках которых правоохранительные органы обнаружили признаки уголовнонаказуемого деяния. Данный вопрос более подробно будет рассмотрен в рамках второго параграфа данной главы.