Государственные языки Республики Марии Эл (история правового регулирования языковых проблем)
Е.А. Кондрашкина
Abstract
Government Languages of the Republic of Mari El (History of Legal Regulation of Language Problems)
E.A. Kondrashkina
The article is devoted to the study of the legal solution of language problems in the Republic of Mari El since the Declaration of State Sovereignty of the Soviet Socialist Republic of Mari El 1990, and ending with modern acts that relate to the functioning of the Russian and Mari languages in the field of education and other fields. The author's task is to analyze the legal documents adopted over the past years, since they reflect the language policy conducted in the republic and determine its direction. The laws of the Federal Center will also be involved into the comparison, since they set the vector of action to the republican authorities.
The topic of language legislation is becoming particularly relevant in connection with the recent discus-sions in Russian society, creating a conflict situation whether studying the state national languages should be mandatory or voluntary.
Keywords: language legislation, Russian language, Mari language, sphere of education, study of state languages, national language, language policy.
Аннотация
Статья посвящена исследованию правового решения языковых проблем в Республике Марий Эл, на-чиная с Декларации о государственном суверенитете Советской Социалистической Республики Марий Эл 1990 г. и кончая современными актами, которые касаются функционирования русского и марийского (лугового и горного) языков в сфере образования и других сферах. В задачу автора входит анализ приня-тых за прошедшие годы правовых документов, так как именно они отражают проводимую в Республике языковую политику и определяют ее направление. Также будут привлекаться в сопоставительных целях законы Федерального центра, поскольку они задают вектор действия республиканским властям. Тема языкового законодательства становится особенно актуальной в связи с возникшими за последнее время в российском обществе дискуссиями, порождающими конфликтную ситуацию: об изучении государ-ственных национальных языков - обязательном или добровольном.
Ключевые слова: языковое законодательство, русский язык, марийский язык, сфера образования, изуче-ние государственных языков, национальный язык, языковая политика.
Современная языковая политика в Российской Федерации базируется на Законе «О язы-ках народов РСФСР» от 25 октября 1991 года, а также на нормах Конституции РФ 1993 г. И в Законе, и в Конституции есть статьи, в которых декларируется: государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык; республики вправе уста-навливать свои государственные языки, Российская Федерация гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития [Орешки-на 2016, 836]. Утвердив статус русского языка как государственного и разрешив республикам юридическое оформление своих государственных языков, Закон о языках и Конституция РФ признали, таким образом, двуязычную модель языкового существования в республиках.
Первым законодательным актом, касающимся языков в Республике Марий Эл, была Де-кларация о государственном суверенитете Марийской Советской Социалистической Республи-ки, принятая в октябре 1990 г., где в пункте 5 говорилось: «В Марийской ССР равноправно функционируют марийский луговой, горный и русский языки в качестве государственных язы-ков, обеспечивается сохранение и развитие языков других национальностей, проживающих на ее территории» [Декларация 1990]. Необходимо отметить, что к моменту принятия Декларации положение марийского и других национальных языков рассматривалось как катастрофическое. Из года в год увеличивалось количество представителей титульной нации, не знающих род-ного языка и не желающих его изучать, не говоря уже о представителях других этнических групп, проживающих в республиках. По данным Всесоюзных переписей населения, особенно сильная девальвация марийского языка произошла в период с 1959 по 1989 гг., когда число марийцев, считающих свой язык родным, уменьшилось на 14,3 %, с 95,1 % в 1959 г. до 80,8 % в 1989 г., т.е. ежегодно в среднем оно сокращалось почти на полпроцента [Сануков 2000, 35]. Марийский ученый К. Н. Сануков писал в те годы о положении финно-угорских языков: «Эти языки не только не находят применения в официальной государственной и общественной жиз-ни (чего уж более - когда собрания писателей проводятся на русском языке). В Йошкар-Оле, Петрозаводске, Саранске, Сыктывкаре, Ижевске услышать на улице, в магазине, в обществен-ном транспорте родную речь коренных жителей - это исключительно редкое явление». Свои рассуждения он завершал выводом: «Языковая ситуация у финно-угорских народов (за исклю-чением в целом, финнов, венгров, эстонцев) доведена до черты, за которой, кажется, уже могут произойти необратимые процессы» [Сануков 1994, 12].
Большим препятствием на пути расширения сфер применения национальных финно-угор-ских языков являлся и является демографический фактор, т.е. численное преобладание рус-ского населения. В этом отношении в Марий Эл этническая обстановка более благоприятная: титульное население в республике составляет 41,8 % (перепись 2010 г.), - тогда как в Мордо-вии - 32,1 %, в Удмуртской Республике - 27 %, в Коми - 22,5 %, в Карелии - 7,1 % [Шабаев, Воронцов, Орлова, Мартыненко, Миронова 2018, 66]. Данные переписей свидетельствуют, что в Марий Эл не происходило большого сдвига между численностью марийцев и остального на-селения (в 1939 г. перепись зарегистрировала 47,2% марийского населения, в 1979 г. - 43,5%, в 1989 г. - 43,3%, в 2002 г. - 42,9%). В то же время, например, в Республике Коми коми насе-ление уменьшилось с 72,5 % в 1939 г. до 22,5 % в 2010 г. [там же].
Вторым по значению документом была новая редакция Конституции 1978 г., принятая Конституционным Собранием Республики Марий Эл 24 июня 1995 г. (с изменениями и до-полнениями). В Главе I, Статье 15 было закреплено право марийского и русского языков на-зываться государственными языками республики [Конституция 1995, 16].
После принятия в 1991 г. Закона «О языках народов РСФСР» в республиках начался про-цесс разработки своих законодательных актов, касающихся функционирования национальных языков. В июле 1992 г. Марийская Советская Социалистическая Республика была переимено-вана в Республику Марий Эл, а в сентябре того же года был опубликован проект закона Респу-блики Марий Эл «О языках в Республике Марий Эл», подготовленный Комиссией по вопросам национальной политики и развития межнациональных отношений Верховного Совета Респу-блики Марий Эл. Проект был опубликован на трех языках: в газете «Марий Эл» от 1 сентября 1992 г. - на луговомарийском языке; в газете «Марийская правда» от 2 сентября - на русском и в газете «Ленин корны» от 17 сентября - на горномарийском языке [Васикова 1994, 47].
С момента опубликования проекта закона в марийском обществе возникла оживленная дискуссия по вопросу о статусе марийских языков, главным образом - горномарийского. Ино-гда дело доходило до откровенно враждебных выпадов со стороны некоторых ученых, не же-лающих признавать горномарийский язык государственным. По словам К. Н. Санукова, боль-шинство марийских языковедов «упорно отстаивают свои позиции, отказывая горным марий-цам в праве иметь свой родной язык, а не наречие, или «норму», или «вариант» литературного языка». И далее добавляет, что «признание реальности существования двух литературных язы-ков не является стремлением расчленить народ, не принесет ущерба национальному развитию, а наоборот - снимет элемент морально-психологического дискомфорта» [Сануков 1994, 11].
Пока шли дискуссии и обмен мнениями, Закон о языках не принимался во избежание разрастания конфликта. Когда накал страстей утих, 26 октября 1995 года Закон был подписан президентом Республики Марий Эл В. Зотиным и опубликован в прессе.
В преамбуле его говорилось: «Языки в Республике Марий Эл являются национальным достоянием и историко-культурным наследием населения республики, признаются равноправ-ными и находятся под государственной защитой. В Республике Марий Эл, многонациональной по своему составу, подлежит защите неотъемлемое право граждан любой национальности на развитие их родного языка и культуры. Республика Марий Эл обеспечивает заботу о сохране-нии и развитии марийского языка как основы всей его национальной культуры. Русский язык в соответствии со сложившимися историко-культурными традициями стал основным сред-ством межнационального общения населения Республики Марий Эл». Далее в Главе I, Статье 1 декларируется: «Государственными языками Республики Марий Эл являются марийский (гор-ный и луговой) и русский языки. Статус языков, являющихся государственными, не ущемляет и не умаляет права других народностей, населяющих республику, в использовании и развитии своих языков» [Приложение № 1, 164-165]. В Главе II Закона говорится о правах граждан в выборе языка и обеспечении этих прав. Глава III посвящена использованию языков в органах государственной власти и государственного управления, в Главе IV речь идет об использовании языков в деятельности государственных органов, организаций, предприятий и учреждений. Во всех этих статьях подчеркивается, что везде используются государственные языки Марий Эл (любой из них), а в местах компактного проживания населения, говорящего на других языках, используются также языки большинства в такой местности. Глава V, касающаяся языка об-разования, науки и культуры, предоставляет гражданам Республики право свободного выбора языка для получения образования и научной работы. За авторами научных работ закрепляется право выбора языка для своих исследований, а национальные, культурные и религиозные ор-ганизации могут выпускать печатные издания и вести внутренние дела на своих национальных языках. Языку в средствах массовой информации и связи посвящена Глава VI, в которой пред-писывается использование государственных языков в радио- и телепередачах, в названиях улиц, предприятий и организаций, текстах официальных объявлений, плакатах, афишах, рекламы и др. В последующих трех главах (всего в Законе их 9) декларируется использование языков в международных отношениях, содействие развитию языков за пределами Марий Эл, защита языков Республики и контроль за выполнением закона о языках [Приложение № 1, 167-174]. Принятие Закона имело большое значение для марийского языка, так как это открывало но-вые возможности для его сохранения и развития. Принятие Закона предполагало решение ряда важных задач, обеспечивающих его реализацию: расширение знания марийского языка сре-ди самих марийцев и достижение в Республике реального двуязычия и многоязычия. Вторую задачу русскоязычное население Республики воспринимало неоднозначно, как, собственно, и в других национальных субъектах, в которых языки коренных народов были провозглашены государственными, следуя мнению о том, что «нельзя заставить другие языковые общности изучать язык, которого не знает и не использует (во всяком случае в его литературной форме) значительная часть титульной нации» [Солнцев, Михальченко, 2000, ХХ-ХХЦ.
После принятия Закона «О языках в Республике Марий Эл» на 2000-2005 годы» была разработана государственная программа его реализации. В четырех ее разделах определили основные задачи по выполнению закона. Разделы были озаглавлены следующим образом: «Расширение функциональных возможностей государственных - марийского (горного и луго-вого) и русского языков»; «Совершенствование системы обучения государственным языкам, литературе, истории и культуре родного края в образовательных учреждениях республики»; «Научно-исследовательская и издательская деятельность»; «Использование государственных языков в средствах массовой информации» [Приложение № 2, 175-180]. Все разделы обра-щали особое внимание, естественно, на марийский язык, поскольку функциональная нагрузка русского языка и так превалировала над марийским. Что же касалось русского языка, то во 2-м разделе предлагалось проводить школьные олимпиады по русскому языку и литературе; в 3-м - издавать марийско-русские словари, в 4-м - переводить наиболее выдающиеся произведения русской литературы на марийский язык, а марийских авторов - на русский [там же]. Таким образом, было задано направление языковой политики на ближайшие годы. Программа была составлена детально и предполагалось ее выполнение в течение 5 лет. Однако время, за которое она должна была быть выполненной, представлялось слишком коротким, особенно в области подготовки преподавателей для курсов марийского (горного и лугового) языка, организации этих курсов для взрослого населения, оснащения министерств, ведомств и научных учрежде-ний компьютерными программами с марийским шрифтом, создание этих программ и т.п.
Реализацию Закона о языках в Республике Марий Эл затрудняет еще тот факт, что госу-дарственными языками фактически объявлены три языка: наряду с русским репрезентированы еще горный марийский и луговой марийский. При этом в законе не прописано, в каких случаях должен использоваться луговой, в каких горный, должны ли дети луговых марийцев изучать горный марийский и наоборот, поэтому по-прежнему главным критерием использования языка является место жительства его носителей, т.е. в местах проживания горных марийцев (их чис-ленно меньше луговых) изучают горный, а там, где преобладают луговые марийцы - луговой. Между собой и в общении с представителями других этносов используется русский язык, тем более, что по переписи 2010 г., 98,2 % марийцев, 97,9 % татар, 99,8 % чувашей в Республике Марий Эл владеют им, тогда как марийскими языками (горным и луговым) владеют 75,6 % марийцев, 3,49 % татар и 4,515 чувашей. Русские же остаются моноязычными и лишь 1,46 % русских владеют марийским языком [Шабыков 2016, 79].
Несмотря на важность закона для марийского языка и его публикацию в прессе, оказа-лось, что население республики практически не знает о нем. Опрос, проведенный социологами в 2001 г., показал, что только 8,4 % русских и 13,2 % марийцев из 895 опрошенных в возрасте от 15 лет читали закон, тогда как 66,2 % русских и 51,4 % марийцев ничего о нем не знают, 25,4 % русских и 35,4 % марийцев слышали о законе, но не знают его содержания [Межнацио-нальные отношения... 2002, 129].
Следующим важным документом стал Указ Президента Российской Федерации от 15 июня 1996 г. № 909 «Об утверждении Концепции государственной национальной политики Россий-ской Федерации», где в Главе III, Статье 3 ставились основные цели и задачи государственной национальной политики:
A) формирование и распространение идей духовного единства, дружбы народов, межна-ционального согласия, культивирование чувства российского патриотизма; распространение знаний об истории и культуре народов, населяющих Российскую Федерацию;
Б) сохранение исторического наследия и дальнейшее развитие национальной самобытно-сти и традиций взаимодействия славянских, тюркских, кавказских, финно-угорских, монголь-ских и других народов России в рамках евразийского национально-культурного пространства, создание в обществе атмосферы уважения к их культурным ценностям;
B) обеспечение оптимальных условий для сохранения и развития языков всех народов России, использования русского языка как общегосударственного;
Г) укрепление и совершенствование национальной общеобразовательной школы как ин-струмента сохранения и развития культуры и языка каждого народа наряду с воспитанием ува-жения к культуре, истории, языку других народов России, мировым культурным ценностям [Указ Президента Российской Федерации, 1996].
Следом за Федеральным указом 13 декабря 1997 г. Президент Республики Марий Эл
В. Кислицын подписал Указ № 473 «Об утверждении Концепции государственной наци-ональной политики Республики Марий Эл». Как отмечал К. Замятин, Концепция Марий Эл предусматривала программу реализации Закона о языках Марий Эл, который гарантировал республиканскую поддержку развитию национальных языков, билингвизма и многоязычия. Первоначальное заявление о двуязычии и многоязычии как норме, содержится в преамбуле Федерального закона о языках. И далее автор подчеркивает, что можно с уверенностью гово-рить о том, что в Республике существует официальное двуязычие, узаконенное статусом обоих государственных языков [Zamyatin 2014, 130]. Отметим, что двуязычие в Марий Эл не является паритетным. Под паритетным (двусторонним) понимается билингвизм, при котором оба кон-тактирующих коллектива владеют двумя языками [Словарь 2006, 52]. Но, как уже говорилось выше, русские остаются одноязычными, в связи с чем, в республике развит национально-рус-ский билингвизм, а русско-национальный фактически находится, по образному выражению Н. Н. Щемеровой, «в зачаточном состоянии» [Щемерова 2000, 328].