В конце марта 1918 г. Новомбергский был арестован советскими властями Томска. Однако уже весной - летом советская власть повсеместно в Сибири была ликвидирована. 30 июня 1918 г. в Омске было создано Временное Сибирское правительство как орган областной автономии [14. 1918. 16 авг.]. Однако в это же время, как вспоминал Новомбергский, «в разных местах было несколько казачьих офицеров, которые вокруг себя группировали разных лиц» и эта «атамановщина... была единственной фактической силой, которая, по моему глубокому убеждению, держала в руках все» в Сибири. В этих условиях Г.Н. Потанин, А.В. Андрианов и Новомбергский выступили с идеей создания «какой-то авторитетной власти» для предотвращения хаоса и политических убийств [10. С. 211]. Эта идея была ими озвучена в отдельной статье, отредактированной и опубликованной Новомбергским [14. 1918. 26 сент.].
В сентябре 1918 г. была создана Директория - Всероссийское временное правительство в Омске. 13 сентября 1918 г. Новомбергский был назначен на должность товарища министра туземных дел Временного Всероссийского правительства. В конце сентября 1918 г. Министерство туземных дел было преобразовано в Туземный отдел Министерства внутренних дел, который возглавил Новомбергский в должности товарища министра [15. Оп. 2. Д. 1565. Л. 14]. Перед отъездом из Томска в Омск Новомбергский передал на хранение в библиотеку университета 1 875 томов своей личной библиотеки, которые впоследствии так и остались в Томском университете [16. Оп. 1. Д. 765. Л. 14].
Свое назначение в Министерство туземных дел он объяснял тем, что был специалистом в национальном вопросе: «Начиная с 1897 г. я работал на Крайнем Севере Тобольской губернии над изучением вымирания остяков и самоедов... Потом, также на Крайнем Севере, изучал влияние копытной болезни на экономическое состояние инородцев Севера. Года через два, три, я изучал экономический быт и административное устройство бурят Иркутской губернии. Спустя еще два года, я поехал на остров Сахалин и там прожил два года, изучая быт гиляков» [10. С. 212].
18 ноября 1918 г. Новомбергский участвовал в заседании Совета министров Временного Всероссийского правительства, провозгласившего Верховным Правителем А.В. Колчака [17. Оп. 5. Д. 245. Л. 1]. Военная диктатура Колчака открыла новый этап национальной политики. В обращении к населению он декларировал доктрину «единой и неделимой России». Новомбергский не поддерживал эту доктрину. Более того, авторитаризм Колчака привел его к мысли о том, «что это правительство неминуемо придет к катастрофе». В январе 1919 г. он подал прошение об отставке, 21 февраля Новомбергский был уволен из Министерства внутренних дел. Перед отставкой у него состоялась беседа с Колчаком, в которой он очень жестко высказался о его политике, говорил «о хищениях и белом терроре», заявлял о «необходимости законодательного совета» [10. С. 391].
Но из политической жизни Новомбергский не ушел. Он помогал невинным людям, попавшим в жернова белого террора: добился освобождения «из вагона смерти Анненкова» председателя земской управы Троицкого, из тюремного заключения - сотрудника внешкольного отдела Воронова, захваченных контрразведкой врача Рожнова и трех рабочих, заведующего земельным комитетом Балиева и др. [Там же. С. 492].
В мае 1919 г. Новомбергский совместно с М.П. Головачевым, А.Д. Баженовым, Н.Н. Козьминым, И. А. Молодых и другими выступил с «Декларацией сибиряков- областников». В этом документе признавалось, что «переходной формой российской власти до окончательной победы над большевиками и до создания
Национального учредительного собрания в интересах собирания разрозненных частей России должна оставаться обладающая всей полнотой власти Верховная Государственная власть, осуществляемая Верховным Правительством». Но областники считали необходимым создание сибирского областного управления с «законосовещательным органом по местным вопросам». Они требовали «установления и защиты земельных прав старожилов-крестьян, казаков и инородцев, а равно хозяйственное устройство прежних переселенцев» [15. Оп. 4. Д. 648. Л. 2-3].
Новомбергский остался в Омске. Позднее он объяснил это тем, что, «оставаясь профессором Томского университета, я видел опустошение аудиторий, и не видел возможности продолжать нормальную работу» [10. С. 215]. С 1919 до 20 апреля 1920 г. он был одним из организаторов, ректором и профессором Омского института сельского хозяйства и промышленности [1. Оп. 1. Д. 1002. Л. 1 об., 2 об.]. В январе 1920 г. начал преподавать в Омском политехническом институте и на одной из лекций сказал, что он - марксист. Правда, он объяснял, что марксизм он понимает как «экономическое явление» [10. С. 215].
10 мая 1920 г. Новомбергский был арестован ВЧК и передан Чрезвычайному ревтрибуналу при Сибревкоме для суда над колчаковскими министрами. На допросе 21 мая он заявил о своей готовности сотрудничать с большевиками: «Когда советская власть надвигалась сюда, я не бежал, а двигался сюда навстречу, рассчитывая, что я имею общие исходные пункты, что я могу работать по чистой совести». 28 мая он сказал: «Я был за конструкцию советской власти, как государство экономическое и политическое, трудовое государство, но я был против коммунизма как теории». 30 мая 1920 г. Чрезвычайным ревтрибуналом Новомбергский был приговорен к лишению свободы с применением принудительных работ до окончания Гражданской войны [Там же. С. 216, 492, 656].
Столь мягкий приговор объясняется, во-первых, тем, что Новомбергский не участвовал в военных действиях и работе правоохранительных органов белого движения; во-вторых, его принадлежность к областникам и участие в создании национальных автономий народов Сибири совпадали с некоторыми идеями В.И. Ленина. В своем труде «Развитие капитализма в России» Ленин доказывал, что до революции Сибирь была «колонией в экономическом смысле» [18. Т. 4. С. 86; Т. 30. С. 121]. После установления советской власти был создан Сибирский край, который в 1920-х гг. фактически обладал той же самостоятельностью, которой пользовались союзные республики. Деятельность советской власти по созданию национально-территориальных автономий народов Сибири была продолжением деятельности Министерства туземных дел.
18 января 1921 г. с грифом «секретно» на имя председателя Сибревкома И.Н. Смирнова и председателя ВЧК Сибири И.П. Павлуновского был направлен труд Новомбергского «Хозяйственное расслоение сельского населения в Сибири (в связи с основными вопросами экономической политики)». В тексте самой работы она была датирована 30 ноября 1920 г. [19. Оп. 1. Д. 10. Л. 1]. В своем «Жизнеописании» он писал, что книгу подготовил по заданию Сибревкома в Омске, сочинение осталось в рукописи, но размножалось для административных потребностей Сибревкомом [4. Оп. 1. Д. 1002. Л. 1-2].
Определяя приоритеты экономического развития, Новомбергский выступил сторонником первенства сельского хозяйства по отношению к промышленности. При этом он писал о необходимости переориентации сельского хозяйства с зернового производства на молочное скотоводство и мясошерстное овцеводство. В предполагаемой трансформации сельского хозяйства Новомбергский определенное внимание отводил совхозам и колхозам как «культурно-агрономическим центрам». Ученый заключал: «Россия разорена, Сибирь лишь потрясена. Чтобы экономическая встряска не превратилась в трудно-поправимый хозяйственный развал, нужно торопиться вывести крестьянское хозяйство на другую дорогу» [19. Оп. 1. Д. 10. Л. 100 об.].
С 10 февраля 1921 г. Новомбергский начал работу экономистом экономического отдела Сибревкома в Новониколаевске [1. Оп. 1. Д. 1081. Л. 2 об.]. Привлечение его к работе в органах советского планирования не было случайностью. Он интересовался этой проблемой еще до революции. В частности, в докладе, прочитанном в томском обществе практических врачей в январе 1913 г., Новомбергский объяснял экономическую отсталость Российской империи отказом от планирования развития государственного хозяйства [20. С. 13].
В 1921 - декабре 1928 г. Новомбергский работал в Сибирской краевой плановой комиссии в Новосибирске: с 1921 г. - членом коллегии и заведующим научно-информационным отделом, с 1927 г. - заместителем председателя комиссии, с мая 1927 г. - председателем бюро по изучению производительных сил Сибирского края и председателем бюро по электрификации Сибири. Он выступал с докладами на совещаниях плановых органов Сибирского края, рецензировал общесоюзные планы развития народного хозяйства, руководил текущей деятельностью по планированию развития народного хозяйства Сибири [21. Оп. 1. Д. 851. Л. 21-54; Д. 1319. Л. 1-2 об.; Оп. 2. Д 113. Л. 115-122; Д 451. Л. 90-94].
В декабре 1926 г. Новомбергский был назначен председателем комиссии при Сибплане по составлению генерального плана развития народного хозяйства Сибири на 15 лет. К этой работе он отнесся очень серьезно и разработал общую концепцию плана [22]. В 1926 г. были опубликованы материалы и перспективный план развития сельского хозяйства Сибири на 15 лет (1926-1941 гг.). В последующем они использовались при разработке планов первых пятилеток.
С 1 декабря 1921 по 1929 г. Новомбергский состоял на службе консультантом экономического управления и членом экономического совещания Сибирского областного бюро ВСНХ. В аттестации, данной ему 31 января 1924 г., говорилось: «Вся огромная организационная работа по регулированию сибирской промышленности в условиях НЭПа проводилась при ближайшем сотрудничестве т. Новомбергского, большие знания которого не только сибирских, но и общероссийских экономических вопросов помогали Президиуму Сибпромбюро разрешать трудные задачи по управлению и регулированию сибирской промышленности» [4. Оп. 1. Д. 1002. Л. 3].
Кроме того, Новомбергский являлся членом правления Советского общества изучения Сибири и ее производительных сил, членом редакции журнала «Жизнь Сибири», сотрудничал с периодическими изданиями «Советская Сибирь», «Биржевые бюллетени», «Сибирская экономическая жизнь» и др. Работа в Сибирской краевой плановой комиссии отразилась в ряде публикаций по экономическим проблемам Сибири 1920-х гг.
Однако завоевать полное доверие партийных органов Новомбергскому не удалось. В условиях сворачивания нэпа и курса на коллективизацию он получил ярлык сторонника капиталистической реставрации и представителя «кондратьевщины». Возможно, с этим связана попытка Новомбергского уйти в мае 1927 г. на преподавательскую работу в Сибирский ветеринарный институт в Омске, о чем ходатайствовал ректор института [Там же. Оп. 1. Д. 1002. Л. 4-5]. К сожалению, это намерение ему реализовать не удалось.
6 декабря 1928 г. на заседании бюро Сибкрайкома ВКП(б), протокол которого был составлен лично секретарем крайкома С.И. Сырцовым и вошел в «особую папку», среди других вопросов по предложению председателя Сибплана Хронина был рассмотрен вопрос об увольнении из Сибплана Новомбергского и Болдырева [23. Оп. 4. Д. 24. 233-234]. После принятия этого решения их лишили избирательных прав.
Это увольнение вызвало общественную реакцию, о чем свидетельствует «Обзор секретного отдела ПП ОГПУ по Сибирскому краю о настроениях интеллигенции». В этом обзоре Новомбергскому, прежде всего, приписали критику политики ВКП(б), якобы он говорил: «В политике партии наступил кризис. Коммунисты набрасываются на специалистов и фракционеров, обвиняя их во вредном влиянии на советский аппарат... Коммунисты превращают кооперацию из средства помощи населению в деле снабжения предметами первой необходимости в грабиловку». Далее составители обзора приписывали ему критику избирательной системы: «Большего произвола, какой существует в СССР, в смысле выбора органов власти я не видел, и история государства такого произвола не знает. Почти все порядочные люди, в том числе и я, лишены избирательных прав. Но мы радуемся тому, что мы не причастны к этому произволу» [24. Оп. 3. Д. 13. Л. 282].
Наконец, составители обзора изложили взгляды Новомбергского на состояние научного сообщества: «Пребывая некоторое время среди профессуры Томского вуза, я подметил, что профессура делится на два лагеря - “левых” и “правых”. Я же смотрю на это так: “правые” - это люди чистой науки, а “левые” - это карьеристы, воспевающие хвалебные гимны господствующей партии ВКП. Теперь для того, чтобы стать видным профессором, особой учености не требуется, нужно только научиться подхалимству, как это делают “левые”, ты достигнешь Академии, а выбора в Академии в этом меня еще больше убедили: кто воспевает хвалебные гимны марксистской науке, тот и был выбран в Академию. Я и все другие честные ученые не хотим быть членами никакой Академии, которая является филиалом ЦК ВКП» [2. Оп. 3. Д. 13. Л. 283].
В «Обзоре секретного отдела ПП ОГПУ» содержатся и сведения о реакции инженеров и техников на увольнение Новомбергского. Основные объяснения этого увольнения заключались либо в интригах против профессора, либо в зачистке советских органов в условиях борьбы с правым уклоном. Инженер Подбельский подвел итог этим обсуждениям: «Политика увольнения таких крупных “китов” показывает, что никто из специалистов не может быть гарантирован от того, что его завтра не выбросят со службы, поэтому специалистам нечего особенно стараться, т. к. старания наши не будут приняты в расчет». По мнению составителей обзора, только инженер Миняев правильно понял причины увольнения: «Болдырев и Новомбергский открыто ведут антисоветскую деятельность и ничего хорошего в Советском строительстве не видят и не хотят видеть» [Там же. Л. 285].