У министерства были и опасения относительно нехватки ученых кадров для преподавания древних языков, однако эти опасения оказались напрасными. Г.И. Кананов писал, что «с изданием нового устава совпал и первый выпуск учителей для гимназий из историко-философского института <...>, [а также потому, что в предшествовавшие четыре года. - К.Б.] <...> было вызвано из славянских земель Австрии более 60 хорошо подготовленных преподавателей»40. Таким образом, с проблемой справиться удалось:распределили часы латинского языка и ввели греческий «почти во все гимназии, где он еще не преподавался». Далее перечисляются округа, где еще не введено новое положение, говорится о гимназиях и прогимназиях, содержащихся на средства местных обществ.
Призывал «Журнал» включиться в процесс реформы и высшее общество - в статье (автор статьи анонимен) о князе Н.П. Мещерском, который выразил готовность содержать на собственные средства Александровскую гимназию в г. Вязьме в течение года. Князь был ярым приверженцем классицизма, активным и верным соратником Д.А. Толстого. В «Журнале» К.К. Мазинг (общественный деятель, инженер, математик) в «Заметках о преподавании математики в наших гимназиях» тоже постарался подчеркнуть упешность новой системы. Он отмечал, что по новому уставу в гимназиях учатся не семь, а восемь лет, и это дает возможность лучше подготовиться к поступлению в универ- ситет4!, что, в свою очередь, улучшит университетское образование42. По мнению министерства и, соответственно, «Журнала», новым уставом было положено начало истинного воспитания юношества. Однако главный вопрос - всеобщего образования - не был решен, крестьяне оставалось безграмотными, но Д.А. Толстой такой задачи и не ставил.
Выводы
Анализ публикаций в «Журнале» свидетельствует, что издание было подлинным органом Министерства народного просвещения и преподносило реформу 1871 г. как «довершение и упрочнение <...> благотворной учебной реформы [1864 г. - К.Б.], с освобождением от более или менее случайных недостатков, которые в нее проникли», как обретенную твердую и прочную основу для просвещения страны. Едва ли не в каждом выпуске «Журнала» сообщалось о том, что Устав 1871 г. являлся дополнением к Уставу 1864 г.43 На деле же реформа образования Д.А. Толстого больше напоминала контрреформу. Она изменила содержание большинства параграфов Устава 1864 г., ввела новые пункты, Устав усложнил не только правила приема в первый класс гимназий и прогимназий, но и сам процесс обучения. Отстаивая новый Устав, «Журнал» упрекал реалистов в «разноголосице насчет учебного устройства», объясняя это тем, что для одних важнейшим было изучение отечественного языка, для других - новейших европейских языков, а для третьих - естественных наук. В «Журнале» отмечалось, что противники реформы готовы «включить в учебный план, что угодно и сколько угодно, лишь бы изгнаны были ненавистные древние языки»44. Хотя на деле «реалисты», в большинстве своем, стремились лишь к равноправию средних учебных заведений. «Журнал» обвинял реалистов в отсутствии единой программы, «зрело обдуманной и построенной на уважительных и убедительных доводах»45. Она, конечно, была, если вспомнить идеи Н.И. Пирогова, К.Д. Ушинского, П.Ф. Капте- рева4б и других, но закостенелость режима не давала пробиться новым веяниям4?. Еще одним, казалось бы, весомым аргументом был намек на отсутствие собственной школы, дающей реальное образование, открытой на добровольные пожертвования. Но «Журнал», видимо, сознательно опустил тот факт, что реальные гимназии существовали несколько лет и еще в начале 1860 гг. в школе для крестьянских детей в Ясной Поляне вел свою образовательную деятельность реалист Л.Н. Толстой, (принципы этой деятельности он отстаивал в своем журнале «Ясная Поляна»). У редакции «Журнала» были свои образцы «собственной школы», «открытой на добровольные пожертвования»: Лицей Цесаревича Николая, Демидовский юридический лицей, Лазаревский институт восточных языков и Коллегия Галагана. Все они являлись закрытыми учреждениями. Аргументируя приоритетность такого типа частного учебного заведения, «Журнал» писал, что «общие нужды государства по народному образованию требуют специальных забот правительства»^, поэтому «они должны находиться во введении специального министерства». Однако если казенные учреждения «носят одинаковый и безразличный характер» в своем устройстве, то учебные заведения, основанные на «частной инициативе», могут быть «бесконечно разнообразны, сообразно целям и видам жертвователей»49. Но существовать такие школы должны при условии согласия «с господствующими в стране здравыми педагогическими началами». Министр большое внимание уделял поведению учеников, соблюдению правил и инструкций. Получение образования больше напоминало «военную муштровку», основанную на бессознательном зазубривании. Д.А. Толстой превратил реальные училища в учреждения, в которых будут давать, как выражался А.В. Никитенко (редактор «Журнала» 1856-1860 гг.), «самое поверхностное знание в науках <...> лишь настолько, чтобы приготовлять ремесленников и техников»50. Реформируя Устав 1864 г., Д.А. Толстой лишил его либерального желания расширить доступ к широкому, в том числе университетскому, образованию для развивающегося среднего класса, который должен был сыграть важную роль в реформировании России.
Примечания
1 Головнин А.В. Записки для немногих / отв. сост. и науч. ред. Б.Д. Гальперина. СПб: Изд-во СПбИИ РАН «Нестор-история», 2004. С. 350.
2 РГИА. Ф. 1152. Оп. 7. Д. 755. 1867.
3 Там же.
4 Для С.С. Уварова «Журнал» был штабом идеологической и образовательной реформы. По мысли основателя, он «должен был представлять собой объем всего министерства и быть более или менее полезен всем подведомственным лицам». Его задача рецензировать на своих страницах лучшие статьи университетских преподавателей, чтобы читатели знали о состоянии науки и образования, более того - о наличии талантов и в России.
5 РГИА. Ф. 742. Оп. 2. Д. 1. 1867-1910 г. Л. 1.
6 РГИА. Ф. 742. Оп. 2. Д. 1. 1868. Л. 13.
7 Там же. Л. 14.
8 Журнал Министерства народного просвещения. 1866. Ч. 132.
9 Там же. Ч. 135. С. 115 (Отделение «Современная летопись».«О Московской Третьей (реальной) гимназии).
10 Там же. С. 115.
11 Там же. С. 138.
12 Там же. 1871. Ч. 159. С. 123 («Об Уставе классических и реальных гимназий и прогимназий»).
13 Там же. 1867. Ч. 133. С. 6 (Отдел педагогики и наук).
14 Там же. С. 8.
15 Там же. С. 9.
16 Там же. С. 7.
17 Там же.
18 Там же. С. 8.
19 Там же.
20 Там же.
21 Там же.
22 Там же. С. 10.
23 Там же.
24 Там же. 1867. Ч. 133. С. 11.
25 Там же. С. 12.
26 Там же. С. 24.
27 Ввиду кончины в конце марта, он был заменен Титовым.
28 Журнал Министерства народного просвещения. 1871. Ч. 155. С. 168 (Правительственные распоряжения об изменениях и дополнениях в Уставе гимназии и прогимназии 1864 г., Высочайше утвержденных 19 июня 1871 г.).
29 Там же. С. 1 (Правительственные распоряжения об изменениях и дополнениях в Уставе гимназии и прогимназии 1864 г.).
30 Там же.
31 Там же. С. 2.
32 Там же.
33 Там же.
34 Там же. С. 4.
35 Там же. С. 3 (Постановления совета Министерства народного просвещения, заседание 3 марта).
36 Дневник кн. Константина Николаевича. Гарф. Ф. 722. Оп. 1. Н.Д. 99 - Л. 66.
37 Журнал Министерства народного просвещения. 1873. Ч. 168. С. 38 (Отделение 3).
38 Там же. 1872. Ч. 160. С. 174-175.
39 Там же. 1871. Ч. 159. С. 148.
40 Там же. С. 149.
41 Там же. С. 150.
42 Там же.
43 Там же. 1871. Ч. 158. С. 75.
44 Там же. С. 83.
45 Там же. С. 86.
46 Педагог, психолог, основоположник отечественной педагогической психологии.
47 Вспомним, что программы реального образования (трудового воспитания) встречались у таких философов, как Дж. Локк (1985), у которого ученик получал знания на практике, и Ж.Ж. Руссо, который особое значение придавал связи обучения с жизнью
48 Журнал Министерства народного просвещения. 1872. Ч. 161. С. 670 (Министерские распоряжения.«Дополнительные разъяснения вопросов, возбужденных при введении в действие Устава гимназий и прогимназий»).
49 Там же. С. 672.
50 Никитенко А.В. Дневник. Т. 3. Режимдоступа: http://homlib.com/read/nikitenko- av/dnevnik-tom-3-nikitenko-a-v/576369
Библиография
1. Вессель Н.Х. Очерки об общем образовании и системе народного образования в России. М.:Учпедгиз, 1959.
2. Воронин В.Е. «Польская смута» 1863 г.: взгляд через полтора столетия // Смута как исторический и социокультурный феномен: Мат. Всерос. науч. конф. 22-23 апреля 2013 г. М.: Прометей, 2013. С. 323-333.
3. Георгиевский А.И. К истории Ученого комитета Министерства народного просвещения. СПб: Сенат. тип., 1902.
4. Жураковский Г.Е. Из истории просвещения в дореволюционной России. М.:Изд- во Акад. пед. наук РСФСР, 1978.
5. Корнилов А.А. Курс истории России XIX века. М.: Высш. шк., 1993.
6. ЛоккД. Сочинения: в 3 т. М: Мысль, 1985.
7. Милютин Д.А. Воспоминания (1860-1862). М.: Рос.архив, 1999.
8. Ососков А.В. Начальное образование в дореволюционной России (1861-1917). М.: Просвещение, 1982.
9. Поздняков А.Н. Образовательная реформа Александра II по некоторым материалам «Журнала Министерства народного просвещения // Изв. Саратовск. ун-та. Нов.сер. Сер.: История. Международные отношения. 2013. Т. 13, № 4. С. 12-16.
10. Рождественский С.В. Исторический обзор деятельности МНП, 1802-1902. СПб: Гос. тип., 1902.
11. Шевелев А.Н. Государственное регулирование содержания образования и телеологические основания образовательной политики России второй половины XIX века // Обновление содержания образования - условие развития и становления творческой личности: Мат. регион. науч.-практ. конф. 28-30 ноября 1995 г. Нарьян-Мар: Ненецкий окружной ИУУ, 1995. С. 26-29.