Введение желтой звезды сопровождалось мощной и продолжительной пропагандистской кампанией, старт которой был дан на совещании в министерстве Геббельса 21 августа 1941 г. Министр призвал ввести антисемитскую пропаганду «крайне тактично и ловко» и предложил расклеить в общественном транспорте плакаты с надписью «Евреи - наше несчастье, они виновны в том-то и том-то, всегда думайте об этом!» [4, с. 186]. Главная роль в этой кампании отводилась опубликованной в США брошюре Теодора Кауфмана, который требовал стерилизации всех немцев. Брошюра обсуждалась в немецкой прессе еще в июле, а теперь Геббельс приказал напечатать памфлет, в котором сочинение Кауфмана подробно разбиралось и цитировалось. Послесловие, опубликованное без указания на автора, написал сам Геббельс. Брошюра была издана большим тиражом и широко разрекламирована. Кауфман, не имевший никакого отношения к американским правительственным кругам, был назван советником Рузвельта, а его памфлет искусственно связан с Атлантической хартией. Несмотря на то, что брошюра Кауфмана была написана в начале 1941 г., а Атлантическая хартия подписана в августе, немецким читателям его представили как «духовного вдохновителя встречи Рузвельта и Черчилля» в бухте Арджентия [12, с. 483-484].
12 сентября 1941 г. по приказу Геббельса были распространены краткие комментарии для прессы о предстоящем обозначении евреев. На следующий день газета «Фёлькишер бео- бахтер» напечатала инспирированный Геббельсом комментарий, который устанавливал связь между обозначением евреев и войной против Советского Союза: «Немецкий солдат во время похода на Восток воочию убедился в том, насколько жестоки и неприятны евреи... Этот опыт позволяет немецкому солдату да и всему народу требовать лишения евреев на родине возможности маскироваться и тем самым уничтожения условий, которые позволяют немецким соотечественникам соприкасаться с евреями». Аналогичные комментарии давались и в других партийных изданиях. Наконец, по указанию министерства пропаганды была подготовлена специальная листовка, которая вместе с продуктовыми карточками раздавалась всем немецким семьям. Лейтмотивом пропагандистской кампании было утверждение о том, что немецкие евреи являются участниками всемирного заговора с целью уничтожения немецкого народа. Когда евреи в Германии станут видимыми, они получат клеймо внутреннего врага. Первоочередной долг немцев - соблюдение в повседневной жизни четкой дистанции по отношению к евреям [12, с. 484]. Нацистская пропаганда актуализировала и старые антисемитские клише, уходящие корнями в Средневековье. Например, в передовице газеты «Майнфренкише цайтунг» (Вюрцбург) за 9 октября 1941 г. было написано: «Теперь их можно узнать по еврейской звезде. Покончено с укрывательством под лицемерной маской обывателя. Наряду с врожденными, передающимися столетиями признаками - кривым носом (“ключ от синагоги”), плоскостопием, походкой вразвалку, оттопыренными ушами и беспокойным взглядом - с некоторого времени оставшиеся в Вюрцбурге евреи носят желтую звезду с надписью “Еврей”» [10, с. 150].
Нацистская пропаганда предостерегала немцев от поддержания контактов с «владельцами звезды». Нарушители этого неофициального табу рисковали получить прозвище «друга евреев», подвергнуться наказанию как «предатель народа» или оказаться в изоляции. Участница Союза немецких девушек из Штутгарта Рут Райбнагель рассказала, как однажды помогла пожилой еврейской супружеской паре перенести через улицу вещи и сесть в трамвай: «Оба были одеты в темное. Они с трудом вытаскивали из трамвая большой, тяжелый мешок. Еврейские звезды горели на их темной одежде. Я видела, как мучаются оба старика, и побежала к ним, чтобы помочь перенести тяжелый багаж... Они поблагодарили меня... По чертам лица женщины и выражению благодарности я поняла, что это были хорошие и образованные люди». Ставшие свидетельницами этого поступка девушки осудили ее: «Да ты рехнулась!», «Не думала, что ты настолько наивна», «На тебя надо донести. Помогать евреям, да еще и в униформе. Вы видели что-либо подобное?». На Рут никто не донес, но ее сострадание стоило ей дружбы и уважения подруг [14].
В гитлеровской Германии не было отмечено случаев протеста против введения желтой звезды, как это имело место в некоторых оккупированных странах Западной Европы. Немцы в зависимости от своих убеждений и гражданского мужества реагировали по-разному. В докладах полиции безопасности о настроениях населения отмечалось, что «арийцы» в целом не отвергли визуализацию евреев, а значительная их часть приветствовала эту меру правительства и восприняла ее с удовлетворением как долгожданный шаг. Многие немцы были удивлены тем, что в Германии осталось еще много евреев или что некоторые их знакомые оказались евреями [6, с. 2849]. Согласно другим источникам, в том числе ретроспективным высказываниям самих гитлеровцев, несогласные находили способы выразить свое мнение. Так, радиожурналист и руководитель отдела в министерстве пропаганды Ганс Фриче, привлеченный к суду Международного военного трибунала, показал: «Когда евреев обязали носить знак звезды, когда им, например, в Берлине было запрещено пользоваться сидячими местами в трамваях, тогда немецкая публика демонстративно приняла сторону евреев, и постоянно случалось, что евреям нарочито предлагали место. Я слышал несколько высказываний д-ра Геббельса об этом. Он был крайне озлоблен таким нежелательным эффектом обозначения евреев» [16, с. 180-181].
Дружественную позицию по отношению к евреям заняли католическая и протестантская церкви Германии. Священнослужители не могли высказываться по политическим вопросам, но имели возможность обращаться к членам своих общин. Широкое хождение в Германии получило послание городского викария евангелической церкви города Бреслау, оформленное в виде листовки в ноябре 1941 г. Викарий убеждал, что христианским долгом является «не исключать евреев из богослужений из-за их обозначения. У них такое же право на обретение родины в церкви, как и у остальных членов общины, а утешение божьим словом им нужно больше, чем всем остальным». В листовке церковным служащим предлагалось лично встречать евреев и показывать им места, на которые можно сесть. «Вероятно, надо предусматривать специальные места на каждом богослужении» и охранять евреев, если «нехристианские элементы» будут выгонять их из церкви. Рядом с этими местами надо сажать «верных членов общины» - людей из церковного совета, женской организации, пасторского дома. Рекомендовалось приглашать в церковь «арийцев» после того, как в нее зайдут «обозначенные христиане». Глава протестантской церкви в Штутгарте рассуждал подобным же образом. Сочувствие евреям выражали и представители католической церкви на местах, а глава Фульдской конференции епископов кардинал Адольф Бертрам призвал избегать любых действий, «которые могут рассматриваться католиками-евреями как оскорбительные, например, введения отдельных скамеек для евреев, разделение при раздаче святых даров, введение отдельных богослужений». Венский кардинал Теодор Инницер считал, что объединение католиков-евреев в обособленные «иудеохристианские общины» с собственными церквями и церковными службами исключено, «потому что эта мера может быть воспринята как уступка национал-социалистическому расовому учению». Если отдельные верующие потребуют удаления евреев из церквей, то это надо «решительно отвергать и учить просителей, что церковь в своих богослужебных действиях не может проводить расовых различий». Кардинал призвал верующих «молиться за единоверцев-евреев, вынужденных покинуть Вену» [13, с. 363-365].
Разумеется, кроме проявлений симпатии и сочувствия евреи встречались с открытой враждебностью и ненавистью. В воспоминаниях выживших отмечены многочисленные случаи унижений, оскорблений, грубого обращения, избиений. Некоторые немцы не скрывали своей радости по поводу того, что этот «еврейский сброд», наконец, стало видно. А кто-то выражал свое недовольство тем, что не обозначены евреи, живущие в «привилегированных смешанных браках». Партийные функционеры на местах, соседи указывали на евреев, которые прикрывали звезду, носили ее с нарушением предписаний или вовсе не носили. Они же сообщали о тех лицах, которые, по их предположению, должны были носить звезду. Глава правительства Верхней и Средней Франконии рапортовал 7 октября 1941 г., что «участились анонимные и авторизованные сигналы немецкого населения о предполагаемых евреях или о таких, которые в соответствии с распоряжением освобождены от обязательного обозначения» [10, с. 151].
Таким образом, ношение евреями опознавательного знака было задумано ближайшим окружением Гитлера как мера окончательной изоляции немецких евреев от общества, формирующая враждебное отношение к ним немцев, облегчающая контроль над ними и ухудшающая условия их существования. Решающую роль в принятии решения о введении желтой звезды сыграли не представители традиционной министерской бюрократии, а радикальные нацисты Геринг, Гейдрих и Геббельс, причем последний рассматривал обозначение евреев как паллиатив в условиях невозможности их немедленной депортации в гетто и места уничтожения на Востоке. Визуализация немецких евреев стала возможной в результате проведения, начиная с 1933 г., целого комплекса антисемитских мер: исключения из общественных организаций, вытеснения из профессиональной жизни, лишения гражданства, «ариизации» собственности. Введение опознавательного знака воспринималось многими евреями как рубеж, подведение черты под нормальной жизнью и переход к существованию в невидимом гетто. Реакция немцев свидетельствовала об активной или пассивной поддержке многими из них антисемитских мер нацистской верхушки, о готовности стать если не исполнителями, то равнодушными наблюдателями Холокоста.
Список литературы
1. Беер Э. Х. Жена немецкого офицера. М. : Издательство АСТ, 2016. 304 с.
2. Дойчкрон И. Я носила желтую звезду: Воспоминания. М. : Текст, 2001. 207 с.
3. Клемперер В. LTI. Язык Третьего рейха. Записная книжка филолога. М. : Прогресс-Традиция, 1998. 384 с.
4. Barth Chr. T. Goebbels und die Juden. Paderborn: Ferdinand Schoningh, 2003. 315 S.
5. Benz W. Die Juden im Dritten Reich // Deutschland 1933-1945. Neue Studien zur nationalsozialis- tischen Herrschaft. 2. Aufl. Bonn: Bundeszentrale fur politische Bildung, 1993. S. 273-290.
6. Boberach H. Meldungen aus dem Reich. Auswahl aus den geheimen Lageberichten des Sicher- heitsdienstes der SS 1939-1944. Herrsching: Pawlak, 1984. Bd. 8. 290 S.
7. Heeresadjutant bei Hitler 1938-1943. Aufzeichnungen des Majors Engel. Hrsg. von Hildegard von Kotze. Stuttgart: Deutsche Verlags-Anstalt, 1974. 157 S.
8. Herzig A. Judische Geschichte in Deutschland. Von der Anfangen bis zur Gegenwart. Bonn: Bundeszentrale fur politische Bildung, 2007. 327 S.
9. Joseph Goebbels Tagebucher 1924-1945. Hrsg. von Ralf Georg Reuth. Bd. 4. Munchen, Zurich: Piper, 1992. 498 S.
10. KwietK. «Schrei, was du kannst». Der Weg in den Holocaust (III): Brandmarkung durch den «Juden- stern» // Der Spiegel. 1988. H. 39. S. 142-155.
11. Levy H. Nichts wie raus und durch! Lebens- und Uberlebensgeschichte einer judischen Berlinerin. Berlin: Metropol Verlag, 2019. 192 S.
12. Longerich P. Joseph Goebbels. Biographie. Munchen: Siedler, 2010. 910 S.
13. Mayer M. Staaten als Tater: Ministerialburokratie und «Judenpolitik» in NS-Deutschland und Vi- chy-Frankreich. Ein Vergleich. Munchen: Oldenbourg, 2010. 479 S.
14. Reibnagel R. Fruhe Bilder und Erinnerungen. Eine Stuttgarterin Jahrgang 1926 beschreibt ihre Kind- heit und Jugend // URL: http://www.swr.de/swr2/zeitenwende/zeugnisse/index_d.html (дата обращения: 22.04.2006). 15. Reichsgesetzblatt 1935-1941. Teil I.
16. Trial Of The Major War Criminals Before The International Military Tribunal. Nuremberg, 1948. Vol. XVII. 661 p.
References
1. Beer E. H. Zhena nemeckogo oficera [The wife of a German officer]. M. AST. 2016. 304 p.
2. Deutschkron I. Ya nosila zheltuyu zvezdu: Vospominaniya [I wore a yellow star: Memoirs]. M. Text. 2001. 207 p.
3. Klemperer V. LTI. Yazyk Tret'ego rejha. Zapisnaya knizhka filologa [LTI. The language of the Third Reich. Notebook of a philologist]. M. Progress-Tradition. 1998. 384 p.
4. Barth Chr. T. Goebbels und die Juden. Paderborn : Ferdinand Schoningh, 2003. 315 p.
5. Benz W. Die Juden im Dritten Reich // Deutschland 1933-1945. Neue Studien zur nationalso- zialistischen Herrschaft. 2. Aufl. Bonn : Bundeszentrale fur politische Bildung, 1993. Pp. 273-290.
6. Boberach H. Meldungen aus dem Reich. Auswahl aus den geheimen Lageberichten des Sicherheit- sdienstes der SS 1939-1944. Herrsching : Pawlak, 1984. Bd. 8. 290 p.
7. Heeresadjutant bei Hitler 1938-1943. Aufzeichnungen des Majors Engel. Hrsg. von Hildegard von Kotze. Stuttgart : Deutsche Verlags-Anstalt, 1974. 157 p.
8. Herzig A. Judische Geschichte in Deutschland. Von der Anfangen bis zur Gegenwart. Bonn : Bundeszentrale fur politische Bildung, 2007. 327 p.
9. Joseph Goebbels Tagebucher 1924-1945. Hrsg. von Ralf Georg Reuth. Bd. 4. Munchen, Zurich : Piper, 1992. 498 p.
10. Kwiet K. "Schrei, was du kannst". Der Weg in den Holocaust (III): Brandmarkung durch den "Juden- stern" // Der Spiegel. 1988. H. 39. Pp. 142-155.
11. Levy H. Nichts wie raus und durch! Lebens- und Uberlebensgeschichte einer judischen Berlinerin. Berlin : Metropol Verlag, 2019. 192 p.
12. Longerich P. Joseph Goebbels. Biographie. Munchen : Siedler, 2010. 910 p.
13. Mayer M. Staaten als Tater: Ministerialburokratie und "Judenpolitik" in NS-Deutschland und Vichy- Frankreich. Ein Vergleich. Munchen : Oldenbourg, 2010. 479 p.
14. Reibnagel R. Fruhe Bilder und Erinnerungen. Eine Stuttgarterin Jahrgang 1926 beschreibt ihre Kind- heit und Jugend. Available at: http://www.swr.de/swr2/zeitenwende/zeugnisse/index_d.html (date accessed: 22.04.2006).
15. Reichsgesetzblatt 1935-1941. Teil I.
16. Trial Of The Major War Criminals Before The International Military Tribunal. Nuremberg, 1948. Vol. XVII. 661 p.