Понимание, что истинным тот или иной прогнозный сценарий делает его планомерная реализация, ведет к трансформации социального прогнозирования в социальное проектирование. Другими словами, признается - как в теории, так и на практике, - что социальное будущее должно прежде всего строиться, а исследовательская деятельность выполняет вспомогательную функцию выявления и анализа имеющихся ресурсов и инструментов, включая описание не только их текущего состояния, но и возможных эффектов того или иного их применения. Этот переход от прогнозирования к проектированию находит особенно наглядное отражение в методе построения так называемых дорожных карт и в самих дорожных картах как результатах форсайт-дея - тельности. Но и иные результаты форсайта, в том числе прогнозные по своему характеру, включаются в проектную деятельность, объект которой - перспективные состояния социальной мегасистемы и ее подсистем.
Понятие социального проектирования. Форсайт как дизайн будущего и как социальный проект
Определение форсайта через понятие социального проектирования может восприниматься как определение неизвестного через неизвестное, поскольку, как показывает анализ отечественной литературы (прежде всего учебников и пособий по социальному проектированию, которые заинтересованный читатель легко найдет и без соответствующих ссылок, повышающих их цити-руемость), в случае социального проектирования мы имеем термин широко употребляемый, но не вполне проясненный. Чтобы разобраться, что же проектируется в рамках социального проектирования, чем оно отличается от конструирования и что такое «социальный проект», обратимся сперва к родовому понятию «проект» и его значениям.
Во-первых, проект - это образ будущего - целевого состояния - и путей его реализации, выраженный в знаковой форме (текст, видео(аудио)инсталля- ция, макет, объект виртуальной реальности). Иногда о проекте говорят и в случае, когда образ еще не получил объективации и существует только как предмет сознания - индивидуального или коллективного.
Во-вторых, проект - это система действий по созданию образа будущего (этап замысла), иногда также его проработки (этап разработки) и создания плана/программы его реализации.
В-третьих, проект - это система действий по выполнению этого плана, осуществлению программы.
В-четвертых, проектами называют и итог проектной деятельности. В этом смысле многоэтажное здание, в котором находится ваша квартира, - это тоже проект. Но будучи реализованным и включенным в ряд других, принадлежащих настоящему объектов, проект по существу перестает быть проектом, и, говоря о нем с использованием данного понятия, люди лишь указывают на факт его создания или специфическую ситуацию его создания - кто, как и с какими намерениями воздвиг это многоэтажное здание.
Отметим прежде всего, что у понятия «проект» имеется и субстанциальное, и процессуальное значение, когда проектом именуется само мероприятие проектировочного характера. Далее сама проектная деятельность может пониматься и узко, и широко, совпадая с процессом создания некоторой вещи. Вместе с тем, как указывает В.М. Розин, исторически понятие «проект» возникло именно как обозначающее объективированный детальный образ некоторого объекта, который должен быть создан в будущем. Разработка проекта - чертежа, рисунка, схемы и т. д. - изначально составляла часть процесса изготовления, но в ходе продолжавшегося разделения труда проектирование обособилось, отделившись от изготовления [Розин, 1998]. Это означает, что этап тщательной проработки замысла не относится собственно к проектированию. Согласно выводам советских методологов (как известно, исследования в области теории и практики инженерной и конструкторской деятельности шли в СССР на высоком уровне, результатом чему стали незаурядные конструкторские и инженерные достижения), проектирование следует понимать «как особую, ведущую стадию в проектно-конструкторской деятельности» [Соломенцев, Шеменев, 1981, с. 71]. Она характеризуется такими процедурами, как выдвижение идеи новой вещи, ее основных черт и характеристик, тогда как конструктивная проработка и детализация относятся к процессу конструирования [там же, с. 71-72].
Так же как переход от наглядно-действенного мышления к образному, а затем понятийному, переход от опытного, кустарного изготовления к инженерии, опирающейся на выделение проектной составляющей, позволяет перевести в виртуальный план значительное количество «проб», а значит, сделать виртуальными значительное количество «ошибок». Проектная деятельность и конструкторско-инженерная практика, включающая проектную стадию, отличаются от простого создания какой-то вещи сознательной работой над ее замыслом, проработкой узловых моментов этого замысла, позволяющей на последующих этапах работы развернуть деятельность по доработке и производству вещи.
Поскольку проектирование предполагает выработку образа, а затем и прототипа какого-то несуществующего объекта или будущего состояния, которое не повторяет уже имеющиеся, оно связано с инновационной деятельностью. Проектная деятельность - это работа с возможным будущим, как включающим удовлетворение некоторой нашей потребности, реализацию некоторой возникшей у нас идеи, поставленной цели или системы задач. Эта работа предполагает представление желаемого фрагмента будущего (будущего объекта) здесь и сейчас, его спецификацию, возникающую в ходе решения вопросов, каким должен быть объект, чтобы отвечать поставленным целям, какие из имеющихся ресурсов позволят его создать, как именно должен происходить процесс создания. Можно сказать и так: проектирование это изготовление некоторого объекта в мысли (мышление, оговорюсь, может быть не только понятийным, но и образным) и языке, а также с помощью иных знаковых средств, которое предшествует процессу реального изготовления как облачения мысли в материю. В этом смысле проект - модель, или прототип, будущей вещи, а в качестве таковых он имплицитно содержит план действий - что нужно сделать, чтобы модель стала реальной вещью.
Проект, как он представлен во втором и третьем значениях, - уже не столько деятельностный, сколько социально-коммуникационный и организационноуправленческий феномен. В англоязычной литературе эти две формы разведены лингвистически. Когда говорят об образе будущего объекта и разработке этого образа, используют понятие «design», когда речь идет об ограниченной во времени системе действий (мероприятий), нацеленной на создание каких-то новых объектов, свойств, ситуаций, то говорят о «project». В «Руководстве к своду знаний по управлению проектами», издаваемом и регулярно обновляемом международной профессиональной организацией - Институтом управления проектами, проект определяется следующим образом: «.. .временное предприятие (endeavor), осуществляемое с целью создать уникальный продукт, услугу или результат» [A Guide to the Project Management, 2013, p. 1]. То, как эксплицируют смысл понятия «design» ответственные редакторы книжной серии «Проектное мышление, теория проектирования» («Design Thinking, Design Theory») К. Фридман и Э. Столтерман, показывает, что оно в отличие от «project» обозначает определенный вид деятельности. Этот вид деятельности делает человека человеком в смысле Х. Ортеги-и-Гассета или Ж.-П. Сартра - тем, кто созидает орудия, обстоятельства и, в конечном счете, самого себя. Как пишет нобелевский лауреат Г. Саймон, «каждый, кто вырабатывает последовательность действий, нацеленных на изменение существующих ситуаций в желательные, занимается проектированием (designs)» [Simon, 1996, p. 111].
В отечественной научной традиции понятие социального проектирования и социального проекта объединяет оба значения - и «project», и «design» (см., например, обобщение этой традиции в [Луков, 2007, с. 35-36]), в то время как в англоязычной принято говорить о социальном дизайне (social design) или социальной инженерии (с развитием системного подхода - об инженерии социальных систем [Garcia-Diaz, Olaya (eds.), 2018]). При этом надо отметить, что отечественная концепция проектного мышления и развиваемая зарубежными специалистами в области социальных наук концепция инженерного мышления (а также инженерной философии) весьма близки, отражая попытку зафиксировать особую форму деятельности, определяемую специфическим типом рациональности и специфическим типом знания. Речь идет о целенаправленном преобразовании окружающего мира, в данном случае социального, регули-руемом нормами практической эффективности и полезности и опирающемся на практическое знание, которое имеет характер контекстуального и локального. Вместе с тем отсутствие должного различения «project» и «design», а также определение социального проектирования как социального конструирования без должной проработки вопроса различия этих понятий (см. [Луков, 2007]) затрудняет понимание феномена социального проектирования.
Определение «социальное» указывает, что речь идет о проектировании (сейчас мы говорим о «design») некоей социальной «вещи» или предприятии по созданию социальной новации. Определенной терминологической проблемой становится размытость термина «социальная новация». Таковой может выступать не только социологическая, психосоциальная, экономическая или политическая реалия, но и некий технический объект, продуцирующий последствия социального характера. Подобной социальной инновацией являются авиационная техника, доступная для массового использования, и портативный компьютер. Поэтому в широком смысле социальное проектирование можно определить как этап в конструировании определенного будущего (возможного) социального функционала. Носителем этого функционала могут быть социальные в собственном смысле объекты (общественные организации, услуги, социальные нормы, а также нормирующие социальные отношения программы и документы юридического характера и т. д.), объекты, принадлежащие миру «идеального» (этические нормы и принципы, ценности, идеалы и их отражения в форме идеологии, массовых настроений, общественных мнений), технические объекты, выполняющие некоторую социальную функцию (новые средства коммуникации, транспортные, новые материалы и т. д.), или природные, включенные в определенную систему хозяйственных или досуговых действий, а также общественные мероприятия. Из полученного определения следует, что социальное проектирование существует не только и не столько автономно, сколько будучи включенным в решение более широких проектных задач.
Одна из форм комплексной проектной деятельности, исходящая из единства социального и технического развития, - социотехническое проектирование. Если брать общемировую практику форсайтов, то они в значительной мере соответствуют определению социотехнического проектирования, данному В.Г. Гороховым, - «особое проектное движение, в котором проектирование тесно переплетается с планированием, управлением, программированием, про-гнозированием и организационной деятельностью» [Горохов, 2012, с. 87]. Форсайт формировался как форма получения необходимой информации и обоснования управленческих решений в области технологического развития, и его социально-проектная составляющая была связана первоначально с параллельной организационной деятельностью, имеющей социальный характер и соответствующие результаты. Со временем стало очевидно, что технологическая инновация, фиксируемая и прорабатываемая в форсайтах, с одной стороны, имеет социальное измерения - продуцирует определенный социальный функционал, а с другой - сама возникает в ответ на определенный социальный запрос или, по крайней мере, в поле социальных факторов, определяющих многие ее характеристики. Таким образом, мы можем утверждать, что уже тех-нологические форсайты обнаруживают функцию социального проектирования.
Определение форсайта как формы проектирования в смысле «design» отражает ту особенность этой практики, о которой писал Б. Мартин, - работать с будущим как продуктом сегодняшних решений, как с тем, что надо построить в голове, чтобы затем построить в реальности. О специфике форсайта как дизайнерской деятельности необходимо говорить отдельно (в данной статье сделать это не позволяет ограниченный объем), здесь же нужно обратить внимание, что форсайт является проектированием также и в смысле «project». Более того, именно «прожективность» выступает второй важнейшей характеристикой, выделяемой Б. Мартином наравне с работой с множественным будущим, зависящим от человеческих решений: «...форсайт является “процессом”, а не просто набором приемов» [Martin, 1995, p. 140].
В отличие от «social design» как этапа социального конструирования, «project» обладает эффектом непосредственного конструирования социального. По замечанию авторов обзора практики форсайтинга в разных странах, богатый опыт проведения технологических форсайтов в Японии обнаружил (в том числе и для самих японцев), что «главное достоинство форсайта зачастую заключается не столько в непосредственных продуктах (прогнозах и соответствующей основанной на них политике), сколько на той пользе, которую приносит сам процесс» [UNIDO, 2005, p. 11]. В качестве «процессуальных дивидендов» в обзоре указывается перечень из пяти характеристик, выделенных Мартином. Также разбирая японский опыт, Мартин отмечает, что «главное преимущество японских форсайтов заключается не в особых предсказаниях, а в процессе, при помощи которого разрабатываются прогнозы» [Martin, 1995, p. 144]. Этот процесс, по мнению Мартина, характеризуется: 1) взаимодействием очень разных социальных акторов, 2) координацией их планов, 3) консенсусом между ними, 4) принятием взаимных обязательств по реализации согласованных планов и, наконец, 5) концентрацией на долгосрочной перспективе (мы можем сегодня говорить о стратегическом характере форсайта).
Предпринятый Мартином анализ показывает, что форсайт как деятельность не только подчиняет прогнозную составляющую планово-проектной. Следующий шаг в логике осмысления процесса работы с будущим социальных объектов - осознание того, что поскольку планово-прогнозные работы имеют практическое значение только тогда, когда они получают реальную, а не номинальную реализацию, то цепочка прогноз - проект - план должна быть дополнена программным компонентом, где расписаны не только шаги, но и те, кто будет их предпринимать. Поэтому работа с будущим становится работой с текущей ситуацией в смысле организации пусть еще не материальных, но человеческих и социальных ресурсов. В рамках форсайта налаживается взаимодействие между участниками процессов социального проектирования, выстраиваются новые коммуникативные пространства и новые схемы совместной деятельности, формируются новые этические нормы и идеалы, массовые настроения, общественное мнение и идеология. Речь уже идет не о «design», а о социальной инженерии. Форсайт-проекты оказываются лабораториями социальных ноу-хау и коммуникативных инноваций, «выпускающими» конкретные опытные «образцы». Таким образом, форсайт выступает на практике и как социально-проективная деятельность (социальный дизайн), и как социальная инженерия, и как социально-коммуникативная технология.