Статья: Форма телевизионной новости как фактор достижения эффекта достоверности

Таблица 1Классификатор

Примечание: где 0 - отсутствие признака, 1 - наличие признака

2. Эмпатия (эффект эмпатии) представляет собой восприятие эмоционального наполнения телевизионного сюжета, выражение сочувствия. В данном случае речь идет не об аффективной эмпатии. Мы рассматриваем когнитивную эмпатию -- отражение мыслительного процесса, рациональное понимание. Явным эффектом эмпатии обладает эмоционально-стрессовый контент, а именно: 1) «жесткий» контент, где есть насилие в отношении участников событий; 2) «устрашающие» истории, где насильственный контент направлен на то, чтобы вызвать страх у аудитории; 3) истории, которые включают в себя сюрреалистические или неестественные элементы [22, с. 223]. Также эффект эмпатии достигается при помощи экранно-выразительных средств, которые расставляют аудиовизуальные акценты (например, музыкальное сопровождение) и при помощи субъекта, который может создавать эмпатические эффекты при помощи речевых акцентов (например, акценты на атрибутах объекта).

3. Авторская включенность (эффект включенности) через собственное участие, позицию или героя сюжета. Противопоставлена объективности -- журналистскому принципу, исключающему проявление эмоций или оценок автора, героев и экспертов. Появление включенности в новостях вызывает доверие аудитории, так как она воспринимает текст как желание «донести правду». Выражается в таких категориях, как оценочные суждения автора или субъективная оценка участников событий. На внешнем уровне аудиовизуального ряда субъективность может быть выражена при помощи экранно-выразительных средств (например, выделение какого-либо объекта, визуальные эффекты (наплыв, увеличение какого-либо объекта), звуковое сопровождение). Автор также может проявлять субъективность -- выражение его реакции при помощи мимики является предметом оценки. Внутренний уровень воспринимаемой субъективности можно описать при помощи текстовых конструкций, которые могут передать оценку: вводные слова и конструкции, эмоциональнооценочная лексика.

Нами были проанализированы оригинальные материалы телеканалов «Россия 24», «Москва 24», ОТР, «Мир» и Euronews с 1 февраля по 10 февраля 2020 г. Для анализа рассматривались материалы новостных выпусков, исключались специальные репортажи, тематические сюжеты и рекламные заставки. Эмпирическая база -- 1 600 телевизионных новостных материалов, из которых 264 материала информационных выпусков телеканала «Россия 24», 448 материала «Москва 24», 442 материала телеканала ОТР, 252 материала телеканала «Мир» и 194 информационных материалов телеканала Euronews. Единицы анализа -- элементы телевизионных новостей -- были кодированы посредством двоичной системы, где 0 значило отсутствие признака, а 1 -- наличие признака один и более раз. Кодировка информационных сообщений, таким образом, представляла собой их анализ на наличие или отсутствие в нем выделенных нами категорий.

Результаты исследования

В результате, мы получили несколько вариативных комбинаций (паттернов). Стоит отметить, что количество полученных комбинаций для разных телеканалов отличаются. Например, при анализе сюжетов телеканала «Россия 24» было выявлено 80 схем, «Москва 24» -- 98, ОТР -- 45, «Мир» -- 60, Euronews -- 36. Это может быть связано с тем, что количество исследуемых за единый период новостей отличается. Соотношение доли фреймов к общему объему текстов (их удельный вес) демонстрирует разнообразное использование схем у телеканалов «Россия 24» (коэффициент 0,3), «Мир» (коэффициент 0,23) и «Москва 24» (коэффициент 0,21). Мы можем сделать вывод о том, редакционная политика позволяет этим телеканалам использовать вариативные схемы построения сюжетов, тогда как редакции телеканалов Euronews (коэффициент 0,18) и ОТР (коэффициент 0,1) часто используют однотипные фреймы.

Нами было выделено пять наиболее часто встречающихся категориальных комбинаций в новостных сюжетах телеканалов (табл. 2). Неоднократно авторами используются схемы построения действительности, при которых доминируют эффекты присутствия на уровне изображения и присутствия на уровне текста. В таких материалах описывается или упоминается место, где произошло событие, а также представлен видеоряд, связанный с ним.

Другие возможности в данных сюжетах не используются, т.е., новостной сюжет подается отстраненно, без авторской позиции, носит чисто информационный характер и лишен эмпатии. Например, в материале телеканала ОТР «В Южно-Сахалинске ввели новую газовую котельную» URL: ttps://otr-online.ru/news/novosti-030 22020-0700-polnyy-vypusk-145770.html. показано само событие, упомянута его локация (присутствие в изображении и в тексте), но мы не видим в кадре автора материала. Более того, в репортаже не рассказывают о драматических событиях и не используют яркий видеоряд, корреспондент сдержан при озвучивании текстов, а также не дает никаких субъективных оценок (оценочных суждений). Подобная схема была использована авторами телеканалов «Россия 24» 63 раза, «Москва 24» -- 95, ОТР -- 145, Мир -- 59 и Euronews -- 44.

Таблица 2Часто встречающиеся паттерны

Редакции часто используют такую форму, где только на уровнях изображения и текста представлены эффекты присутствия и эмпатии. Подобные информационные материалы показывают место события и описывают его, рассказывают об «устрашающих» событиях (эмпатия в тексте) и используют выразительный видеоряд или эффекты. Яркий пример такого сюжета -- материал телеканала «Москва 24» о пожаре в банном комплексе². Репортаж драматичен, так как речь идет об экстренной ситуации, используются яркие кадры пожара. В то же время, корреспондент не эмоционален, рассказывает о произошедшем без каких-либо собственных оценок и суждений. Схема встретилась в сюжетах «России 24» 20 раз, «Москвы 24» -- 64, ОТР -- 87, Мир -- 30 и Euronews -- 32.

Часто редакции используют такие паттерны, с эффектами присутствия на уровнях изображения и текста, а также эмпатии только в тексте. Они представляют собой такой новостной сюжет, в котором описывают место события и демонстрируют его, и который рассказывает о драматичных, «ужасающих» событиях, однако нет соответствующего истории видеоряда. Как правило, такие материалы касаются катастроф, аварий, убийств и эпидемий. В качестве примера рассмотрим материал телеканала «Мир» -- «Мишустин подписал план по борьбе с коронавирусом в России»³. В репортаже идет речь о новом виде вируса, что должно влиять на проявление зрительской эмпатии в тексте. В видеоряде и в тексте реализуется эффект присутствия. В то же время, в материале нет выразительного видеоряда (например, люди в масках, больницы и т.п.), корреспондент информативен и не дает никаких оценок событию. Авторы телеканала «Россия 24» использовали подобную схему 19 раз, «Москва 24» -- 28 раз, ОТР -- 64 раза, Мир -- 24 раза, тогда как Euronews -- 14.

Некоторые способы реализации действительности для разных коллективов авторов отличаются. Например, «Россия 24» использует формы без выражения каких-либо категорий вообще (10 употреблений). «Нулевая» комбинация, как правило, -- это такие материалы, которые устно озвучиваются ведущим в студии, в которых не используются аудиовизуальные материалы и используются только фотографии и графика. Часто авторы «России 24» используют формы, в которых выражены эффекты присутствия на всех уровнях (показано место, упоминается место, автор находится на месте), тогда как речь идет о эмоционально ярких событиях, что подкреплено драматическим видеорядом (11 употреблений).

Для авторов коллектива ОТР характерно использование такой схемы, при которой выражен лишь эффект присутствия в тексте новостного сюжета (14 употреблений). В таком информационном сюжете отсутствует какой-либо видеоряд, корреспондент не присутствует на месте съемки, совершенно не выражены категории эмпатии и субъективности. В большинстве случаев, -- это короткие объявления ведущего в студии о некотором событии и о том, где оно произошло. Как правило, такие материалы означают, что редакция не располагает еще подробностями, и сообщение срочное (например, «Махонин назначен врио губернатора Пермского края⁴»).

Чаще, чем другие творческие коллективы, авторы телеканала Euronews используют схему, при которой для новостного материала характерно: выражение категорий присутствия в изображении и в тексте, а также эмпатии на всех трех уровнях (12 употреблений). Подобные информационные материалы одновременно рассказывают о драматических событиях, используя соответствующий видеоряд, и автор расставляет собственные эмоциональные акценты при озвучивании текста. В таких формах автор не является отстраненным рассказчиком, сочувствует происходящему и демонстрирует это.

Заключение

Анализ показал, что телеканалы часто используют общие паттерны. Часто встречается схема, в которой выражены лишь эффекты присутствия в изображении и в тексте, тогда как роль автора нивелируется. Авторские коллективы различных телеканалов используют в своей практике не весь спектр возможностей конструирования эффекта достоверности. А именно: потенциал вариативного использования таких категорий, как присутствие, эмпатия и субъективность, которые могут быть реализованы на различных уровнях телевизионных сюжетов. Авторы предпочитают наиболее простые схемы построения сюжетов. Например, нами была обнаружена такая форма информационного сюжета, в которой не проявляются никакие категории. Так, редакция телеканала «Россия 24» часто создает материалы, где нет ни визуального отображения того, о чем рассказывается, ни упоминания места, где событие произошло. Как правило, это срочные сообщения, как: «Путин подписал указ о единовременных выплатах ветеранам Великой Отечественной войны⁵». Это говорит о том, что редакция, несмотря на уникальные возможности реализации телевизионного материала, пренебрегает ими в погоне за «срочностью». Форма телевизионной новости максимально упрощается. Часто эфир телевизионных каналов наполнен новостями, в которых показывают произошедшее и комментируют его «за кадром». В информационных выпусках автор отсутствует -- зачастую мы не видим его на экране, а только «слышим» его голос. Отсутствие индивидуализации авторства нередко встречается в телевизионных новостях различных редакций.

Исследование показывает, что телевизионные новости часто лишены авторской позиции и какого-либо проявления субъективности. Кроме того, независимо от редакции, телевизионные новости -- это зачастую не «устрашающие» истории и яркий визуальный ряд, а сухие информационные сообщения, лишенные авторской эмпатии. Поэтому мы считаем, что главное направление повышения достоверности телевизионных новостей -- ориентация на необходимость сохранения авторской позиции в информационных сюжетах и проявления в них эмпатии. Таким образом, имеющиеся творческие возможности создания телевизионных новостных сообщений, направленных на повышение эффекта достоверности, используются не в полной мере. Форма телевизионной новости деформирована и упрощается, часто представлена в «усеченном» формате. Несмотря на то, что выбранные нами телевизионные редакции преследуют разные коммуникативные цели и разнообразные задачи, а также имеют кардинально противоположные повестки, используемые ими формы новостей и комбинации эффектов достоверности часто одинаковы. Различные телевизионные редакции используют в своей работе некоторые общие практики «упаковывания» смыслов, которые, к тому же, в наименьшей степени реализуют возможности конструирования реалистичности сюжетов.

Список использованной литературы

1. Lasswell H. The Structure and Function of Communication in Society / H. Lasswell // The Communication of Ideas / ed. L. Bryson. -- New York : Harper, 1948. -- P. 37-51.

2. Shaw D. The press agenda in a community settings / D. Shaw, M. MacCombs // The Emergence of American Political Issues: The Agenda-Setting Function of the Press / ed. D.L. Shaw, M.E. McComns. -- St. Paul, 1974. -- P. 19-31.

3. Tuchman G. Making News: A Study in the Contraction of Reality / G. Tuchman. -- New York : Free Press, 1978, 244 p.

4. Abel E. Television in International Conflict / E. Abel // The News Media and National and International Conflict / ed. A. Arno, W. Dissayanake. -- Boulder : Westview Press, 1984. -- P. 63-70.

5. White D. The Gatekeepers: A Case Study in the Selection of News / D. White // Journalism Quarterly. -- 1950. -- Vol. 27. -- P. 383-391.

6. Shoemaker P. Mediating the Message: Theories of Influences on Mass Media Content / P. Shoemaker, S. Reese. -- London : Longman, 1996. -- 313 p.

7. Хоркхаймер М. Диалектика просвещения / М. Хоркхаймер, Т. Адорно. -- Москва : Медиум ; Санкт-Петербург : Ювента, 1997. -- 312 с.

8. Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости / В. Беньямин. -- Москва : Медиум, 1996. -- 240 с.

9. Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Ж. Бодрийяр. -- Москва : Республика, 2о06. -- 269 с.

10. Бурдьё П. О телевидении и журналистике / П. Бурдьё. -- Москва : Прагматика культуры, 2002. -- 160 с.

11. Луман Н. Реальность массмедиа / Н. Луман. -- Москва : Праксис, 2005. -- 256 c.

12. Policing the Crisis: Mugging, The State, and Law and Order / S. Hall, C. Critcher, T. Jefferson [et al.]. -- London : Macmillan, 1978. -- 425 p.

13. Deuze M. Media Life / M. Deuze. -- Cambridge : Polity Press, 2012. -- 305 p.

14. Couldry N. The mediated construction of reality / N. Couldry, A. Hepp. -- Cambridge : Polity, 2016. -- 256 p.

15. Abdenour J. Seeing Eye to Eye: A Comparison of Audiences' and Journalists' Perceptions of Professional Roles and How They Relate to Trust / J. Abdenour, K. McIntyre, N.S. Dahmen. -- DOI 10.1080/17512786.2020.1716828 // Journalism Practice. -- 2020. -- Vol. 14. -- URL: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/17512786.2020. 1716828.

16. Bro P. Constructive Journalism: Proponents, Precedents, and Principles / P. Bro. -- DOI 10.1177/1464884918770523 // Journalism. -- 2019. -- Vol. 20, iss. 4. -- P. 504-519.

17. Le Masurier M. What Is Slow Journalism? / M. Le Masurier. -- DOI 10.1080/17512786.2014.916471 // Journalism Practice. -- 2015. -- Vol. 9, 2. -- P. 138-152.

18. Панченко Н.Н. Достоверность как коммуникативная категория : автореф. дис. ... д-ра филол. наук : 10.02.19 / Н.Н. Панченко. -- Волгоград, 2010. -- 304 c.

19. Moving Closer to the Action: How Viewers' Experiences of Eyewitness Videos in TV News Influence the Trustworthiness of the Reports / A. Halfmann, H. Dech, J. Riemann (et. al). -- DOI https://doi.org/10.1177/1077699018785890 // Journalism & Mass Communication Quarterly. -- 2019. -- Vol. 96, iss. 2. -- P. 367-384.

20. Телевизионная журналистика / ред. Г.В. Кузнецов, В.Л. Цвик, А.Я. Юровский. -- 4-е изд. -- Москва : Изд-во Моск. ун-та, 2002. -- 304 c.

21. The Spatial Presence Experience Scale (SPES): A short self-report measure for diverse media settings / T. Hartmann, W. Wirth, H. Schramm (et. al.). -- DOI:10.1027/1864- 1105/ a000137 // Journal of Media Psychology. -- 2016. -- Vol. 28. -- P. 1-15.

22. Hoffner C. Enjoyment of Mediated Fright and Violence: A Meta-Analysis / C. Hoffner, K. Levine. -- DOI: 10.1207/S1532785XMEP0702_5 // Media Psychology. -- 2015. -- Vol. 7. -- P. 207-237.

REFERENCES

1. Lasswell H. The Structure and Function of Communication in Society. In L. Bryson (ed.). The Communication of Ideas. New York, Harper, 1948, pp. 37-51.