Одиночество тягостно человеку, который не способен преодолеть свой эгоизм. Он ищет подтверждения ценности своей личности и даже восхищения окружающих, и злится, когда не добивается поставленной цели, проявляя скрытую или открытую враждебность по отношению к миру. Г. Зилбург считает, что истоки одиночества коренятся в раннем детстве. Ребенок узнает радость быть любимым и вызывать восхищение вместе с потрясением, порожденным тем, что он - маленькое, слабое существо, нуждающееся в помощи со стороны других людей. Это и есть, по Зилбургу, «квинтэссенция того, что позже становится нарциссистической ориентацией ... Это и есть также зародыш отчужденности, враждебности и бессильной агрессивности одинокого» [20, р. 53]. Нарциссическая личность организована согласно принципу поддержания самоуважения путем получения подтверждения со стороны окружающих. Если исходить из нашего ключевого положения об информационной замкнутости любого человеческого сознания, то каждый в процессе общения приписывает Другому качества, которые могут на самом деле отсутствовать, но которые идеально встраиваются в выработанный контекст представлений индивида о мире. Получается, что любую оценку субъекта, адресованную нам, необходимо понимать только в контексте нашей собственной интерпретации этой оценки. Интерпретация неизбежно искажает первоначальный смысл, добавляя к нему наши собственные фоновые смыслы, сопряженные с переживаемым нами в данный момент чувством одиночества.
Таким образом, основным способом решения проблемы одиночества является преодоление страха перед ним, необходимо принять свое одиночество как базисное состояние бытия и научиться с ним работать. Одиночество должно мыслиться человеком как продуктивное, творческое состояние. Принявший свое одиночество является творцом своей судьбы, он уходит от социальной обыденности, дорожит своей подлинностью, обретает жизненный смысл. Погружаясь в одиночество, человек может раскрыть внутренние резервы души, свое духовное богатство. Следует принять мысль о том, что человек не способен до конца прочувствовать и понять внутренние переживания и ценности других людей, они навсегда останутся для него «terra incognita». Конечно, у людей много общего: единая эволюция, общая социокультурная среда. Однако эти факторы не снимают остроты экзистенциальных проблем человеческого существования. Сознание человека можно сравнить с нотной гаммой, где каждой ноте соответствует та или иная устойчивая когнитивная структура. Но какая мелодия сложится из этих нот, зависит от самого субъекта.
Одиночество воспринимается как трагедия в силу эгоистического, по сути, инфантильного отношения к миру и своему месту в нем. Зрелая личность принимает свое одиночество и преодолевает межличностную изоляцию через любовь и сострадание. С одной стороны, человек освобождается от автоматизмов социального поведения, которые дают лишь видимость общения, а на самом деле служат источником отчуждения между людьми, усугубляя их изоляцию. С другой стороны, принимая одиночество, человек углубляет себя и посредством этого углубляется и укрепляется его связь с миром и другими людьми. Расширяя границы сознания, мы расширяем границы мира; и первым шагом на пути этого расширения является философская практика одиночества.
Библиография
1. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медум, 1995. 323 с.
2. Бубер М. Два образа веры. Сборник работ: Мыслители XX века. М.: Республика, 1995. 464 с.
3. Глазерсфельд Э. фон. Радикальный конструктивизм: модель познания и научения [Электронный ресурс]: URL: http://www.attachment:/1/konstruktivistskaa-epistemologia-zh-piazhe.html (дата обращения: 10.04.15).
4. Гуссерль Э. Картезианские размышления. СПб.: Наука, Ювента, 1998. 315 с.
5. Дубровский Д.И. Проблема познания чужой субъективной реальности // Философия науки. Выпуск 17. Эпистемологический анализ коммуникации. М.: ИФ РАН, 2012. С. 24-39.
6. Камю А. Избранное: Сборник. М.: Радуга, 1989. 464 с
7. Касавин И.Т. Обсуждаем статьи о конструктивизме // Эпистемология & философия науки. 2009. Т. XX. № 2. С. 144-151.
8. Киященко Л.П. В поисках исчезающей предметности (очерки о синергетике языка). М.: ИФ РАН, 2000. 199 с.
9. Конструктивизм в эпистемологии и науках о человеке: материалы «круглого стола» // Вопросы философии. 2008. № 3. С. 3-37.
10. Лоренц К. Кантовская концепция a priori в свете современной биологии // Эволюция. Язык. Познание. М.: Языки русской культуры, 2000. С. 15-41.
11. Матурана У. Биология познания // Язык и интеллект. М.: Прогресс, 1995. С. 95-142.
12. Перлман Д. , Пепла Л. Э. Теоретические подходы к одиночеству / Лабиринты одиночества: общ. ред. и предисл. Н. Е. Покровского. М.: Прогресс, 1989. 624 с.
13. Сартр Ж.-П. Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии. М.: АСТ Москва, 2009. 925 с.
14. Сартр Ж.-П. Тошнота. Избранные произведения. М. , 1994. 496 с.
15. Современная западная философия: словарь / под ред. В.С. Малахов, В.П. Филатов. М.: ТОН - Остожье, 1998. 544 с.
16. Улановский А.М. Конструктивизм, радикальный конструктивизм, социальный конструктивизм: мир как интерпретация // Вопросы психологии. 2009. № 2. С. 35-45.
17. Хайдеггер М. Пролегомены к истории понятия времени. Томск: Водолей, 1998. 384 с.
18. Цоколов С.А. Конструктивистский дискурс как философско-методологическая основа изучения когнитивных функций головного мозга (Нейробиологический конструктивизм Герхарда Рота) [Электронный ресурс]. URL: http://www.fund-intent.ru/science/fils005.shtml (дата обращения 13.05.16).
19. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. Ч. 3. Изоляция. М.: Класс, 1999 [Электронный ресурс]. URL: http://psylib.org.ua/books/yalom01/ (дата обращения 3.03.2017)
20. Zilboorg G. (1938). Loneliness. Atlantic Моnthly, January 1938, 45-54.
21. Putnam H. Reason, Truth and History. Cambridge: University Press, 1981. 236 p.