Материал: Феномен вторичной номинации в контекстах некоторых англоязычных заголовков

В зависимости от стиля и сферы употребления значения подразделяются на стилистически нейтральные и стилистически окрашенные, которые подразделяются, в свою очередь, на терминологические, сленговые и поэтические. Это стилистическая классификация.

Академиком В.В. Виноградовым была предложена типология значений, в основу которой были положены условия их реализации в речи. В рамках данной классификации различаются свободные, т.е. реализующиеся в любых свободных сочетаниях, и грамматически или фразеологически связанные, т.е. зависящие от формы или лексического состава тех словосочетаний, в которых они участвуют [Виноградов, 1953: 35].

Свободное значение слова совпадает с номинативным и не зависит от состава словосочетания: слово может иметь его и вне контекста. Например: a bush «куст», to beat «бить, биться». Свободным значениям противопоставляются связанные:

) фразеологически связанные: to beat about the bush «ходить вокруг да около», to beat the air «заниматься бесполезным делом», to beat up the quarters of church «посещать какое-либо заведение»;

2) и лексически обусловленные составом свободного словосочетания: He had but one eye, and the popular prejudice runs in favour of two. (Ch. Dickens)

«У него был только один глаз, но существует мнение, что лучше иметь два»;

) конструктивно и синтаксически или грамматически обусловленные, т.е. зависящие от грамматической формы словосочетания. Глагол make, за которым следует сложное дополнение с инфинитивом, имеет значение «заcтавлять»: You shouldn’t make your guests feel uncomfortable. Также данный глагол в функции связки может иметь значение «стать, оказаться»: Mary is a kind woman, she will make a good wife [Там же].

С точки зрения Э.М. Медниковой «все эти многочисленные наименования, если учесть еще и такое понятие как добавочное значение (коннотация, т.е. дополнительное содержание слова), накладываемые на его основное значение семантические и стилистические оттенки, служащие для выражения разного рода экспрессивно-эмоционально-оценочных обертонов, создают известную путаницу, тем более, что большинство из них не являются однозначными терминами» [Медникова, 1974: 135 - 136].

Решение вопроса об определении типов и иерархии значений Э.М. Медникова видит в следующем: «значение слова, обнаруживающего наибольшую парадигматическую закрепленность и относительную независимость от контекста, является главным, а те его значения, которые обнаруживают, наоборот, наибольшую синтагматическую закрепленность и не обусловлены в заметной степени парадигматическими отношениями, являются частными (вторичными, производными и т.д.)» [Там же].

.3 Первичная и вторичная номинация

Важнейшая функция языка - наименование, обозначение предметов и явлений действительности. Лексикон того или иного естественного языка (русского, французского и т.д.) составляют прежде всего названия вещей, в широком значении слова "вещь", восходящем к латинской оппозиции res / verba. Для обозначения этой функции в лингвистике используются разные термины: номинативная [Реформатский, 2000: 125]; репрезентативная [Бюлер, 2000] референтивная (денотативная, или когнитивная) [Якобсон, 1975: 96-97].

Проблемам теории языковой номинации посвящен ряд работ современных исследователей - В.Н. Телия [1977], В.Г. Гака [1972, 1977], Г.В. Колшанского [1980], Е.С. Кубряковой [1977], В.И. Шадрина [1996]. Вопросы вторичной номинации исследовались в работах Е.В. Гуськовой [1977], Е.С. Годинера [1983], Е.Ю. Яценко [1986], В.И. Заботкиной [1988], Л.Н. Шевченко [1991], А.Х. Мерзляковой [1995], Ф.И. Карташковой [2001] и др.

Номинативная функция языка не является единственной и изучается в лингвистике в сопоставлении с другими его функциями, в частности с экспрессивной, т.е. выражением "эмоционального состояния говорящего, воли, желания, направленных как призыв к слушающему" [Реформатский, 2000: 54]. Так, междометия (аи! ой!) обычно выполняют только экспрессивную функцию, в отличие от знаменательных частей речи. Выделяют и другие функции языка. Для нашей темы в особенности важно разграничение собственно номинативной (назывной) функции и семасиологической, т.е. функции выражения понятий. Согласно А.А. Реформатскому, "слова могут называть вещи и явления действительности; это номинативная функция, функция называния; есть слова, которые в чистом виде выполняют эту функцию, - это собственные имена; обычные же, нарицательные, совмещают ее с функцией семасиологической, так как они выражают понятия" [Реформатский, 2000: 78-79].

Номинациям и принципам их классификации посвящено много исследований [Телия, 1977: 67]. Прежде всего, нужно дать определение понятию номинация.

. Номинация - это очень сложный речемыслительный процесс, основная цель которого - включать в процесс концептуализации и категоризации опыта все номинативные средства языка и показать, как человек создает языковую картину мира. Подобное фундаментальное свойство номинации объясняет способность языков при помощи ограниченных средств фиксировать и передавать всю безграничность человеческого опыта и описывать мир в соответствии с законами создания и функционирования собственной системы наименований. Специфика номинативной системы формируется внутренним единством когнитивной, номинативной, коммуникативной деятельности языкового коллектива, которое проявляется в соотношении формы и содержания наименований, а также речевых намерений говорящего. Это определяется как универсальным смыслом и идиоэтническими признаками значений, заложенных в основу системы наименований, так и множеством внутриструктурных особенностей, обусловливающих специфику механизма номинации [Иноземцева, 2008: 39].

. Номинация - это подведение реалий окружающего мира под более общие, родовые категории, средство обобщения и абстракции (гиперонимия), и видовая специализация, конкретизация, углубление понятия об объекте на основании произведения его признаков (гипонимия), и выделение наиболее яркого, релевантного в данной коммуникативной ситуации признака для наименования его носителя (сигнификация) [Кубрякова, 1977: 45-46].

. Номинация есть ни что иное как языковое закрепление понятийных признаков, отражающих свойства предметов. Языковой знак репрезентирует некоторую абстракцию как результат познавательной деятельности человека, абстракцию, отражающую диалектическое противоречие единичного и общего реальных явлений и предметов [Колшанский, 1975: 12].

Совокупность универсальных и идиоэтнических значений отражает способы восприятия и осмысления действительности и образует актуальный для носителей языка содержательный «остов» речевой деятельности [Телия 1977: 120]. Номинация как система обеспечения речевой деятельности тесно связана с когнитивной функцией языка. Она выступает средством хранения и передачи знаний, поскольку содержание инвентаря номинативных средств и их функциональный потенциал предопределены разнообразными типами знаний, заложенных в семантике разных видов наименований. Содержательный аспект номинации тесно связан с познавательной деятельностью человека. В разных структурах опыта, которые отражаются разными типами наименований, прослеживаются когнитивные модели мотивации способов номинации.

Исследование процесса номинации как динамического и творческого процесса, фиксирующего сам «ход» познавательной и духовно-практической деятельности человека, становится важным для уяснения ее антропоцентрической сущности и принципов описания знаний, тесно связанных с процессом когнитивной обработки информации,- ее получением, хранением, формированием и фиксированием в языковых единицах разного уровня и объема. Отсюда вытекает основной принцип механизма номинации - показать развитие информации, добытых знаний и опыта, перетекание одного типа информации в другой и обозначение их разными способами. Номинативный процесс фиксирует разные направления связей и отношений между предметами и явлениями действительности и осуществляет информативные связи, проявляемые в синтагматических и парадигматических отношениях наименований, что обеспечивает непрерывность языка и системность номинации [Уфимцева, 1977]. Принято различать первичную и вторичную номинации.

Результаты первичной номинации осознаются носителями языка как первообразные: «my», «to drink», «black», «to see». Производность таких номинаций может быть раскрыта только при этимологическом <http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AD%D1%82%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%8F> или инструментальном анализе. Результаты вторичной номинации воспринимаются как произвольные по морфологическому <http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%BE%D1%80%D1%84%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%8F> составу, или по смыслу. Способы вторичной номинации различаются в зависимости от языковых средств, используемых при создании новых имен, также от характера соотношения «имя - реальность».

Для обозначения способности современных языков пополнять свой номинативный инвентарь вводится понятие вторичной номинации, под которой понимается использование фонетического облика первообразной языковой единицы для нового, обозначаемого, т.е. появление нового значения в данной языковой единице.

При этом результаты вторичной номинации воспринимаются как производные по морфологическому составу и по смыслу.

В основе всех видов вторичной номинации лежит ассоциативный характер человеческого мышления. В актах вторичной номинации устанавливаются ассоциации по сходству или по смежности между некоторыми свойствами элементов внеязыкового ряда (такие элементы отображены в уже существующем значении имени) и свойствами нового обозначаемого (такое обозначаемое именуется путем переосмысления его значения) [Телия, 1977: 123].

Ассоциативные признаки, актуализируемые в процессе вторичной номинации, могут соответствовать 1) компонентам переосмысляемого значения, 2) таким смысловым признакам, которые, не входя в состав дистинктивных признаков значения, соотносятся с фоновым знанием.

Смысловые компоненты, переходящие при переосмыслении имени во вторичное значение, образуют внутреннюю форму этого значения. В зависимости от сохранения или забвения внутренней формы различают мотивированные или немотивированные значения слов или фразеологизмов.

Вторичная номинация характерна не только для лексического состава языка, но также для аффиксальных средств и синтаксических конструкций.

Она существует везде, где произошло переосмысление языковой сущности - автономной или неавтономной.

Отнесение слов и словосочетаний к первичной, а предложений - ко вторичной номинации восходит к теории означивания Э.Бенвениста, понимающего под условиями означивания прежде всего наличие средств языкового выражения той или иной семиологической значимости и факт вхождения данного знака в ту или иную систему и определенного осмысления знака в этой системе [Бенвенист 1974: 134].

По словам А.А. Уфимцевой, «уже само название знаков первичного означивания - слов и словосочетаний как номинативных, а знаков вторичного означивания - сообщений и высказываний как предикативных, разграничивает их не только по сфере функционирования, но и по своему основному значению» [Уфимцева, 1977: 41-42].

Таким образом, отнесение терминов "первичная номинация" к словам и словосочетаниям, а "вторичная номинация" - к предложениям обосновывается сопоставлением слов в системе языка и предложений как речевых единиц к речи.

По характеру указания именем на действительность различают два типа вторичной номинации: автономная и неавтономная номинации.

При неавтономной вторичной номинации формирование новой языковой единицы происходит посредством такого использования комбинаторной техники языка, при которой знаковая единица “всегда соотносится со своим обозначаемым косвенно, через посредство семантически опорного для данной комбинации наименования”.

Так, в словосочетании man of duty слово man обозначает носителя признака, названного опорным наименованием (duty), с словосочетании a sharp temper прилагательное (sharp) соотносится с обозначаемым “неприятный в общении, неуживчивый” только при посредстве опорного наименования man.

Вторичные значения такого типа получили название неавтономных, поскольку “они лишены способности указывать на мир автономно и реализуются только в сочетании с другими словами”.

Так, существительное rash в заголовке cтатьи одной из американских газет «The rash of sombreros at Geneva airport» rash в первичном значении -поспешный; опрометчивый, безрассудный” (rash resolve - необдуманное решение) - вторичная номинация осуществляется в том случае, когда существительное rash теряет свое первичное значение и приобретает новый смысл в значении «бум».

«Выбор слов, обладающих значением этого типа, зависит от выбора семантически ключевых для них слов, в комбинации с которыми первые и реализуют закрепленное за ними значение» [Парандовский, 1993: 78].

Неавтономность знаковой функции номинаций со связанным значением сопряжена с синсемантичностью этого значения. Под синсемантичностью значения слова понимается способность указывать на элементы обозначаемой словом действительности только совместно с указанием на нее другим определенным словом или рядом слов [Гулыга, 1967: 93]. Это свойство связанного значения сопряжено с особым характером его формирования, протекающего в процессах косвенной номинации. Косвенно-производящий способ семантической структурации связанного значения обуславливает и закономерности его употребления - выбор и комбинации с теми словами, которые выступают как опорные наименования и через посредство которых, т.е. косвенно, связанное значение соотносится с миром” [Телия, 1981: 263].

Из схемы явствует, что единицы вторичной косвенной номинации, такие как словосочетания (номинативные знаки), в большинстве случаев представляют собой словосочетания, в которых конструктивно обусловлена та разновидность переносного значения, которая держится на сходстве образной основы, обусловленной наличием общего признака между прямым и переносным значением слова.

Словосочетания, в которых реализуется конструктивно обусловленное значение, представляют собой простые номинативные знаки, выступающие как неоднословный эквивалент слова, в котором реализуются метафорический и перифрастический перенос - способы, определяемые как “переосмысление на основе сходства или аналогии признаков в понятийном отражении обозначаемого объекта и в сигнификате переосмысляемого слова” [Макаров, 2003: 280].