УДК 7.072.2
Искусствоведение
Дальневосточный государственный институт искусств
Aek509666@yandex.ru
Феномен бахианства в свете исторических и культурных процессов прошлого и настоящих дней
Колягина Анна Евгеньевна
Аннотация
бахианство культура исторический
Статья посвящена бахианству - одному из распространенных явлений культуры современности. Автор рассматривает эволюцию бахианства, его форм и особенностей проявления в контексте культурно-исторических периодов. В работе представлены авторское определение бахианства, а также систематизация форм его проявлений, основанная на культурологическом и историческом видах анализа.
Ключевые слова и фразы: Иоганн Себастьян Бах; великий кантор; бахианство; баховедение; тема ВАСН.
Annotation
The article is devoted to Bachianism - one of the most common phenomena of contemporary culture. The author considers the evolution of Bachianism, its forms and manifestation features in the context of cultural and historical periods. The paper presents the author's definition of Bachianism and systematization of the forms of its manifestations based on culturological and historical types of the analysis.
Key words and phrases: Johann Sebastian Bach; great cantor; Bachianism; Bach studies; topic of ВАСН.
Жизнь современного общества стремительна и изменчива. Окруженный огромным количеством доступной информации, человек XXI века, казалось бы, должен все дальше уходить от истоков, всецело устремляясь к инновациям будущего. Но никакие технологии не могут заменить художественные достижения прошлых столетий. Именно поэтому духовное начало человека наших дней обращено к гениям Древней Греции, Возрождения, Барокко…
Бахианство, как явление с многовековой историей, всё чаще становится предметом интереса исследователей. Изучению данного вопроса посвящены работы К. Зенкина, Т. Левой, Т. Бочковой, Л. Кириллиной и других учёных. Однако до сих пор термин «бахианство» не имеет четко обозначенных характеристик и применяется чрезвычайно широко.
Статья посвящена изучению многовекового феномена бахианства в его историческом и социокультурном преломлении. Цель статьи - попытка систематизации форм проявления бахианства, включающих в себя широчайший круг явлений, связанных не только с самим И. С. Бахом и его сочинениями, но также с влиянием, которое они оказали на жизнь человечества в целом. Объект исследования - бахианство как социокультурное явление; предмет исследования - исторически сложившиеся способы обращения к И. С. Баху от эпохи Барокко до наших дней. Исторические вехи развития бахианства автор исследовал с помощью компаративного метода, систематизация форм бахианства была составлена с использованием сравнительного метода анализа. Научная новизна заключается в детальной и разносторонней систематизации бахианства как в историческом, так и культурологическом аспектах, в попытке осмыслить перспективы данного явления в будущем.
В самом общем смысле бахианство есть обращение к И. С. Баху: ко всему, что может быть вообще связано с данным композитором, включая его творческое наследие. Очевидно, однако, что термин «обращение» может трактоваться так же широко, как и само бахианство, ведь интерес к великому кантору есть у людей совершенно разных профессий, национальностей.
Свой исторический путь бахианство начало в первой половине XVIII века: уже при жизни великий немец имел немалую популярность. Нередко современники композитора называли его величайшим и непревзойдённым исполнителем, композитором, педагогом. О И. С. Бахе слагали легенды, его виртуозное мастерство на органе и клавесине считалось недостижимым. Но следует отметить, что подобное отношение к композитору на тот момент имело место в протестантской Германии. В католических странах о великом канторе знали в основном в музыкальных кругах.
Распространению бахианства в эпоху Барокко препятствовал целый ряд факторов: отсутствие печатных экземпляров сочинений великого кантора, малое развитие концертной практики в Европе того времени, большое значение имел и стилевой перелом 1740-1760-х годов, во время которого была пересмотрена вся система музыкальных жанров и форм (осуществлен переход к классическому стилю в музыке). Как следствие, музыка И. С. Баха стала немодной и неактуальной: на сочинениях великого кантора предпочитали учиться, но не исполнять публично [2]. В материальном отношении бахианство Барокко отмечено скупо - кроме писем современников композитора, документов самого И. С. Баха, нескольких изданных сочинений великого кантора и незначительных публикаций в газетах, практически не осталось никаких свидетельств преклонения перед немецким гением.
В период классического стиля в музыке география бахианства начала постепенно расширяться, но и тогда великий кантор был известен в основном в среде музыкантов-профессионалов. Важным этапом в деле И. С. Баха стала первая биография композитора, написанная И. Форкелем (1802). Большое влияние музыка великого кантора оказала на В. Моцарта и Л. Бетховена, получает распространение монограмма ВАСН. Отдельно следует упомянуть о работе известного мецената того времени, Готфрида ван Свитена, благодаря которому сочинения И. С. Баха получили широкую известность в музыкальных кругах Вены.
Эпоха романтизма значительно расширила географию бытования баховской музыки, во многом это было сделано с помощью широкой концертной деятельности Ф. Мендельсона, Й. Брамса, Ф. Листа, Ф. Шопена и др. В этот период было создано баховское общество, которое главной своей задачей видело издание полного собрания сочинений композитора (до этого музыка великого кантора распространялась в основном в виде рукописей), монограмма ВАСН приобретает ещё большую популярность, появляется целый ряд научных работ, посвященных И. С. Баху.
Отдельно в этой связи следует отметить самоотверженную работу баховеда Ф. Шпитты. Помимо написания объемной монографии о великом канторе, совместно с исследователем В. Рустом Ф. Шпитта разработал принципы подготовки баховских манускриптов к изданию, осветил основные вопросы редакторских конъюнктур. Вне всякого сомнения, без этих фундаментальных разработок было бы немыслимо дальнейшее продвижение в изучении творчества И. С. Баха в целом [11, с. 8].
Совершенно по-новому в эпоху романтизма начали смотреть и на личность великого кантора. Миф о непризнанности его гения был очень близок эстетике того времени [2], кроме того, в И. С. Бахе романтиков привлекала углубленность и сосредоточенность, «уход в себя». Отметим, что именно в высказываниях целого ряда музыкантов-романтиков о величии и красоте баховского искусства можно проследить начало культа композитора, характерного для ХХ века.
Первая половина XX века обозначила новый этап бахианства: интерес к творчеству и личности композитора достиг небывалых высот. Прежде всего это было обусловлено всплеском интереса ко всему искусству эпохи Барокко, который возродил тягу не только к полифонии, но и к музыкальным жанрам того времени (особенно ярко это проявилось в творчестве И. Стравинского, М. Регера, П. Хиндемита, А. Онеггера). В период всеобщего отказа от классической гармонии композиторы обратились к фуге, которая сумела бы удержать воедино элементы музыкального языка.
Огромный вклад в развитие бахианства и баховедения внесла монументальная работа А. Швейцера (1904). Его монография впервые в истории музыковедения подняла вопрос образности музыки И. С. Баха. Наряду с А. Швейцером, большой вклад в развитие баховедения того времени внесли такие ученые, как А. Пирро, Э. Курт, Г. Кречмар, А. Шеринг, Р. Штеглих, А. Мозер, Ф. Блуме, Ф. Сменда и другие. Важен и тот факт, что именно в начале ХХ века сочинения И. С. Баха прочно вошли в учебный процесс консерваторий Европы.
Если раньше творения великого кантора в основном были предметом изучения в курсе контрапункта и фортепиано, то теперь начали затрагиваться пласты камерных сочинений для струнных и духовых инструментов, широкое распространение получает оркестровая музыка.
Появляется целая плеяда концертирующих бахианцев, многие из которых делали собственные редакции баховских сочинений и специализировались на их исполнении: Г. Гульд, Д. Ойстрах, А. Зилоти, Г. Шеринг, Д. Энеску, И. Менухин, П. Казальс и др.
Во второй половине ХХ века - времени тотальной полифонизации музыкального мышления - популярность И. С. Баха достигает пика. Его личность становится культовой, его наследие - образцом недосягаемой красоты и гармонии. Апеллируя в своих сочинениях к великому кантору или его музыке, композиторы привносили в свои произведения не просто нечто узнаваемое, но и несущее в себе огромный ассоциативносемантический потенциал: И. С. Баха цитируют, темы его музыкальных сочинений используют в композиторских техниках коллажа, аллюзии. Популярным становится жанр Hommage (посвящение).
В связи с накоплением в ХХ веке большого количества неизвестных ранее фактов о жизни и деятельности И. С. Баха возникла необходимость издания нового полного собрания его сочинений (процесс шёл с 1954 по 2007 гг.). Обращение к И. С. Баху стало настолько частым явлением, что как некоторую иронию можно назвать фразу из сочинения немецкого композитора Маурисио Кагеля «Страсти св. Баха» (1985). Масштабная оратория, рассказывающая о событиях жизни И. С. Баха, содержит перифраз знаменитого лютеранского хорала «Ein feste Burg ist unser Gott» [«Господь - твердыня наша»], где на место Gott подставлено Васh.
Постепенно И. С. Бах перестаёт принадлежать только музыкальному искусству (хотя отдельные предпосылки данного процесса можно было наблюдать и ранее). Имя композитора становится своеобразным общеизвестным брендом: появляются художественные, документальные, мультипликационные фильмы и циклы передач, посвящённые И. С. Баху, также творчество композитора вдохновляет драматургов и поэтов. Стремительно увеличивается количество баховских конкурсов и фестивалей, проходящих по всей Европе: Лейпциг, Берлин, Таллин, Рига, Париж, Лондон…
Важным будет отметить, что в творческом процессе бахианство может проявиться в двух плоскостях: как внешний аспект (использование барочных жанров, цитирование музыки И. С. Баха, написание музыкальных и литературных приношений композитору и др.), так и внутренний. Внешний аспект имеет явные связи с И. С. Бахом, в то время как внутренний является отчасти скрытым и нуждается в детальном изучении. К внутреннему аспекту относится во многом стиль композиторов. Например, в произведениях искусства, не имеющих очевидных связей с И. С. Бахом, влияние великого кантора тем не менее может присутствовать и проявляться в самых разных параметрах, зависящих как от художника-творца, так и от вида искусства, в котором он работает.
Примечательной в этой связи является мысль Е. Царевой, высказанная в монографии «Иоганесс Брамс»: «можно было бы проследить воздействие самых разных жанров баховского творчества - хоральных обработок, органных фантазий, кантат и т.д. на музыку Брамса. При этом оно не имеет прямых жанровых аналогий» [9, с. 46]. Таким образом, даже в сочинениях ярого приверженца творчества И. С. Баха влияние великого кантора может оказаться опосредованным и неочевидным. В тех случаях, когда отсылка к великому кантору не вызывает сомнений, степень и качество этого влияния также могут существенно отличаться. Для подтверждения данной мысли достаточно вспомнить, насколько по-разному И. С. Бах повлиял на таких композиторов, как В. Моцарт (великий стилевой перелом) и, например, А. Брукнер (полифонизация музыкальной фактуры, создание сочинений для органа, работа в жанрах барокко и т.д.).
Отметим, многогранное понятие «бахианство» можно разделить на два крупных раздела: музыкальное (находит воплощение в композиторском творчестве) и немузыкальное (к нему можно отнести любые прочие формы обращения к И. С. Баху).
Обратимся к важнейшей, музыкальной, стороне бахианства. К ней можно отнести многочисленные композиционные техники (цитирование, коллаж, аллюзию), обращение к полифоническим жанрам, создание обработок (транскрипций, переложений, аккомпанементов), отражение в творческом процессе философской глубины баховской музыки, использование темы ВАСН и написание посвящения великому кантору.
Композиционные техники:
• Цитирование, особенно ярко проявившееся в творчестве А. Рейха, Ф. Листа, А. Онеггера, А. Шнитке, Л. Берио, З. Кодая, С. Шьяррино, И. Юна, А. Берга, Б. Циммермана, М. Линдберга, Ч. Айвза, Р. Щедрина. Отдельно можно выделить пример музыкально-текстовой цитаты «Credo» А. Пярта и макроцитаты - «Ave Maria» Ш. Гуно, Партиту для скрипки и камерного оркестра Э. Денисова и композицию Э. Артемьева «Слушая Баха» к фильму А. Тарковского «Солярис».
• Аллюзия: «Если бы Бах разводил пчёл» А. Пярт, Concerto grosso № 3 А. Шнитке, Третий концерт Б. Мартину и т.д.
• Коллаж: А. Пярт («Коллаж на тему ВАСН»), Б. Циммерман (пьеса «Монолог» для двух фортепиано), Д. Куртаг («Игры» для фортепиано), Д. Тавенер («Последние обряды», «Медитации о распятии» по фрагментам Мессы h-moll).
К музыкальной стороне бахианства можно отнести и обращение к полифонии вообще: В. Моцарт,
Ф. Мендельсон, Р. Шуман, И. Брамс, А. Брукнер, К. Сен-Санс, Г. Форе, С. Франк, И. Стравинский, М. Регер, А. Онеггер, П. Хиндемит - это далеко не полный список композиторов, в творчестве которых значительную роль сыграла полифония во всевозможных ее проявлениях. Влияние И. С. Баха на этих музыкантов отмечено многими отечественными и зарубежными исследователями. Важным для бахианства нам представляется и создание обработок, транскрипций, переложений, аккомпанементов к сочинениям великого кантора.
В данной области следует отметить творчество В. Моцарта, Л. Бетховена, К. Черни, Ф. Мендельсона, Р. Шумана, И. Брамса, Ф. Листа, К. Сен-Санса, М. Регера, К. Штраубе, К. Орфа, О. Респиги, Б. Бартока, А. Зилоти, А. Швейцера, Ф. Бузони и др.
• Нельзя забывать и об общем нравственном воздействии музыки великого немца, вдохновившем не одно поколение художников глубиной своей философии и нравственной чистотой. В пример можно привести, в частности, таких музыкантов, как И. Брамс, А. Брукнер, Г. Форе, И. Стравинский, П. Хиндемит и др.