Этика слова и языка в позднем творчестве Н.В. Гоголя (на основе «Выбранных мест из переписки с друзьями»)
Ю.Б. Кайгородцева, О.Б. Панова
Аннотация
Рассматриваются вопросы этики, этики языка, диалога и межкультурного общения в современном глобальном мире и современном международном дискурсе гуманитарного познания. Обосновывается, что диалог - проблема этическая, тем более диалог на международном уровне, успешность которого прямым образом связана с уровнем культуры собеседников - как отдельных человеческих личностей, так и наций, и стран, и народов, и всего мирового сообщества в целом. В этой связи показаны актуальность и необходимость обращения к духовноэтической традиции русской культуры, особенно русской классической литературы в данном контексте. В центре внимания авторов - язык русского классика XIX столетия Н.В. Гоголя. Объясняются значение и доминирование нравственных проблем в жизни, духовном и художественном мире писателя; выявляются основные этические принципы его мировоззрения, глубоко христианского, по своей природе: этика Гоголя - христианская этика. Раскрывается религиозно-философская, эстетическая и этическая проблематика книги «Выбранные места из переписки с друзьями», относящейся к позднему периоду его творчества. Исследуется этическая «ткань» языка данного произведения. Выявляются и подробно рассматриваются ключевые концептуальные универсалии {Слово - Добро (и Зло) - Честь - Святость (и греховность), свет, просветление - Духовность и душа - Долг - Житие - Любовь}, составляющие концептосферу текста произведения, несущие глубокий этический смысл, порожденные и обусловленные этической традицией русской культуры как таковой. Язык повествования Гоголя выражает глубоко религиозную, христианскую сущность русской культуры в целом с ее основополагающими духовно-нравственными идеями любви, добра, братства и милосердия.
Ключевые слова: этика; этика языка; этические категории; духовность; нравственность; концептосфера русской культуры; русская словесность; русская поэзия; Гоголь; эстетика; искусство.
WORD AND LANGUAGE ETHICS IN THE LATE WORKS OF N.V. GOGOL (BASED ON THE «SELECTIVE PASSAGES FROM CORRESPONDNCE WITH FRIENDS»)
Kaygorodtseva Yu.B., MA Student, Faculty of Foreign Languages, National Research Tomsk State University (Tomsk, Russia).
Panova O.B., Ph.D., Associate Professor, Faculty of Foreign Languages, National Research Tomsk State University (Tomsk, Russia).
Abstract
The present article covers the questions of ethics, language ethics, dialog and cross- cultural communication in the contemporary global world and international discourse of humanitarian intellection. It is being proved that dialog turns out to be an ethical issue, especially the international dialog, successfulness of which is directly connected with the cultural level of the parties, be it separate human individuals, nationalities, countries, nations or the whole world community in general. In this regard, the topicality and necessity of awareness of Russian cultural spiritual-ethical tradition is displayed, as well as Russian classical literature in this context. In the focus of the authors' attention is the language of N.V. Gogol, the Russian classical writer of the XIX century. The meaning and prepotency of moral issues in life of the writer, his spiritual and art world are explained; the basic ethical principles of the writer's mindset, which is deeply Christian in itself, are revealed: Gogol's ethics is a Christian one. The religious-philosophical, esthetical and ethical problematics of the book “Selective passages from correspondence with friends”, which is from the late work period, is being outlined. The ethical language “texture” of this book is being investigated. The article thoroughly presents the key conceptual universals {Word - Good (and evil) - Honor - Holiness (and sinfulness), Light, Epiphany - Spirituality and soul - Moral ought - Life - Love - Patriotism} which comprise the textual conceptual sphere of the book and perform the deep ethical sense, and which were conditioned and originated by the ethical tradition of Russian culture. Gogol's narrative language expresses the deeply religious Christian nature of Russian culture in general together with its basic spiritual-moral ideas of love, good, brotherhood and mercifulness.
Keywords: ethics; ethics of the language; ethical categories; spirituality; morals; conceptual sphere of Russian culture; Russian language arts; Russian poetry; Gogol; esthetics; arts.
Введение
В современном гуманитарном познании, которое и само-то поставлено в сложнейшую ситуацию в нынешнем стремительно глобализирующемся мире, все большее внимание уделяется вопросам этики. Прежде ученые, работавшие в этой области, занимались преимущественно историей этических учений, осмыслением этического канона Древнего мира и уроков авторитетных моралистов-классиков (Конфуция, Будды, Моисея, Христа, Сократа, Эпикура, Платона и Аристотеля, И. Канта, Л.Н. Толстого, А. Швейцера, В.С. Соловьева, Н. Рериха и др.), определением места этики в системе философских наук и научно-исследовательском пространстве в целом, формированием понятийно-категориального аппарата и концептосферы этики, выявлением этических универсалий и утверждением основных этических ценностей в социуме, критериями нравственной культуры человеческой личности и общества; далее активно обсуждались практическая и прикладная этика - профессиональная этика, этика науки, экологическая этика, биоэтика, этика бизнеса и предпринимательской культуры, этика интернет- сообщества.
Все вышеперечисленное сохраняет и даже приобретает еще большую актуальность и сегодня. Однако в последние два десятилетия этический дискурс разворачивается на международном социокультурном и политическом уровне и сосредоточен в основном вокруг проблем этики международных отношений и межкультурного общения в динамике геополитических процессов глобального мира. В качестве приоритетных в этом проблемном поле ведущими мыслителями нашего времени на международных симпозиумах и конференциях ставятся с попытками предложений решения следующие проблемы: возможность существования глобальной этики в плюралистичном поликультурном мире с акцентированием необходимости общего следования этическим традициям великого прошлого человечества (доклад Ганса Кюнга на собрании Парламента религий мира в Чикаго в 1993 г., дискуссия по поводу его основных этических постулатов на всемирной комиссии ЮНЕСКО в 19995-1997 г.) [1. С. 65-73], возрождение идеи абсолютной морали в нынешнюю эпоху глобального морального кризиса, необходимость уважения к достоинству человеческой личности, основанного на моральной справедливости, необходимость этической ответственности властных элитных структур и каждого человека, потребность всего мирового сообщества в солидарности (Юрген Хабермас) [2. С. 66-80].
Участникам таких конгрессов, симпозиумов, конференций международного статуса очевидно, насколько установление и утверждение глобального мирового порядка, без которого невозможен выход человечества из глобального политического кризиса, прямым образом зависят от диалога - грамотного взаимодействия и отдельных людей, и правительств государств, и целых народов, культур, цивилизаций всего мира. Дж. Струл Карстен, например, отмечает, что в процессе обязательного перехода к «эпохе глобального диалога» (это, в принципе, вопрос выживания человечества) неизбежно возникает необходимость в универсальной этике, основанной на общих этических принципах и признании того исторически подтвержденного факта, что в истоке различных религий и культур существует некая общая глубинная система ценностей [3. С. 298-319]. Диалог - проблема, прежде всего, этическая; тем более - диалог на международном уровне. И успешность его осуществления прямым образом связана с уровнем культуры собеседников - как отдельных человеческих личностей, так и наций, и стран, и народов, с уровнем культуры человечества - всего мирового сообщества в целом.
С. Хантингтон, выступая с докладом в Гарвардской академии международных исследований, прямо поставил перед мировым интеллектуальным сообществом задачу грамотного управления культурной составляющей социальных, политических и экономических процессов: «Если культура столь важна, а люди изучают ее на протяжении столетия или даже более, почему у нас до сих пор нет полноценных теоретических концепций, практических рекомендаций и тесных профессиональных контактов между культурологами и политиками?» [4. С. 9-14]. Этос культуры, - вот что должно быть исходной точкой, истоком и основанием, ядром проекта глобального этоса. Однако создание такого глобального этоса всемирной культуры, основанного на со-бытии и сообщении многих различных культур, - проблема лингвистическая: диалог и межкультурная коммуникация прямым образом связаны с языком. Потому вопрос о самом языке культуры как таковом здесь становится основополагающим. Потому в связи с возросшей актуальностью обозначенных выше проблем этическая проблематика сейчас активно входит в лингвистические исследования. Этика и лингвистика вступают в тесный контакт в общем междисциплинарном научном дискурсе, в области их взаимодействия и взаимовлияния образуется специальная лингвофилософская дисциплина - этика языка, или лингвоэтика, над становлением и развитием которой работают многие ученые гуманитарного направления: философы, лингвисты, антропологи, историки культуры, психологи. Ее серьезность и неслучайность подтверждает тот факт, что ее возникновение было исторически обусловлено и логически подготовлено на протяжении прошлого столетия как европейским экзистенциально-феноменологическим и герменевтическим течением философской мысли и философией языка (М. Хайдеггер, Г.-Г. Гадамер, К. Ясперс, Ж.-П. Сартр, М. Шелер, М. Бубер, Г. Марсель, П. Рикер, Э. Левинас, Э. Мунье), так и русской духовноэтической традицией и философией «глубинного общения» (В. С. Соловьев, Н.А. Бердяев, П.А. Флоренский, М.О. Гершензон, С.Л. Франк, Л.П. Карсавин, М.М. Бахтин, С.С. Аверинцев, В.С. Библер, Г.С. Батищев, Г.С. Померанц). Наши современники выявляют фундаментальные антропологические основания истинного диалога: ценность каждого человеческого существа, исходящая из ценности Человека, ценность Другого прежде ценности Я. Именно такое межличностное общение, базирующееся на глубоком человеческом доверии и понимании, естественным образом предполагающее взаимную этическую ответственность субъектов общения, должно стать основой межкультурной коммуникации на международном уровне. Э Левинас, например, вводит понятие забота о Другом именно по отношению к Языку и утверждает глубокую этическую сущность языка как такового: «Язык является открытием Другого....Язык предполагает собеседника, множество собеседников. Их общение - это этика» [5. С. 191-212]. Герменевт Поль Рикер выводит проблему этики языка и этики диалога на глобальный уровень социально-политической ответственности каждого человека. «Существует этика слова, язык - это не просто абстрактная область логики или семиотики; он накладывает на людей определенную моральную ответственность за то, что они говорят. Общество без субъектов, этически ответственных за свои слова, - общество без граждан» (здесь и далее в цитатах курсив наш. - Ю.К., О.П.) [6. C. 243].
Русская культура сумела сказать в обозначенном международном дискурсе вокруг этических проблем мира свое веское слово, и наиболее решительно (это следует подчеркнуть) - именно голосом русской литературы, русской поэзии. Достаточно факта вручения Иосифу Бродскому Нобелевской премии по литературе в 1987 г. В Нобелевской лекции, прочитанной им в Стокгольме на русском языке, обращают на себя внимание два важнейших для предлагаемого нами исследования момента. Первый из них: Бродский обосновал эстетические истоки и эстетическую природу этического, взаимообусловленность эстетики и этики и обозначил важнейшую роль искусства, поэзии, литературы в решении мировых проблем глобального масштаба. Во-вторых, он убедительно показал приоритет языка поэзии и искусства перед другими культурными формами, выработанными в интеллектуальной истории человечества. Именно поэзия является сущностным началом самого языка как такового, языком истинным, подлинным [7. C. 44-54]. Только такой народ, имеющий крепкий внутренний моральный стержень, ориентированный на свободный нравственный выбор, сознает свою культурную идентичность и другого как Друг-ого (друга), может положить этические принципы в основу своей культурной (!) политики, обладает способностью к подлинному диалогу с другими народами мира и выстраивает международные отношения на этических основаниях уважения и доверия.
Поэтому следует акцентировать, что особо значимыми и требующими самого серьезного подхода в обозначенном эпохальном дискурсе являются, точнее, - были и остаются - проблемы этики межкультурной коммуникации, диалога и полилога культур мира и этики межличностного общения представителей этих культур. Этос культуры, этика языка и этическая традиция литературы должны быть, с одной стороны, основополагающими для создания справедливого и разумного глобального мирового порядка; и с другой стороны, язык, искусство и литература, культура являются ключевыми для самой этики как науки, образуют ее сущностное ядро.
Исследование. Язык русской классической литературы в современном этическом дискурсе гуманитарного познания
Русская литература нравственна по сути своей, имеет серьезную духовно-этическую традицию, в истоке которой - христианская этика; вся она, на протяжении всей ее многовековой истории - литература «оправдания добра» (В.С. Соловьев) [8]. О глубокой нравственности русской литературы как ее главном, определяющем ее бытие качестве, ее важнейшей характеристике, говорили многие русские мыслители, философы, историки и великие русские писатели-классики. Авторитетный исследователь древнерусской культуры Д.С. Лихачёв неоднократно указывал на это в сложнейшие исторические эпохи испытаний русского народа, называл литературу совестью России, видел ее призванной давать моральные уроки русскому и другим народам. «Я думаю, что с крещения Руси вообще можно начинать историю русской культуры....Чем был церковнославянский язык в России?... Болгария дала восточным славянам высший слой языка, “полюс духовности ”, чрезвычайно обогативший наш язык, давший нашему языку нравственную силу, способность возвышать мысль....К этому нравственному началу мы всегда можем обращаться за духовной помощью. Какая важная задача - составлять словари языка русских писателей от древнейшей поры!» [9. С. 356].
Основополагающие духовно-нравственные ценности русской культуры и этические категории русской философии закреплены в памяти русского языка, и воспринимаются сегодня в качестве концептов, поскольку через всю историю русского народа вокруг этих ценностей идет смысловое движение - естественный исторический процесс возникновения, бытия, открытия, сохранения, а порой утраты и возрождения, актуальных для него в каждую эпоху смыслов.
Согласно Д.С. Лихачёву, под концептом следует понимать «универсалию человеческого сознания», границы которой «в сознании субъекта определяются культурной памятью, причастностью к духовной традиции». «Концептосфера национального языка тем богаче, чем богаче вся культура нации. она соотносима со всем историческим опытом нации и религией особенно» [10. С. 282]. Концептуальные универсалии, организующие духовное пространство русской культуры, этимологически выявлены лингвистами-историками из глубин исторического опыта русского языка, долговременно пребывающего в тесном контакте с языком церковнославянским. Их не так уж много: добро, любовь, вера, надежда, жизнь, слово, путь, совесть, дух, душа, честь, истина, красота, благодать и еще три-четыре десятка [11]. Это суть совокупность высших духовно-нравственных ценностей русской культуры, вырастающая из глубокой религиозности русского мироощущения и придающая жизни русского человека сакральный смысл вселенской значимости и подлинности. И весь этот исторический опыт русского народа таким образом сохраняется в языке русской литературы, пронизанной духовностью.
Задача, которую перед гуманитарным научным сообществом поставил Д.С. Лихачёв - тщательно исследовать духовно-этическую традицию русского литературного языка и русской культуры - выполнялась на протяжении всего прошлого века филологами под руководством академика В. В. Виноградова [12]; работа эта активно продолжается в Институте русского языка РАН его имени и в наши дни. Следует отметить, что сегодня нравственная проблематика русской классической литературы и культуры и проблемы этики языка вызывают исследовательский интерес одновременно и философов, ученых Института философии РАН [13. С. 5-14], работающих в области этики, и лингвистов Института русского языка имени В.В. Виноградова РАН [14]. Диалог этих исследовательских направлений в едином гуманитарном дискурсе, в междисциплинарном проблемном поле оказывается весьма продуктивным, обогащая каждое из них. Ведущий специалист в области этики А. А. Гусейнов на одной из недавних конференций в Институте философии РАН, посвященной духовному наследию Даниила Андреева, делясь своим опытом прочтения его великой книги «Роза Мира» в современных реалиях, выявляет ту черту этики русской культуры, из-за которой в наше неспокойное время к ней нужно отнестись с особым вниманием. Философ убедительно показывает, что при сравнении европейской и русской этических традиций становится очевидным: если европейская этика (в лице Канта, например) имеет законодательный характер, то русская этика обладает активным миротворческим началом, следовательно, русская культура всегда способна преобразовывать Мир согласно своему этическому канону. «Мне кажется, что именно установка сотворить мир по своему этическому канону - лежит во всей интеллектуально-духовной конструкции Даниила Андреева и может объяснить всю его систему» [15. С. 3-9]. Этический канон русской культуры закрепляется и сохраняется в языке на протяжении всей истории русского народа, этот язык в сущности своей - миротворец, что и показывают уже ученые-лингвисты. «В начале было Слово», и «Слово стало плотию» - вот это и есть пределы литературы, ее «Альфа и Омега» [16. С. 330-331, 334, 341, 350-358]. В русской культуре этика в большей мере развивалась не в философской традиции, а была взращена как раз русской классической литературой, впитала нравственно-эстетическую традицию всей русской словесности; ее оформление как философской дисциплины в русской философии (В.С. Соловьевым, Н.А. Бердяевым, Н.О. Лосским, С.Н. Булгаковым, М.О. Гершензоном, Л.П. Красавиным, М.М. Бахтиным) происходило позже и свершилось именно на крепких основаниях, заложенных русской классической литературой - творчеством М.В. Ломоносова, Г.Р. Державина, Н.М. Карамзина, В. А. Жуковского, Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, А.П. Чехова. Для современной этики необходимость постоянного обращения к этической традиции русской классики, а лучше, непрерывного пребывания в ней, не вызывает никаких сомнений. Особенно важным это представляется при попытках современной этики формулировать этические принципы в области международных отношений и межкультурной коммуникации, создания проекта этоса глобального мира: русский язык - хранитель многовековой этической традиции, содержит в себе проверенные временем идеальные этические модели миротворения, обращение к его памяти всегда может помочь.