Британский конституционализм представляет собой весьма своеобразное явление правовой действительности. Древние и крепкие корни парламентаризма, англо-саксонская правовая система, монархическая форма правления - все это делает фактическую и юридическую конституцию Великобритании уникальной. Эта страна по сей день не имеет в качестве основного закона единого писаного нормативного правового акта.
Возводимое в течение многих столетий здание британского конституционализма имеет в качестве прочного и надежного фундамента общее право и высокую правовую культуру. Поэтому в данной стране в отличие от большинства других несколько столетий не возникало необходимости в принятии единого статута.
Особенности конституции Великобритании характеризуются, прежде всего, спецификой ее формы. Британская доктрина конституционализма относит к писаным только акты, исходящие от парламента, т.е. статуты. Судебные же прецеденты, как и конституционные обычаи, английские ученые относят к неписаной части права.
Конституция Великобритании включает практически необозримое число конкретных источников. Их можно классифицировать, разделив на 4 группы: статуты, судебные прецеденты, конституционные обычаи и доктринальные источники.
Статутное право образуют акты парламентов, принятые с 1215 г. по вопросам конституционного права. Отсчет ведется с даты принятия Великой хартии вольностей. В настоящее время, однако, имеет значение не буквальное содержание этого документа феодальной эпохи, а его расширительное толкование юристами, позволяющее, в частности, вывести правила о недопустимости наказания граждан без судебного разбирательства и т.п. В английской литературе и практике нет единых критериев, по которым тот или иной статут можно было бы отнести к числу конституционных. Эти критерии не выработаны, так как все законы в Великобритании имеют равную юридическую силу, порядок принятия, изменения и отмены. Такое положение существует в соответствии с принципом парламентского верховенства, согласно которому закон может быть принят только парламентом, и все они имеют равный статус. Тем не менее, не все статуты признаются частью конституции. Кроме того, конституционные нормы содержатся и в статутах, регламентирующих конституционные отношения наряду с другими, относящимися к предмету регулирования иных отраслей права. Так, в актах о министрах короны 1937, 1964 и 1975 гг. помимо конституционно-правовых норм имеются положения, относящиеся к административному праву. Следует иметь в виду, что конституционные нормы могут содержаться и в актах делегированного законодательства.
В целом статутное конституционное право носит фрагментарный характер, хотя число его источников постоянно увеличивается.
Прецедентное право, как источник конституции Великобритании - это совокупность судебных решений по конституционным вопросам, являющихся обязательными при рассмотрении в будущем аналогичных дел. Его можно условно подразделить на общее право и право справедливости.
Общее право в Англии создано королевскими Вестминстерскими судами. Право справедливости - совокупность норм, созданных судом канцлера, чтобы дополнять, а иногда и пересматривать систему общего права. Прецедентное право предполагает, что суды в Великобритании не только применяют, но и создают нормы права, т.е. правилам, содержащимся в судебных решениях, должно следовать и в дальнейшем, а также обязательность решений вышестоящих судов для нижестоящих. Обязательные прецеденты в Англии могут создаваться не всякими судами, а только так называемыми высокими судами (Верховным судом и палатой лордов). Сфера действия прецедентов в конституционном праве Великобритании является достаточно ограниченной. В настоящее время они, в основном, регулируют вопросы, касающиеся привилегий Короны.
Обычное право играет значительно большую роль по сравнению с прецедентами. Конституционные обычаи, именуемые также соглашениями, регулируют важные вопросы государственной жизни. Конституционные соглашения являются весьма своеобразным источником британской конституции. С одной стороны, они реально действуют как важное звено правовой системы, без которого последняя не сможет существовать. С другой - обычаи не признаются судами, т.е. нарушение соглашений не влечет юридической ответственности. Однако их несоблюдение в стране с высоким уровнем правосознания может привести к серьезным политическим последствиям.
Доктринальные источники - специфический элемент неписаной части британской конституции. Под ними понимаются мнения именитых ученых в области конституционного права. К ним обращаются тогда, когда обнаружен пробел из-за отсутствия статута, прецедента или обычая, регулирующих определенные отношения.
По способу изменения конституция Великобритании является гибкой. Постепенное напластование многочисленных законов, прецедентов и обычаев создает прекрасную базу для поиска компромиссов и взаимоприемлемых решений. Гибкость и известный консерватизм конституции Великобритании позволяют обеспечить, с одной стороны, преемственность и стабильность государственного управления, с другой - приспособить существующие конституционные нормы к изменяющимся условиям действительности.
Законодательная власть в Великобритании принадлежит парламенту, но по точному смыслу британской конституции парламент — триединое учреждение: оно включает главу государства (монарха), палату лордов (исторически — палату знати и высшего духовенства) и палату общин (исторически — палату простолюдинов). Это понятие связано с тем, что закон становится таковым, если он принят двумя палатами (есть некоторые исключения из этого правила в пользу нижней палаты) и подписан монархом. На деле же под парламентом понимаются лишь две палаты, а в обычном словоупотреблении — нижняя, которая осуществляет законодательные функции. Король подписывает все законы, и на основании конституционного обычая почти 300 лет не применяет принадлежащего ему права вето. Вето палаты лордов может быть преодолено нижней палатой простым большинством голосов, но на другой сессии парламента, что означает, что при созыве сессии раз в год верхняя палата может на год отсрочить вступление закона в силу. На практике палата лордов, как правило, возражения против законопроектов, принятых палатой общин, выдвигает очень редко.
Хотя глава государства по конституционной доктрине является составной частью парламента, с точки зрения концепции разделения властей он относится все же к исполнительной власти.
Парламент Великобритании (практически палата общин) осуществляет контроль за управлением, за деятельностью правительства. Однако большинство парламента и правительства, за исключением редчайших ситуаций, в отличие от США всегда принадлежит к одной и той же партии, а лидер партии является лидером фракции большинства в парламенте (иногда только фактически) и одновременно премьер-министром. Поэтому направляет работу парламента, по существу, правительство.
Юридически правительство несет коллективную ответственность перед парламентом (только перед палатой общин). Палата общин может потребовать отставки министра, но премьер-министр решает, уйдет ли в отставку все правительство или только виновный министр, если речь идет об упущениях определенного министра, а чаше всего о его неэтичном поведении. Вопрос о вотуме недоверия бывает только связанным, т. е. он ставится самим правительством в связи с предлагаемым им законопроектом: правительство заявляет, что если билль не будет принят, то оно уйдет в отставку, оказывая тем самым давление на палату общин.
Теоретически монарх в Великобритании считается источником значительной доли государственной власти, он — глава государства. Ему же теоретически принадлежит также исполнительная власть. Кроме того, как упоминалось, монарх — составная часть парламента. На деле он не участвует в законодательстве (право вето не применяет), исполнительной властью не обладает. Страной руководит «правительство его (ее) Величества», точнее, его узкая часть — кабинет министров, в котором главную роль играет премьер-министр. Правительство, как отмечалось, в силу британской двухпартийной системы в значительной мере контролирует и парламент.
Монарх в Великобритании — это символ единства нации, преемственности государства. Он рассматривается как гарантия стабильности в обществе. Какого-либо серьезного движения за замену монархии республикой не существует.
Монарх — лицо неприкосновенное, он не подлежит уголовной, административной, гражданской ответственности, не может быть задержан и т. д. (хотя имело место осуждение и казнь короля Карла 1 во время английской революции). Монарх политически нейтрален, не является членом какой-либо партии, не подлежит политической ответственности в связи с управлением государством: за монарха отвечают его министры.
Юридически британский монарх обладает значительными полномочиями, которые в совокупности называются королевской прерогативой. Это исключительные права, установленные традицией, конституционными обычаями, иногда закрепленные судебным прецедентом и не зависящие от воли парламента. Во взаимоотношениях с парламентом эти права, равно как и некоторые другие свои полномочия, монарх осуществляет по указанию правительства (конкретно — премьер-министра). Он подписывает законы и имеет право вето (хотя не использует его с 1707 г.). Монарх — составная часть парламента, но посещать его заседания он может лишь по специальному приглашению. Он открывает ежегодную сессию парламента, выступая с тронной речью на совместном заседании палат. В этой речи излагается программа действий на предстоящий год. Но поскольку монарх лишь зачитывает текст, подготовленный премьер-министром, он не может изменить в нем ни слова. Монарх вправе распустить палату общин с назначением даты новых выборов, это он делает только по указанию правительства.
Исторически страна состоит из четырех регионов: Англии, Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии. Страна образовалась вокруг и на основе Англии, которая составляет большую часть государства и по территории, и По численности населения. Поэтому для других трех регионов в большей или меньшей степени всегда были свойственны стремление к усилению самоуправления или даже сепаратизм. Однако долгое время в этих регионах отсутствовали собственные органы управления. В 1997-1998 годах во всех трех регионах прошли референдумы, на которых были приняты решения об учреждении региональных законодательных и исполнительных органов власти. В 1998-1999 годах они были созданы и избраны. Законодательные ассамблеи Шотландии и Северной Ирландии получили исключительные законодательные полномочия, т.е. право первичного законодательства в сферах здравоохранения, образования, местного самоуправления и политико-административного деления, жилищного и коммунального хозяйства, окружающей среды и т.п. Парламент Уэльса может регулировать эти вопросы только с помощью «вторичного» законодательства, т.е. конкретизируя общенациональные законы
Политико-административное деление регионов различно. Англия и Уэльс делятся на графства, графства в Англии делятся на административные округа, а округа - на общины. Графства Уэльса непосредственно делятся на общины. Северная Ирландия состоит из графств, они - из округов, округа - из общин. Шотландия территориально поделена на округа, состоящие из общин.
В каждой Местной единице действуют органы местного самоуправления: выборные непосредственно населением советы и исполнительные органы. Чиновники, осуществляющие местное управление, отсутствуют. Компетенция органов местного самоуправления традиционна, однако на практике возникают сложности по вопросу о ее разграничении между органами местного самоуправления различных уровней.
Особый статус имеет столица Соединенного Королевства - Лондон. Вместе с прилегающими пригородами он образует единый конгломерат, именуемый Большим Лондоном. Традиционно он управлялся избираемым Советом Большого Лондона, но в 1985 году Совет был упразднен Правительством консерваторов. Лейбористское правительство добилось принятия закона о восстановлении самоуправления Большого Лондона. Органами такого самоуправления являются Ассамблея (включающая 25 депутатов) и мэр, избираемые непосредственно на четыре года. Их первые выборы состоялись в 2000 году.
Конституция 1958 г. состоит из короткой преамбулы и 16 разделов, разбитых на 93 статьи, причем ряд из них имеют нумерацию со значками (ст. 53, 54, 68, 88). В конституции отсутствует обычная для современных актов глава о правах и свободах. Преамбула ограничивается отсылкой к Декларации прав человека и гражданина 1789 г. и к преамбуле конституции 1946 г., которая в этой части с чисто юридической точки зрения остается в силе. Конституционный совет в своих решениях указывал на Декларацию и преамбулу конституции 1946 г. как на составные части действующей конституции и включил их в тот блок законов, соответствие которому он проверяет. С редакционной точки зрения конституция 1958 г. недостаточно четко сформулирована, хотя при первом чтении напоминает достаточно логичный и простой документ. Так, статья 89 в пересмотре основного закона допускает несколько толкований. Статья 34 указывает: "Закон устанавливает правила", а в следующей фразе в той же статье: "Закон в равной мере устанавливает правила". Кажется, что это две редакции одного понятия, накладываемые друг на друга. В то же время нельзя не заметить, что ряд положений основного закона отличаются предельной четкостью и ясностью. Данное утверждение относится к основным институтам государства, к нововведениям, утвержденным этим актом. Например, четко или во всяком случае достаточно четко очерчена сфера компетенции, парламента, процедура, применяемая при постановке вопроса об ответственности правительства перед Национальным собранием.
В основном законе закреплено чрезвычайно важное положение о том, что республиканская форма правления не может быть предметом пересмотра (последний абзац статьи 89). 8 этом акте содержатся важнейшие, хотя и не очень обширные положения о характере французского государства. Неделимость республики - константа французского республиканского государства. Покушение на неделимость, на целостность его территории наказуемо согласно статей Уголовного кодекса; такие действия квалифицируются как преступление против безопасности государства.