Курсовая работа
Достоевский и философия
Содержание
Введение. Достоевский и «человекознание» его эпохи
1.1 Интерес Достоевского к философии
1.2 Круг чтения Достоевского.I Достоевский и Огюст Конт
.1 Философия О. Конта
.2 Философская полемика Достоевского в повести «Записки из подполья» . Достоевский и Макс Штирнер
.1 Философия М. Штирнера
.2 Полемика Достоевского с философией М. Штирнера. Достоевский и Артур Шопенгауэр
.1 Философия А. Шопенгауэра
.2 Отражение категории страдания и сострадания в творчестве Достоевского
Литература
Введение
Изучение связей между литературными произведениями (проза, поэзия), а также между литературными и философскими произведениями активизировалось в последнее время. Между тем методика и методология таких исследований многим не знакома. Устанавливается сходство, каким образом один (более старший и солидный) повлиял на другого. Получается так, будто Николай Гумилев женился на Анне Ахматовой потому, что узнал, что Пушкин обручился с Натальей Гончаровой.
Между тем не все так просто. Нужно учитывать, что связи бывают не только генетическими (один повлиял на другого), но и типологическими (сходство обстановки, перекличка обстоятельств в жизни и т.д.). поэтому, если предполагается генетическое родство, необходимо изучить биографии обоих писателей, их письма, список книг в библиотеке, воспоминания о них и т.д. Только глубокое и всестороннее исследование может позволить прийти к однозначному выводу. Иначе можно оказаться в положении профессора Биязили, сделавшего вывод о влиянии повести Л.Н. Толстого «Дьявол» на рассказ И. Бунина «Митина любовь» (в то время как Бунин, как оказалось, не читал этого рассказа).
Когда сравниваешь два произведения, нужно останавливаться на важных, характерных, «ключевых» идеях и словах. Эти идеи не должны быть слишком широкими, скажем, если речь идет о народности, то обязательно устанавливается связь или с Л. Толстым, или с М. Шолоховым. Не могут они быть и слишком «узкими». Если у Чехова повторяется фраза «стал накрапывать дождь», а эта фраза встречается у Л. Толстого, то вряд ли следует делать вывод о влиянии одного классика на другого. Речь идет о распространенном выражении.
Итак, следует учитывать, что связи могут быть не только генетическими, но и типологическими. Нужно учитывать и второе обстоятельство. Связи бывают не только контактными (сходство объектов), но и контрастными (противоположные позиции).
Все эти обстоятельства следует учитывать, изучая связи как внутри литературы, так и между литературой и философией.
I. Достоевский и «человекознание» его эпохи
Цели и задачи
дать комплексное представление о философской мысли эпохи Ф.М. Достоевского;
выявить, какие философы и когда были опубликованы в России;
определить, с какими философами и когда мог ознакомиться и действительно ознакомился Достоевский;
изучить круг философских предпочтений писателя.
.1. Интерес Достоевского к философии
Художественную литературу называют человековедением. Действительно, она - одно из важнейших средств познания человека, постижения его глубинных сущностей. В этом отношении литература, особенно в высших своих проявлениях, стоит в одном ряду с мировыми религиями и философией.
В последние десятилетия в литературоведении утвердился системный подход. Он вызван необходимостью рассматривать творчество каждого писателя как особое оригинальное явление, как своеобразную модель действительности. Художественное творчество рассматривается как «художественная система», «художественный мир». Между обоими понятиями - «художественная система», «художественный мир» много общего, они взаимозаменяемы. Слово «система» менее гибко, оно указывает на законченность и определенность структуры художественного целого и не учитывает его целостности, т.е. того, что целое в художественном творчестве больше составляющих его частей. Поэтому понятие «художественный мир» кажется предпочтительней. Оно употребляется и по отношению к художественному произведению, и к творчеству писателя в целом, и к творчеству ряда писателей.
Системный подход к творчеству писателя подразумевает выявление определенной структуры, состоящей из различных частей, расположенных в строго иерархическом порядке и подчиненных главному структурообразующему элементу. Таким главным элементом в русской классике является человек. «Отношение русских писателей к действительности антропоцентрично. … русские сводят мир к человеку и упорно оценивают мир с человеческой точки зрения», - утверждает Н.Я. Берковский. Представления писателя о человеке - его сущности, возможностях, перспективах составляют ядро его мировоззрения, а их воплощение в художественном творчестве обусловливает особенности творческого метода.
Еще А.Е. Врангель, знавший Ф.М. Достоевского в Сибири, говоря о равнодушии писателя «к картинам природы», делал вывод: «Он весь был поглощен изучением человека, со всеми его достоинствами, слабостями и страстями. Все остальное было для него второстепенным».
«Изучение человека» - занятие, свойственное не только художественной литературе. Здесь интересы писателя пересекаются с интересами философов, религиозных мыслителей. Их всех объединяет стремление понять проблемы человеческого существования, так называемые экзистенциальные проблемы: что такое жизнь, смерть, любовь, свободен человек или подчинен законам необходимости и т.д.
Эту особенность художественного творчества Достоевского одним из первых заметил М.Е. Салтыков-Щедрин: «По глубине замысла, по ширине задач нравственного мира, разрабатываемых им, этот писатель стоит у нас совершенно особняком. Он не только признает законность тех интересов, которые волнуют современное общество, но даже идет далее, вступает в область предвидений и предчувствий, которые составляют цель не непосредственных, а отдаленнейших исканий человечества. Укажем хотя бы на попытку изобразить тип человека, достигшего полного нравственного и духовного равновесия, положенную в основе романа «Идиот», - и, конечно этого будет достаточно, чтобы согласиться, что это такая задача, перед которой бледнеют все возможные вопросы о женском труде, о распределении ценностей, о свободе мысли и т.п. Это, так сказать, конечная цель, ввиду которой даже самые радикальные разрешения всех остальных вопросов, интересующих общество, кажутся лишь промежуточными станциями».
Великий сатирик уловил главное, определив характер и направленность творчества своего современника: оно не только остросовременно, насыщенно актуальной социальной и политической проблематикой, но и решает эти задачи в свете «конечных» вопросов существования человечества, решает так, что «злоба дня» предстает только «промежуточными станциями». Творчество Достоевского проникнуто стремлением понять человека, определить его место в мире, обеспечить достойное будущее.
Еще глубже и точнее скажет об этой особенности писателя Н.А. Бердяев: «Достоевский, прежде всего, великий антрополог, исследователь человеческой природы, ее глубины и ее тайн. Все его творчество - антропологические опыты и эксперименты. Достоевский… - создатель опытной метафизики человеческой природы». Сила Достоевского-художника в его мысли, что обусловливает, по Бердяеву, его место в мировой литературе: «Достоевский - великий мыслитель в своем художественном творчестве, он прежде всего художник мысли. Из великих художников мира по силе ума с ним может быть отчасти сопоставлен лишь один Шекспир, тоже великий исследователь человеческой природы».
Позже А.М. Горький отметил близость философии уже всей русской литературы.
А.А. Блок поставил вопрос еще шире - применительно ко всей русской культуре. «Россия - молодая страна, и культура ее - синтетическая культура. Русскому художнику нельзя и не надо быть «специалистом». Писатель должен помнить о живописце, архитекторе, музыканте; тем более прозаик о поэте и поэт о прозаике… Так же, как неразлучимы в России живопись, музыка, проза, поэзия, неотлучимы от них и друг от друга - философия, религия, общественность, … политика. Вместе они образуют единый мощный поток, который несет на себе драгоценную ношу национальной культуры».
В данном высказывании особенно важна мысль о близости литкратуры и философии. Синтетизм и философичность русской культуры, отсутствие «специализации» - важная особенность, которую необходимо учитывать при анализе творчества ведущих писателей XIX века. В России долго не было собственно философии, философии «в чистом виде» (как, скажем, в Германии конца XVIII - начала XIX в.). Ее функцию выполняла литература, что и дало ей невиданный размах, обусловило последующую мировую славу. Русская литература - это своего рода «философия человека». Уступая той же немецкой классической философии в систематичности, в следовании строго философской форме, она была лишена ее отвлеченности, трагизм человеческого существования выражался в ней не в сложных категориях и философемах, а в живых художественных образах.
Достоевский уже в юности проявлял интерес к философии, причем для него характерно ее сближение с литературой. Знаменательна его оценка Бальзака, данная в письме к брату Михаилу: «Бальзак велик! Его характеры - произведения ума вселенной! Не дух времени, но целые тысячелетия приготовили бореньем своим такую развязку в душе человека» (281, 51). Здесь литература, подобно философии, рассматривается как квинтэссенция духовной жизни эпохи. Много позже, в черновиках к роману «Бесы», писатель выскажет сходный взгляд на Шекспира: «Вся действительность не исчерпывается насущным, ибо огромною своею частию заключается в нем в виде еще подспудного, невысказанного будущего слова. Изредка появляются пророки, которые угадывают и высказывают это цельное слово. Шекспир - это пророк, посланный Богом, чтобы возвестить нам тайну о человеке, души человеческой» (11, 237). «Тайну человека» возвещают пророки: это роднит, по Достоевскому, великих писателей и философов. Сознание писателя формировалось в 1830-1840 гг. - время, когда книги и концепции философов играли в духовной жизни общества роль не меньшую, чем сочинения писателей. Так, В.Г. Белинский испытывал жгучий интерес не только к М.Ю. Лермонтову и Н.В. Гоголю, но и к Гегелю и Фейербаху. Известно тяготение к философии В.Ф. Одоевского, любомудров, славянофилов, наконец, петрашевцев, к которым принадлежал Достоевский. Знавший писателя еще в 1840-е годы по кружку Петрашевского П.П. Семенов-Тян-Шанский отмечает, что он «был образованнее многих русских литераторов своего времени, как, например, Некрасова, Панаева, Григоровича, Плещеева и даже самого Гоголя». Контекст высказывания мемуариста (речь идет о сочинениях Конта, Сен-Симона, Фурье) свидетельствует, что он имел в виду и знание философии.
1.2 Круг чтения Достоевского
Интерес и любовь к философии писатель пронес через всю жизнь. В письме к Н.Н. Страхову он признается: «… в любви к ней я силен» (291, 125). Попробуем выяснить основные этапы и вехи философского образования Достоевского. Естественно, что главное внимание уделим формированию его антропологии.
Интенсивное философское образование началось у Достоевского в 1840-е годы. Написание романа «Бедные люди» привело его к сближению с В.Г. Белинским. Несомненно и его знакомство со взглядами А.И. Герцена. Особенно важным в этом отношении было пребывание в кружке М.В. Петрашевского. Здесь он знакомится с учениями социалистов-утопистов - Каабе, Сен-Симона, Оуэна, Прудона, Фурье. [1] Отношение писателя к картинам будущего счастливого общества было критическим, он понимал социализм как проповедь любви к ближнему, воспринимал их учение как неохристианство. Он был знаком с трудами Августа Гакстгаузена и видел в русской общине основу будущего. Ему было близко характерное для петрашевцев внимание к природе человека, стремление вывести из нее законы общества. В связи с этим следует упомянуть книгу А. Галича «Картина человека». Книга эта - обширный «опыт» «человекознания», «человекоучения», по словам автора. У Галича большое место уделено «духовной феноменологии» - описанию самых разных сторон духовной жизни. В литературе о Достоевском отмечалось влияние на него книги Галича.
Наиболее важным философским впечатлением этого времени для Достоевского было знакомство с книгой М. Штирнера «Единственный и его собственность». Об этой книге, вышедшей в 1845 году в Германии, писатель делает доклад в одну из пятниц. Выбор темы не случаен. Достоевским на глубоком философском уровне осмыслена проблема личности и проблема индивидуализма, сыгравшие громадную роль в его творчестве.
Следующее по важности - чтение писателем трудов Огюста Конта. Сам факт чтения засвидетельствован Семеновым-Тян-Шанским. Писатель воспринял основоположника позитивизма как очень важное и характерное явление духовной жизни. Полемика с ним, показ ограниченности рисуемой им картины мира проходит через все творчество русского классика.
К концу 1840-х годов относится и знакомство Достоевского с «Сущностью христианства» (1841) Фейербаха, с трудами Б.Бауэра и Д.Штрауса. Писатель был в курсе научной критики как Библии, так и христианства в целом. Известно постоянное внимание писателя к христианству и христианской концепции человека: «Библия» - книга, по которой его учила грамоте мать, с «Библии» начались его раздумья о судьбе человека в мире (притча об Иове), «Библию» он пронес через каторгу, в нее он заглянул перед смертью («Не удерживай»). Позже, в 1860-е годы он познакомился с книгой Э. Ренана. Таким образом, главные объекты художественной полемики Достоевского (индивидуализм, позитивизм) были им изучены уже в 1840-е годы. К этим же годам относится глубокое внимание к проблемам христианства и утопического социализма.
Интерес к немецкой классической философии проявился у Достоевского во время сибирской ссылки. Первое же письмо к брату, написанное им после выхода из острога (от 22 февраля 1854 года), содержит просьбу выслать ему «Критику чистого разума» Канта и «Историю философии» Гегеля. Близкий писателю в это время А.В. Врангель говорит о его намерении переводить «Философию Гегеля». Интерес этот мог быть в полной мере удовлетворен после возвращения Достоевского в Петербург. [2]
Но самым важным в философском образовании Достоевского в 1860-е годы следует признать его знакомство и общение с Н.Н. Страховым. Страхов был самым крупным специалистом по истории философии и, одновременно, крупным оригинальным философом славянофильского направления. В 1862-65 гг. Страхов перевел «Историю новой философии» Куно Фишера - капитальное издание, содержащее подробную характеристику философских систем Канта, Фихте, Шеллинга, Гегеля (Канту и Гегелю посвящено по два тома), а также Декарта, Спинозы и Лейбница.
Сам Н.Н. Страхов в своих «Воспоминаниях» пишет, что предметом их бесед часто были «самые отвлеченные вопросы». «Федор Михайлович любил эти вопросы, - отмечает мемуарист, - о сущности вещей и о пределах знания, и помню, как его забавляло, когда я подводил его рассуждения под различные взгляды философов, известные нам по истории философии. Оказывалось, что новое придумать трудно, и он, шутя, утешался тем, что совпадает в своих мыслях с тем или другим великим мыслителем». Судя по «Истории новой философии», предметом бесед Страхова с Достоевским могли быть такие экзистенциальные проблемы, как Бог и теодицея, свобода воли и произвол, добро и зло, смысл страдания и сострадания.
В начале 1860-х годов возросло внимание к философии Л. Фейербаха, выходит три издания его сочинений. В 1867 году издается книга Д.Г. Льюиса и Д.С. Милля, в которой дается детальная характеристика системы О. Конта. Широко публикуются в это время книги позитивиста Д.С. Милля и сочинения вульгарных материалистов Фохта, Молешотта и Бюхнера.
Вероятно, более поздним было знакомство Достоевского с сочинениями Артура Шопенгауэра. Первая книга философа на русском языке вышла в 1864 году. По свидетельству Н.П. Страхова, сам он познакомился с сочинениями немецкого философа только в 1866 году, благодаря С.П. Автократову, который ездил в 1862 году за границу и пришел в восторг от Шопенгауэра. Имя Шопенгауэра упоминается в журнале «Эпоха» уже в 1864 году в романе Шпильгагена «Загадочные натуры». Наиболее вероятным нам представляется предположение, что знакомство Достоевского с системой немецкого философа произошло при посредстве Н.Н. Страхова в начале второй половины 1860-х годов. Для знакомства писателя с философией Э. Гартмана были весьма благоприятные возможности: в Москве в 1875 году вышел перевод его главного труда. Влияние этого философа ощущается уже в рассказе «Приговор» (1876).
Мы уже говорили о знакомстве писателя с революционно-демократической мыслью (Белинский, Герцен). В 1860-е годы, руководя «Временем» и «Эпохой», Достоевский не мог не следить за философской полемикой с журналами «Современник» и «Русское слово». Он был знаком со статьями Чернышевского, Добролюбова, Писарева, Зайцева и других. Вне всякого сомнения его особое внимание к славянофильскому направлению русской философской мысли. Об этом свидетельствует наличие в его библиотеке сочинений А.С. Хомякова, Ю.Ф. Самарина, Н.Н. Страхова, В.С. Соловьева. Бесспорно и его знание сочинений И.В. Киреевского. Сочинения Хомякова, Киреевского, Самарина, братьев Аксаковых широко издавались в 1860-е годы. Сам Достоевский, высказывая в адрес славянофилов и критические замечания, признавал свою к ним близость.