И для положительных, и для отрицательных характеристик (слов) было получено, что существует обратная взаимосвязь отклонений частот между интервалами 1993-1994 и 2007-2008 гг., а также между интервалами 1998-1999 и 2015-2016 гг. Можно говорить о том, что в этих парах интервалов происходили противоположные процессы, судя по упоминанию тех или иных слов. Следовательно, в двух разных промежутках времени у использованных слов наблюдались противоположные тенденции: выделялись слова (как положительные, так и отрицательные), более значимые в один промежуток времени и менее значимые в другой.
Наибольшие различия наблюдались в употреблении слов «Работа» (чаще в 1993 г.), «Семья» (чаще в 2007 г.), «Свобода» (чаще в 1993 г.) и «Смерть» (чаще в 2007 г.). Различия по этим четырем словам превышали различия по всем остальным 24 характеристикам. В другой временной отрезок наибольшие различия наблюдались в словах «Работа» (чаще в 1998 г.), «Успех» (чаще в 2015 г.), «Активность» (чаще в 2015 г.) и «Страх» (чаще в 1998 г.). Различия по этим четырем словам также превышали различия по всем остальным 24 характеристикам. Можно предположить, что встречаемость слова «Работа» в 1993 г. была выше и значительно снизилась в 2007 г., то же самое можно предположить относительно слова «Свобода». И обратная тенденция - низкие значения частоты использования слов «Семья» и «Смерть» в 1993 г. и высокие в 2007 г. Соответственно, «Работа» и «Страх» - высокие в 1998 г. и низкие в 2015г., «Успех» и «Активность» - низкие значения в 1998 г. сменили высокие 2015 г. Можно говорить о том, что в 1993 г. значимость работы и свободы была более высока для людей, чем в 2007 г. и наоборот. В 1997 г. значение работы и, например, страх за будущее был высок в сравнении с 2015 г., в то время как значение активности и успеха было незначительно.
Обсуждение результатов
В результате проведенного анализа можно сделать вывод о том, что выдвинутая нами гипотеза о наличии динамики в психологическом самочувствии россиян в течение последних десятилетий истории России подтвердилась. Полученные данные позволяют говорить, что положительные характеристики в СМИ упоминались более часто и были менее вариативны, в то время как отрицательные имели динамику. Они также были статистически более устойчивы, но при сравнении отдельных временных промежутков получены различия, но они меньше, чем в случае с положительными словами, и это говорит о большей устойчивости слов отрицательных.
Также нами выявлено ценностное ядро в сознании россиян, включающее характеристики «Работа», «Счастье», «Семья» и «Успех». Проведенный анализ в целом подтверждает сделанные нами ранее предположения о влиянии на самочувствие человека политических и экономических изменений в обществе: относительная политическая и экономическая стабильность улучшает психологическое самочувствие человека и наоборот. Так, значимость (высокая частота) слова «Свобода» в 1993-1994 гг. отражает ту политическую ситуацию, которая сложилась в стране. Изменение политического строя, обращение к ценностям демократии и отход от авторитарной доктрины коммунистической партии для многих граждан казались наиболее значимыми, поэтому значение свободы вставало практически в один ряд с ценностью работы и семьи.
Высокие показатели характеристики «Работа» объясняются именно сложными экономическими условиями жизни в России в конце XX в.: дефолт, потеря денежных накоплений, закрытие предприятий, растущая безработица - все это негативным образом отражалось на психологическом самочувствии граждан. Именно в эти периоды значение семьи и гуманистических ценностей возрастало, что и объясняет наличие устойчивой встречаемости характеристик (слов), входящих в ценностное ядро.
Описывая теоретическую модель психологического самочувствия человека, мы предположили, что на него в равной мере влияют как психологические особенности личности, так и различные социальные детерминанты. Так, психологическое самочувствие формируется под
воздействием личностных качеств, в том числе системы ценностей и идеалов, т.к. они имеют смысложизненное значение. Поэтому будет уместно сравнить полученные нами данные с результатами эмпирического исследования динамики ценностных ориентаций личности, проведенного Н.А. Журавлевой (Журавлева, 2006, 2013). Журавлева определяет их как высший уровень в диспозиционной структуре личности, они выступают основанием для оценок личностью окружающей действительности и детерминируют ту или иную форму ее активности. Большой интерес для нашей работы данного исследования состоит еще и в том, что оно имеет продолжительный временной характер и охватывает те же исторические рамки, что и наше: середины 1990-х годов и до начала XXI в. (1994-2006 гг.) (см. также: Динамика социальнопсихологических явлений..., 1996; Социальная психология..., 1999;Социально-психологическая динамика., 1998; и др.).
В этих работах автором было выявлено «возрастание динамики значимости ценности здоровья, социальной ответственности (семьи, работы, ответственности), ценностей деловой и экономической активности (образованности, материальной обеспеченности, предприимчивости, эффективности в делах, смелости в отстаивании взглядов)» (Журавлева, 2006, с. 254). Нами также было показано, что понятие «Работа» только в 2007 г. снижает свои показатели и перемещается с 1 на 3 ранг, что в свою очередь отражает наличие роста в экономике в этот период и надежду граждан на стабильность и возможность посвятить себя менее насущным потребностям, например, познавательной, к которой можно отнести и потребность в «путешествиях», так как высвобождается больше времени для досуга. На это же указывает и снижение частоты использования характеристик «Безработица» и «Любовь». Незначительное снижение значимости базовых ценностей отмечается в этот период и в работах Журавлевой. Подобная же тенденция, как отсроченный эффект, заметна и в 2015 г., но нарастание показателей «Тревога» и «Безработица» является, по всей видимости, следствием изменения политической ситуации в мире и в стране с введением экономических санкций против РФ, что отражается также на психологическом самочувствии граждан.
Высокий вес ценностей личной жизни - «семьи» и «любви» отмечен в исследованиях Журавлевой (2 и 3 ранг соответственно) на протяжении временного периода с 1993 по 2006 гг. Данный факт исследователь объясняет тем, что значимость семьи возрастает, когда все «другие основы жизненного благополучия оказываются ненадежными» (Журавлева, 2013, с. 141). Также мы можем сказать, что «семья» входит в ядерную структуру российского менталитета, выделенную в исследованиях сотрудников лаборатории истории психологии и исторической психологии Института психологии РАН в 2016 г. (Историогенез и современное..., 2016). Исследование динамики ценностных ориентаций в российском обществе дало Журавлевой возможность сделать вывод о том, что в системе ценностей россиян приоритетное значение занимают: 1) ценности личной жизни и дружеской коммуникации; 2) материальные ценности; 3) ценности свободы и личной независимости (Журавлева, 2013). Наши исследования в значительной мере подтвердили эти выводы. Стабильно высокое значение показателей «Семья», «Счастье», «Работа» позволяет рассматривать их как базовые для положительного психологического самочувствия наших граждан. Здесь характеристика «Работа» выступает как воплощение важнейшего источника, обеспечивающего качество жизни. Высокие показатели встречаемости слова «Успех» на всем протяжении времени и рост значения слова «Активность» к 2015 г. подтверждают выдвинутое Журавлевой положение о том, что в сознании россиян идет замена традиционных российских ценностей на западные. Так, еще Э. Фромм рассматривал высокую значимость успеха и материального достатка как показатель успешности человека в капиталистическом обществе. Еще данный факт объясним тем, что в условиях низкой социальной государственной поддержки граждан, человек в большей мере ориентируется на собственные силы и возможности.
«Индивидуалистическое утилитарное сознание», формирующееся в соответствии с философией «практического индивидуализма», в которой преобладают потребительские и экономические ценности в ущерб ценностям гуманистическим, было отмечено Журавлевой в ходе изучения ценностных ориентаций россиян, принадлежащих к различным возрастным и социальным группам (Журавлева, 2013, с.435). Для этой же модели характерно поведение, ориентированное на агрессивные стандарты. Мы можем отметить в своем исследовании подобные же тенденции. Устойчивая встречаемость в СМИ на протяжении 23 лет таких слов, как «Смерть», «Тревога», «Страх», и их значительный рост от года к году в процентном соотношении, во-первых, отражают сложную политическую и экономическую обстановку в стране (дефолт, санкции и т.п.), и, во-вторых, являются показателем высокой агрессивности населения, которая, по мнению экспертов в этой области (А.В. Юревича, Е.В. Харитоновой и др.), выступает причиной большого количества самоубийств, криминальных случаев и в целом неблагополучия общества.
Выводы
В 1990-е годы XX в. масштабные перемены, произошедшие за очень короткий исторический срок, приведшие к отмене устоявшихся традиций и правил, непредсказуемости всей социальной жизни, повлекли за собой значительные изменения в психологическом самочувствии человека. Неустойчивость политической и экономической обстановки в обществе сделали значимыми для его членов личностные ценности и ценности общения (семья, любовь, счастье). Значение же работы для положительного самочувствия человека выступило как залог материального благополучия и достойной жизни. 2000-е годы, как более стабильные, показали, что
экономическая и политическая устойчивость делает для человека доступными возможности творческого роста и удовлетворение познавательной потребности, а также более оптимистические представления о будущем (что показали опросы респондентов). В то же время страх за близкое окружение возрастал в тот период, что отражалось на динамике отрицательного самочувствия в те годы. Можно еще констатировать, что, несмотря на наличие агрессии в обществе (высокие показатели по встречаемости понятий «Смерть», «Тревога», «Страх»), в целом положительное самочувствие было более устойчиво. Также можно сделать вывод о том, что с ростом материального благополучия человека намечается тенденция увеличение страхов и тревог, что естественно в условиях неустойчивости экономической ситуации в обществе, когда возникает постоянное ожидание очередных катаклизмов.
Список литературы
Батурин Н.А., Башкатов С.А., Гафаров Н.В. Теоретическая модель личностного благополучия // Вестник ЮУрГУ. 2013. Т. 6. № 4. С. 4-13.
Братусь Б.С. Аномалии личности. М.: Мысль, 1998.
Весна Е.Б., Ширяева О.С. Психологическое благополучие личности в экстремально природно-климатических условиях жизнедеятельности // Вестник Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Сер.: Гуманитарные науки. 2009. № 2(8). С. 31-41.
Воловикова М.И., Журавлев А.Л., Юревич А.В. Предисловие // Духовнонравственные проблемы современной личности. М.: Изд-во «институт психологии РАН», 2018. С. 7-14.
Воронина А.В. Оценка психологического благополучия школьников в системе профилактической и коррекционной работы психологической службы: Автореферат дисс. ... канд. психол. наук. Томск, 2002.
Динамика социально-психологических явлений в изменяющемся обществе / Отв. ред. А. Л. Журавлев. М.: Изд-во «институт психологии РАН», 1996.
Дубровина И.В. Введение в практическую психологию образования // Практическая психология образования: учебное пособие. 4-е изд. СПб.: Питер, 2004.
Журавлева Н.А. Динамика ценностных ориентаций личности в российском обществе. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2006.
Журавлева Н.А. Психология социальных изменений: ценностный подход. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2013.
Заболотская К.А. Роль публицистики как исторического источника в изучении проблем новейшего периода отечественной истории // Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. № 3-2. С. 118-121.
Идобаева О. Ф. Психолого-педагогическая модель формирования
психологического благополучия личности: Дисс. ... докт. психол. наук. М., 2013.
Историогенез и современное состояние российского менталитета. Выпуск 2 / Отв. ред. А.Л. Журавлев, В.А. Кольцова, Е.Н. Холондович. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2016
Историческая психология: предмет, структура и методы: Учебное пособие / Под ред. А. А. Королева. М.: Изд-во Моск. гуманит. ун-та, 2004.
Карапетян Л.В. Исследования благополучия в отечественной психологии/ Вестник КГПУ им В.П. Астафьева. 2017. № 2(40). С. 132-137.
Коломиец О.В. Социальное самочувствие как проблема социальной психологии // Современная социальная психология: теоретические подходы и
прикладные исследования. М.: Изд-во «Московский психологосоциальный университет», 2012. С. 14-25.
Кольцова В.А. История психологии: Проблемы методологии. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2008.
Королев А.А., Журавлев А.Л., Кольцова В.А. История и психология: неумолчный диалог: Учебное пособие. М.: Изд-во Моск. гуманит. ун-та, 2011.
Куликов Л.В. Детерминанты удовлетворенности жизнью. Общество и политика. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 2000. С. 476-510.
Психологическое здоровье личности и духовно-нравственные проблемы современного российского общества / Отв. ред. А.Л. Журавлев, М.И. Воловикова, Т.В. Галкина. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2014.
Петрова Л.Е. Социальное самочувствие молодежи // Социологические исследования. 2000. № 12. С. 51-59.
Плавская Е.В. Публицистика как вид исторических источников; проблема определения // Вестник РГГУ. Серия «История. Филология. Культурология. Востоковедение», 2008. С. 81-93.
Психологические исследования личности: история, современное состояние, перспективы. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2016.
Райан Р.М., Деси Э.Л. Теория самодетерминации и поддержка внутренней мотивации, социальное развитие и благополучие / Науч. перевод Р.А. Вороновой // Вестник Алтайского ГПУ. 2003. № 3-1. С. 97-111.
Русалинова А.А. Социальное самочувствие человека как социальнопсихологический феномен. СПб.: Астерион, 2013.