Статья: Динамика человеческого капитала и темпы роста

ДИНАМИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА И ТЕМПЫ РОСТА

население россия жизнь уровень

Уринсон Я.М.

В данной статье рассматривается динамика основных показателей уровня жизни населения России; констатируется, что в связи со снижением реальных доходов граждан в течение 2014-2018 гг. серьезно обострилась проблема бедности. Негативные следствия этого - отток населения из страны и снижение качества человеческого капитала. Автор обсуждает наиболее важные проблемы, которые необходимо решить для того, чтобы обеспечить позитивное развитие отечественной экономики. В заключение автор приходит к выводу, что в современных условиях главным источником такого развития станет промышленное освоение интеллектуальных технологий и наиболее полное использование человеческого капитала.

Ключевые слова:

Демография России, экономический рост, миграция, реформы, зеленая революция.

В новейшей истории России (включая 90-е годы ХХ века) впервые реальные доходы населения падают пятый год подряд (см. таблицу 1). При этом потребление населения, если его оценивать через динамику розничного товарооборота, в 2017 и 2018 гг. росло соответственно на 1,3 и 2,6%. Этот рост обеспечивался ускоренным увеличением кредитов, к которым граждане вынуждены были прибегать. Отсюда - рост кредитной задолженности населения с темпом 12,6% в 2017 г. и 22,4% в 2018 г.

Табл. 1. Некоторые показатели жизни населения, в % к предыдущему году [10].

Закредитованность населения не может не вызывать серьезной озабоченности. Достаточно вспомнить, какую негативную роль сыграл так называемый денежный навес в экономической, да и политической жизни нашей страны в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого века. Сегодняшний «кредитный навес» весьма опасен для отечественной экономики.

На мой взгляд, очень тревожной является и следующая цифра: из общего объема денежных доходов, которыми располагают россияне, около 75% тратится на приобретение товаров и услуг. Это означает, что у средней российской семьи почти не остается средств для самосовершенствования, культурного и социального развития. В благополучной экономике указанная доля обычно составляет от 30 до 40% и уж, конечно, не превышает 50%.

Печально, что у нас несколько лет не снижается число лиц с доходами ниже прожиточного минимума (11 300 рублей в месяц для работающего человека). В 2018 году таких было около 20 млн человек, что составляет 13% от общей численности населения страны. Возможность обеспечить за эти средства полноценное питание, удовлетворение социальных и духовных потребностей семей вызывает вполне понятные сомнения (вспомним горячие споры про «макарошки»).

И уж вовсе критическим представляется положение той части жителей страны, которые имеют среднедушевой денежный доход ниже 7000 рублей в месяц. А таких сегодня около 8 млн человек или 5,5% от общей численности населения. Перед нами типичная «зарисовка с натуры»: «Думая о том, как человек может жить на 7000 рублей, попадаешь в тупик... Это жизнь в нищете... жизнь на хлебе и картошке. Люди, которые так живут, не слышны в СМИ, не видны на ТВ, эти тихие бедные не выходят на демонстрации и вообще как будто отсутствуют в стране. Они - боль и проблема, но десятилетия их болью и проблемами власть не занимается» [11].

Следует отметить, что методика измерения бедности у нас не меняется с 1992 года. Для того времени она была вполне приемлемой, хотя учитывала в основном только первоочередные потребности человека. В мире сегодня применяют куда более совершенные индикаторы бедности. Например, в ОЭСР порог относительной бедности определяют как 60% национального медианного дохода. Если так считать, то у нас уровень бедности не 13, а все 20%. В ряде стран используют так называемые субъективные показатели бедности - может ли человек жить в соответствии с принятыми в обществе стандартами? В таком варианте доля бедных у нас составляла бы до 40% [8].

Одно из показательных следствий нарастающей бедности населения в сегодняшней социально-экономической и политической ситуации - отток человеческого капитала из страны. В 2017 году из России на постоянное местожительство (ПМЖ) выехало 377 155 человек [10]. Особенно настораживает, что, как следует из результатов социологического опроса «Левада-центра», порядка 41% россиян в возрасте между 18 и 24 годами хотели бы эмигрировать из России. Среди опрошенных в возрасте от 25 до 39 лет таковых 24%. В общей сложности «латентных эмигрантов» среди россиян не менее 17% [1].

В том же 2017 году прибыло в Россию на ПМЖ 589 033 человека, в том числе из стран СНГ 524 452 человека, из стран дальнего зарубежья - 64 581 человек.

Положительное миграционное сальдо в известной степени сглаживает негативные (с точки зрения обеспечения экономики трудовыми ресурсами) тенденции в динамике численности и структуре населения, если таковые наблюдаются в тот или иной период (см. таблицу 2). Однако при этом качество человеческого капитала в России, мягко говоря, не улучшается. Ведь уезжают из страны - особенно в США и Западную Европу - квалифицированные специалисты («утечка мозгов»), а приезжают к нам на ПМЖ лица, как правило, без высшего образования, а зачастую - и вовсе без какого- либо образования [18].

Табл. 2. Демографические показатели в России [10].

Отток человеческого капитала, характер миграционных процессов в современной России сигнализируют о том, что население «ногами» голосует против сложившихся в стране социально-экономических отношений.

В послании Президента РФ Федеральному Собранию констатируется: «Мы обеспечили устойчивость и стабильность практически во всех сферах жизни... Но с точки зрения важнейшей задачи обеспечения качества жизни и благосостояния людей мы, конечно же, еще не достигли необходимого нам уровня... Наша экономика показала свою устойчивость, а достигнутая стабильная макроэкономическая ситуация открывает новые возможности для прорывного развития, для долгосрочного роста. Повторю: считаю главным, ключевым фактором развития благополучие людей, достаток в российских семьях. Мы должны. обеспечить уверенный, долгосрочный рост реальных доходов граждан, а за шесть лет как минимум вдвое снизить уровень бедности. Для дальнейшего изменения структуры национальной экономики, наращивания ее конкурентоспособности необходимо... задействовать источники роста. Прежде всего увеличить производительность труда на новой технологической, управленческой и кадровой основе. Доля государства в экономике должна постепенно снижаться» [12].

Представляется, что некоторые из процитированных выше тезисов (о достигнутой макроэкономической стабильности, устойчивости экономики) выглядят излишне оптимистичными, если обратить внимание на статистические показатели за 2010-2017 гг.: снижение темпов роста ВВП и даже их отрицательные значения в отдельные годы (таблица 3), падение реальных доходов населения (таблица 1). Что же касается задач структурной перестройки экономики, снижения в ней доли государства и увеличения производительности труда, то они представляются чрезвычайно важными и актуальными.

Можно было ожидать, что после кризиса 2008-2010 гг. ускорится структурная перестройка народного хозяйства, начнется его устойчивый рост. Но в действительности этого не произошло. Динамика основных макроэкономических параметров сигнализирует скорее о том, что отечественная экономика в 2011-2017 гг. вступила в период вялотекущей стагнации, в то время как мировая демонстрирует устойчивый рост (таблица 3).

Таким образом, и без того невысокая доля России в глобальном ВВП продолжала снижаться и составила в 2017 году 1,77% [5].

Табл. 3. Индексы физического объема валового внутреннего продукта (ВВП) российской и мировой экономики (6% к предыдущему году) [10].

Представляется, что главная причина торможения российской экономики в 20102017 гг. - чрезмерное усиление роли государства в общественном развитии. По оценкам экспертов, совокупный вклад госсектора с учетом компаний с участием государства составил в 2015 г. 50-70% против 35% в 2005 г. Сегодня государство является крупнейшим акционером российского рынка. Доля компаний с госучастием в общем числе компаний, в соответствии с индексом Мосбиржи, достигает как минимум 45%. В этих компаниях эффективная доля госучастия колеблется от 24,3% в Объединенной вагонной компании (ОВК) до 96,8% в Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК). Между тем хорошо известно, что государство - отнюдь не самый эффективный собственник. Российские государственные компании по производительности уступают частным, что подтверждается сопоставлением показателей валового выпуска на одного занятого, средней валовой рентабельности, рентабельности капитала частных компаний и компаний с косвенным и прямым участием государства [14; 16; 21].

Р. Доброхотов утверждает: «Примеров, подтверждающих этот тезис, множество. «Юганскнефтегаз», перейдя фактически в собственность государства, тут же сократил рентабельность с 40,84% до 29,85 по прибыли до уплаты налогов. «Газпром» ку-

пил компанию «Сибнефть», и ее добыча на базовых месторождениях стала падать...» [4]. Анализ фактических данных за 2012-2015 гг. показывает, что в частных компаниях обеспечиваются более высокий уровень и темпы роста производительности труда, чем в компаниях с государственным участием [13]. Этим в значительной степени объясняется негативная динамика производительности труда в российской экономике в 2005-2016 гг. (таблица 4).

Табл. 4. Динамика производительности труда по России, (в % к предыдущему году) [10].

Снижение эффективности нашей экономики сопровождается нарастанием структурных диспропорций. Наличие собственных природных богатств уже давно превратилось из нашего конкурентного преимущества на мировом рынке в тормоз экономического прогресса, сделав возможной сырьевую ориентацию отечественной экономики. В 2000-е годы доля обрабатывающих производств в валовом внутреннем продукте (ВВП) у нас не только не выросла, но и сократилась до 12,3%. В то же время топливно-энергетический комплекс определяет почти четверть ВВП страны. В 2017 году нефтегазовые доходы (5 050 млрд. рублей) составили 37,4% всех доходов бюджета Российской Федерации (13 488 млрд. рублей). В структуре экспорта России 78,08% составляют минеральные продукты, металлы и изделия из них, продукция химической промышленности, а доля машин, оборудования и транспортных средств - лишь 6,02%. Страна критически зависит от импорта продовольствия и многих потребительских товаров, компьютеров и оргтехники, современных видов машин и оборудования.

Отечественные предприятия в своем большинстве не владеют современными технологиями, а потому неконкурентоспособны на внешних рынках и нередко уступают место зарубежным поставщикам даже внутри страны. Доля инновационной продукции в общем объеме промышленной продукции российских предприятий и организаций составила в 2017 г. лишь 6,7%. По совокупному уровню инновационной активности они существенно отстают от предприятий и организаций других стран. Для предприятий и организаций России этот уровень оценивается в 9,9%, для Германии - 66,9%, Франции - 53,4%, Великобритании - 50,3%, Испании - 33,6%, Словакии - 34,0%, Болгарии - 27,4%, Польши - 23,0%, Румынии - 20,7% [7].

Предпринимательская деятельности и приток иностранных инвестиций в страну, вместе с которыми, как правило, приходят инновационные технологии, тормозятся высокими институциональными барьерами. Главные из них - незащищенность частной собственности и недобросовестная конкуренция. Зачастую борьба за административный ресурс заменяет борьбу за инновации. Свою отрицательную роль играют неудовлетворительное судопроизводство, высокие транзакционные издержки и коррупция [9].

При этом Россия обладает весомыми конкурентными преимуществами на мировом рынке. По запасам природных ресурсов нашей стране принадлежит одно из первых мест в мире. В Российской Федерации сосредоточено примерно 45% мировых запасов природного газа, 23% - угля, 13% - нефти; на душу населения приходится 0,87 га пахотной земли; лесом покрыта территория, составляющая 22% от всей лесной поверхности планеты. Страна занимает первое место в мире по запасам гидроресурсов. Численность населения России на январь 2018 года (с учетом Крыма) составила почти 146,9 млн человек. Но есть и проблемы. По официальному прогнозу она будет колебаться около текущего уровня в 2020-2034 гг. и в 2035 г. составит примерно 146 млн человек. Численность занятого в экономике населения составила в 2017 году около 72 млн человек. Ожидается, что к 2035 году она сократится до 68,1 млн человек [18; 7].