Между тем, представление о медийных процессах и далее - о сущности журналистики возвращает нас к парадигме Мамардашвили. Как считает С. К. Шайхитдинова, «происходит постепенное вытеснение из медиапространства человека как субъекта автономного действия и свободной воли, иначе говоря, как субъекта, способного нести за свои поступки, за своё поведение моральную ответственность. Медиа сегодня - это инструмент для ведения информационных войн, “промывки мозгов” и манипулирования общественным мнением» [Там же, с. 12-13]. Но это уже не просто «фабрика сознания» - это глобальный процесс «отчуждения журналиста от созданного им произведения, от призвания в пользу “профессионализма”; самоотчуждение журналиста в его труде; отчуждение между людьми в социуме в результате наступления на общественное сознание массивов “мыльной журналистики”» [Там же, с. 127-171].
Критическая рефлексия по поводу современного состояния медиа, можно сказать, заняла общее место в работах по теории журналистики. В. Д. Мансурова, придерживаясь теории социального действия, констатирует, что «отечественная журналистика, десятилетиями исповедовавшая марксистско-ленинский постулат о практике как единственном критерии истины, уже столкнулась с тем объективным фактом, что в настоящее время происходит активная смена парадигм интериоризации бытия в социокультурных текстах различной семиотики. Базируясь на различных теориях познания и методологиях отражения действительности, журналистика демонстрирует различные способы схематизации реальности, а не реальности как таковые. ...Проблема истинности/неистинно- сти, объективности отражения действительности в СМИ всё чаще отступает на второй план» [9, с. 107]. В итоге меняется не только журналистика, меняется аудитория СМИ, которая, по словам А. В. Шевченко, «оказалась неспособной воспринять “журналистику факта”, а также образовательную, научную журналистику, апеллирующую к рациональной, интеллектуальной сфере массового сознания. [аудитория] бесконечно усилила запрос на легковесные развлекательные информационные продукты, агрессивно вытесняющие из СМИ собственно журналистику» [20, с. 80].
Шевченко рассматривает, прежде всего, так называемую «“журналистику факта”, философскую базу которой образует теория социальной атомизации», ставя перед собой вопрос: «Чем же таким располагает журналистика, что делает её присутствие в социуме объективно необходимым? На наш взгляд, пребывая в социальном, питаясь от него и питая его, журналистика использует не социальную, а информационную природу факта, что обеспечивает ей надсоциальную форму бытования» [Там же, с. 9]. Итак, если утверждается объективная природа взаимодействия журналистики и социума, то тем самым продолжается исследование журналистики в парадигме социальной информации
В. Г. Афанасьева, однако искусственное разделение на информационную и социальную природу факта избыточно, происходит отступление от сути «понимания информации как отражённого многообразия» [1, с. 10], в которое уже включён социальный аспект фактов. Это важно, так как «состояние социальной теории - лишь одно из выражений “симптома невменяемости”, поразившего не только научное знание, но и мировидение нынешних поколений в целом. В попытке пережить шок перед новой цивилизацией выводится нестабильность, непредсказуемость жизни из области душевных переживаний в предметное поле аналитической .рефлексии» [19, с. 9-10].
Присоединимся к суждению Л. Г. Свитич о том, что «в условиях неравновесности даже небольшие влияния могут оказаться решающими. К системам, которые играют большую роль в обществе в период выбора им путей развития, принадлежат информационные системы, в том числе, и особенно, журналистика. .Её воздействия в условиях сильной неравновесности общества имеют огромный либо позитивный, либо негативный эффект» [14]. Свитич избрала синергетический подход к анализу современного мира медиа, хотя и обозначает его «информационной парадигмой», подчёркивая, что «качество информационного воздействия на общество и планету, его эффекты становятся сегодня глобальной проблемой» [Там же, с. 4-6]. По всей видимости, именно этому автору, с её органичным подключением к анализу медиаидей «русского космизма», максимально удалось объединить устойчивые традиции диалектического материализма с новейшей проблематикой жизни человека и общества.
Заключение
Смысл и назначение журналистики в России исторически изменчивы и подвижны. На их динамику оказывают решающее воздействие общественно-политическая практика и собственно практика функционирования СМИ. В то же время на тектонику социально-политических сдвигов определённым образом отзывается и философская мысль, которая, как показывает история науки, по-своему влияет на теорию журналистики. Но так происходит не всегда. Отображение/применение философских подходов в теории журналистики не зеркальное, разные философские концепции неравнозначно и асинхронно возникают в поле зрения исследователей медиа. Непростой для теории журналистики оказывается и диалектика взаимодействия укоренившихся традиций анализа печати, радио, телевидения и попыток нововведений в сфере теории. Взаимодействие детерминировано реальной постсоветской общественно-политической ситуацией в стране, когда новые социальные условия бытия соседствуют с устойчивыми реликтами советской эпохи. Этот феномен повсеместно отмечается в практике общественных отношений, в общественном сознании, в содержании медиасферы. В этом плане теория журналистики органично вобрала в себя проверенные практикой научных исследований аспекты материалистического понимания природы журналистики, методологии диалектического материализма, соединив их с вновь ставшими актуальными концепциями русской философии («русский космизм», концепция ноосферы и др.), а также концепциями, воспринятыми из мировой философии и показавшими свою эффективность в анализе информационных отношений в обществе (синергетика, теория коммуникативных действий и т. д.).
Список литературы
Афанасьев В. Г Социальная информация. М.: Наука, 1994. 201 с.
Афанасьев В. Г Социальная система и управление обществом. М.: Мысль, 1975. 407 с.
Докторов Б. З. Реклама и опросы общественного мнения в США: история зарождения. Судьбы творцов. М.: Центр социального прогнозирования, 2008. 626 с.
Евлампиев И. И. История русской философии. СПб.: Изд-во РХГА, 2014. 667 с.
Здоровега В. И. Слово тоже есть дело. М.: Мысль, 1979. 174 с.
Корконосенко С. Г. Дисциплинарный статус теории журналистики // Теория журналистики в России / под ред. С. Г. Корконосенко. СПб.: Алетейя, 2018. С. 11-41.
Лекторский В. А. Марксистско-ленинская теория познания и специальные науки // Диалектика. Познание. Наука / В. А. Лекторский [и др.]. М.: Наука, 1988. С. 5-13.
Мамардашвили М. К. Очерк современной европейской философии. М.: Прогресс-Традиция, 2010. 582 с.
Мансурова В. Д. Журналистская картина мира как фактор социальной детерминации: монография. Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2002. 237 с.
Межуев В. М. Идея культуры. Очерки по философии культуры. М.: Прогресс-Традиция, 2006. 408 с.
Никифоров А. Л. Понятие истины в марксистской методологии научного познания // Диалектика. Познание. Наука / В. А. Лекторский [и др.]. М.: Наука, 1988. С. 62-70.
Пёршке Г. Журналистика как отрасль духовного производства // Основные понятия теории журналистики (новые подходы к проблеме) / под ред. Я. Н. Засурского; ред.-сост. Л. Г. Свитич. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. С. 51-111.
Савчук В. В. Медиафилософия. Приступ реальности. СПб.: Изд-во РХГА, 2014. 350 с.
Свитич Л. Г. Феномен журнализма / под ред. Я. Н. Засурского. М.: Факультет журналистики МГУ, 2000. 252 с.
Стровский Д. Л. Отечественные политические традиции в журналистике советского периода. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001. 246 с.
Тавокин Е. П. Массовая коммуникация: сущность и состояние в современной России. М.: Восток - Запад, 2011. 238 с.
Уэбстер Ф. Теории информационного общества: пер. с англ. М.: Аспект Пресс, 2004. 400 с.
Фомичева И. Д. Журналистика переходного периода: развитие практики и вызов науке // Основные понятия теории журналистики (новые подходы к проблеме) / под ред. Я. Н. Засурского; ред.-сост. Л. Г. Свитич. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. С. 4-26.
Шайхитдинова С. К. Информационное общество и «ситуация человека»: эволюция феномена и отчуждения. Казань: Изд-во Казанского ун-та, 2004. 308 с.
Шевченко А. В. Журналистика: блуждающий аттрактор информационной эпохи: научные статьи разных лет. М.: Проспект, 2016. 180 с.
References
Afanas'ev, V. G. The social information. M: Nauka, 1994. (In Rus.)
Afanas'ev, V. G. The social system and the management of the society. M: Mysl', 1975. (In Rus.)
Doktorov, B. Z. The advertising and the opinion polls in the United States: the history of the origin. Destiny of the creators. M: Tsentr sotsialnogo prognozirovaniya, 2008. (In Rus.)
Evlampiev, I. I. The history of the Russian philosophy. St. Petersburg: RHGA, 2014. (In Rus.)
Zdorovega, V. I. The word is also a matter. M: Mysl', 1979. (In Rus.)
Korkonosenko, S. G. The disciplinary status of the theory of journalism. The theories of journalism in Russia. St. Petersburg: Aleteya, 2018: 11-41. (In Rus.)
The Marxist-Leninist theory of knowledge and the special sciences. M: Nauka, 1988: 5-13. (In Rus.)
Mamardashivili, M. K. An essay of the modern European philosophy. M: Progress-Traditsiya, 2010. (In Rus.)
Mansurova, V. D. Journalistic picture of the world as a factor of the social determination. Barnaul: Altayskiy universitet, 2002. (In Rus.)
Mezhuev, V. M. The idea of the culture. Essays on the philosophy of the culture. M: Progress-Traditsiya, 2006. (In Rus.)
The concept of the truth in the Marxist methodology of the scientific knowledge. M: Nauka, 1988: 62-70. (In Rus.)
Pyorshke, G. Journalism as a branch of the spiritual production. Ed. by Zasurskiy, Y. N., Svitich, L. G. Basic concepts of the theory of journalism (new approaches to the problem). M: Moskovskiy universitet, 1993: 51-111. (In Rus.)
Savchuk, V. V. Media philosophy. The attack of the reality. St. Petersburg: RHGA, 2014. (In Rus.)
Svitich, L. G. The phenomenon of the journalism. M: Fakultet jurnalistiki MGU, 2000. (In Rus.)
Strovskiy, D. L. Domestic political traditions in the journalism of the Soviet period. Ekaterinburg: Uralskiy universitet, 2001. (In Rus.)
Tavokin, E. P. The mass communication: the essence and the condition in modern Russia. M: Vostok - Zapad, 2011. (In Rus.)
Webster, F. Theories of the Information Society. M: Aspekt Press, 2004. (In Rus.)
Fomicheva, I. D. Journalism in the transition period: developing the practice and challenging the science. Ed. by Zasurskiy, Y N., Svitich, L. G. Basic concepts of the theory of journalism (new approaches to the problem). M: Moskovskiy universitet, 1993: 4-26. (In Rus.)
Shaikhitdinova, S. K. The Information society and the “human situation”: Evolution of the phenomenon and alienation. Kazan': Kazanskiy universitet, 2004. (In Rus.)
Shevchenko, A. V. Journalism: the wandering attractor of the information age. M: Prospekt, 2016. (In Rus.)