Санкт-Петербургский государственный университет
Диалектика традиций и новаций в современной теории журналистики
Виктор Александрович Сидоров,
доктор философских наук, профессор
В статье рассматривается развитие научных представлений о смысле и назначении журналистики в современном обществе, при этом акцент делается на обусловленности научного процесса всем ходом общественного развития, детерминирующего постановку проблематики в теоретическом анализе журналистики, а также философскую рефлексию в связи с социально-политической динамикой. В этом аспекте отмечается взаимодействие философских и теоретико-журналистских концепций, которые возникали в период с 50-60-х годов прошлого века по настоящее время. Анализируются подходы к построению теории журналистики как унаследованные от прошлого, в котором канонизировалась марксистско-ленинская философия, так и современные или прежде пребывавшие втуне, но актуализированные в ходе кардинальных перемен в общественном устройстве страны. Выделены две тенденции в построении теории журналистики - формирующая общественно значимые целевые установки журналистской деятельности и функционирующих СМИ и критически рефлексирующая по поводу резкого нарастания негативизма в информационной сфере общественной жизни. Подчёркивается однозначно материалистический базис формирования современных направлений теории журналистики; в анализируемых трудах теоретиков журналистики выделяются аспекты, так или иначе связанные с современным состоянием медийного пространства, в котором происходит видоизменение журналистики при сохранении её родовых качеств.
Ключевые слова: теория журналистики, медиа, СМИ, социальная информация, индустрия сознания, деятельность, материалистический анализ, синергетика
новация журналистика медийный
Viktor A. Sidorov,
Doctor of Philosophy, Professor, Saint Petersburg State University (7/9 Universitetskaya emb., Saint Petersburg, 199034, Russia),
Dialectics of the Traditions and the Innovations in the Modern Theory of Journalism
The article considers the development of scientific ideas about the meaning and the purpose of the journalism in the modern society. We focus on the conditionality of the scientific process by the whole course of social development determining the formulation of the problems in the theoretical analysis of journalism, as well as the philosophical reflection in the connection with the socio-political dynamics. In this aspect, we note the interaction of the philosophical and theoretical journalistic concepts that arose in the period from the 1950s-1960s to the present. The article analyzes approaches to construction of the theory of journalism as inherited from the past, in which Marxist-Leninist philosophy was canonized, as well as the modern or formerly approaches actualized during the cardinal changes in the social structure of the country. The two trends in the construction of the theory of journalism are also identified, one forms socially significant targets of the journalistic activity and functioning media, another one critically reflects the increase of the negativism in the information sphere of the public life. At the same time, the article emphasizes the clearly materialistic basis of the formation of the modern trends in the theory of journalism. In the analyzed works of the journalism theorists, we identify the aspects that are somehow related to the modern state of media space, in which the modification of the journalism takes place while preserving the generic qualities of the journalism.
Keywords: theory of journalism, media, mass media, social information, the industry of consciousness, activity, materialistic analysis, synergy
Введение
Как и в предшествующей статье Сидоров В. А. Назначение журналистики в России: политические доминанты и воплощение // Гуманитарный вектор. - 2018. - Т 13, № 2. - С. 14-22., которая для автора стала начальной в его анализе философских оснований теории журналистики в России, предмет нашего интереса - взаимодействие социокультурных/ политических приоритетов общественного развития и доминант в теоретических представлениях о смысле и назначении журналистики. Наш интерес сосредоточен на теоретической мысли о журналистике второй половины XX - начала XXI века, на её обосновании в новейших веяниях отечественной философии, восходящих, в свою очередь, к исторической изменчивости окружающего социума в период, когда особенно заметно выделилась «гуманитаризация» научного знания, которому свойственно, пишет В. А. Лекторский, «во-первых, интенсивное развитие дисциплин, изучающих общество и человека, во-вторых, обширный и постоянно растущий комплекс наук, изучающих те или иные аспекты и механизмы познавательной деятельности» [7, с. 6].
В области теории журналистики конца ХХ века обозначились социокультурные факторы, повлиявшие на понимание общественного смысла и назначения журналистики во всём комплексе гуманитарного знания. Разные по масштабам своей общественной и цивилизационной значимости, они, тем не менее, почти в равной степени оказали воздействие как на журналистскую практику, так и на развитие гуманитарного знания о мире, в том числе о процессах массовой информации. Выделим несколько, на наш взгляд, особо значимых исторических ситуаций как социокультурных детерминант.
В конце 40-х - начале 50-х годов прошлого столетия философская мысль в России оказалась в противоречивой ситуации. С одной стороны, догматизация официального марксизма-ленинизма достигла апогея, рутина советской философии вкупе с закостенелой политической системой препятствовала включению отечественного обществоведения в мировой научный процесс. С другой, в научной среде отмечается оживление, вызванное победным итогом Великой Отечественной войны; идеологические дискуссии - латентные и явные - приобретают особую остроту. Как ответ на запрос читательской аудитории происходит обновление содержания советской прессы, начатое с публикации в «Правде» серии очерков Валентина Овечкина «Районные будни». Подтверждается позднее высказанное Б. З. Докторовым суждение о том, что «журналистика раньше, чем “большая наука”, уловила возникшее в обществе стремление к самопознанию и активному участию в политике» [3, с. 424].
С периодом «хрущёвской оттепели» - на рубеже 50-60-х годов - совпадает, и частично ею же вызвано, возникновение социологических научных школ, развитие новых течений в отечественной философии. Так, историки науки выделяют философский сциентизм как неофициальное течение в советской философии, появившееся вопреки официальному диалектическому материализму (марксизму-ленинизму); философскую антропологию (как важнейшее направление философского сциентизма в особой мере отразилось в творчестве М. Бахтина); философию культуры Ю. Лотмана, основанную на принципиальном положении о возможности создания универсальной методологии исследования, которую можно применять как в области гуманитарных, так и в области точных наук История русской философии: учеб. пособие / под общ. ред. А. Ф. Замалеева. - СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т, 2012. - С. 277, 303, 311.. Начинается осмысление социальной информации, которая «несёт на себе глубокий след общественных отношений, отпечаток потребностей, интересов, психических черт, мнений общности, которую информация отражает и которая пользуется информацией» [1, с. 13]. В этот же период отмечается повышенное внимание со стороны общества к новому содержанию и облику газет и журналов, радио и телевидения: феномены общественного признания «Известий» (гл. редактор А. Аджубей), «Нового мира» (гл. редактор А. Твардовский), несколько ранее открытие телестудий в столицах союзных республик страны, крупнейших областных центрах.
Начало последнего десятилетия ХХ века отмечено кризисом и разрушением государственной системы СССР, сменой парадигмы социально-политического развития, сопровождавшейся активизацией как общественной мысли, так и кардинальной пере- структуризацией медийного пространства: изменяются иерархия газетно-журнальной номенклатуры, теле- и радиоканалов, формы собственности в СМИ, политического управления массовыми коммуникациями, радикально пересматривается содержание функционирующих медиа. «Мировоззренческий вакуум, образовавшийся в результате кризиса советской идеологии, создал благоприятную почву для стремительного проникновения в науку “великих учений”, рождённых на Западе, интенсивное распространение которых привело к разгулу иррационализма, различного рода нигилистических доктрин, радикально противоречащих канонам получения научного знания» [16, с. 19]. Смена экономического уклада привела к тому, что в теоретических представлениях о журналистике снова на первый план выходят дебаты о свободе СМИ, взаимодействии с капиталом и обществом.
4. На исходе столетия технологическая революция в функционировании массовых коммуникаций повлекла за собой значительные изменения оценок значения и роли мас- смедиа в общественной жизни и в общецивилизационных процессах. В мировой философии, культурологии, политологии ставятся вопросы состоятельности концепции информационного общества [17, с. 13-42], изучаются многообразные аспекты проявляемой в социуме сетевой активности людей, потому что (здесь надо согласиться с В. В. Савчуком) «мы сращены с медиа в той же степени, в какой медиа сращены с нами» [13, с. 236].
Изучаемый нами период истории общественной мысли о функционировании как собственно журналистики, так и массовых коммуникаций и медиа в целом, драматичен и противоречив. За 50-60 лет истории медиаландшафт страны менялся столь разительно, что его научное описание всякий раз приходилось начинать заново, отчего в известной мере стопорился его глубинный философский и теоретико-журналистский анализ. Так что дать ответ на вопрос, какие смыслы назначения журналистики оказались приоритетными в России, можно только с учётом политической картины всей эпохи - времени перемен и времени познания, так как «соответствие или несоответствие результатов познавательного процесса сторонам и свойствам материального мира определяется объективной реальностью» [11, с. 63].
Методология и методы исследования. К началу нового века теоретическая мысль о журналистике оказалась в состоянии кризиса. Сказалось, прежде всего, разрушение былой монополии марксистского подхода к пониманию смысла и назначения журналистики в обществе. Её разрушение привело к противоречивым результатам. С одной стороны, возникновение атмосферы плюрализма в научном знании позволило восполнить до того недостающее звено, связанное
с отсутствием в научном обороте некоторых достижений отечественной и зарубежной философской мысли. С другой стороны, за всё время своего безусловного доминирования марксистская методология исследований, пусть даже догматизированная, сложилась как целостная система анализа. Её применение упорядочивало исследовательский процесс, что приводило к позитивным результатам и позволяло специалистам говорить на языке общих понятий, отталкиваться от всеми признаваемых достижений в науке.
Кризисную ситуацию в теории журналистики усугубило (возможно, и вызвало её) показавшееся многим исследователям «исчезновение» объекта изучения - журналистики. На исходе ХХ века в отдельных научных работах либо прямо заявлялось такое, либо их авторы избегали понятия «журналистика», подчёркивая, что их интерес центрирован на массовых коммуникациях, массмедиа. Среди социальных ролей СМИ преимущественно выделялась функция информирования общества; руководители некоторых СМИ стали говорить о сотрудниках, прежде всего, радио и телевидения, как регистраторах фактов и событий общественной и культурной жизни, а оценку переданной в эфир информации оставляли, как им казалось, аудитории. Соответственно менялась трактовка смысла и назначения журналистики. Однако динамика смысловых подвижек условна.
Бесспорно, что в теории и практике российской журналистики шло избавление от обветшалых положений обществоведения, они замещались в соответствии с переменами в стране и общественной мысли в целом. Однако процесс не был однолинейным, далеко не всегда перемены в теории и практике журналистики были идентичны общественной динамике: сказывались объективные внутренние законы функционирования печати, в силу которых журналистская практика была способна как опережать время (чаще всего), так и не поспевать за ним. Сложнее обстояло с вопросами теории. С одной стороны, научная рефлексия стимулировала новации во взглядах на СМИ и журналистику, с другой, давала знать инерционность уже сложившегося комплекса воззрений на задачи печати, радио, телевидения.
Эмпирической базой предпринятого здесь анализа избраны теоретические работы по функционированию медиа, в которых отмечается динамика общественной мысли о журналистике или открываются в этой области новые исследовательские поля. В основе анализа эмпирической базы - материалистическая трактовка положений о назначении журналистики в обществе, рассмотренных с учётом актуальных философских концепций времени. В теоретических источниках рассматривалась, прежде всего, мировоззренческая рефлексия их авторов как отражение доминант целеполагания общества своего времени. Акцентируется историческая обусловленность концепций теории журналистики и их ценностное выражение, применяются историко-философский и ценностно-политический методы анализа.
Результаты исследования и их обсуждение. Следуя избранному принципу анализа, присоединимся к определению, данному В. Г. Афанасьевым, социальной информации, которая «не просто результат отражения, не просто знание. Она - именно сообщения, сведения, т. е. такое знание, которое потребно и у которого есть потребитель. Информация есть только там, где есть управление... В этом главная сущность социальной информации» [1, с. 12-13]. Отсюда представление о журналистике как субъекте и объекте управления и о ней же как сфере социальной информации, а движение информации в социуме объясняет деятельностный подход к этому явлению, потому что в его центре «человек, главный компонент любой социальной системы, основной субъект и объект управления, и он является существом общественным» [Там же, с. 13]. Эти положения учёный и главный редактор газеты «Правда» проводил во многих своих трудах, в частности отмечая, что «главными функциями массовых средств информации являются политико-воспитательная, пропагандистская и управленческая, организаторская» [2, с. 383].