Деятельность британской военной миссии в Советском Союзе в начальный период Великой Отечественной войны
(июнь-сентябрь 1941 г.): цели и задачи
Д.А. Блинцов
Аннотации
Статья посвящена истории создании британской военной миссии, ее целям и задачам, которые были поставлены высшим военно-политическим руководством страны. Основой изучения деятельности британской военной миссии в СССР в 1941 г. послужили документы Национального архива Великобритании и Архива внешней политики РФ, которые касаются важной и актуальной темы - истории создания антифашистской коалиции Великобритании и СССР в начальный период войны. Представленные материалы позволяют сделать вывод о том, что в начальный период войны главной задачей британской миссии было информирование своего руководства о ситуации на советско-германском фронте. В этот период правительство Великобритании не планировало оказание существенной военной и военно-технической помощи своему новому союзнику, выжидая дальнейшего развития событий на данном театре военных действий, с учетом своих интересов. британский антифашистский война
Ключевые слова: СССР, Великобритания, Великая Отечественная война 19411945 гг., британская миссия в СССР в 1941 г., советско-английское военное сотрудничество, генерал Ф.Н. Мэйсон-Макфарлейн.
Блинцов Дмитрий Александрович - аспирант Высшей школы общественных наук Гуманитарного института, Санкт-Петербургский политехнический университет им. Петра Великого; научный сотрудник научно-экспозиционного отдела, ГБУК Республики Крым "Ливадийский дворец-музей", г. Ялта
The activity of the British military mission in the Soviet Union in the initial period of the Great Patriotic War (June-September 1941): Goals and objectives
The article refers to the establishment of a British military mission, its goals and objectives, which were set by the higher military-political leadership of the country. The basis of the study of the activities of the British military mission in the USSR in 1941 was the documents of the National archives of the UK and the Archive of foreign policy of the Russian Federation, which relate to important and relevant issue - the history of creation of the anti-fascist coalition of Britain and the USSR in the initial period of the war. The presented materials allow us to conclude that in the initial period of the war, the main task of the British mission was to inform his leadership about the situation on the Soviet-German front. During this period the British government considering its own interests had not planned the provision of substantial military and technical aid to its new ally, waiting for further developments on this theater of operations.
Key words: Soviet Union, United Kingdom, Great Patriotic war of 1941-1945, British mission in the Soviet Union in 1941, Soviet-British military cooperation, General F.N. Mason-MacFarlane.
Blintsov Dmitry A. - graduate student of the Higher School of Social Sciences of the Humanitarian Institute, Peter the Great St. Petersburg Polytechnic University; researcher at the Livadia Palace-Museum, Yalta, the Republic of Crimea
Вопрос о деятельности британской военной миссии в СССР в 1941-1942 гг. не нашел еще подробного освещения в отечественной историографии, и данная тема является малоизученной. В нашей работе на основе документов Национального архива Великобритании и Архива внешней политики РФ, а также работ отечественных и британских исследователей предпринята попытка рассмотреть вопрос создания и функционирования британской военной миссии, ее структуру, проанализировать ее цели и задачи в начальный период войны, вплоть до сентября 1941 г.
Дело в том, что начало Второй мировой войны и обстановка, сложившаяся в Европе к середине 1941 г., никак не предполагали создания полноценного военно-политического союза между Великобританией и СССР. Если обратиться к истории советско-английских отношений в этот период, можно заметить, что они носили противоречивый
характер. Однако позиция премьер-министра У. Черчилля по этому вопросу давала надежду на создание основы для сотрудничества. В октябре 1939 г. он заявил советскому послу И.М. Майскому: "Расхождение между Англией и СССР - печальное недоразумение. По существу, интересы Англии и СССР в настоящее время совпадают. СССР не может желать усиления гитлеровской Германии, захвата ею Прибалтики, выхода на Балканы и Черное море..." [5]. После этого были предприняты попытки наладить более тесное сотрудничество в различных сферах, прежде всего, в экономической и политической. В ходе дальнейших переговоров Англия стремилась "навести мосты", а СССР - не сжигать их. В Лондоне переговоры, в основном, велись между Майским и парламентским заместителем министра иностранных дел Р. Батлером. В них также участвовали министры иностранных дел: Э. Галифакс (1938-1940 гг.), позднее Э. Иден (1940-1945 гг.), а в Москве - британский посол Р.С. Криппс [8, с. 69]. Однако реализоваться во что-то большее они еще не могли. Важно подчеркнуть, что для английского руководства на тот момент самой главной проблемой была, как казалось, неизбежность вторжения немцев на Британские о-ва, и все остальное отходило на второй план. Однако к лету 1941 г. проблема вторжения на острова была уже менее злободневной, хотя об этой эвентуальной угрозе Черчилль помнил всегда и учитывал ее в своих планах по противодействию Германии и сохранению Британской империи.
Естественно, что разворот на 180 градусов, произошедший в политике и стратегии А. Гитлера, не мог не радовать британские политические круги. На совещании членов Военного кабинета Специальный орган, созданный на время войны, куда вошли члены правительства, а также ряд высших военных чинов, представлявших различные рода войск. 23 июня 1941 г. обсуждались различные вопросы, возникшие в связи нападением Германии на СССР [14]. Члены кабинета обсудили также и вопрос, связанный с отправкой в СССР британской военной миссии на принципах взаимности (СССР также был вправе отправить в Великобританию военную миссию, наделенную соответствующими полномочиями). Обсуждался вопрос и о выборе ее главы. В ходе дискуссии высказали мнение, что главой миссии должен быть офицер высокого ранга, при этом - выдающаяся личность. Техническими вопросами будут заниматься другие члены миссии. Было подготовлено распоряжение об отборе офицеров для миссии, а также о возвращении в Москву Криппса вместе с членами миссии [Там же].
Днем 22 июня 1941 г. Майский побывал с визитом у Идена, обсудив с ним создавшееся положение, и зондировал мнение британского правительства на предмет заключения соглашения о взаимной помощи и борьбе против общего врага [12, с. 46]. Естественно, что эти переговоры были санкционированы свыше. В дальнейшем напор советской стороны по этому вопросу нарастал, и это имело вескую причину. Начало войны на западной границе уже показало трагизм и ожесточение начавшейся борьбы, которая вела к катастрофе 1941 г. Это сразу же стало понятно советскому руководству, прежде всего, И.В. Сталину. Поэтому советское дипломатическое ведомство в лице наркома иностранных дел В.М. Молотова и Майского вело консультации как внутри ведомства, так и за его пределами. В ходе встречи Молотова с английским поверенным в делах в Москве Г.Л. Баггалеем британский дипломат отметил: "Английское правительство могло бы оказать помощь в снабжении СССР через Владивосток или Персидский залив, а также для оказания помощи советскому командованию послать в СССР английских офицеров, имеющих опыт борьбы против германских танков" [4, с. 14].
В Великобритании после 23 июня активно шло формирование военной миссии, а также определение ее целей и задач. На заседании Комитета Начальников Штабов (КНШ), которое состоялось 24 июня, был утвержден глава миссии и выработаны директивы, которые должны были стать основой действий главы этой структуры. Так, в директиве было отмечено: "в составе миссии будет организовано три службы, каждой из которых выданы подробные инструкции в рамках настоящей директивы... Задачами миссии является оказание помощи русским, предоставив им воспользоваться нашим опытом в борьбе с немцами. укрепляя и увеличивая сопротивление. чтобы стимулировать русских принимать необходимые меры по нивелированию немецкого преимущества, которые они могут получить в ходе кампании. В качестве канала связи координировать совместные усилия против Германии. особенно важно не допустить попадания советских кораблей в руки немцев.
В случае краха организованного русского сопротивления, вы должны рассмотреть возможность разделения миссии и отправки офицеров в те районы, где сопротивление продолжится. Вы не можете вступать ни в какие политические обязательства, а все запросы вы должны отправлять в КНШ. Для этих целей вы можете пользоваться любыми каналами связи" [17].
Главой миссии был назначен генерал-лейтенант Ф.Н. Мэйсон-Макфарлейн, который наиболее полноценно отвечал предъявляемым требованиям. Карьера Макфарлейна сочетала в себе и должный опыт командной службы в качестве командира войскового подразделения, имелся у него и опыт военно-дипломатической работы в качестве военного атташе в посольстве в Германии в предвоенный период. Более того, у него имелся и весьма специфичный опыт, полученный им на должности начальника разведки Британского экспедиционного корпуса (БЭК) во Франции в 1940 г. На этой должности генерал Макфарлейн занимался вопросами контрразведки и разведки, цензуры исходящей корреспонденции: писем, газет, телеграмм, обеспечением безопасности тыловых участков фронта. Под его наблюдением находились аккредитованные корреспонденты и прибывающие из метрополии высокие гости. Естественно, что Макфарлейн постоянно контактировал с представителями соответствующих служб французской армии [15, р. 104]. После эвакуации английских войск из Франции Макфарлейн был назначен вицегубернатором Гибралтара, выполняя функции администратора, а позднее, по возвращении в Англию в апреле 1941 г., был командиром 44-й дивизии территориальной обороны. Таким образом, его кандидатура была наиболее подходящей с учетом опыта и квалификации для этой непростой должности. Этот фактор, скорее всего учитывал начальник Имперского Генерального штаба генерал Дж. Дилл, который имел возможность оценить Макфарлейна по совместной кампании на континенте, где они вместе служили в составе БЭК [Там же, р. 131-132].
В своем общении с вновь назначенным главой миссии Дилл подчеркнул, что одной из задач Макфарлейна будет обеспечение продолжительного сопротивления на Востоке после того, как централизованное сопротивление русских будет сломлено. Однако была еще одна важная составляющая миссии Макфарлейна, которая состояла в том, что он должен был выступать в качестве канала для связи с русскими и получить всю возможную информацию, которая поможет английским спецслужбам оценить мощь и потенциал противоборствующих сторон, как СССР, так и Германии, и сделать соответствующие выводы при планировании стратегии. Хотелось бы отметить еще один важный факт. С целью максимально полной осведомленности руководителя миссии, 26 июня 1941 г. главой Объединенного разведывательного комитета (Joint Intelligence Committee, JIC) была издана директива в адрес Адмиралтейства, Военного кабинета и Министерства авиации о подготовке и отправке в Москву ежедневных разведывательных отчетов для соответствующих секций миссии [27, р. 42]. Более того, Макфарлейн был проинструктирован в отношении того, что следует говорить об источниках информации, предоставленных британской стороной [Там же, р. 43].
При британской миссии № 30 на территории СССР были созданы соответствующие секции: морская секция, которую возглавил заместитель Макфарлейна контр-адмирал Дж. О. Майлз (4 чел.), секция сухопутных сил полковника К. Эксхэма (11 чел.), секция ВВС вице-маршала Королевских ВВС А. Колльера (4 чел.), шифровальная секция капитана Д. Фокса (7 чел.), секция радиосвязи 2-го лейтенанта Т. Муррея (7 чел.)
[1, л. 25]. Важно отметить, что все члены миссии в ранге офицеров имели дипломатические паспорта, которые наделяли их дипломатическим статутом на случай вынужденной посадки в нейтральной стране [Там же, л. 1].
Члены миссии прибыли в Советский Союз 27 июня 1941 г. вместе с Криппсом и практически сразу были приняты представителями советского военно-политического руководства. В ходе переговоров Криппс сообщил, что одной из важнейших задач членов военной миссии будет создание и поддержание контактов с представителями советских военных кругов [12, с. 47]. В дальнейшем задачами сотрудников миссии будет обмен информацией военного и военно-технического характера, оказание помощи в деле эксплуатации поставляемой военной техники и вооружения, контроль за поставками военного снаряжения, сырья и боеприпасов. Криппс в общении с Молотовым подчеркнул значительный опыт руководителя делегации: "Глава военной миссии Макфарлан (Так в тексте. - Д.Б.) принимал участие в военных операциях во Франции, находится в контакте с Генеральным штабом и знает все ошибки и оплошности, которые были допущены, методы, которых придерживается германская армия в своих военных действиях" [Там же, с. 49]. Необходимо заметить, что члены военной миссии действовали автономно и не подчинялись британскому послу, что позволяло им вполне объективно высказывать свои суждения и оценки, которые в форме отчетов посылались в Лондон. Таким образом, для британского военно-политического руководства существовали два независимых канала информации на территории Советского союза: сотрудники посольства и члены военной миссии № 30.
Говоря о деятельности миссии на территории СССР, стоит подчеркнуть, что недавние противоречия не могли не отразиться как на контактах, так и в оценках ситуации и друг друга. К сожалению, это очень серьезно осложнило работу миссии и наложило определенный отпечаток на поведение членов миссии во взаимоотношениях с советской стороной. Более того, в дальнейшем это приводило к взаимным упрекам и снижению эффективности совместных действий. Естественно, что британское руководство и членов Военного Кабинета в первую очередь волновала обстановка на советско-германском фронте и, соответственно, именно это учитывалось при планировании стратегии как в отношении Германии, так и в отношении СССР. В каком-то смысле главе британской военной миссии предстояло стать глазами и ушами руководства Великобритании в СССР.
Прибыв в Москву, члены миссии начали обустройство на месте. Одновременно с этим продолжался процесс доукомплектования секций миссии новыми сотрудниками, которые продолжали прибывать. 30 июня 1941 г. прибыли 6 членов миссии, а к 5 июля 1941 г. - еще двое [1, л. 4]. В этот же день Молотов встретился с членами военной и экономической миссий, причем значительное место в обсуждении различных вопросов заняло обсуждение помощи со стороны английского флота и авиации в районе Петсамо и Мурманска. Правда, на заседании сразу же наметились противоречия, которые ясно продемонстрировали всем участникам переговоров разный подход к проблеме взаимопомощи. Так, например, Макфарлейн пояснил, что только на основе информации от соответствующих членов миссии правительство Его Величества будет принимать какие-либо действия. В свою очередь Молотов заявил, что общее положение на фронтах известно, а дополнительно информацию можно почерпнуть из сводок Совинформбюро (!) и в советских газетах [12, с. 57]. Однако Макфарлейн настаивал на своем: "он лишь хочет получить соответствующие необходимые сведения от советского Генерального штаба, которые он мог бы сообщить в Англию" [Там же]. Далее он отметил, что Генеральный штаб Англии можно будет уговорить принять какие-либо операции лишь после того, как будет известно положение советских Вооруженных сил. Что касается вопроса об операции в районе Петсамо и Мурманска, Макфарлейн обещал сообщить в Лондон план, если таковой имеется у советского командования, и еще раз подчеркнул обоюдную значимость помощи Англии Советскому Союзу.
Здесь следует пояснить, что настойчивость англичан в отношении получения информации от советского Генштаба была вызвана как незнанием оперативной и стратегической обстановки на фронте, так и опасением того, что эта помощь может быть захвачена немцами ввиду их стремительного наступления практически на всех участках фронта. Более того, вплоть до сентября 1941 г. правительство Великобритании всячески оттягивало вопрос оказания соответствующей помощи СССР, колеблясь в принятии решений и продолжая с недоверием относиться к своему союзнику. Фактически, советская сторона настаивала на незамедлительном участии англичан в военных действия против немцев, в т.ч. и на территории СССР, что для английского военно-политического руководства было неприемлемо.