С точки зрения С.Бенхабиб, существует несколько причин для обсуждения наилучшей модели демократического устройства. Во-первых, ни один человек или группа не может «предвидеть все разнообразие точек зрения по вопросам этики и политики, которые будут восприниматься разными людьми» [9, р. 71]. Во-вторых, ни один человек или группа не может обладать всей полнотой информации, необходимой для того, чтобы сделать наиболее удачный рациональный выбор. Она также считает, что делиберативная модель демократии является процедуралистской, поскольку опирается на «определенные институциональные процедуры и практики для достижения решения по вопросам, которые были бы обязательными всех» [9, р. 73]. При этом она считает, что в обществе обязательно должен сохраниться плюрализм с помощью которого можно избежать возникновения единого политического, морального или религиозного кода социума. Ведь в делиберативной демократии конфликтующие интересы, конкуренция и взаимное сотрудничество, взаимодействие, поиск консенсуса и компромисса играют весьма важную роль. Кроме того, данная модель демократии и политики сохраняет множество иных способов объединения граждан, принимая во внимание все типы существующих групп социума, в том числе политические партии, общественные движения, добровольные организации и организации гражданского общества и т.д.
Полемизируя с либералом Брюсом Аккерманом по поводу понимания существа публичного диалога, С.Бенхабиб отмечает, что ее оппонент «понимает либерализм как способ обсуждения власти, как политическую культуру общественного диалога , основанного на определенных видах разговорных ограничений (условий, требований) » [10, p. 81]. Наиболее значительное дискурсивное ограничение в либерализме - это объективность (беспристрастность, нейтралитет). Либеральная модель демократии рассматривает политические отношения слишком узко, сводя их к чисто юридическим проблемам и процедурам, в которых главным принципом выступает нейтральность в рассмотрении любых вопросов.
С точки зрения либерализма, для обеспечения эффективного функционирования публичной сферы необходимо, чтобы публичный диалог строился на принципе нейтральности аргументов, на речевой сдержанности, то есть, фактически, на беспристрастности [7].Сторонники либерализма настаивают на «процедурном критерии практического дискурса» [6, с. 104], суть которого состоит в том, что «протекание политического диалога можно заключить в довольно жесткие рамки», в то время как делиберативный, то есть «коммуникативный подход отказывается от таких притязаний» [6, с. 103]. Согласно модели либерального диалога, публичное пространство должно быть нейтральным. Брюс Акерман указывает, что публичный диалог должен быть «разумным способом» коммуникации, обладая «разговорной сдержанностью» в целях обеспечения сосуществования различных групп [9, p. 96].Поэтому С.Бенхабиб называет либеральный подход к общественному диалогу «юридический» моделью публичной сферы.
С.Бенхабиб полагает, что для разрешения наиболее острых политических вопросов нельзя вводить процедурные ограничения в виде допустимых моделей аргументации. C ее точки зрения, «либеральная модель публичного пространства превращает политический диалог… в юридический дискурсе о праве» [9, р. 94]. По мнению С.Бенхабиб и других представителей теории делиберативной демократии, «либералы не учитывают, что либеральные нормы диалога могут использоваться в том числе и для подавления альтернативных точек зрения в реальной политике» [9, p. 103-104]. Она утверждает, что «либеральный принцип диалогического нейтралитета, выражая один из главных принципов современной правовой системы, является ограничительным и тормозящим в применении к динамике борьбы за власть в реальных политических процессах» [10, р. 84]. Дело в том, что классический либерализм утверждает, что предварительно, то есть еще до начала коммуникации, должны быть установлены правила диалога и его нормативные ограничения, в то время как С.Бенхабиб считает, что сами эти правила ведения дискуруса в ходе его осуществления могут стать предметом дискуссии. Она выступает против так называемого либерального «метода избегания», который ограничивает политический диалог в плюралистических обществах при рассмотрении остро дискуссионных и спорных вопросов. Согласно ее модели делиберативной демократии, публичная политика - это место свободной дискуссии и общественного диалога, способствующих принятию делиберативно обоснованных и коммуникативно легитимизированных политических решений.
Заключение
В целом можно сказать, что делиберативная политика и делиберативная демократия представляют собой «особый общественно-политический курс, ориентированный на рациональное обсуждение общественных проблем», который выдвигает «по отношению к институтам власти требование, чтобы все политические решения были опосредованы и легитимизированы таким обсуждением. - Считает А.В.Назарчук. - Содержание делиберативной политики составляет реализация принципа публичности в политической сфере» [3, с.101]. В современной России в сфере публичной политики появляются отдельные элементы делиберативной демократии и делиберативной политики как различные формы институционального диалога власти и гражданского общества (публичные слушания, гражданский контроль, общественные экспертизы, институт обращения граждан, гражданские инициативы, интерактивные телепередачи с участием представителей власти, работа общественных палат и общественных советов, открытое правительство, электронное государство, общественное телевидение и т.д.). Однако, законодательная база, позволяющая на прочной правовой основе закрепить все еще немногочисленные делиберативные практики в сфере публичной политики, запаздывает, отстает от императивных требований времени. Так, к примеру, такие базовые законы, как ФЗ «Об общественной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных актов», ФЗ «Об общественном контроле в Российской Федерации» и др. остаются непринятыми, а элементы делиберативной политики и делиберативной демократии не институционализированы в рамках доминирующей, но устаревшей и неэффективной модели либерально - электоральной демократии.
Делиберацию, то есть переговоры людей с целью нахождения компромиссов, заключения соглашений и договоров, можно рассматривать в качестве инструмента для разрешения даже самых острых социально-политических конфликтов. К такому способу приходят даже склонные к насилию социальные акторы, поскольку затраты на войну могут быть дороже стоимости вопроса по установлению диалога. При этом следует понимать, что в любом обществе делиберативные практики разрешения конфликтов конкурируют с насильственными. И чем выше делиберативная культура социума, тем ниже уровень насилия, и обратно. Данное обстоятельство вполне приложимо к анализу ситуации в России, где делиберативная теория и практика пока что находятся на достаточно низком уровне своего развития. Оборотной стороной этого обстоятельства являются эскалация межнациональных конфликтов, насилия и террористических актов. Попытки решить эти проблемы без опоры на принципы делиберативной демократии и диалог лишь усугубляют сложившуюся ситуацию, с помощью исключительно ответных силовых мер обречены на провал.
Библиография
1. Джозеф М. Бессет. Делиберативная демократия и американская система государственной власти [Пер. с англ. Ю.Шпакова]. - М.: Российская политическая энциклопкдия (РОССПЭН), 2011.
2. Лукин В.Н. Альтернативные модели демократии в политических системах глобального мира: концепция делиберативной демократии Д.Драйзека. URL: http://ms-solutions.ru/index.php?option=com_content&view=article&catid=38:2010-01-15-12-09-51&id=142:2010-01-18-11-19-36&Itemid=206.
3. Назарчук А.В. Понятие делиберативной политики в современном политическом процессе// Полис, 2011, № 5.
4. Перевод слова deliberation. URL: http://dic.your-english.ru/word/deliberation
5. Углов Д. В. Тенденции делиберативной политики в теории справедливости Д. Ролза // Вестник ВГУ. Философия. 2009. №2.
6. Шкурихин И.А. Демократизация парламентских институтов: коммуникативный и процедурный подходы//Вестник Томского государственного университета. 2011, №3 (15).
7. Ackerman В Whi Dialogue? (1989). Faculty Scholarship Series. Paper 142.URL: http://digitalcommons.law.yale.edu/fss_papers/142.
8. Dryzek J. Political Inclusion and the Dynamics of Democratization //The American Political Science Review, Vol.90, No.3 (Sep., 1996).
9. Benhabib S , «Toward a Deliberative Model of Democratic Legitimacy», in Seyla Benhabib (ed.),Democracy and Difference, Princeton, 1996.
10. Benhabib S «Models of Public Space: Hanna Arendt, the Liberal Tradition, and Jurgen Habermas»// Craig J.Calhoun. Habermas and the Public Space.-Cambridge, Mass: MIT Press, 1992.
11. Burke В. Speech to the Electors of Bristol 3 Nov. 1774Works 1, р.446-448. URL: http://press-pubs.uchicago.edu/founders/documents/v1ch13s7.html
12. Deliberation. URL: http://en.wiktionary.org/wiki/.
13. Johnson D. W., Johnson R. T. (University of Minnesota) Civil Political Discourse in а Democracy: The Contribution of Psychology// Peace and Conflict: Journal of Peace Psychology. Volume 6, № 4, 2000.
14. Schultze R. «Deliberative Demokratie»// Lexikon der Politikwissenshaft, Teorien, Methoden, Begriffe. Band I.A. - M, Munchen, 2002, p. 119.
15. Зайцев А.В. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ ДИАЛОГ В СФЕРЕ КОММУНИКАЦИИ ГОСУДАРСТВА И ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД // NB: Проблемы общества и политики.-2012.-1.-C. 21-54. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_110.html
16. Зайцев А.В. ДИАЛОГ ГОСУДАРСТВА И ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА КАК ПЕРЕГОВОРНЫЙ ПРОЦЕСС: ЛИНГВО-ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ. // NB: Проблемы общества и политики.-2012.-3.-C. 34-47. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_120.html
17. Зайцев А.В. ФИЛОСОФИЯ ДИАЛОГА И ДИАЛОГИКА ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА: ИСТОКИ И СУЩНОСТЬ // NB: Философские исследования.-2012.-4.-C. 1-53. URL: http://www.e-notabene.ru/fr/article_143.html
18. Белов К. В. Модели понимания концепции глобального гражданского общества//Политика и общество, №12-2011
19. Филимонов В. Д. Гражданское общество и его взаимодействие с государством//Политика и Общество, №5-2011
20. Галиев Ф. Х. Правовая культура как правовая реальность//Политика и Общество, №4-2011
21. Н.М. Кишлакова, Т.М. Махаматов -- Гражданское общество и структура гражданства//Философия и культура, №8-2012
22. Нагаева С.К. Политические индикаторы гражданского общества в регионе//Политика и Общество, №11-2012
23. Акопов Г. Л. Политические элиты России и интернет-сообщество: вопросы взаимодействия//Политика и Общество, №7-2011
24. Боярских А. В. Субъекты гражданского общества в основных социально-политических теориях//Политика и Общество, №5-2011
25. Боярских А. В. Краевые политические партии и региональные общественные движения в контексте гражданского общества Тюменского края//Национальная безопасность / nota bene, №2-20
26. Зайцев А.В. Новая Агора: гражданский диалог в Евросоюзе // NB: Вопросы права и политики.-2012.-2.-C. 62-89. DOI: 10.7256/2305-9699.2012.2.123. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_123.html
27. Зайцев А.В. ПРИНЦИП ОБРАТНОЙ СВЯЗИ И ИНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ ДИАЛОГА ГОСУДАРСТВА И ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА // NB: Проблемы общества и политики. -- 2012.-№ 2.-С.1-21. DOI: 10.7256/2306-0158.2012.2.125. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_125.htm