Поскольку реакция на преступление преломляется через психику человека, неудивительно, что временной интервал между преступлением и наказанием столь важен. По прошествии времени преступление (стимул) уже не вызывает соответствующих эмоций и чувств, что лишает наказание возможности выступать в качестве действенного ответа на совершенное уголовно противоправное деяние[19].
Давность в уголовном праве обусловлена механизмами памяти, которыми пользуется человек. Под памятью понимается «запечатление (запись), сохранение и воспроизведение следов прежнего опыта, дающего человеку возможность накопить информацию и иметь дело со следами прежнего опыта, после того как вызвавшие их явления исчезли»[20]. Эмоции играют не последнюю роль в процессе запоминания и хранения информации[21]. И хотя негативные эмоции закономерно вытесняются из сознания и человек старается их не переживать повторно, напоминание о событии, вызвавшем эти эмоции, способно вызывать самую острую реакцию еще очень долгое время.
На наш взгляд, утрата лицом или деянием общественной опасности, наряду с другими обстоятельствами, должна учитываться при решении вопроса о применении сроков давности, которое основывается на наличии (отсутствии) специфических психических переживаний, вызывающих требование справедливого возмездия.
1.2 Правовые основы института давности
Известный российский ученый В.К. Случевский обращал внимание на то, что «институт давности и условия применения его принадлежат к предмету уголовно-материального права. Давность имеет, свое процессуальное значение; делая безнаказанным известный проступок, давность делает, вместе с тем, невозможным возбуждение уголовного дела, постановку приговора»[22].
Основой принятия решений, связанных с истечением сроков давности, логично считать положения ст. 78 УК РФ[23], поскольку в данной правовой норме установлена продолжительность давностных сроков (ч. 1), их рамки (ч. 2), а также обстоятельства, при которых течение сроков давности приостанавливается и возобновляется (ч. 3).
В УПК РФ[24] не существует самостоятельного правового основания давности, погашающей негативные последствия преступления (для лица, его совершившего), указания на продолжительность сроков давности и способ их исчисления. Общепризнанно, что положения, содержащиеся в уголовно-правовом законодательстве, реализуются посредством применения норм уголовно-процессуального закона. М.С. Строгович отмечал, что «уголовный процесс есть совокупность способов, приемов, средств, при помощи которых осуществляется предписание норм материального уголовного права, т.е. уголовный процесс представляет собой тот установленный законом порядок, в котором происходит применение норм уголовного права». Согласно УПК РФ, истечение сроков давности уголовного преследования является основанием для отказа в возбуждении уголовного дела и его прекращения (п. 3 ч. 1 ст. 24), а также для прекращения уголовного преследования (п. 2 ч. 1 ст. 27)[25].
В последние годы среди ученых, занимающихся рассмотрением вопросов, связанных с истечением сроков давности, возникла дискуссия: составляют ли правовые нормы о давности, погашающей негативные последствия преступления, отраслевой уголовно-правовой институт; или они формируют более крупное образование правовых норм, которое позволяет рассматривать их как межотраслевой правовой институт уголовного права и уголовного процесса[26].
А.В. Ендольцева предлагает рассматривать весь институт освобождения от уголовной ответственности, (который включает в себя правовой институт освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности), как комплексный уголовно-правовой и уголовно-процессуальный институт[27]. При этом А.В. Ендольцева указывает, что «материально-правовой основой института освобождения от уголовной ответственности является уголовное право, нормы которого реализуются посредством уголовно-процессуальной деятельности. В связи с этим уголовно-правовые и уголовно-процессуальные нормы, регулирующие однородные отношения, не могут существовать независимо, а должны функционировать только во взаимосвязи и взаимопроникновении».
Схожей позиции придерживается Д.В. Орлов, который полагает, что «давность представляет собой комплексный институт, поскольку материально-правовые основания давности тесно связаны с процессом правоприменения»[28].
Иного мнения придерживается З.И. Сагитдинова, которая считает, что институт давности преступления является отраслевым институтом уголовного права, так как в уголовном законе закреплены его базовые элементы - сами сроки, порядок их исчисления и уголовно-правовое последствие их истечения[29].
Согласно противоположной позиции, высказанной данным автором ранее, «освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности является комплексным институтом уголовного и уголовно-процессуального права».
Иного взгляда на рассматриваемую проблему придерживаются специалисты в области теории права, которые расценивают давность как межотраслевой правовой институт совершенно разных отраслей права, в которых его общее содержание преломляется в зависимости от предмета и метода регулирования конкретной отрасли[30].
Понятие давности существует не только в уголовном праве и уголовном процессе, но также и в гражданском праве и процессе, административном и в международном праве, в ряде других отраслей[31]. И общим содержанием давности в каждой из них является то, что она регулирует общественные отношения по легализации не соответствующего правовой модели, но неизменно существующего на протяжении установленного законом срока положения субъектов.
Что касается давности, погашающей негативные последствия преступления, то С.А. Торопкин обозначает ее термином «давность привлечения к уголовной ответственности». Необходимо отметить, что привлечение к уголовной ответственности надо рассматривать, как реализацию уголовно-процессуальных, а не уголовно-правовых отношений. Понятие уголовной ответственности уже подразумевает, что лицо претерпевает определенные негативные последствия совершенного им преступления, в связи с чем, слово «привлечение» представляется излишним[32].
З.И. Сагитдинова высказывает мнение о необходимости закрепить в уголовном законе термин «давность преступления», а соответствующий правовой институт назвать институтом давности преступления, сделав, таким образом, акцент на явлении, которое погашается давностью.
Схожей позиции придерживается Ю.В. Ендольцева, которая предлагает ввести в нормативно-правовой оборот термин «давность совершенного преступления»[33]. По мнению А.В. Соболева[34], слово «совершенного» является лишним, поскольку уже само понятие преступления означает, что оно было совершено. Согласно ч. 1 ст. 14 УК РФ[35], преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ под угрозой наказания.
М.А. Махмудова говорит о «давности уголовной ответственности». Используемый автором термин означает, что давность погашает только уголовную ответственность[36]. Это в корне не верно. Поскольку в результате применения ст. 78 УК РФ[37], п. 3 ч. 1 ст. 24 и п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ[38] в отношении лица прекращается, либо вовсе не начинается уголовное преследование, постольку это лицо освобождается и от негативных для него уголовно-процессуальных последствий совершенного преступления. К ним можно отнести само уголовное преследование, возбуждение уголовного дела, применение мер процессуального принуждения, и вовлечение в сферу уголовного судопроизводства. Общей причиной уголовно-правовых и уголовно-процессуальных последствий совершенного преступления является само преступление. Поэтому правовой институт, нормы которого регулируют освобождение лица от негативных уголовно-правовых и уголовно-процессуальных последствий совершенного им преступления следует, обозначать термином «правовой институт давности преступления».
Необходимо обратить внимание на то, что юридическая конструкция давности, т.е. явления, легализующего не соответствующее правовой модели поведение, уже включает в себя определенный давностный срок. Поэтому при терминологическом определении давности, погашающей негативные последствия преступления, излишним является и слово «срок»[39].
При рассмотрении принадлежности правового института давности преступления к отрасли уголовного права или уголовного процесса, хотелось бы отметить, что уголовно-процессуальные формы и условие освобождения лица от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности закреплены в уголовно-процессуальном законе. В науке уголовного права и процесса доказано, что реализация уголовно-правового положения об освобождении лица от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности осуществляется в процессуальных формах прекращения уголовного преследования, отказа в возбуждении уголовного дела, либо его прекращения. Уголовно-процессуальное условие такого освобождения содержится в ч. 2 ст. 27 УПК РФ[40], в которой, указано, что прекращение уголовного преследования, в том числе, по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает.
Без материального основания (ст. 78 УК РФ), применение давности преступления невозможно. Подходя к данной проблеме «acontrario», необходимо поставить вопрос: возможно ли самостоятельное применение ст. 78 УК РФ без уголовно-процессуального условия, закрепленного в ч. 2 ст. 27 УПК РФ, ведь в уголовном законе аналога такой правовой нормы нет. Совершенно очевидно, что это было бы неправильно, поскольку исключение рассматриваемой составляющей ограничивало бы доступ граждан к правосудию и возможность защиты своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2 ст. 45 Конституции РФ[41]).
Применение ст. 78 УК РФ без учета положений, указанных в ч. 2 ст. 27 УПК РФ[42], означало бы пробел в вопросе реализации уголовно-правового положения об освобождении лица от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности. Под пробелом в законодательстве принято понимать отсутствие норм права, которые должны были быть в данной правовой системе. Р.Х. Якупов указывал, что «при применении норм смешанного института уголовно-процессуального права оказывается, что требуемая правовая норма расположена в правовом акте другой отрасли законодательства[43]. Требуемая норма имеется, и о пробеле не может быть и речи». Приведенный пример наглядно показывает, что благодаря совместному применению норм уголовного (ст. 78 УК РФ) и уголовно-процессуального права (ч. 2 ст. 27 УПК РФ), пробела в вопросе реализации уголовно-правового положения об освобождении лица от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности нет.
Только сочетанием УК РФ и УПК РФ обеспечивается их регулятивная роль, что позволяет реализовать ту или иную правовую норму. Как верно отмечал В.Г. Даев, «в процессе правового регулирования и материальные, и процессуальные нормы выступают в качестве единого целого - способа правового воздействия»[44].
Рассматривая вопросы о порядке реализации положений ст. 78 УК РФ, Конституционный Суд РФ[45] в ряде своих решений также указал, что данную правовую норму следует применять с учетом ч. 2 ст. 27 УПК РФ, так как, таким образом, лицам, заинтересованным в исходе дела, обеспечивается судебная защита их прав и законных интересов в рамках судопроизводства.
Для определения места института давности преступления в системе права его следует изучить с помощью системного подхода[46]. При этом необходимо обратиться к общей теории права. Система права представляет собой сложное построение, характеризующееся тесным взаимодействием различных норм; не только соприкосновением, но и пересечением различных отраслей права. Институтом права является совокупность правовых норм, регулирующих однородную группу общественных отношений. Нормы, входящие в правовой институт, образуют единый комплекс, выражающийся в общих положениях, принципах и правовых понятиях, что создает уникальный для данного вида отношений правовой режим регулирования[47].
По мнению ряда авторов, правовые институты классифицируются следующим образом.
1. По структуре - простые и сложные. Простые правовые институты не содержат в себе никаких других институтов. Сложные - состоят из субинститутов.
2. По способу правового регулирования - материальные и процессуально-процедурные. В материальных правовых институтах содержатся «нормы-цели», а в процессуально-процедурных - «нормы-средства», реализующие «нормы-цели».
3. По методу правового регулирования - императивные, диспозитивные и рекомендательные. Императивные правовые институты: обязывают правоприменителя принять то или иное решение; диспозитивные дают ему определенные дискреционные полномочия; рекомендательные предлагают модель поведения.
4. По предметно-отраслевому признаку - отраслевые и межотраслевые. Отраслевые правовые институты включают в себя юридические нормы одной отрасли права, а межотраслевые включает в себя юридические нормы, входящие в состав нескольких отраслей права.
Анализ правового института давности преступления позволяет сделать вывод, что он является: 1) сложным правовым институтом, поскольку содержит в себе субинституты (освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, а также истечения сроков давности уголовного преследования); 2) процессуальным по способу правового регулирования, но имеющим при этом материальную основу, так как в основании давности преступления лежат нормы уголовного закона, которые реализуются посредством уголовного процесса; 3) императивным по методу правового регулирования, поскольку содержащиеся в нем нормы обязывают следовать установленному ими порядку; 4) межотраслевым по предметно отраслевому признаку, так как содержит в себе нормы УК РФ[48] и УПК РФ[49].
Критериями деления норм права на правовые институты являются также уникальные предмет и метод правового регулирования. В.И. Гойман указывает[50], что «под предметом правового регулирования понимается то, что подлежит урегулированию, т.е. те отношения, которые подвергаются правовому воздействию. Метод правового регулирования отвечает на вопрос, как регулировать, и представляет собой совокупность юридических приемов и средств воздействия на общественные отношения».
Анализ института давности преступления позволяет сделать вывод, что предметом его правового регулирования являются общественные отношения, возникшие в результате истечения срока с момента совершения преступления, предусмотренного в ч. 1 ст. 78 УК РФ[51]. Методом правового регулирования рассматриваемого института является целостная совокупность закрепленных в УК РФ и УПК РФ[52] условий, при соблюдении которых лицо освобождается от негативных для него уголовно-правовых и уголовно-процессуальных последствий, связанных с совершенным им преступлением.