Дача П.А. Авенариуса в Тарховке: опыт историко-архитектурного исследования
Е.Н. Васильева, М.Е. Монастырская
Санкт-Петербургский государственный архитектурно-строительный университет,
Российская Федерация, 190005, Санкт-Петербург, ул. 2-я Красноармейская, 4
Статья посвящена актуальной проблеме изучения, сохранения и использования объектов культурного наследия, располагающихся в Курортном районе Санкт-Петербурга. Изложены результаты архивно-библиографических, историко-культурных и историко-архитектурных изысканий, выполненных авторами с привлечением значительного количества первоисточников: текстовых, статистических и графических архивных документов, большая часть которых впервые введена в научный оборот. Выявлены предпосылки и определены исторические этапы формирования дачной усадьбы П. А. Авенариуса в Тарховке. Установлены закономерности, охарактеризована специфика и обозначены тенденции типологической трансформации дачной усадьбы, изменения планировочной композиции и архитектурно-пространственного облика дачного дома, преобразования социально-функциональной структуры и архитектурно-ландшафтной среды в границах участка и на прилегающих к нему территориях. Исследование выполнено с учетом исторических закономерностей и особенностей градостроительного развития бывших казенных земель Сестрорецкого оружейного завода (Тарховского участка Сестрорецкой лесной дачи Сестрорецкого лесничества).
Ключевые слова: П. А. Авенариус, архитектурно-пространственный облик, дача, исследование, ландшафт, планировочная композиция, среда, социально-функциональная структура, Тарховка.
Дачная усадьба П. А. Авенариуса, расположенная в Курортном районе Санкт- Петербурга (муниципальное образование «г. Сестрорецк»), будучи знаковым элементом исторической рекреационной инфраструктуры Карельского перешейка и потому объектом пристального внимания историков архитектуры, культурологов, реставраторов, инвесторов, краеведов и законодателей в последние десятилетия1, остается тем не менее малоизученной архитектурно-ландшафтной формой. Восполнить этот пробел призваны результаты историко-культурных и историко-типологических изысканий, изложенные в статье.
Процесс создания, активного функционирования, постепенной деградации и разрушения объекта культурного наследия федерального значения «Усадьба Авенариуса П. А.» в полной мере отражает динамику социальных предпочтений в отношении обустройства рекреационных ландшафтов «подстоличной территории» с соответствующими им объектами социально-градостроительной инфраструктуры в хронологических рамках конца XIX -- начала XXI в. Так, полифункциональный частновладельческий объект дачного типа крупностью около одного гектара, полностью сформированный к 1917 г., в ходе интенсивного непрофильного использования в советское время и постсоветский период стал проблемной, малопригодной для дальнейшей эксплуатации частью монофункционального ландшафтноградостроительного образования ведомственной принадлежности ГУ «Тарховский военный санаторий» Министерства обороны РФ, территория которого составляет около двадцати пяти гектаров. Однако обо всем по порядку.
Предыстория вопроса такова. В начале XVIII в. поросший высокоствольным смешанным лесом («деревья сосновые, елевые, березовые и ольховые» [2, л. 23]) Тарховский мыс, именуемый также Тарховской косой Постановлением Правительства РФ № 527 от 10.07.2001 территория военного санатория «Тарховский» была взята под государственную охрану как объект культурного наследия федерального значения с названием «Усадьба Авенариуса П. И.», арх. Володихин И. П.; адрес: Санкт- Петербург, г. Сестрорецк (Тарховка), дорога Федотовская, 42; в составе: особняк, 1914 г., парк, 2-я пол. XIX в., скульптуры (четыре), 2-я пол. XIX в., фонтан, 2-я пол. XIX в.; 31.08.2005 КГИОП был утвержден План границ территории объекта культурного наследия федерального значения «Усадь-ба Авенариуса П. И.»; Распоряжением КГИОП № 10-852 от 29.12.2014 «Об определении предмета охраны объекта культурного наследия федерального значения “Усадьба Авенариуса П. И.”» был установлен предмет охраны данного объекта. Опечатка, закравшаяся в название объекта культур-ного наследия: в первом из перечисленных документов неверно указаны инициалы Петра Алексан-дровича Авенариуса, -- в течение нескольких лет сохранялась в официальных документах и была исправлена только в 2015 г. [1]. Название «Таркова коса» впервые отмечено в 1796 г. на «Карте окружности Санкт- Петербурга». Происхождение названия не установлено., один из крупных природноэкологических комплексов восточного берега Финского залива Гагарская коса, Дубковская коса, Лисий Нос (коса), Тупой мыс и др.
4 Широтная трасса, отходившая от «Старой русской дороги» на Парголовской возвышенно-сти, связывала исторически обустроенную групповую систему населенных мест с побережьем Фин-ского залива в районе современной Тарховки и гораздо севернее -- на территории Дубковской косы. Береговая «приморская» трасса вела от куста разновеликих поселений, занимавшего юго-западную оконечность Карельской стороны и градостроительно закреплявшего начальный отрезок Выборг-ского тракта, минуя прибрежные населенные пункты, Лахтинский разлив, к гавани, сооруженной в XIV в. в устье р. Сестры [5, с. 115]., входил в состав обширной территории, простиравшейся «от мызы Лахты вверх по речке Каменке, и от Лахты до Черной реки по край моря до большой столбовой выборгской дороги» [2, л. 23], приписанной именными указами Петра I от 29 октября 1719 г. и от 20 февраля 1720 г. к строившемуся Сестрорецкому оружейному заводу.
«Еще в 1714 году Петр I отдал распоряжение о сооружении на реке Сестре <...> оружейного завода» [3, с. 112]. С этой целью в первой трети XVIII в. в границах водосборных бассейнов рек Сестры, Черной, Гагарки, Безымянного (Горского) ручья и других элементов гидрографической сети Сестрорецкой низины были осуществлены гидротехнические мероприятия, результатом которых стало образование искусственного озера Сестрорецкий разлив [4, с. 800], Заводского бассейна, формирование новых русел рек Гагарки, Сестры, Черной. Преобразование опорного гидрографического каркаса местности, в свою очередь, предопределило изменение топоморфологии всего восточного побережья Финского залива, динамику естественно-ландшафтных характеристик территории [5, с. 117] и, следовательно, «отложенную» трансформацию ее пространственного облика, что является существенным для объекта нашего исследования.
Основные строительные работы по созданию Сестрорецкого оружейного завода были проведены в 1721-1726 гг., официальное его открытие состоялось 27 января 1724 г. [3, с. 115]. Заводской комплекс с учетом возведения сопутствовавших ему градообразующих объектов: в 1724 г. -- Сестрорецкого порохового завода, в 1735 г. -- Чернорецкого чугуноплавильного завода, в 1755 г. -- Сестрорецкого кирпичного завода -- стал промышленным объектом общероссийской значимости. Довольно быстро на казенных землях неподалеку от заводских корпусов возникло поселение. «Регулярный характер его планировки и застройки всецело подчинялся требованиям петровских указов, регламентировавших организацию “переведенческих слобод”» [6] -- традиционной для российской градостроительной культуры XVIII в. формы расселения. Заводской поселок положил начало селению, а впоследствии и городу Сестрорецку [4, с. 800]. Первоначальными границами «переведенческой слободы» были берега реки Сестры Заводской, Заводского бассейна, Сестрорецкого резервуара [5, с. 117]. Со столицей империи селение Сестро- рецк связывали две исторически «накатанные» региональные трассы (широтная и меридиональная), последовательно ответвлявшиеся от «Старой русской дороги», дабы «встретиться» близ южного отрезка «сестрорецкой петли»4. Меридиональная «приморская» трасса, дублировавшая издревле освоенный новгородцами водный путь, фланкировала северный берег р. Б. Невка, Лахтинскую и Сестрорецкую отмели и проходила вдоль подножия дюнных холмов, отделявших Сестрорецкий разлив от акватории Финского залива [5, с. 115].
Казенный лес использовался преимущественно в промышленных и хозяйственных целях [7, с. 13]. Он предназначался на вырубку и «на сжение» для производства древесного угля, необходимого в заводском технологическом процессе, а также -- «на строение, <...> на дрова для топления к обжигу кирпичей, а березовые к вододействующим молотам, на молотовища и оружейные ложи» [2, л. 23]. В отношении прибрежной части казенных заводских лесов, где в 1719 г. были заложены три царские путевые усадьбы -- Ближние, Средние и Дальние (Большие) Дубки, в 1723 г. Петром I было дано следующее распоряжение: «А от Сестры реки до Лахты по край море для плезир его императорского величества лесу не рубить» [8, л. 37]. Реализация грандиозного политического, градопланировочного и эстетического замысла царя Петра по преобразованию восточного побережья Финского залива и северного берега Невской губы, возвращенных России в итоге Северной войны, требовала жесткой регламентации градостроительной деятельности. Так была сформирована своеобразная прибрежная «зона с особыми условиями использования территорий», или «охранная зона» [9], в границы которой вошел и обширный лесной массив Тарховской косы. В начале XVIII в. коренной естественной лесообразующей породой здесь была сосна, наличествовали береза, ель, черная и серая ольха, встречался дуб, среди искусственных посадок преобладал дуб5. Естественно-ландшафтный облик тарховского фрагмента побережья Финского залива сохранялся вплоть до середины XIX в.
В конце XVIII в. значительная часть земель и лесов Сестрорецкого оружейного завода была передана сообразно царским указам в частную собственность [8, с. 18]. В 1797 г. по Высочайшему указу императора Павла I участки «заводских ближних лесов» перешли во владение действительного статского советника И. Г. (?) Долинского, включая Тарховский мыс и бывшую петровскую усадьбу Дальние (Большие) Дубки с искусственно насаженной дубовой рощей [2, л. 23, 132]. В царствование императора Александра I территория «заводских ближних лесов» была возвращена заводу [8, с. 19]. В функциональном, социальном и средовом отношении ее статус оставался практически неизменным до последней трети XIX в.
Во второй половине XIX в. в целях более рационального использования пустовавших казенных заводских земель, располагавшихся вдоль берега Финского залива, губернские власти решили использовать их под дачное строительство. Для реализации этой идеи «земли надлежало передать из военного в гражданское ведомство, а потенциальным дачевладельцам предоставить долговременные льготы» [11, с. 285].
Поэтому 6 февраля 1889 г. «на основании Высочайше утвержденного Мнения Государственного Совета леса и земли Сестрорецкого Оружейного завода в пространстве 2395 десятин 610 ^ саженей» [12, л. 1-1 об.] были изъяты у Военного ведомства, которому завод подчинялся, и переданы в ведение Министерства государственных имуществ, в состав которого входил Лесной департамент6. На этой «переподчиненной» территории было учреждено Сестрорецкое лесничество первого разряда, в состав которого вошла Сестрорецкая лесная дача7 с отнесенными к ней прибрежными участками (или лесными урочищами) «Дубковским», «Канонирским» и «Тарховским» [7, с. 27, 28]. За оружейным заводом сохранились земли, находившиеся «под заводскими строениями, гидротехническими сооружениями, огородами и под водохранилищем завода с прилегающей к нему местностью, всего в количестве 973 дес. 1272 кв. саж.» [15, л. 1-1 об.].
Еще до передачи земли Министерству государственных имуществ, в период 1870-1880-х годов, в южной части Тарховского лесного участка в границах казен- Сохранившиеся фрагменты насаженной «дубовой рощи можно видеть на южном берегу Тарховской косы. В архивных документах упоминаются старинные дубы, существовавшие и на Гагарской косе» [10, с. 93]. Лесной департамент был учрежден Указом императора Павла I от 12 марта 1798 г. «О лесном управлении». В разные периоды своего существования Лесной департамент менял подчиненность: состоял при Интендантской экспедиции Адмиралтейской коллегии (1798-1802); был зачислен в со-став образованного в 1802 г. Министерства финансов (1802-1811); находился в ведении Департа-мента государственных имуществ Министерства финансов (1811-1837); с учреждением в 1837 г. Министерства государственных имуществ перешел в его подчинение (1837-1894); подчинялся Ми-нистерству земледелия и землеустройства (с 1894). В ведении Лесного департамента находились все казенные леса (кроме корабельных, оставленных за Адмиралтейством, и отведенных горным заво-дам, фабрикам). Леса удельных имений подчинялись Министерству уделов. Не входили в ведение Лесного департамента частные леса [13, с. 20, 66]. Сестрорецкое лесничество включало пять лесных дач [14, л. 1]. ных земель было сформировано несколько землеотводов под дачное строительство, которое в последней четверти XIX -- начале ХХ в. стало важнейшей компонентой градообразования восточного побережья Финского залива. Горожан привлекали сюда уникальные природно-климатические и ландшафтно-эстетические качества местности, высокая степень ее коммуникационной связанности с Петербургом, относительно низкая стоимость земли, т. е., говоря современным языком, значительный инвестиционный потенциал. Этот потенциал был реализован посредством обустройства в указанное время дачных поселков различного генеза, дачных местностей, локальных «усадебных участков» дачно-аграрного назначения.
Дачное поселение, возникшее у южной границы Тарховского лесного участка, в его наиболее возвышенной части, поросшей «чистой сосной» [7, с. 23], упоминается в архивных документах конца XIX -- начала ХХ в. как «селение Тарховка» [16, л. 1] или «деревня Тарховка» [17, л. 2], расположенная в 23 верстах к северу от столицы и в трех верстах к югу от селения Сестрорецк. В 1894 г. владельцем одного из участков в Тарховке стал известный общественный деятель и предприниматель инженер-механик отставной поручик П. А. Авенариус, официально зарегистрированный в этот период на жительство в Санкт-Петербургской губернии по Шлис- сельбургскому тракту в селе Александрове [5, с. 133].
В историю петербургской градостроительной культуры Петр Александрович Авенариус (1843-1909) вошел как вдохновитель, устроитель и непосредственный руководитель разработки и реализации двух крупномасштабных проектов, давших мощный импульс к преобразованию бывших земель Сестрорецкого оружейного завода в конце XIX -- начале ХХ в. [5, с. 132-137]. Речь идет о строительстве «Приморской Санкт-Петербурго-Сестрорецкой железной дороги с ветвями» (18881900-е) и создании Сестрорецкого курорта (1898-1900). Эти объекты стали образцами успешного воплощения прогрессивных для своего времени идей в сферах градообразования, социального функционирования, строительных материалов и технологий, благоустройства, здравоохранения и медицинской реабилитации.
Регулярное железнодорожное сообщение со столицей Российской империи в короткий срок превратило окрестности Сестрорецка в популярную у петербуржцев и жителей иных регионов страны дачную местность с высоким качеством архитектурно-ландшафтной среды, сформированной по дачно-аграрному и дачному типам, развитостью социально-градостроительной инфраструктуры и надежностью коммуникационного каркаса, а также наличием благоустроенных общедоступных рекреационных зон. Создание же Сестрорецкого курорта на бывших землях Сестрорецкого оружейного завода должно было, по убеждению П. А. Авенариуса и его единомышленников (министра государственных имуществ и земледелия А. С. Ермолова, лейб-медика Л. Б. Бертенсона, профессора С. Г. Войслова (Войслава) и др.) [5, с. 135], привлечь в эти дотоле пустынные места еще большее количество отдыхающих и, следовательно, повысить рентабельность всей системы «сестрорец- ких» железных дорог.
Строительные работы по прокладке «Приморской Санкт-Петербурго- Сестрорецкой железной дороги» начались в 1892 г. Эта ветка стала функционировать с 12 июля 1894 г., когда состоялось торжественное открытие первого «участка от Узловой до Лахты» [18, с. 210]. «31 октября началось “правильное” регулярное движение пассажирских поездов до деревни Лисий Нос и 26 ноября до Сестрорец- ка» [18, с. 211]. До деревни Тарховки, расположенной между Лисьим Носом и Се- строрецком, трасса железной дороги проходила по земельным участкам, состоявшим в частном владении. Поэтому П. А. Авенариус как председатель правления «Акционерного общества Приморской Санкт-Петербурго-Сестрорецкой железной дороги» заключал от его имени договоры на аренду участков, занятых полосой отвода одноколейки 15 октября 1893 г. П. А. Авенариусом был подписан договор с владельцем имения Лахта гра-фом В. А. Стенбок-Фермором, по которому последний предоставлял землю в пользование Примор-ской ж. д. сроком на 60 лет с оплатой по 25 руб. в год за десятину [16, л. 25 об.]; 1 сентября 1894 г. был заключен контракт об отдаче земли в аренду для Приморской ж. д. с Н. К. Брунер (по первому браку Ватутиной), владелицей земли, расположенной к югу от имения Пелехина в Тарховке [19, л. 8].. Железнодорожный полустанок в Тарховке также предстояло обустроить на частновладельческом участке, арендованном целевым образом. Далее от деревни Тарховки до селения Сестрорецк рельсовые пути прокладывались по казенным землям Сестрорецкого лесничества [20, с. 51]. Дабы находиться ближе к месту строительства очередного участка железной дороги и попутно решить проблему устройства полустанка, в 1894 г. П. А. Авенариус приобрел два земельных участка: один из них находился в Сестрорецке Участок в Сестрорецке на пересечении Крестовской ул. и Дубковского шоссе площадью 371 кв. саж. был приобретен П. А. Авенариусом за 5000 руб. по купчей крепости, совершенной 2 мая 1894 г. [17, л. 56, 58 об. -- 59]., другой -- непосредственно в Тарховке. Последний был куплен у Н. А. (?) Букловского Возможно, речь идет о петербургском купце Николае Антоновиче Букловском, од-ном из подрядчиков, участвовавших в работах на строительстве Приморской железной дороги [16, л. 13 об.]. Участок П. А. Авенариуса в Тарховке был заложен 17 октября 1902 г. Сумма залога составила 8000 руб. [17, л. 3 об., 16]. за 3000 руб.: купчая крепость была совершена 16 ноября 1894 г. [17, л. 56]. Площадь земельного участка, по форме близкого к прямоугольнику, составила по документам 1587 45/48 кв. саженей (по обмеру 1900 г. -- 1800 кв. саженей, или ок. 0,82 га) [20, с. 62, 63]. Согласно датированному 1900 г. фиксационному плану [21, л. 33, 34], на «пустопорожнем» участке П. А. Авенариуса вдоль западной границы протяженностью 30 саженей (ок. 64 м) была размещена деревянная платформа железнодорожного полустанка «Тарховка». Вдоль северной границы землевладения протяженностью 60 саженей (ок. 128 м) проходила трасса будущего Тарховского шоссе (обозначена как «улица»), отделявшая его от участка «крестьян Вейялане и Рятте» и смежного с ним участка «госпожи Абакумовой», относившихся к деревне Тарховке [20, с. 63]. На северо-востоке тарховское «имение» П. А. Авенариуса граничило с казенными землями «Сестрорецкой лесной дачи», а с южной и юго-восточной сторон к нему примыкали «владения Пелехина» [20, с. 63]. План был выполнен в связи с намерением П. А. Авенариуса заложить свой земельный участок в Санкт-Петербургском обществе взаимного кредита11.