он (объект) конкретизируется, приобретает определенность и становится предметом научной дисциплины.
Предмет науки избирателен, он зависит не только собственно от объекта, но и от субъекта. Избирательность предмета обусловлена ограниченными возможностями субъекта (познать объект полностью невозможно, так как сам объект — реальность — не имеет границ, с другой стороны, жизнь человека, его познавательные возможности всегда дают неполное знание, огрубляющее действительность). Эта избирательность зависит от накопленного обществом уровня знаний, от потребностей общества в изучении объекта (определенной его стороны), от возможности применить знание на практике, от финансирования науки. Не в последнюю очередь предмет науки зависит от предпочтений субъекта, что можно выразить понятием парадигма (Т. Кун), под которой разумеются: научное направление того или иного научного сообщества, избираемые методы познания, ценности и регулятивы, разделяемые данным научным сообществом. Так, сегодня в юриспруденции можно выделить три конкурирующие парадигмы: естественно-правовая (право — это неотчуждаемые субъективные права человека), позитивистская (право — это совокупность норм, изданных государством) и социологическая (право — это фактические общественные отношения, или правосознание). Предмет юридической науки у этих парадигм различается, хотя объект один.
В самом общем виде предмет истории политических и правовых учений образуют политические и правовые теории прошлого, взятые в их генезисе, историческом развитии и в связи с современностью.
Что же представляют собой политико-правовые учения прошлого? Их можно рассматривать под разным углом: как форму мировоззрения, как форму политического и правового сознания, как форму познания, как форму политической и правовой культуры.
Предмет истории политических и правовых учений, в отличие от предмета других юридических и исторических дисциплин, представляет собой двойную рефлексию, или наблюдение наблюдателя. Первая рефлексия (первое наблюдение) — это учения о государстве и праве Платона, Аристотеля и других мыслителей, отраженные в теории. История политических и правовых учений — это вторая рефлексия над этими теориями с позиций сегодняшнего дня. Поэтому предмет истории политической и правовой мысли более субъективен, более зависим от критериев оценки субъекта, от его интерпретации, по сравнению с предметом других юридических дисциплин.
10
Предмет истории политических и правовых учений можно конструировать по нескольким критериям: например, по историческим эпохам — история политических и правовых учений Древнего мира (античности), Средних веков, Нового времени, современного общества; возможен подход тематический — наиболее актуальные темы (идеи) в их развитии от Древнего мира до наших дней. Именно такой (второй) подход и представлен в настоящем пособии, поскольку перечислить всех мыслителей прошлого, сказавших что-либо о государстве и праве, нет никакой возможности, да и большого смысла. Значительно важнее представить историю политических и правовых учений целостно, чтобы предмет репрезентативно отражал объект.
1.3.Методология истории политических
иправовых учений
Методология науки — это принципы и методы познания объекта, а также способы организации научного знания. Конкретные методы (способы) познания обусловлены принципами науки, господствующими в определенную историческую эпоху и, в свою очередь, вытекающими из культуры этой эпохи. Современные принципы науки (характерные для всех научных дисциплин без исключения) содержат в «снятом» виде, заимствуя, условно говоря, «все лучшее», приобщая это к новому содержанию методологии и отбрасывая «все худшее», принципы предшествующих эпох.
Принцип науки (познания и систематизации знания) — это господствующий в определенный исторический период и обусловленный культурой этого периода и предшествующих эпох способ фиксации «бытия порядка», отношение между «словами» и «вещами», на основании которого строятся свойственные этой эпохе способы восприятия, познания, практики, фиксирования накопленного знания, порождения отдельных идей и концепций. Именно так определяет М. Фуко эпистему (от греч. episteme — знание), задающую интеллектуальный консенсус исторической эпохи. Историю можно описать как смену эпистем.
В античности, где складываются предпосылки современной науки и истории политических и правовых учений, эпистемой является целостное восприятие действительности, или космизм.
Космизм олицетворяется идеей естественного (космического) порядка, подчиненного закону. Закон устанавливает для всех составляющих природу элементов (стихий) порядок, в соответствии с которым ни один элемент не может осуществить свою власть над другим, но подчиняется целиком и полностью целому —
11
космосу. Для античного ума понять предмет — значит превратить хаос в космос, в упорядоченное, эстетически значимое бытие. Античный космизм означает тождество бытия и мышления, законов природы и человеческих законов, нерасчлененность знания (все — философия, любовь к мудрости). Главные темы античности — космос, хаос, судьба.
ВСредние века господствует эпистема выводного (дедуктивного) знания. Знания дедуцируются из аксиом — истин, зафиксированных в Священном писании, или из других догм (например, римского права, выраженного в Кодексе Юстиниана). Способ выведения — дедуцирования — представляет собой схоластику: исследование всегда начинается с классического текста и ставит своей непосредственной задачей не сопоставление его с действительностью, а только правильное истолкование, систематизацию, комментирование, устранение встречающихся пробелов
ипротиворечий. Средневековая эпистема выражается также в символизме — приоритете умозрительного мира над предметным. Кто владеет словом — тот владеет властью — девиз Средних веков.
ВНовое время складывается классическая эпистема, основанная на индукции, т. е. движении мысли от частного к общему. Такая эпистема основывается на практике, вытекает из практических нужд человека и нацелена на преобразование практики. Отсюда атомистическое понимание общества (в отличие от холизма Платона), механистическая картина мира, рационалистическая теория естественного права и договорная теория государства, политические идеи просветителей.
С середины XVIII по середину XIX в. усилиями немецкой классической философии доминирующее положение в общественном сознании эпохи (переходного периода между Новым временем и эпохой индустриального общества) занимает диалектическая эпистема. Диалектика стремится рассматривать объект в становлении, в развитии из его зародышного состояния, состоящего в реализации заложенных в него потенций, до полного их раскрытия. Источником развития являются противоречия (тезис и антитезис). Формой развития выступает «снятие» — отбор (селекция) историей всего лучшего, прошедшего проверку временем. Важным моментом диалектической эпистемы выступает принцип тождества бытия и мышления, который представлен либо в панлогизме, либо — более мягкая форма — в тождестве диалектики, логики и теории познания. Вершиной диалектики является метод восхождения от абстрактного к конкретному: от чувственно данного к абстрактному определению предмета и от не-
12
го — к конкретному во всей полноте предмета, во всех его связях и отношениях. Но этот метод не дан сам по себе, а требует наполнения дедукцией и индукцией, синтезом и анализом и т. д.
В середине XIX в. доминирующее положение занимает позитивистская эпистема, требующая отбросить спекулятивную диалектику и изучать действительность лишь по внешним ее проявлениям. Позитивизм переживает три стадии: зарождение, стадию физикализма (эмпириокритицизма) и логического позитивизма. Именно в рамках последнего была предпринята попытка построить единый непротиворечивый язык науки, позволяющий безошибочно определять любое суждение как научное или ненаучное (программа Гилберта). Но сами позитивисты (Гёдель, Тарский) доказали невозможность ее реализации — оказалось невозможным формализовать даже арифметику, а более содержательные системы — тем более. Поэтому с середины XX в. позитивизм перестает занимать доминирующее положение на научном Олимпе.
На смену позитивизму приходит системный подход. Для познания объекта оказалось недостаточным выявить его внешние признаки, как и недостаточно выявить структуру — элементы, из которых состоит система, и связи между ними. В биологии было замечено (а затем распространено на все другие науки), что целое (система) больше (или, по крайней мере, не равно) суммы свойств элементов, из которых это целое состоит. Поэтому в системе главное не структура, а функции, точнее — генеральная функция системы как целого относительно среды (окружения). Но структурно-функциональный анализ в рамках системного подхода (особенно в социологии) обнаруживает серьезные недостатки: он ориентирован на бесконфликтность, гомеостазис (равновесие системы и среды), хотя в реальности современное общество скорее конфликтная, а не равновесная система.
Конец XX в. ознаменован эпохой постиндустриального общества. Главное отличительное свойство современности, особенно наглядно проявляющееся в культуре, — отказ от монополии на истину, признание альтернативности, дополнительности, вероятности. Поэтому о какой-то единой эпистеме говорить не приходится. Наиболее влиятельными подходами современной философской мысли можно считать феноменологию, акцентирующую внимание на значениях, возникающих в обыденном мире человека, и герменевтику — метод интерпретации текстов. Отличительный признак современной науки — включенность субъективной деятельности в содержание знания.
13
Таковы эпистемы — принципы познания, являющиеся предпосылкой конкретных исследований, формирующие «исследовательские программы». Конкретные исторические исследования политических и правовых учений используют конкретные методы познания: монографический, биографический, археологический, статистический, лингвистический, метод изучения документов и т. д. Результаты исследований интерпретируются с точки зрения принятой данным ученым (научным сообществом) парадигмы. Так происходит «перевод» конкретных исследований (методов) в теорию (принципы) и наоборот.
1.4. Критерии научности и структура истории политических и правовых учений
Традиционно под наукой понимаются система знаний, деятельность по производству этих знаний, социальный институт, академическая система. Каждая эпоха вырабатывает свою эпистему, которая включает в себя и критерии научности знания. Они не заданы раз и навсегда, а меняются от эпохи к эпохе, от эпистемы к эпистеме. Критерии научности знания могут быть сведены к практическим и логическим. Критерием истины выступает практика, но лишь в конечном итоге: не всегда возможно соотнести какое-либо знание с практикой. При этом реальность, с которой соотносится знание, не дана сама по себе, но устанавливается в человеческом языке, мыслях, понятиях и есть не зеркальное ее отражение, но весьма огрубленное. Однако остается неизменным утверждение, что главным критерием научности является возможность применить эти знания на практике, служить решению социальных проблем. Логическими критериями являются непротиворечивость, полнота и независимость, характеризующие знание с позиций его формальной адекватности, стройности, совершенства внутренней организации.
Архитектоника науки может быть показана тремя ее уровнями: философским, теоретическим и эмпирическим. Философский уровень — это наиболее общие понятия науки, которые вырабатываются не в рамках этой научной дисциплины, а в метанауке — на стыке философии и данной науки. Так, понятия «государство», «право», «политика», «исторический процесс» и некоторые другие фундаментальные понятия формируются не историей политических и правовых учений (и не теорией государства и права), а социологией. На философском уровне определяется предмет этой научной дисциплины, принципы познания (приложение эпистемы к этой дисциплине) и критерии оценки практики.
14