Болезни индигенного населения Якутии в фотопроектах конца XIX первой трети ХХ века
Лена Борисовна Степанова
Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН (г. Якутск, Россия)
Тема болезней индигенного населения северной национальной окраины России, а также изучения сведений в области народной медицины и целительных практик в течение длительного периода относилась к табуированной части знаний. В начале ХХ в. происходит перелом в визуальной культуре региона, когда картина болезней была выражена посредством фотокамеры и стала достоянием общественности. Появляются работы фотографов, документирующих ход такого опасного заболевания, как проказа (инфекционное заболевание, обычно вызываемое кислотоустойчивой бациллой Mycobacterium leprae, характеризующееся поражением кожных покровов и периферической нервной системы человека). Целью исследования является изучение внешних факторов, повлиявших на генезис «медицинской» серии визуальных образов населения северо-востока Азии. Методология исследования построена на культурно-историческом анализе событий, предваривших её появление и последующее применение в медицинской практике с целью документирования хода болезней в уже советский период. В статье представлены результаты краткого обзора предыстории появления «медицинского» направления в этнографической фотографии Якутской области. Определен круг фотографов Якутской области, где нашли отражение сюжеты, иллюстрирующие болезни, от которых страдало местное население. В начале ХХ в. кадры лечебных практик и шаманских камланий для исцеления запечатлены в фотопроектах И. В. Попова и А. П. Курочкина. В 1920-1930-е гг жанр «медицинской фотографии» представлен работами врача-эпидемиолога Т А. Колпаковой, военного врача-хирурга Е. А. Дубровина, неизвестного с инициалом «Д», работавших в составе медицинских отрядов Комиссии по изучению производительных сил ЯАССР (КЯР) АН СССР и Наркомата здравоохранения РСФСР Опыт изучения данной темы служит наглядной иллюстрацией специфики региона и в некотором роде служит подтверждением выводов, сделанных участниками многочисленных экспедиций, исследовавшими инородческое население Якутской области и прогнозировавшими его неизбежное вымирание в будущем.
Ключевые слова: медицинская антропология, антропология болезни, визуальные исследования, индигенное население, визуальный текст, визуальные источники
Lena B. Stepanova, Institute for Humanities Research and Problems of Indigenous Studies of the North, Siberian Branch, Russian Academy of Sciences (Yakutsk, Russia). Diseases of the Indigenous Peoples of Yakutia in Photo Projects of the Late XIX First Third of the XX Centuries
Disease theme of indigenous population of the Northern national outskirts of Russia, as well as the study of special knowledge in the field of traditional medicine and healing practices, for a long time belonged to the taboo part of knowledge. However, at the beginning of the twentieth century, there was a turning point in the visual culture of region, when the picture of diseases was expressed through the camera and became public. There are works of photographers documenting the course of the most dangerous diseases, such as leprosy and external manifestations of mental disorders. The aim of this study is to study external factors that influenced the genesis of the “medical” series of visual images of the population of Northeast Asia. The research methodology is based on a cultural and historical analysis of the events that preceded its appearance and subsequent application in medical practice in order to document the course of diseases in the Soviet period. This article presents the results of a brief review of the prehistory of the “medical” direction in ethnographic photography of the Yakut region. The circle of photographers of the Yakut region is defined, where stories illustrating the diseases that the local population suffered from are reflected. At the beginning of the twentieth century, footage of medical practices and shamanistic rituals for healing were presented in the photo projects by I. V. Popov and A. P Kurochkin. In the 1920s-1930s. the genre of “medical photography” is represented by the works of the doctor-epidemiologist T A. Kolpakova, military surgeon E. A. Dubrovin, unknown with the initial “D”, who worked in the medical detachment of the Commission for the Study the Productive Forces of the Yakut Republic (CYR) The Academy of Sciences of the Soviet Union and the People's Committee the Health of the Russian Soviet Federative Socialist Republic. The experience of studying this topic serves as a clear illustration of the specifics of the region and in some way confirms the conclusions made by the participants of numerous expeditions that studied the foreign population of the Yakut region and predicted the inevitable extinction in the future.
Keywords: medical anthropology, anthropology of disease, visual research, indigenous people, visual text, visual sources
Введение
Фотография с момента своего появления стала рассматриваться как инструмент визуализации процессов наблюдения и исследования. В медицине она применялась для объективного документирования болезни или состояния пациента. Её возможности особенно широко использовались в первую очередь для фиксации прогрессирования болезней. Причём первые изображения больше походили на портреты, чем на клиническую документацию [1]. Преимущество фотографической визуализации заключается в том, что она показывает реальные условия. Пациентов фотографируют в их реальном окружении, раскрывая одновременно их социальный образ [2, с. 227]. В ХХ в. появляется чёткое различие между исследовательской фотографией и клинической «медицинской фотографией», которая должна была быть объективной, а не художественной или творческой. В настоящее время к категории визуализации болезни исследователи относят любое визуальное воссоздание недуга или опыт его переживания: иллюстрированные книги по анатомии, фотографии хирургических процедур, снимки пораженных участков тела и их изменение в процессе протекания болезни.
В зарубежной историографии существует подход к фотографической визуализации болезней для фиксирования медицинских методов, хода кожных и редких заболеваний. Отдельному изучению подвергается эпистемический статус научно-технических изображений (рентгеновские снимки, снимки УЗИ и т. п.), т. е. любое визуальное воплощение болезни обладает специфическими функциями и открывает новые возможности познания в процессе его изучения» [3, с. 23]. Одновременно с появлением значительного массива клинических фотоколлекций возникает вопрос конфиденциальности и ограничения широкого доступа. Особенности изучения «медицинской фотографии» в этнографических и медицинских исследованиях раскрываются с позиций этичности использования и принципов защиты изображений [4, с. 84].
Разочарование от системы организации медицинской помощи в современном обществе привело к возникновению интереса к оригинальным лечебным стратегиям, духовным практикам и ритуалам прошлого. Этому немало способствовала популяризация эклектичных техник в стиле нью-эйдж, суммировавших в себе универсальные архетипы шаманизма, характерные для всех культур (изменённое состояние, шаманское духовное путешествие, трёхуровневая вселенная, шаманская болезнь и др.). Появились научные работы, где учёные исследуют способности человека по применению собственных духовных сил для исцеления [5; 6, с. 201]. Существуют междисциплинарные исследования в области этики культурной компетентности и применения специальных народных знаний и целительных практик шаманизма в лечебной практике западной медицины. Поиск учёными новых направлений и трансформации научно-исследовательской стратегии иллюстрирует устойчивый интерес зарубежных исследователей к опыту неинституционализированных небиомедицинских традиций индигенных сообществ. Тема визуализации болезни в отечественной историографии представлена в работах исследователей медицинской тематики [7-9]. Наиболее демонстративными для визуальной интерпретации исследователи отмечают разделы медицины дерматокосметологии и ревматологии, проявления заболеваний которых расцениваются как патогномоничные [8, с. 96].
В конце XIX в. с развитием фотодела в Якутской области появились первые опыты в области визуального фиксирования с целью проведения анализа смертности и выявления наиболее опасных заболеваний среди местного населения. Хронологическим рубежом, разделившим проблему освещения данной темы в средствах массовой информации и в дальнейшем в авторских визуальных проектах фотографов, стал приезд в Якутскую область в 1891 г. английской сестры милосердия Кэт Марсден. События, связанные со строительством Вилюйского лепрозория, открыли медицинское направление в визуальном нарративе Якутской области. Его интерпретация является интересной областью для анализа исторических событий, которые послужили причиной их появления в качестве особенного направления в визуальной культуре региона. В контексте предпринятого исследования фотография выступает в качестве нового инструмента, раскрывшего реалистичный срез состояния системы здравоохранения и качества оказываемой медицинской помощи на Севере. Целительные практики шаманизма и знахарства населения северо-востока Азии, их представления о здоровье и происхождении болезней, о теле, душе и витальных способностях исследователи склонны интерпретировать, основываясь в том числе на теории об особых психоментальных свойствах человека северных широт. По их мнению, секрет целительских способностей северных шаманов заключался в их особенной чувствительности и невероятном владении навыками в области построения и произношения интуитивных текстов-шифров, меняющих ход болезни, вплоть до полного излечения [10, с. 139-- 141; 11, с. 13-14].
Визуальная репрезентация болезней стала одним из элементов программного исследования населения, начиная с эпохи академических экспедиций XVIII в. С позиций самих носителей культуры, включая применение обрядовой практики для процедуры исцеления, объяснялось происхождение и причины болезни, её переживание и лечение, восприятие человеческим телом. К этому же периоду относится первые опыты визуальной фиксации шаманских камланий. Это работа экспедиционного художника Л. А. Воронина «Якутский шаман призывает духов для излечения больного», участника экспедиции И. И. Биллингса Г. А. Сарычева (1785-1794), организованной по Указу Екатерины II. Художник побывал в том числе на территории северных районов современной Якутии. Материалы этой экспедиции были опубликованы только в начале XIX в.
Медицинские доктора, которые надолго или даже навсегда оставались в Якутии, не ограничивались только лечебной работой и посвящали своё время изучению народных практик исцеления. Они же стали авторами трудов, касающихся вопросов медицины Рукописный фонд Архива Якутского научного центра Сибирского отделения РАН (РФ АЯНЦ СО РАН). Ф. 5. Оп. 1. Д. 85. Кротов М. А. Участие местных жителей в географических открытиях и изучении Якутии до Октябрьской революции. Август 1931 г.; поступил в 1944 г. 19 л. Л. 14-15.. Среди исследователей современник декабристов доктор А. Уклонский, проживавший в Вилюйске и опубликовавший в 1841 г. «Краткие медико-топографические и частью статистические замечания о Вилюйском округе Якутской области»; И. Петухов, работавший в 1860-1870-х гг. в Якутске, автор статей «Желчный тифоид в Якутске» и «Какие причины ограничивать приращение население г. Якутска»; ветеринарный врач И. В. Попов и др. [12, с. 80]. Им же принадлежит трагичный прогноз о неизбежном вырождении «инородческого» населения. В отчётах на основе своих наблюдений они констатировали, что инородцы беспомощны перед «северными» болезнями (цинга, ревматизм и болезни глаз), но в первую очередь они страдают от ужасного санитарно-гигиенического состояния своего жилья и венерических заболеваний, а стационарный характер эпидемий тифа, оспы и скарлатины только повышает статистику смертности.
Актуальность темы исследования определена проблемой применения визуальных методов исследования для изучения, анализа и составления клинической картины болезней, распространённых только среди индигенного населения, живущего за Полярным кругом. К сожалению, полная картина существовавших у населения северо-востока Азии в досоветский период целительских практик и представлений, связанных с ними, до сих пор остаётся неясной. Между тем система здоровьесбережения и целительных практик местных знахарей и шаманов, включая магико-обрядовые практики, рассматривалась в российской этнографической науке. Она как одна из моделей этнического поведения входила в качестве объекта изучения во многие научные программы рубежа XIXХХ вв., включая их этноспецифическую составляющую. Это наглядно прослеживается в рисунках и фотографиях полевых материалов экспедиций рубежа XIX-XX вв. и в материалах медицинских отрядов Наркомпроса 1920-1930-х гг., где сохранилась репрезентативная визуальная картина наиболее распространённых болезней.
Методология и методы исследования
фотография медицинский ритуал
Визуальный нарратив болезней населения Якутии рассматривается в русле исследовательских подходов социальной антропологии. Представлена интерпретация социальной реальности, транслируемой посредством «медицинской» фотографии. Зрительные образы не только воплощают социальный разрез общества, но и представляют собой картину душевных и телесных переживаний.
Результаты исследования и их обсуждение
В XIX в. с появлением технических возможностей фотографии передовая научная общественность приступила к формированию фотографических визуальных образов полиэтничного населения Российской империи. Экспедиционные и местные фотографы рубежа XIX-XX вв., фиксируя повседневный быт коренного населения Якутской области, обратили внимание на фиксацию болезней, связанных с ментальным здоровьем человека. В народных представлениях психические расстройства напрямую связывались с получением шаманского дара, поэтому при отсутствии каких-либо данных относительно болезни, исследователи попытались зафиксировать те элементы, которые лежали на поверхности, итогом стало появление серии фотопортретов шаманов и больных арктической истерий менеряченьем1. Интерес к данной теме со стороны фотографов служит свидетельством внимания общественности. Медицинская психиатрия относит его к культурно и географически обусловленным психопатологиям, ввиду чёткого ограничения арктической истерии границами Полярного круга. Одна из самых репрезентативных по объему экспедиционной фотохроники, Джезуповская экспедиция, также включила в визуальную программу исследований данный вопрос. В ходе его работы, В. И. Иохельсон вместе со своей супругой Д. Л. Бродской, оказывавшие посильную медицинскую помощь юкагирским стойбищам, пострадавшим от эпидемии оспы и голода, не стали фиксировать проявление этой болезни на фотокамеру, хотя материалы экспедиции содержат описание самых распространённых болезней, а также отдельные кадры шаманских камланий на исцеление у коряков и чукчей.
В начале XX в. фотографы Якутской области И. В. Попов Основоположник изобразительного искусства Якутии Иван Васильевич Попов / сост. Д. К. Сивцев Суорун Омоллоон; Национальный художественный музей РС (Я); Ытык-Кельский литературно-художественный музей «Таатта». Якутск: Бичик, 2003. 112 с. С. 84, 88. и А. П. Курочкин Визуальное наследие народов Якутии: фотографический мир А. П. Курочкина (конец XIX начало XX века): каталог / сост. Д. П. Попова, Т Г. Старостина; Якутский государственный объединённый музей истории и культуры народов Севера им. Ем. Ярославского. Якутск: Якутия, 2011. 128 с. С. 94-95. независимо друг от друга, впервые снимают больных Вилюйского лепрозория. Фотография здесь служит документальным свидетельством отклика общественности на социокультурные изменения, которые произошли в обществе. В 1890-е гг. для такой провинциальной окраины, как Якутская область, приезд английской сестры милосердия Кэт Марсдэн подтверждал интерес со стороны международного сообщества к особым медицинским знаниям, которыми условно обладали северные локальные сообщества, включая особые свойства местной флоры, способной противостоять необратимым изменениям в организме, которую вызывала проказа. Безусловно, события, связанные с изучением проказы, стали причиной для пересмотра обществом своего отношения к этой категории больных, заметно улучшилось содержание лепрозориев, организовали постоянную медицинскую помощь для облегчения состояния больных проказой. В визуальной культуре региона эта тема открыла «медицинскую» серию фотографий (рис. 1).