"Белый голубь со снежинкой на крыле": штрихи к творческому портрету Алексея Дмитриевича Букулова (К 100-летию со дня рождения)
И.В. Мамиева*
Аннотация
В статье прослежены основные этапы литературной деятельности А.Д. Букулова. Через призму эволюции творчества, в контексте динамики исторических, идеологических, социокультурных трансформаций в обществе рассмотрены проблематика и особенности индивидуального стиля автора, элементы нарративных стратегий, новаторство в области романной поэтики. Особое внимание уделено малой прозе писателя в последний период жизни, отмечены острая актуализация вопросов нравственности и гуманизма, акцентированное изображение этноментальных черт персонажей в аспекте мотивированности их действий и поступков.
Ключевые слова: А.Д. Букулов, вехи жизни, этапы творчества, мотивно-тематический комплекс, гуманистическая проблематика
"WHITE DOVE WITH SNOWFLAKE ON THE WING" (Sketches for the creative portrait of Alexey Dmitrievich Bukulov)
I. V Mamieva
PhD, Associate Professor.V.I. Abaev North Ossetian Institute for humanitarian and social studies, Vladikavkaz scientific center of the RAS.
The article traces the main stages of the literary activity of A.D. Bukulov. Through the prism of the evolution of creativity, in the context of the dynamics of historical, ideological, socio-cultural transformations in society, the problems and features of the author's individual style, elements of narrative strategies, innovation in the field of novel poetics are examined. Special attention is paid to the small prose of the writer in the last period of his life, the acute actualization of issues of morality and humanism, the accentuated depiction of the ethno-mental traits of the characters in the aspect of the motivation of their actions and deeds are noted. литературный проза персонаж
Keywords: A.D. Bukulov, milestones of life, stages of creativity, motive-thematic complex, humanistic problems.
"Знаю Алексея 55 лет и никогда ни на йоту в нем не усомнился. Я тут подумал как-то: с чем можно сравнить благородство и святость его души? И представилось мне: ясным зимним утром парит в выси белый голубь, вдруг с неба упала снежинка и опустилась на птичье крыло... Снежинка на крыле сверкающего белизной голубя! - ничего не знаю чище, и, может быть, это сравнение позволит мне отобразить возвышенную красоту души Алексея..."Родился будущий писатель в сел. Валитикау Южной Осетии. Н. Джусойты образно обыгрывает знаковые детали и этого события. Подобно нарту Батрадзу, Алексей - племянник древнего рода Бы- цента. А на свет появился 8 июня 1920 года - ровно в тот исторически памятный день, когда повстанцы на юге Осетии выступили против меньшевистского правительства Грузии, мужественно и дерзко провозгласив советскую власть "от Она до Душета". В русле восприятия корифея осетинского литературоведения зададимся и мы вопросом: нет ли воли провидения в том, что апофеозом творчества А. Бу- кулова стал роман "Песня осталась жить" с легендарным Антоном Дриаевым в центре - знаменем революции 1905 года в Южной Осетии?..
Цель данной статьи - обозреть долгий творческий путь Алексея Дмитриевича Букулова (19202010): от первых шагов до всеобщего признания.
Выпускник Сталинирского педагогического училища (1940), он лишь полгода успел поработать * Мамиева Изета Владимировна - к. ф. н., доцент, старший научный сотрудник СОИГСИ 3десь и далее перевод с языка оригинала наш. - И. М. [1, с. 3] - такова поэтическая рецепция личности художника его соратником по перу, Нафи Джусойты.
Но как же непроста и трагична была судьба Алексея Дмитриевича Букулова - человека голубиной чистоты и незлобия!.. заведующим Чкараульской начальной школы и по совместительству - учителем, после чего был призван в ряды Красной Армии. Службу проходил на Украине, где и застала его Великая Отечественная война. В течение трех месяцев участвовал в оборонительных сражениях в направлении от государственной границы до Винницы. Измотанные в тяжелых боях остатки воинской части, где он сражался, попали здесь в окружение, а затем и в плен. Вплоть до 1944 года Алексей находился в лагере для военнопленных в Румынии, после освобождения узников Красной Армией он снова - на передовой линии фронта. В апреле 1945 года на земле Австрии получил тяжелое ранение: пуля, проломив четыре ребра, прошла через легкое навылет. Госпитальные врачи, девять месяцев боровшиеся за жизнь бойца, смогли поставить его на ноги; домой Алексей вернулся лишь в 1946 году [1, с. 3].
С того времени трудился в органах печати: корректором в книжном издательстве, в редакциях газеты "Коммунист" и журнала "Фидиуаг". В периодике начали появляться его рассказы и очерки. Казалось, отошли в прошлое испытания войны, тяготы неволи, долгие месяцы изнурительного лечения... впереди - благополучие и стабильность мирного существования.
Но судьба снова все решила по-своему. В августе 1949 года на улицах Сталинира (ныне Цхинвал) появились прокламации с призывом защиты и упрочения прав и статуса родного языка. Ничего антисоветского в них не было, однако органы безопасности расценили это как подрывное действие. Весной 1951 года его арестовали по подозрению в участии в якобы вредоносной акции. Через год, когда выявились подлинные авторы листовок, Алексея из тюрьмы не только не выпустили, - напротив, припомнив ему пребывание в плену, осудили на 25 лет.
В 1956 году, отсидев пять лет в колонии строгого режима, А. Букулов был реабилитирован. Возвратившись домой, поступил на историко-филологический факультет пединститута и успешно окончил его в 1960 году. С этих пор деятельность Алексея Дмитриевича так или иначе связана с литературой: в разные годы он - редактор в радиокомитете, ответственный секретарь газеты "Советон Ирыстон" (в течение 12 лет), главный редактор книжного издательства, затем - радиовещания Юго-Осетии, редактор отдела прозы журнала "Фидиуаг".
Редакторская работа не только не мешала, - она способствовала раскрытию собственного творческого дара. Образно выражаясь, первый зеленый "росток" Первая проба пера А. Букулова состоялась в 1939 году когда в сборнике молодых авторов "^взартж" ("Ростки") был опубликован его рассказ "Бесойы цин" ("Радость Бесо"). писательского таланта стал набирать силу и густо выколосился. Перу Букулова принадлежит множество очерков, рассказов, повестей и романов, писал он и критические статьи. В его активе также рассказы и сказки для детей. Но отдельными книгами произведения автора изданы лишь после реабилитации.
Ведущая тема первого сборника рассказов "Уыцы бонтж" ("Те дни", 1957) - героизм и мужество советских воинов, защитников Отечества. Вместе с тем в воспроизведении эпизодов войны уже тогда проявилась характерность почерка Алексея Букулова, а именно: энергичное использование им ситуативных и лексических средств юмора ("Сыгъзжрин джндаг" / "Золотой зуб"; "Фыдбы- лыз" / "Зло" и др.).
Одной из актуальных задач, стоявших перед государством в послевоенные годы, стало восстановление разрушенного войной народного хозяйства. Деятели литературы были призваны своими творениями воодушевлять людей на трудовые подвиги. В основе рассказов "Мжстыгжр лжппу" ("Вспыльчивый юноша", 1956), "Арф уиджгтж" ("Глубокие корни", 1960), "Малхазы ног чындз" ("Невестка Малхаза"), повестей "Царды уалдзжджы" ("На заре жизни", 1960), "Фырдзыт - ждзыт" ("Честолюбец - бесчестен", 1968) А. Букулова лежат конфликты, связанные с решением этой проблемы. Мирный труд показан в них как форма и средство очищения и облагораживания человеческой натуры; морально-этические проблемы, в русле догматических предписаний, решаются в тесной зависимости от "производственной" темы. Довление идеологической схемы весьма ощутимо и в незавершенной трилогии "Хжхты дидинжг" ("Цветок в горах", кн. 1-2. 1962, 1965). Ф. Гаглоев, признанный мастер слова, отмечая стилевую индивидуальность автора, закономерно указывал ему на элементы ложной эпичности, лакировку действительности в романе [2, с. 133].
Своеобразной "отдушиной", дающей возможность проявления творческих потенций художника, явилась галерея портретов различного рода очковтирателей, бездельников и мошенников, выведенная им в произведениях тех лет. Талант сатирического изображения он перенял, по собственному признанию, у маститых собратьев по перу: "Зжгъжм, ахжм амонд мж фжцис, жмж мж чиныгкжсжг райгуырд, жмж мын загъта, фыссын зоныс, зжгъгж. Стжй мж бафарста, чи дын баца- мыдта? Ужд жз зжгъин, Арсен жмж Куыдзжгыл сахуыр джн, кжд исты зонын, ужд..." (Допустим, мне выпало такое счастье, что народился мой читатель и сказал мне: да, дескать, умеешь писать. И спросил затем: кто научил тебя? Тогда бы я ответил: Если умею что-то, то выучился этому у Арсена [Коцоева] и Кудзага [Дзесова]...) [3, с. 217].
В 1970-х годах в творчестве А. Букулова намечается поворот к более глубокому осмыслению аспектов личной жизни персонажей. В ряде повестей - "Зжрджйы хжс, кжнж Дж амонд - джхи" ("Долг сердца, или Каждому свое"), "Былкъахыр амонд" ("Ущербное счастье", 1974) и др. основу сюжета составили нюансы пресловутой любовной геометрии. Благонравие и распущенность, любовь и страсть, доброжелательность и злонамеренность - подобного рода антиномии определяют коллизии произведений, где волевым и принципиальным героям-правдоискателям противостоят морально убогие типы, глухие к голосу совести.
В "Долге сердца..." воспроизводится образ эгоиста и корыстолюбца Беса - предельно расчетливого, склонного продумывать свои действия на много шагов вперед, и в эти его планы не вписываются ни Роза - подруга школьных лет, ни ветреная красавица Джульетта. Во главу угла поставлены исключительно личные интересы: отличница Роза "подтягивает" его, двоечника, по всем предметам, с Джулей он весело проводит время, а женится в конечном счете на Зареме, дочери влиятельной особы.
Через много лет судьба снова сведет их с Розой, и Беса возобновит ухаживания за первой любовью. Расчет в том, что его жена бесплодна, и, изображая пылкую страсть, Беса хочет склонить Розу к рождению для них, для бездетной пары, ребенка. Разумеется, "на весьма выгодных основаниях".
А. Букулов проявляет незаурядное мастерство в живописании предельной низости персонажа, в передаче состояния молодой женщины, оскорбленной непристойным предложением. Антитезной параллелью этому предстает понимание верности и долга, нравственности и душевной доброты Созуром, пронесшим неразделенную любовь к Розе через всю свою жизнь.
В центре второй повести - Барысби, человек "перекати-поле", который мечется между русской девушкой Оксаной, ухаживавшей за ним в госпитале, и своей довоенной невестой-односельчанкой. Верхом безответственности и цинизма служит письмо, присланное им повторно покинутой Таисии: "Вспоминай испытанный нами сладкий миг счастья. А там - как знать? - дни бегут и благодать с собой несут... Я не собираюсь остаться здесь..." Характер Барысби обрисован художественно убедительно и узнаваемо. Типы, подобные ему, действительно, на склоне лет, брошенные всеми, возвращаются к тем, кого предали в молодости, и ищут у них сочувствия. Настораживает лишь некий нюанс позиции автора, а именно склонность списывать на "так сложившиеся обстоятельства" бездумное следование за изменчивыми желаниями сердца.
Схожее положение в "любовном треугольнике" находим в повести "Цы рцыди, цы не `рцыди" ("Что было и чего не было"). Махамат всеми помыслами, всем сердцем с Антониной. Но переступить черту ему не позволяют ответственность перед семьей и принятые в обществе нормы поведения. Нельзя не заметить, однако, потенциальное присутствие в герое свойств психологического склада предыдущего типажа, и мы невольно задаемся вопросом: а если бы Антонине настойчивость медсестры Оксаны, не повторилась ли бы уже известная нам ситуация?..
Не исключаю, впрочем, что именно недосказанность образа, незавершенность сюжетной интриги могли способствовать популярности вышеназванных произведений. Но большей частью читательская аудитория Алексея Букулова формировалась благодаря обращенности автора к внутреннему миру героев, "доверительным отношениям" с ними. Писатель зачастую предельно сокращает дистанцию между субъектом изображения и собой, входит с ним в диалогический контакт. Разделяем мнение Ф. Гаглоева: эту особенную тональность письма - проникаться печалями и думами своих персонажей, обеспокоиться их судьбой, "входить в положение" и даже наставлять на ум - в осетинскую литературу впервые ввел Букулов [2, с. 10].
1980-е годы значительно ослабили давление соцреалистического канона, расшатали тенденции унификации эстетического творчества. Художественная словесность не преминула отозваться на эти процессы динамикой жанрово-стилевых исканий. В означенное время новой ступенью роста писателя стал роман-дилогия "Заржг баззади цжргайж" ("Песня осталась жить" - кн. 1. - 1980; кн. 2. - 1988). Изменения в нарративных стратегиях выразились в том, что повествование всецело изобразительно, автор не выходит за рамки сознания героев. Полностью скрывшись за судьбами персонажей, за воссоздаваемой действительностью, Букулов как бы доверяется ее убедительности, предоставляя ей возможность говорить самой за себя. Важный принцип структуры произведения - в нем нет ничего второстепенного, малозначащего, о чем можно бы было упомянуть в нескольких словах. Поэтому и эпизодические лица, лишь походя мелькнувшие в многочисленной толпе романного мира, обретают подлинную жизненность, выступают как своеобразные и интересные типажи (кузнец Миха, адвокат Гуриели, Годе).
В центре сюжета, как уже сказано, - образ революционера Антона Дриаева, геройски погибшего в октябре 1905 года в одном из боев с царскими карателями. Первая книга рассказывает о событиях, далеко отстоящих от того времени. Писатель задается целью проследить истоки социального возмужания исторической личности, осмыслить обусловленность характера жизненными обстоятельствами. В обращении к читателю он говорит о тех трудностях, которые стоят перед художником, отважившимся на внутреннее единоборство с фольклорной традицией.