Основу общества составляют производственно-экономические отношения, которые К. Маркс называет также материальными и базисными. Они являются материальными, поскольку складываются между людьми с объективной необходимостью, существуя вне и независимо от их воли и желания. Чтобы существовать, люди, ведя коллективный образ жизни, должны вступать в отношения производственной кооперации, хотя могут и не осознавать их характер. Базисными же эти отношения выступают потому, что определяют экономический строй общества, а также порождают и существенным образом влияют на соответствующую ему надстройку. К ней относятся возникающие на данном базисе и обусловленные им политические, правовые, нравственные, художественные, религиозные, философские и другие отношения, а также соответствующие им учреждения (государство, политические партии, церкви и т.д.) и идеи. Эти отношения К. Маркс называет также идеологическими, ибо они складываются на основе обязательного осознания людьми их характера.
Такова системная организация общества в интерпретации К. Маркса, в которой надстройка не пассивна по отношению к базису, но, тем не менее принципиально определяется им. Не случайно в одной из работ К. Маркс отмечает: «Производственные отношения в своей совокупности образуют то, что называют общественными отношениями, обществом…».
Общество как структурно-функциональная система Т. Парсонса. Основатель школы структурного функционализма в американской социологии ХХ в. Т. Парсонс. так же, как и К. Маркс, интерпретируя общество, констатирует важную роль индивидуальной деятельности людей. В своей первой работе он исходит из того, что именно единичное социальное действие, структура которого включает актора (действующее лицо), цели деятельности, а также социальную ситуацию, представленную средствами и условиями, нормами и ценностями, посредством которых выбираются цели и средства, является системообразующим элементом общества. Поэтому общество можно понять как систему социальных действий субъектов, каждый из которых выполняет определенные социальные роли, положенные ему в соответствии с тем статусом, который он имеет в обществе. Здесь значение субъективной стороны социальной реальности очевидно, ибо, как подчеркивает Т. Парсонс, если что-либо и является существенным для концепции социального действия, так это его нормативная ориентация.
Однако в дальнейшем Т. Парсонс начинает использовать в интерпретации общества парадигму социологического универсализма, ориентированную не столько на изучение мотивов и смыслов индивидуальных социальных действий, сколько на функционирование обезличенных структурных компонентов общества - его подсистем. Используя системные представления биологии, он сформулировал четыре функциональных требования, предъявляемых к системам:
- адаптации (к физическому окружению);
- целедостижения (получения удовлетворения);
- интеграции (поддержания бесконфликтности и гармонии внутри системы);
- воспроизводства структуры и снятия напряжений, латентность системы (поддержание образцов, сохранение нормативных предписаний и обеспечение следования им).
В обществе эти четыре функции социальной системы, известные под аббревиатурой AGIL (адаптация - целеполагание - интеграция - латентность), обеспечиваются соответствующими подсистемами (экономика - политика - право - социализация), каждая из которых имеет специализированный характер. Вместе с тем они дополняют друг друга как части единого социального организма, позволяя во имя избежания возможных противоречий соизмерять социальные действия акторов. Это достигается с помощью символических посредников - «средств обмена», в качестве которых выступают деньги (А), власть (G), влияние (I) и ценностные приверженности, обеспечивающие общественное признание и доставляющие удовлетворение от занятия любимым делом (L). В итоге достигается равновесие социальной системы и стабильное, бесконфликтное существование общества в целом.
Общество как результат рационализации социального действия М. Вебера. Известный немецкий социолог и социальный философ конца XIX - начала ХХ в., основатель «понимающей социологии» М. Вебер также исходит из интерпретации общества как субъективно-объективной реальности. Однако в этом процессе для него определяющим в понимании современного общества выступает характер социальных действий индивидов. Понять его -- значит объяснить происходящее в обществе. В этом сущность исследовательского подхода М. Вебера, получившего название методологического индивидуализма. Системообразующим элементом в теоретической модели общества М. Вебера, таким образом, становится социальное действие, которое в отличие от обычных действий человека обладает двумя обязательными признаками - «субъективным смыслом», который придает человек своему поведению и который мотивирует поступки человека, а также «ожиданием», «ориентацией на Другого», представляющей возможную ответную реакцию на предпринятое социальное действие.
Характеризуя социальное действие, М. Вебер выделяет четыре его основных типа, которые встречаются в современном обществе:
- аффективное - основанное на актуальных аффектах и чувствах и определяемое эмоционально-волевыми факторами;
- традиционное - побуждаемое традициями, обычаями, привычками и не являющееся достаточно осмысленным, имеющее характер социального автоматизма;
- ценностно-рациональное - характеризующееся сознательным следованием принятой в обществе или социальной группе системе ценностей, независимо от реальных его последствий;
- целерациональное - определяемое сознательной постановкой практически значимой цели и расчётливым подбором соответствующих и достаточных для ее достижения средств, критерием чего выступает достигнутый успех совершенного действия.
Если в традиционных (доиндустриальных) обществах господствовали первых три типа социального действия, то целерациональное действие является специфическим для западной цивилизации, начиная с XVII-XVIII вв. Приобретая универсальный характер, целерациональное действие ведет к радикальной рационализации всей общественной жизни и «расколдованию мира», устранению ориентации на следование традиционным ценностям как предрассудкам. Формально-рациональное начало конституирует и определяет существование всех сфер общества и деятельности людей - хозяйственно-экономическую деятельность (строгая калькуляция как условие достижения результата), политико-правовые отношения (бюрократия как принцип отлаженного социального управления), образ мышления (жизненный успех как мировоззренческая ориентация).
Стремление преодолеть оппозицию методологического индивидуализма и универсализма характерно для интерпретации общества в концепции коммуникативного действия немецкого философа Ю. Хабермаса, на которого оказали заметное влияние концепции социального действия М. Вебера и Т. Парсонса. Ю. Хабермас выделяет 4 типа социального действия, рассматривая, подобно М. Веберу, общество как результат их рационализации и объективации. Однако, в отличие от М. Вебера, Ю. Хабермас характеризует современное западное общество - общество модерна, как диалектически противоречивое целое, в котором его компонентам соответствуют разные типы социального действия и их рационализация.
В частности, общество модерна состоит из системы и «жизненного мира», которые, в свою очередь, тоже гетерогенны: система включает в себя подсистемы хозяйственной и государственно-управленческой деятельности, между которыми существует постоянная борьба за влияние; «жизненный мир», который можно уподобить гражданскому обществу, также пронизан борьбой между индивидуальной и коллективной формами общежития (стремящимися ангажировать индивидов политическими ассоциациями, негосударственными СМИ, религиозными объединениями и др.). Ю. Хабермас подчеркивает важную роль как системы, обеспечивающей устойчивость и стабильное развитие общества, так и «жизненного мира», инициирующего его модернизацию. Однако эта разновекторность тенденций развития общества опирается на различные типы социального действия. Если система востребует телеологическое действие (аналог целерационального действия в терминологии М. Вебера), то весьма неоднородный и склонный к социальным инновациям «жизненный мир» предлагает опору на коммуникативное действие, нацеленное на достижение взаимопонимания и согласия относительно ситуации действия.
В итоге в теоретической модели Ю. Хабермаса общество эпохи модерна предстает как самоорганизующееся гетерогенное целое, в котором составляющие его части - система и «жизненный мир» - оказываются необходимыми компонентами, обеспечивающими устойчивое развитие социума. В этой модели представлен один из возможных механизмов разрешения естественных для современного демократического общества противоречий, а сама модель демонстрирует принципиальную дополнительность государства, составляющего «ядро системы» и гражданского общества.
Рассмотренные теоретические модели общества соответствуют разным стратегиям исследования социальной реальности, обладают различным уровнем концептуализации и в качестве системообразующих элементов берут различные, представляющимися их авторам значимыми, основания. В результате мы получаем плюралистическую картину общества, в которой каждая из теоретических моделей являет взгляд на общество с определенных концептуальных позиций, но в итоге это позволяет глубже и всесторонне постигать его сущность, которая проявляется в многообразии аспектов его существования.
Задание 35. В 19 веке в споре о пути развития России появилось два направления: западники и славянофилы. Они есть и сейчас. Одни считают, что Россия должна идти своим путём, что Запад нам не указ, что «умом Россию не понять». А другие - что чем скорее мы внедрим в России западные формы экономики и жизни, которые уже доказали свою эффективность на Западе, тем быстрее заживём нормальной жизнью. Каково ваше мнение в этом вопросе?
Столкновение двух разных философских, идеологических подходов к проблеме преобразования России продолжается и по сей день. Столкновение славянофилов и западников - лишь одно из проявлений повторяющегося из века в век противостояния веры и безверия. Мое мнение относительно данного вопроса следующее.
1. Славянофилы справедливо считали, что лишь в Православии пребывает полнота Истины. В нём сила русского народа, который Господь избрал для великой миссии хранения чистоты Православной веры. Справедливо наблюдение славянофилов, что народ, потерявший веру, теряет свою жизнеспособность.
2. Согласна я с тезисом славянофилов о самобытности России, нашей Родины, о которой Ф.И. Тютчев справедливо сказал:
Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать -
В Россию можно только верить!
Да, мы - другие, мы - православные русские люди, мы - народ Божий, мы - наследники тысячелетней великой России; у нас своя, особая, самобытная жизнь, своя дорога к храму.
3. Славянофилы стояли за соборное единство русского общества, которое обеспечивает и процветание государства, и осмысленность личного бытия. И мы должны все силы полагать на возрождение русской соборности, всероссийской общинной жизни.
4. Согласна я со славянофилами и в том, что мы можем пользоваться земными благами, которые даны нам Богом, но не для того, чтобы растлевать себя и окружающих, а для того, чтобы помочь своей душе восстановить себя в первоначальном состоянии божественной чистоты.
5. Мы принимаем критику славянофилами загнивающего Запада, его «ценностей» и идей. Идеи Запада - это идеал гуманизма, то есть отвержения человеком Творца. Сегодня на Западе откровенно богоборческие, христоненавистнические начала. К примеру, еще совсем недавно, лет пять назад, в итальянских школах над классной доской висело Распятие. Теперь Его сняли: Оно, дескать, оскорбляет религиозные чувства учеников, исповедующих другую религию (ислам). Празднование Рождества и Пасхи сводится в Италии в основном к дарению друг другу подарков и обильному застолью. Церкви в Европе пустуют, а некоторые превращены в кафе и даже в цирк для демонстрации аттракционов воздушных гимнастов, как, например, в Голландии. Мы наблюдаем на Западе только стремление к материальному достатку, к земному благополучию.
Поражает безнравственность «общества потребления»: легализация и пропаганда гомосексуализма, однополые браки, практика хирургического изменения пола, эвтаназия, наркомания, жажда обогащения любой ценой, господство псевдокультуры, у которой один лозунг: «Всё на продажу!»
6. Правы были славянофилы, когда утверждали, что западная модель не может быть перенесена на российскую почву, что нельзя нации строить будущее по чуждому её природе плану, без учета особенностей исторического опыта и национального духа: она будет плодотворно развиваться лишь в согласии с заложенными в ней свойствами. Мы, как и предлагали славянофилы, должны двигаться по русскому пути развития, а это значит, что начинать движение к счастью, миру и гармонии надо с покаяния. В наши дни Россия стремится к обновлению, к возрождению её в былой силе и славе. Используя богатый духовно-нравственный потенциал, накопленный многими поколениями.