Статья: Анализ социальных факторов и индивидуально-психологических особенностей лиц, совершивших парасуицид

Таблица 14. Распределения показателя "возбудимость"

Table 14. The distribution of the indicator «excitability»

По показателю «возбудимость» имеются значимые различия между группами суицидального риска в зоне низких и средних значений. Количество пациентов, у которых показатель возбудимости не выражен, в ГЛИВС значимо больше, чем в ГЛССРС (соответственно 67,6% и 32,4%). В свою очередь, тенденция к акцентуации по показателю возбудимости в ГЛССРС значительно более выражена, чем в ГЛИВС (соответственно 52,9% и 23,5%).

Таким образом, для ГЛССРС характерна выраженность индивидуальной черты характера «застревание» (73,5%) и возбудимости (67,6%), в ГЛИВС застревания (58,8%) и низкая «возбудимость» (32,3%), в данных группах отмечается также низкая способность к вытеснению отрицательных эмоций («демонстрация»).

Результаты попарного сравнения групп сведены в табл. 15, наличие связей отмечено серым цветом.

Из таблицы следует, что существует статистически значимая связь между группой сравнения и одной или обеими группами суицидального риска по всем вошедшим в попарный анализ социальным факторам, клинической картине, индивидуально-психологическим и личностным характеристикам. Между группами суицидального риска статистически значимая связь выявлена по уровню мотивации и возбудимости, при этом ГЛИВС статистически значимо отличалось от ГС по социальному показателю - «особенности воспитания, в отличии от ГЛССРС». У лиц, входящих в ГЛССРС, индивидуальная характеристика «возбудимость» проявлялась как черта или акцентуация характера и не была характерна для индивидов ГЛИВС (табл. 12), но при этом группы суицидального риска отличались от ГС низкой способностью к вытеснению («демонстративность»).

Таблица 15. Попарные связи между группами

Table 15. Pairwise connections between groups

Таблица 16. Наличие диагноза из группы F10 и темперамента «флегматик» в ГЛИВС

Table 16. The presence of the diagnosis from the group F10 and the temperament "phlegmatic" in the GPUHLMS

При проведении дальнейшего анализа учитывались данные табл. 8 и 10, в которых доля флегматиков и лиц с диагнозом из группы F10, т. е. с алкогольной зависимостью, в ГЛИВС существенно больше, чем в ГЛССРС (50% против 36,3% для диагноза F10 и 48,6% против 26,9% для темперамента «флегматик»).

Наличие в ГЛИВС большой доли флегматиков и лиц с диагнозом из группы F10 вызывает предположение о том, что лица с данным темпераментом склонны к алкогольной зависимости. В рамках исследуемой выборки данная гипотеза формального подтверждения не находит, что видно из табл. 16.

Как следует из табл. 16, в 20 случаях из 35 (57,1%) наличие (отсутствие) диагноза F10 совпадает с наличием (отсутствием) темперамента «флегматик», в 15 случаях (42,9%) - не совпадает, таким образом, разница не является статистически значимой.

Результаты и обсуждение

Установлено, что попадание в группы суицидального риска (ГЛССРС и ГЛИВС) обусловлено социальными факторами, наличием психических расстройств, индивидуально-психологическими и характерологическими особенностями индивида. Попадание в ГЛИВС определялось преимущественно индивидуальными и характерологическими особенностями индивида (наличием черты характера «застревание» и низкой возбудимости) и практически не зависело от его текущего социального статуса. Среди лиц, входящих в ГЛИВС, преобладали лица, воспитанные в неполной семье («особенности воспитания»).

Проведенное исследование подтвердило значение социальных факторов для формирования суицидального поведения. Невысокий уровень образования, неустроенная семейная жизнь, одиночество, общий низкий социальный статус были характерны для обеих групп социального риска. Данные социальные характеристики особенностей проживания индивида, по-видимому, обуславливают состояние хронического стресса и способствуют формированию суицидального поведения.

Однако различия между группами по степени суицидального риска не были связаны с социальными факторами и почти исключительно лежали в психической и психологической сфере. Для данных лиц характерна низкая способность к вытеснению отрицательных эмоций («демонстративность»), что отличало их от ГС. Негативные переживания возникают в ситуации стресса, обуславливают ощущение тревоги и инстинктивно воспринимаются индивидом как угроза целостности «я», что, учитывая наличие примитивных механизмов психологической защиты (для лиц с чертой характера «возбудимость» характерны повышенная импульсивность и ослабление контроля над влечениями и побуждениями), обуславливает проявление агрессии, которая у лиц ГЛССРС проявлялась во вне (выраженная тенденция к черте характера «возбудимость»), в ГЛИВС - на себя (отсутствует тенденция к черте характера «возбудимость»). Значения показателя «возбудимость» для суицидального поведения подтверждаются и наличием выраженной взаимосвязи (коэффициента Крамера - 0,415), которая по своей значимости уступала только показателю мотивации (0,817) и диагнозу психического расстройства (0,762). Преобладание среди лиц групп суицидального риска лиц со средним и средним специальным образованием косвенно подтверждает преобладание у данных лиц примитивных механизмов психологической защиты.

Из признаков социального характера для ГЛИВС был характерен признак «особенности воспитания», что подразумевало воспитание в неполной семье. Воспитание в неполной семье сопряжено с нарушением базовых потребностей ребенка в безопасности, отсутствием заботы и часто может быть сопряжено с различными видами насилия по отношению к нему, обуславливая нахождение в состоянии хронического

стресса. Проводимые психобиологические исследования стресса выявили ключевую роль «критических периодов» раннего развития, в течение которых травма становится особенно опасной и повреждающей. Механизмы повреждения связаны с прямым действием компонентов гипоталамо-гипофизарно-адреналовой оси (КРГ, АКТГ и кортизола) на мозговые структуры. При этом кортизол в комплексе со своими рецепторными белками выступает как транскрипционный фактор, регулируя работу генома (прежде всего нейронов). Если эти эффекты, затрагивающие геном и меняющие физиологию мозга, возникают на достаточно ранних стадиях развития, то следы этого стресса проявляются в физиологии последующего реагирования на стрессовые ситуации. Уже во взрослом возрасте для таких индивидов характерен дезадап- тивный тип реагирования на неблагоприятные жизненные ситуации - интенсивная тревога, повышенный уровень беспокойства, депрессия и аутоагрессивное поведение. В данном случае у лиц групп суицидального риска были выявлены проблемы с вытеснением и примитивные механизмы психологической защиты.

В ГЛИВС отмечалось также наибольшее количество лиц с темпераментом «флегматик» (48,6%), чертами характера «застревание» и «возбудимость» (преобладали лица, у которых данная черта характера не проявлялась), а также лица с алкогольной зависимостью (50,0%). Застревание на негативных чувствах и наличии трудностей в решении текущих жизненных проблем, свойственное темпераменту «флегматик», может обуславливать злоупотребление психоактивными веществами с целью снижения уровня интенсивной тревоги, что способствует формированию зависимости.

Таким образом, выявленные в результате исследования индивидуальные и характерологические особенности лиц с истинным суицидальным поведением (наличие трудностей в выработке новых форм поведения, «застревание» на чувствах, мыслях, низкая возбудимость, примитивные механизмы психологической защиты) существенно затрудняют социальное взаимодействие, создают трудности для получения образования, достижения социального и материального благополучия и провоцируют состояние хронического стресса. Это может обуславливать развитие депрессивных нарушений и способствовать злоупотреблению психоактивными веществами - факторы, в наибольшей степени сопряженные с суицидальным поведением. Полученные данные согласуются с многочисленными исследованиями, которые подчеркивают зависимость суицидального поведения от особенностей личностной структуры и акцентуированных черт индивида [2-4].

Заключение

Попаданию в группы суицидального риска способствуют социальные факторы (семейное и бытовое неблагополучие, невысокий уровень образования, низкий уровень дохода, воспитание в неполной семье), наличие психических заболеваний, коморбидных с синдромом зависимости, и темперамента «флегматик», а также отдельные личностные характеристики («застревание» и «возбудимость»).

Тип суицидального поведения (истинное суицидальное поведение или самоповреждающее поведение) зависит от выраженности мотивации на совершение суицида и личностных характеристик индивида.

Участие авторов: концепция и дизайн исследования: Давидовс- кий С.В., Ибрагимова Ж.А., Костюк Д.Д.; редактирование: Давидовс- кий С.В., Леонов Н.Н., Скугаревская М.М.; сбор материала: Давидовс- кий С.В., Ибрагимова Ж.А.; обработка: Давидовский С.В., Леонов Н.Н.; написание текста: Давидовский С.В., Леонов Н.Н., Скугаревская М.М.

Литература

1. Davidovskiy S. (2016) Osobennosti suicidal'nogo povedeniya sredi zhitelej g. Minska [Features of suicidal behavior among residents of Minsk]. Zdravookhraneniya, no 3, pp. 72-77.

2. Vojcekh V. (2007) Suicidologiya [Suicidology]. Moscow: Miklosh. (in Russian)

3. Galocaev K. (1981) Suicidal'noe povedenie i drugie vidy deviacij pri raznyh vidah psihopatii [Suicidal behavior and other types of deviations in different types of psychopathy]. Sb. Aktual'nyeproblemysuicidologii [Actual problems of suicidology]. Moscow, pp. 177-284. (in Russian)

4. Cheng A., Mann A., Chan K. (1997) Personality disorder and suicide. A case control study. Brit. J. Psychiatry, vol. 170, pp. 441-446.

5. Insel T.R. (2008) Assessing the economic costs of serious mental illness. Am. J. Psychiatry, vol. 165, pp. 663-665.

6. McDaid D., Kennelly B. (2009) An economic perspective on suicide across the five continents. Oxford textbook of suicidology and suicide prevention (eds. D. Wasserman, C. Wasserman). Oxford University Press, pp. 359-367.

7. Word Health Organization (2014) Preventing suicide: A global imperative. Geneva. Available at: http://www.who.int/mental_health/suicide- prevention.

8. Medik V., Tokmachev M. (2019) Matematicheskaya statistika v medicine [Mathematical statistics in medicine]. Tom 1: uchebnoe posobie dlya SPO. Moscow: YUrajt. (in Russian).