Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 21

Политика как «рынок» и «театр»

нии, пусть оно владело умами немногих и не декларировалось пуб лично, а то и просто скрывалось.

Конечно, это стремление могло быть реализовано лишь частич но, ибо идеи, не вписывавшиеся в ортодоксальный советский ка нон, либо подавлялись властями целенаправленно и жестоко, либо «сублимировались» во внешне безобидные превращенные формы. Но как только давление сверху хотя бы немного ослабевало, свобод ная мысль вырывалась из политических тисков.

В годы хрущевской «оттепели» был сделан первый шаг к при знанию существования научно политического знания как самосто ятельной отрасли обществоведения: создана Советская ассоциация политических (государствоведческих) наук (САПН). Уже само это название говорит за себя. Во первых, политические науки отожде ствлялись с науками государствоведческими, что неоправданно су жало их предметную сферу. Во вторых, речь велась не о «полити ческой науке», а о «политических науках», то есть автономный статус политической науки как таковой по существу отрицался12. Правда, в конце 1970 х гг. из названия САПН было исключено сло во «государствоведческих», но «политические науки» остались. И тем не менее это был шаг на пути признания политической науки самостоятельной отраслью знания со своим предметом, своим кру гом проблем, своей методологией и методикой исследования. Но вый шаг в этом направлении был сделан только в 1991 г., когда на свет появилась Российская ассоциация политической науки (РАПН), пришедшая на смену САПН.

За время существования последней в рамках Ассоциации и вне ее (прежде всего в институтах АН СССР) были подготовлены и опубликованы десятки работ по вопросам политики, которая не редко рассматривалась в сопряжении с теми или иными аспектами экономики, социологии и права13. К середине 1970 х – началу 1980 х гг. относятся и первые серьезные попытки отечественных исследователей познакомить советского читателя с современной западной политической наукой и состоянием политического созна ния западных стран [1–5].

12Стоит напомнить, что международный аналог САПН, созданный еще в 1949 г. при поддержке ЮНЕСКО, называется International Political Science Association – Меж дународная ассоциация политической науки.

13Не могу не упомянуть хотя бы некоторых авторов, чьи работы пробуждали инте рес к политическому знанию, способствовали повышению его авторитета и подго тавливали «строительную площадку» под здание современной политической на уки. Это Г. Арбатов (международные отношения), Ф. Бурлацкий (государство и право и др.), А. Бутенко (проблемы социализма), А. Галкин (социология политики), Ю. Красин (мировая политика).

21

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 22

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

Надо ли пояснять, что авторы этих работ вынуждены были (как и все их коллеги) утверждать, что опираются на труды «клас сиков марксизма» и выступают с позиций «научного коммуниз ма»? Нередко это была только видимость, соблюдение ритуала, «отступное». Не случайно время от времени раздавались партий ные окрики по адресу тех или иных обществоведов: партийные бон зы чувствовали, что монолит единомыслия (если он вообще когда либо существовал) расколот, и скрытый плюрализм мнений стал характерной чертой советского обществоведения.

Думаю, есть все основания говорить о том, что к началу перест ройки (потому она, собственно, и стала возможной) и в советском общественном сознании, в том числе сознании политическом, и в советском обществознании, включая его политическую составляю щую, сформировался ряд позиций. Преобладали центристские, по рой с некоторым креном влево или вправо, но были и радикаль ные – левые и правые. Одни звали назад, к И. Сталину, другие – то же назад, но уже к В. Ленину, которого пытались представить (ссы лаясь на нэп) чуть ли не как «рыночника» и гуманиста. Третьи, опираясь опять таки на Ленина, на самом деле вдохновлялись иде алами западноевропейской социал демократии и еврокоммунистов и ставили целью построение «социализма с человеческим лицом». Однако никто из них и представить не мог, что пройдет всего не сколько лет – и социализм будет предан анафеме, а советское обще ство превратится в руины.

Можно отметить и небольшую группу открытых критиков со ветского режима, среди которых выделялись А. Солженицын, А. Сахаров, А. Амальрик и ряд их единомышленников. Не будучи, как правило, профессиональными обществоведами, они тем не ме нее выступали с работами (публиковавшимися либо в «самиздате», либо за рубежом, или, как тогда говорили, в «тамиздате»), в кото рых немалое внимание уделялось критическому анализу советской политической системы. Их работы14, идеи и позиции вызывали за метный интеллектуально нравственный резонанс в среде интелли генции и вместе с работами, идеями и позициями «прогрессивно мыслящих» советских обществоведов способствовали эрозии совет ского политического сознания, советского общественного строя и наступлению перестройки.

С начала перестройки и вплоть до наших дней отечественная политология прошла три этапа, совпадающие с тремя этапами рос

14 См., например, сборник статей «Из под глыб», опубликованный в 1974 г. в Пари же издательством YMCA PRESS. Среди его авторов – М. Агурский, Е. Барабанов, А. Солженицын, И. Шафаревич и др. [29].

22

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 23

Политика как «рынок» и «театр»

сийской истории последних двух десятилетий, какими они видят ся автору этих строк. Можно сказать и по другому: эволюция оте чественной политологии в гораздо большей мере, нежели эволюция истории, философии, психологии, других социальных и гумани тарных дисциплин (включая многострадальную социологию) отра жала изменение состояния российского обществознания.

И дело тут не только в том, что по своему объекту и предмету политология ближе всего к политике. К началу перестройки на званные дисциплины давно уже обрели научный статус и завоева ли определенный авторитет. Им тоже, как показало время, пред стояло пройти через очищающий и неизбежно опаляющий огонь критики (не всегда справедливой) и самокритики (не всегда ис кренней и последовательной), однако эти испытания не сравнить с тем, что выпало на долю формирующейся российской политоло гии. И хотя в содержательном плане она вела отсчет своей истории, как было отмечено, не с нуля, в ряде других отношений начиналась едва ли не с «чистого листа».

Отечественная история второй половины 1980 х – начала 1990 х гг. была окрашена в романтические тона. Это была уже не просто «оттепель». Впервые за все советские годы в стране повеяло духом политической свободы, которая, опьяняя умы интеллектуа лов, рождала множество надежд и иллюзий. Казалось, стоит толь ко разделаться с советским прошлым, проявить волю к радикаль ным преобразованиям, и новая Россия тут же станет вровень – по крайней мере, в политическом отношении – с передовыми держа вами мира. Ну а заграница и в первую очередь США нам помогут: ведь мы теперь не враги, а партнеры, готовые учиться, учиться и учиться демократии. Слова «демократия» и «демократизация» становятся паролем времени и объектом пристального внимания со стороны политиков и политологов. Именно в эти годы открыто и широко заговорили о новой отрасли обществознания, хотя никто не мог тогда точно сказать, каков предмет политологии и чем она отличается от политической науки.

Впервые за долгие годы на смену «подковерным схваткам» за власть (каковые, впрочем, не изжиты, да и не могут быть изжиты до конца) стала приходить публичная политика. Впервые появи лась возможность открыто говорить, писать и судить о ней на стра ницах газет, журналов, на митингах и в теледебатах. И впервые от крылась перспектива серьезного исследования политики (поли тического) как относительно автономного феномена с имманент ными ему признаками. Больше того, власть проявила готовность (совершенно не мыслимую до начала перестройки) конституиро вать политическую науку в качестве самостоятельной отрасли зна

23

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 24

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

ния. В ноябре 1988 г. Государственный комитет СССР по науке и технике, руководствуясь решением ЦК КПСС и Совета Министров

СССР, принятым в марте 1987 г., утвердил уточненную и дополнен ную номенклатуру специальностей научных работников, в которой (опять же впервые) предусматривалась специализация по полити ческим наукам («политические науки», «теория и история полити ческой науки», «политические институты и процессы», «полити ческая культура и идеология», «политические проблемы междуна родных отношений и глобального развития») [6, с. 18]. Это означа ло, что открывалась возможность для защиты по этой тематике кандидатских и докторских диссертаций и присвоения их авторам соответствующих степеней, что для становления и дальнейшего развития отечественной политической науки трудно переоценить.

Тогда же был сделан еще один шаг: в вузах страны ввели курс политологии. Вместе с другими новыми курсами («Социально по литическая история XX века» и «Проблемы теории современного социализма») он был призван заменить «Историю КПСС» и «Науч ный коммунизм». Это был правильный шаг, ибо любая наука имеет перспективы на будущее лишь в том случае, если постоянно воспро изводит себя не только в повседневной практической деятельности общества, но и в теоретическом сознании новых поколений. Именно с помощью политологического образования можно было хотя бы ча стично решить ряд задач, способствующих становлению и развитию политической науки и утверждению основ либерально демокра тической культуры в стране: познакомить молодых россиян с дос тижениями мировой политической мысли и тем самым в какой то степени преодолеть политико культурный провинциализм, неиз бежными жертвами которого были их отцы и деды; возвратиться к истинным истокам отечественной культуры, от которых советский человек был искусственно отсечен властями; научиться (скажем ос торожнее: попробовать научиться) мыслить политически.

Еще одним шагом на пути к становлению в России политичес кой науки стало распространение дотоле не известных у нас работ современных зарубежных мыслителей. «Не известных» по той про стой причине, что их сочинения пылились в так называемых спец хранах. Больше того, даже писать о крупных западных общество ведах, если те не выражали симпатий к социализму и Советскому Союзу (Д. Бэлле, Г. Маркузе, К. Поппере или Р. Ароне) можно бы ло лишь в критической тональности. Существовало даже целое на правление: «критика буржуазной идеологии». Правда, критикова ли по разному. Были люди, рьяно выполнявшие заказ властей и пытавшиеся доказать, что западное обществоведение впало в ма разм и не в состоянии предложить миру ничего нового и ценного.

24

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 25

Политика как «рынок» и «театр»

Но были и другие «критики». Они видели свою главную задачу в том, чтобы в той или иной форме ввести в научный оборот достиже ния западных общественных и гуманитарных наук, познакомить советского читателя с новыми идеями и концепциями, рождавши мися «по ту сторону» барьера, разделявшего мир на две части15. Встречавшиеся в работах этих критиков «разоблачительные» пасса жи, которых невозможно было избежать (иначе просто не напеча тают), носили ритуальный характер, и умный читатель прекрасно понимал, что на самом деле хочет сказать автор. Но эти публика ции, конечно, не могли полностью компенсировать дефицит ин формации, порожденный запретами властей.

Ивот теперь двери «темниц» распахнулись, и сочинения

Р.Арона, Д. Бэлла, Р. Дарендорфа, Г. Маркузе, Ф. Хайека, Ю. Ха бермаса и других известных представителей политической науки попали в руки тысяч читателей. И хотя некоторые из переводов этих работ были небезупречны, знакомство с современной полито логической классикой, без которого ни о какой политической на уке не может идти речи, состоялось.

Одним словом, был создан неплохой задел для формирования отечественной политической науки. Но то был не более чем задел, способный, как подтверждала практика стран, на которые мы хо тели равняться, принести плоды только при наличии необходимых предпосылок и условий – теоретико методологических, культур ных, экономических, организационных. А между тем в истории со временной России наступил новый этап: на смену периоду романти ческих надежд и ожиданий пришло время политического отрезвле ния и вынужденной переоценки ценностей. К середине 1990 х гг. стало очевидным, что недавние расчеты на быстрое формирование гражданского общества, свободного рынка и построение демокра тического государства не имеют под собой реальных оснований; что либеральные ценности приживаются в России с трудом; что поли тические и экономические рекомендации западных советчиков плохо ложатся на российскую почву, а сам Запад не спешит при знавать Москву в качестве равноправного партнера.

Это не могло не подталкивать и к пересмотру первоначальных представлений россиян о политической науке. Становилось оче видным, что, как и любая наука, это – достаточно строгая система знаний, серьезное овладение которой требует целенаправленных систематических усилий и времени и невозможно в отрыве от кон

15 Не могу не назвать в этой связи имена двух ушедших от нас коллег, немало сде лавших на ниве политологического и социологического просвещения – Ю. Замош кина и Э. Араб оглы.

25