Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 231

Россия, Европа, Америка

Архаизм или страховочный механизм?

«Американская демократия дала сбой», «Неуправляемая де мократия» – вот некоторые из журнальных заголовков той поры, когда за океаном решался вопрос, кому быть 43 м президентом страны. Последние выборы, писал, например, журнал «Эксперт», «обнажили суть демократии как политической системы и показали пределы ее эффективности, доказав на примере страны с самой, как принято считать, свободной и организованной политической системой в мире, что демократия в том виде, как ее рисуют в учеб никах, не существует» [13, c. 51]. Такого рода «умнозаключений» можно было встретить немало в мировой прессе.

Нет, США, что бы там ни говорили и писали их критики, – стра на демократическая. Однако уже много десятилетий идут споры – как среди заокеанских, так и среди европейских экспертов – о типе демократии, утвердившейся в Америке. Широко распространена точка зрения, что основополагающие политические решения в этой стране принимаются узким кругом людей. Как утверждают извест ные политологи Томас Дай и Хармон Зиглер, представляющие эту позицию, «Америкой правят элиты, а не массы. В век индустриаль ного развития, науки и атома, управление в демократическом госу дарстве, как и в авторитарном, находится в руках горстки людей. Ученые, политологи и социологи, несмотря на различия в подходе к исследованию власти в этой стране, едины во мнении, выраженном американским политологом Р.Далем, что “ключевые политичес кие, экономические и социальные решения принимаются крошеч ным меньшинством”» [14, c. 33].

Дай и Зиглер говорят правду: элиты неизменно стояли за кули сами американской политической сцены. Они формировали сцена рии массовых публичных политических действ (в том числе элек торальных) и при этом внимательно следили за поведением масс. А в решающие моменты выходили (или не выходили) из кулис и, действуя по закону (или не по закону), добивались нужного для них результата. Это не означало, что в Америке отсутствует демо кратия масс. Это означало, что наряду с ней в стране существует и контролирует, а когда надо, то и корректирует ее демократия элит. Так было прежде, в век «индустриального развития».

А как обстоит дело в век «информационного общества»?

Так же, как и прежде. Именно роль и значение элитного изме рения американской демократии, а вовсе не отсутствие или ущербность демократии как таковой, подтверждают последние президентские выборы. Теперь многие (и в России, и в Европе, и в самих Соединенных Штатах) говорят, что институт коллегии вы

231

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 232

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

борщиков был сформирован в специфических исторических усло виях, что он давно устарел и должен быть ликвидирован. С точки зрения массовой демократии так оно и есть. Но массовая демокра тия никогда не доминировала в Соединенных Штатах, никогда не определяла законотворческий процесс и никогда не была для «от цов основателей» идеалом и целью. На мой взгляд, близки к исти не те, кто полагает, что коллегия выборщиков была если и не заду мана как механизм легализации и легитимизации открытого вме шательства элит в массовый демократический электоральный процесс112, то на практике оказалась именно таким механизмом. Иначе говоря, косвенные выборы президента коллегией выборщи ков – это своего рода страховка от эксцессов массовой демократии, способ корректировки (в чрезвычайных ситуациях) нежелатель ных решений электората.

Могут возразить, что голосование выборщиков носит чисто формальный характер, ибо лишь закрепляет волю избирателей со ответствующих штатов. Таков обычай. Но не более чем обычай. Ни статья II Конституции США, ни поправка XII не регламентируют поведение выборщиков и не требуют от них голосовать именно за того кандидата в президенты, который получил большинство голо сов избирателей соответствующего штата113. А это значит, что в си туации, которую элиты сочтут для себя критической, они могут, не нарушая конституцию, ввести в Белый дом политика, который не получил большинства голосов избирателей не только на федераль ном уровне, но и в штатах. Иными словами, элиты обладают пра вом поставить во главе государства человека, который по канонам

112Как известно, «вопрос о порядке избрания главы исполнительной власти был одним из наиболее важных и трудных, с которыми имел дело Филадельфийский конвент в процессе подготовки конституции. Первоначально делегаты конвента склонялись к идее двухстепенных выборов президента конгрессом и четыре раза утверждали соответствующие предложения. Дважды отклонялись предложения о прямых выборах президента. В конечном счете был принят “компромиссный план” – косвенные выборы президента коллегией выборщиков. Причем, по мысли учредителей конституции, выборщики должны были сами, абсолютно независимо избирать президента и вице президента» [15, с. 83–84]. Однако этот способ избра ния главы исполнительной власти и его заместителя «в 1804 г. был заменен новым, закрепленным поправкой XII к конституции» [15, с. 84].

113«Юридически он (выборщик. – Э.Б.) может голосовать свободно, но в силу сло жившегося обычая он связан партийной лояльностью и страхом политического воз мездия за отступничество. Случаи свободного голосования в коллегии выборщиков весьма редки, но угроза “бунта” выборщиков возможна, что вызывает серьезные опасения американских политиков. Такой “бунт” не противоречил бы конституции, поскольку запрещающей его конституционной нормы не существует» [15, с. 85].

232

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 233

Россия, Европа, Америка

массовой демократии и прямых выборов главы государства электо ральную «гонку» проиграл. Это, разумеется, крайний случай, но законом он не исключен.

Можно не сомневаться: вопрос о механизме выборов президен та США станет предметом дебатов в американском обществе на дол гий срок и на самых разных уровнях. Можно не сомневаться и в том, что кое кто из американских политиков попытается «сделать бизнес» на обсуждении этого вопроса. Однако есть большие сомне ния относительно того, что мы станем в обозримом будущем свиде телями принятия XXVIII поправки к Конституции США, отменяю щей институт коллегии выборщиков. Ибо, как подтвердили по следние события, это совсем не такой формальный и политически безобидный институт, каким он казался многим еще совсем недав но. Это, повторю, скрытое, но в определенных ситуациях эффек тивное орудие власти в руках элит, от которого они не откажутся. Тем более в современных условиях, когда усиливающаяся роль виртуальной политики и дальнейшее расширение возможностей манипулирования массовым сознанием выдвигает на повестку дня новую дилемму: как, не поступаясь демократией, застраховать массовое общество от совершения им минутных политических глу постей, которые могут обернуться для страны долгосрочными по литическими бедами.

Но верно и то, что сохранение института коллегии выборщиков будет означать сохранение в недрах американской политической системы мины замедленного действия, которая со временем может взорвать если и не всю политическую систему, то по меньшей мере часть ее институционально нормативного блока.

Идеологический дефолт

Почему претенденты на президентский пост пришли к финишу почти ноздря в ноздрю, так что потребовался даже юридической «фотофиниш»? Говорят, что команды обоих кандидатов направили основные усилия на завоевание электорального центра, и это заста вило их придерживаться одной и той же тактики и риторики. Гово рят, что ни А. Гор, ни Дж.У. Буш не одарены харизмой. Говорят, что американское общество расколото сразу по нескольким гра ням, и привлечь в этих условиях на свою сторону ощутимое боль шинство не смог бы даже Ф.Д.Р. Все это в общем правильно, хотя и

вразной мере. Но была еще одна причина патовой ситуации.

ВСоединенных Штатах наших дней нет массовой политической идеологии, которая бы отражала интересы, ориентации и настрое

233

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 234

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

ния если не большей части электората, то каких то крупных его мас сивов, и с помощью которой та или иная из борющихся партий мог ла бы перетянуть на свою сторону значительную часть населения.

Массовые идеологии, сложившиеся в эпоху индустриального и постиндустриального общества, устарели. Они не отвечают импе ративам нового времени, а значит не могут работать с прежней эф фективностью. Это касается и либерализма, и консерватизма (в из вестных нам формах), не говоря уже о левой и правой экстремах. Идет радикальная перестройка идеологического спектра, сложив шегося в США в 60 80 е годы. Причем процесс этот составляет ор ганическую часть мирового процесса. Идеологический дефолт, раз разившийся в Советском Союзе в конце 80 х годов, оказался на по верку лишь частью глобального идеологического дефолта. Конеч но, либеральный дух, либеральные ценности сохраняют свои пози ции в Америке и по сей день. Но либеральная идеология в тех фор мах, которые складывались в стране в период становления соци ально ответственного государства и обладали значительным поли тико мобилизационным потенциалом, уже, повторю, не работает.

Новые же массовые идеологии, отражающие происшедшие в обществе изменения, пока еще не сложились. Со временем они обя зательно появятся. Человек – существо не только политическое, как сказал Аристотель, но также идеологическое. Ему нужны не просто отдельные ценности (религиозные, нравственные, полити ческие и др.), но более или менее целостные системы идей, кото рые бы выражали и защищали интересы и позиции группы, к кото рой он принадлежит; оправдывали ее существование; задавали ос новное направление и цели ее деятельности.

Сегодня трудно сказать, как будут выглядеть массовые поли тические идеологии эпохи Интернета, глобальной экономики и прозрачных границ. Но поскольку речь идет о целенаправленно формируемых идейно ценностных системах, составляющих орга ническую часть политической системы общества и способных при влечь более или менее крупные электоральные массивы, то при всей новизне они непременно должны будут соответствовать ряду традиционных требований.

Во первых, им придется унаследовать от старых идеологий об щий либеральный этос, который, как уже отмечалось, характери зует не только собственно либеральные позиции и ценности, но и большинство составляющих национального идеологического спек тра. Во вторых, им придется интегрировать в себя в той или иной форме и степени убеждения и ценности (а возможно, и некоторые символы), кристаллизация которых происходила на протяжении последних десятилетий в рамках экологических, феминистских и

234

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 235

Россия, Европа, Америка

других политико культурных движений, утративших некогда свойственный им маргинальный статус. В третьих, они должны бу дут дать предметные, адекватные ответы на внутренние и внешние вызовы новой эпохи114.

Вступив в XXI век

Сегодня Америка сильна как никогда. А завтра, полагают мно гие, может стать еще сильнее. Борьба за мировое лидерство, кото рое она вела с Советским Союзом на протяжении десятилетий, хотя

ине требовала от нее такого напряжения сил, как от конкурента, все же высасывала соки. Теперь с этим покончено. Соперник повер жен, и развитие Соединенных Штатов больше не будет – по край ней мере, в обозримом будущем – отклоняться от «нормы», что обеспечит Америке чуть ли не триумфальное историческое шест вие. А существующей в ней политической системе – отсутствие «возмущающих» внешних воздействий.

Сподобного рода суждениями, встречающимися в последнее время не только в американских, но и в иных публикациях, трудно согласиться. Такое понятие, как «норма исторического развития» не имеет четких, общепринятых критериев. Значит, повисает в воздухе

ивопрос о границах между «нормой» и «аномалией». Но главное в другом. В современном мире не найдется ни одной страны, которая не испытывала бы практически на всех этапах своей эволюции более или менее сильного, амбивалентного по своим последствиям «возму щающего» воздействия со стороны политических и экономических контрагентов. Вся новейшая история, исключившая возможность какой бы то ни было страны спрятаться от мира, есть не что иное, как история разновекторных взаимодействий и «возмущений».

Конечно, холодная война действовала разрушительным обра зом и на США, и на СССР, и на остальной мир. Но почему мы сво дим всю гамму советско американских отношений в послевоенные десятилетия только к холодной войне, только к конфронтации? Шло великое, глобальное по масштабу состязание двух цивилиза ций, двух политических систем, двух экономических укладов, двух культур, двух образов жизни, двух социальных мифологий… Холодная война была лишь частью (но еще, конечно, и общим фо ном) этого состязания, которое имело и минусы, и плюсы, и разру шительную, и созидательную стороны. Способствовало ли оно вну

114 Можно уже указать на некоторые идейные и духовные предпосылки появления новых идеологий [16–17]. Но это – предмет отдельного разговора.

235