Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 206

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

вой политики. Речь идет о преодолении представлений о человеке как о «механике, обслуживающим международные институты и системы», а то и просто как о «колесике и винтике» этих систем.

Справочная и учебная литература, как отечественная, так и зару бежная, по определению предлагающая наиболее репрезентативные точки зрения, четко фиксирует государствоцентристский и социо центристский подходы к интерпретации и построению междуна родных отношений. При всех различиях, существующих между реа листами, неореалистами, структуралистами, либеральными инсти туционалистами, сторонниками мир системного и других подходов у них есть общее методологическое основание: главными творцами ми ровой политики они объявляют государство в целом и отдельные го сударственные (либо общественные) политические институты, национальные и транснациональные корпорации, разного рода дви жения, союзы, блоки, системы95. Если где то и говорится о «человече ском факторе» или «человеческих особях», то в самой общей форме96.

В принципе такого рода подход не может вызывать возраже ний, ибо он апеллирует именно к тем акторам, которые активно, публично, наглядно вступают в отношения друг с другом, задавая форму и содержание мировой политики. Но кто скрывается за фа садом всех этих «международных институтов» и «союзов», опреде ляя их политику?

95«Международные отношения – поведение государств на мировой арене, все формы взаимодействия между членами различных обществ вне зависимости от то го, направляются они или нет государством. Изучение международных отношений включает анализ внешней политики (политических процессов) государств, все сто роны отношений между различными обществами… В функциональном анализе они представляют отношения национальных правительств, которые контролируют дей ствия жителей…» [10, c. 139]. В статье «международные отношения», помещенной в недавно изданной двухтомной «Политической энциклопедии», предлагается «вы делять традиционное понимание отношений между странами и широкую трактовку международных отношений, включающую помимо связей государств еще и дея тельность транснациональных по своей природе органов и организаций (трансна циональные корпорации и банки, движения экологистов и т.д.)» [11, т. 1, c. 681]. «Международные отношения (international relations) определяются и как «научная дисциплина, изучающая взаимоотношения между государствами, а в более широ ком смысле – деятельность международной системы как единого целого, ставшая самостоятельной после 1 й мировой войны» [12, c. 333]. Это типичные определения международных отношений.

96Международные отношения как научная дисциплина «может рассматриваться либо как многодисциплинарное исследование, сводящее воедино международные аспекты политики, экономики, истории, права и социологи, либо как метадисципли на, сосредоточенная на системных структурах и моделях взаимодействия челове ческих особей как единого целого» [12, c. 333].

206

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 207

Философия международных отношений

«Король солнце» утверждал: «Государство – это я». То же самое могли бы повторить за ним другие монархи, а позднее – Сталин, Мао Цзэдун, Иосиф Броз Тито, Фидель Кастро… Но даже в авторитарных и тоталитарных государствах, не говоря уже о демократиях, верхов ный правитель (которого «играет свита») – лишь вершина пирами ды, образуемой людьми, прямо либо косвенно вовлеченных в про цесс производства и воспроизводства международных отношений.

Сотни, тысячи людей: президенты, премьеры, министры и их советники, бизнесмены, депутаты, дипломаты, «силовики», капи таны СМИ, коммерсанты, финансисты, деятели культуры и науки. Личности, отличающиеся – подчас существенно – по антропологи ческим, биологическим, культурным, цивилизационным и иным характеристикам. Люди с разными интересами, способностями, нравственными качествами. Различия не могут не находить отра жения в творимых ими международных отношениях. Но вместе с тем эти люди – представители единого человеческого рода, носите ли устойчивых констант, совокупность которых обычно именуется «человеческой природой».

Не отрицая международные отношения как слепок с социальных (в том числе государственных) отношений, мы можем рассматривать их еще и как слепок с человеческой природы. Она объединяет всех людей как слепок с тех специфических черт, которые характеризуют личностей различных эпох, цивилизаций, культур, расово этничес ких, гендерных и иных групп. В плане методологическом антропо логия международных отношений могла бы рассматриваться не как попытка противопоставить антропоцентристский подход государст воцентристскому и социоцентристскому, а как попытка гармонизи ровать, уравновесить разные подходы, а значит, и высветить между народные отношения – явление «сферическое» – с разных сторон.

«Реабилитация» человека как творца международных отноше ний должна быть предметной и конкретной. Поэтому другая круп ная задача, за которую, на наш взгляд, должна была бы взяться но вая дисциплина, – это исследование роли человека как проекти ровщика и строителя международных отношений.

Прежде всего важно выявить факторы и меру антропологической детерминированности международных отношений. Иначе говоря, не обходимо исследовать условия и пределы воздействия человека на формирование, воспроизводство и трансформацию этих отношений.

Человечество имеет такие международные отношения, которые заслуживает. Это означает, что в каждый данный момент государст ва и народы оказываются вплетенными в такие отношения друг с другом, какие они сами же и создают. Не боги, не цари и не герои, а вступающие в эти отношения социальные общности и образующие

207

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 208

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

их конкретные люди, представленные «царями», «героями», а так же еще и разного рода «богами» – для большей доказательности на шей собственной непричастности к порокам этих отношений.

Это легко представить применительно к ранним фазам станов ления международных отношений. Но в какой мере способен чело век воздействовать на сложившееся и отчужденное от него творение его собственных рук в дальнейшем? В каких условиях возрастает степень свободы творчества личности на международной арене? Ка кие антропологические характеристики субъектов обнаруживают наибольший творческий потенциал в условиях этой свободы?

Резонно напомнить о зависимости между степенью пластично сти социальной реальности и мерой свободы социально политичес кого творчества человека. А значит, и степенью возможности аль тернативного воздействия на международные отношения. Не слу чайно со второй половины 1980 х годов, когда начал рушиться ял тинско потсдамский порядок, стали говорить о возможностях ра дикального переустройства мира на основе новых принципов и цен ностей, а несколько лет спустя – об упущенных возможностях та кого переустройства97. Возможности существовали, однако они действительно были упущены. Люди оказались не готовы к ради кальным преобразованиям глобального масштаба.

Международные отношения – своеобразный диалог социаль ных систем и политических режимов, культур, систем ценностей и моделей поведения. Но это еще и диалог народов, диалог живых лю дей. Причем характер диалога определяется не столько его социаль но политическим контекстом, сколько социокультурными и психо логическими характеристиками участвующих в диалоге народов.

Прежде всего такой диалог происходит на групповом и индиви дуальном уровнях. Многие отождествляют эти характеристики с национальным характером. Философ Александр Зиновьев пользу ется жестким и звучащим жутковато понятием «человеческий ма

97 Об этом писал, в частности, Джордж Сорос. Обостренное чутье опытного финан сового спекулянта международного класса безошибочно подсказывало ему, что на ступил «горячий» момент, когда, согласно известной пословице, можно «ковать же лезо» (в широком смысле слова). И что уже через несколько лет будет поздно. Так, говорит Сорос, и случилось. «Я надеялся, что США возглавят международное со трудничество, когда начался распад советской империи. Я основал сеть фондов «Открытого общества» в бывших коммунистических странах, чтобы проложить путь, по которому, как я надеялся, последуют открытые общества Запада. Весной 1989 г. я выступил на конференции «Восток Запад» в Потсдаме, тогда еще ГДР, в пользу нового варианта «Плана Маршалла»… Впоследствии я пытался предложить Маргарет Тэтчер «План Тэтчер», а также аналогичную идею Президенту Бушу до его встречи с Горбачевым на Мальте в сентябре 1989 г., но безрезультатно» [13, c. 238].

208

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 209

Философия международных отношений

териал». Аналитики, придерживающиеся сциентистско технокра тической ориентации, рассуждают о человеческом факторе. Автор этих строк предпочел бы определение, позаимствованное в переос мысленном виде у основателя Римского клуба Аурелио Печчеи, – «человеческие качества».

Под таковыми понимается интегральная характеристика наро дов и образующих их индивидов, которая, складываясь в процессе их становления и исторической эволюции и несколько трансфор мируясь по ходу событий, в целом остается на протяжении дли тельного времени неизменной, не зависящей от существующих в стране политических и экономических отношений. Происходит, конечно, известная адаптация этих качеств к установившимся по рядкам – что то гипертрофируется, что то отходит на второй план. Но система базовых качеств сохраняется.

Конкретные «человеческие качества» фиксируют:

–представление народа о себе, своем месте в мире и собствен ной «исторической миссии»;

–склонность или несклонность народа к быстрым переменам;

–вынесенное из опыта умение уживаться с другими народами;

–готовность или неготовность к жертвам или компромиссам;

–степень воинственности того или иного народа.

Система этих качеств представляется существенным факто ром, детерминирующим характер международных отношений.

Русские россияне и американцы, вопреки распространенному мнению, существенно отличаются друг от друга по «человеческим качествам»98. Мы делаем большую ошибку, рассматривая противо стояние СССР и США в годы «холодной войны» исключительно как противостояние двух социально политических систем, двух идеологий. Это было и противостояние двух разных цивилизаций и культур. Но, одновременно, была еще и борьба за первенство двух народов, обладающих несхожими социально антропологическими характеристиками, двух систем «человеческих качеств», что нахо дило отражение не только в советско американских отношениях, но и во всей системе международных отношений второй половины ХХ века. Эту ошибку стоит учесть сегодня, когда отчасти заново определяется положение России в современном мире и выстраива ются ее отношения с другими народами.

Важны не только качества макросубъектов (народов). Сущест венным фактором являются «человеческие качества» микросубъек

98 Сравнительный анализ этих двух народов в этнопсихологическом, культурно антропологическом и иных планах пока еще не стал предметом углубленного ис следования. Из литературы, которая ведет в этом направлении, отметим [14–20].

209

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 210

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

тов – групп и индивидов. Нередко можно услышать о том, что сло жились все предпосылки для решения какой то проблемы, но не хватает политической воли. Многое – особенно в кризисных ситуа циях – зависит от социально антропологических качеств действую щих лиц: их воли, решительности, самооценки, уравновешенности, дальновидности, степени их внутренней свободы. Наиболее нагляд но это проявляется на уровне лидеров и стоящих за ними элит.

Ошибкой было бы недооценивать детерминирующее воздейст вие на ход мировых событий качеств массового типа человека, до минирующего в обществе. Одно дело – человек с рабской или патер налистской культурой и психологией, способный терпеть любой режим, не видя альтернатив status quo и соглашающийся с любы ми международными решениями, принимаемыми «верхами». Дру гое – человек внутренне свободный, уверенный в себе, ориентиро ванный на творческую самостоятельность и поиск альтернатив. Лидеры и элиты стран, в которых доминируют эти разные типы, будут проводить при одинаковых условиях разную политику – вну треннюю и внешнюю.

Крупный вопрос антропологии мировой политики касается де терминирующей роли антропологических характеристик, прису щих отдельным социальным общностям и индивидам.

Ведут ли себя японцы на международной арене так же, как американцы, а последние – как французы или русские? Смотрят ли мужчины и женщины на международные отношения одними и теми же глазами, а если нет, то в чем различия? Одинаково ли ве дут себя на мировой арене народы, проживающие в северных и юж ных широтах? А что можно сказать о влиянии возрастных характе ристик на международное поведение?

Какие то ответы на эти и другие вопросы того же ряда нам под сказывает художественная литература, мемуары дипломатов и пу тешественников; какие то – личный опыт и интуиция. Что то мо жет сообщить и наука, в первую очередь – этноантропология и куль турантропология. Вот что пишет о поведении японцев в 1941 году Рут Бенедикт, автор классического исследования «Хризантема и меч. Модели японской культуры»: «Для Соединенных Штатов Япония была самым чуждым противником из числа тех, с кем им приходилось когда либо вести большую войну. Ни в одной другой войне с крупным противником США не сталкивались с необходи мостью принимать в расчет поведение и мышление, совершенно от личные от американских. Принятые западными народами как со ответствующей натуре человека условные правила ведения войны явно не признавались японцами. Главной проблемой было понять характер врага» [21, c. 5].

210