Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 91

Свобода, демократия, культура

ет, не найдя словесной материи для самореализации, или, что еще хуже, получает извращенное выражение. Больше того, на смену то талитарному волапюку приходит «демократический новояз».

Деформирован, увы, не только язык. Деформирована, репрес сирована структура мировосприятия, его «органы»: глаз, ухо, ху дожественный вкус. Мы по прежнему не видим многих красок (вы деляя преимущественно контрастирующие тона), не слышим мно гих звуков. Это и неудивительно: мы были запрограммированы на видение и слышание, призванные предотвратить в зародыше воль нодумство и инакомыслие, способность к самостоятельному, не тривиальному, «отклоняющемуся» мышлению.

Сегодня, пытаясь отыскать ответ на вопрос, как преодолеть ин теллектуально духовный кризис, поразивший наше общество, по жалуй, с еще большей силой, нежели кризис экономический и по литический, мы должны отдавать себе ясный отчет в том, что пока не произойдут фундаментальные изменения во всем контексте мыслительной деятельности человека, пока не будет раскрепощен психический аппарат его мировосприятия – до тех пор в стране не будет существовать адекватного свободомыслию социокультурного пространства. А это значит, что и сама свободная мысль будет оста ваться зыбкой, ограниченной, условной.

В плену социальной мифологии

Наша массовая неподготовленность к свободомыслию застав ляет наряду с другими мотивами весьма настороженно отнестись к призывам некоторых представителей новой власти к «заполне нию» образовавшегося идейно ценностного вакуума заимствован ными у Запада и доморощенными либеральными ценностями и «измами». А затем, в духе лучших агитпроповских традиций, за няться их внедрением в головы растерянных россиян. Словом, дать народу новую путеводную звезду, поставить перед ним новые «ис торические задачи», сплотить вокруг передовых сил и т. п.

Предпринять такие шаги, объясняют нам, тем более необходи мо, что процесс идейного «обустройства» в России идет полным хо дом. Церковь, массовые организации и движения, включая нацио нал патриотические и неокоммунистические, включились в дело весьма активно, а «товар», которым они заполняют рынок, может, дескать, снова сбить россиян с «истинного пути».

Спешить, уверяют нас, надо еще и потому, что скоро простран ство свободы снова начнет сужаться, пойдет отвердевание пока еще пластичных структур. Тогда изменить наметившиеся тенденции,

91

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 92

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

повлиять радикальным образом на сознание и политическую ори ентацию граждан будет гораздо труднее, нежели сегодня. В этих суждениях – немалая доля истины: на наших глазах рождается но вая постсоветская социальная мифология.

Коммунистическая пропаганда использовала понятие «миф» как метафору, как синоним идейного шулерства, сознательной под тасовки фактов с целью обмана людей. («Еще один миф буржуазной идеологии»...) Теперь же идет речь о социальном мифе в прямом значении этого слова. А именно как о типе социального сознания, форме духовного освоения реального мира, пронесенной человеком, хотя и в рационализированном виде, через всю свою историю.

В мифе как продукте спонтанного коллективного творчества (внедряемого, впрочем, видимыми и невидимыми властными сила ми) размыты грани между истинным и иллюзорным, объективным и субъективным, естественным и сверхъестественным, частным и всеобщим. В нем разрешены противоречия, над которыми в реаль ной жизни бьется разум. Миф как бы удваивает мир существова ния человека: мы живем одновременно и в реальном, и в ирреаль ном мире. Причем последний может восприниматься массой – в чем убеждает опыт советского коммунизма и германского нацио нал социализма – как более подлинный и истинный, чем мир ре ального бытия.

Чем были знакомые нам с детства герои Октябрьской револю ции, гражданской войны и первых пятилеток (стахановцы, папа нинцы, позднее – космонавты); чем был сам Сталин, как не мифичес кими героями, стоящими к нам ближе, чем Геракл или Зевс для ан тичных греков? Чем было «учение о социализме и коммунизме», как не модернизированным мифом о сотворении нового мира. Мифоло гизации подверглось и наше историческое прошлое – правда, там на ряду с богами и народными героями действовали злые демоны.

Сегодня старые мифы разрушены или полуразрушены. Но их место занимает новая социальная мифология. Миф о социализме и коммунизме вытесняется мифом о рынке и демократии. Их фантас тические образы, витающие над Россией, имеют мало общего с кон кретной, жесткой, в одних условиях – эффективной, в других – нет, противоречивой системой отношений, ценностей, механизмов, ка кой в действительности является реальная демократия на Западе.

Нечто похожее происходит и с «капитализмом». Только те перь, познакомившись с настоящим капиталистическим (восполь зуемся за неимением лучшего этим устоявшимся определением) обществом, советские граждане открывают для себя, как далеки от реальности были его образы, формировавшиеся в недавнем про шлом нашими газетами, журналами, кино, «научными» трактата

92

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 93

Свобода, демократия, культура

ми. Но ведь не менее далеки от истины и новые образы «капитали стического общества» – теперь уже выдержанные в розово сусаль ных, лубочных тонах.

В одном блоке с перечисленными формируется и миф о «Запа де» как социокультурной и геополитической реальности, в кото рую нам так хотелось бы интегрироваться и которая служит для нас символом благотворного прогресса, рациональности, процвета ния, жизненной благоустроенности и т. п. В общем, вчера «Запад» был исчадием ада, сегодня он – земля обетованная.

Или взять российскую историю. Полистаем журналы и газеты, сходим в кино, посмотрим телевизор. Оказывается, Россия, «кото рую мы потеряли», была чуть ли не раем земным: прилежные пей зане, широко мыслящие промышленники, сплошные меценаты, верные слову купцы. А какое дворянство! Какие славные мещане! Какие политики состояли при дворе его Императорского Величест ва! Непонятно только, как в такой стране могла произойти револю ция – да не одна! – и откуда нахлынули те многомиллионные мас сы, которые пошли крушить все это добро, насиловать, истязать, расстреливать...

Мифологизации подвергается и недавнее советское прошлое. Теперь все чаще можно прочитать и услышать, что «при Брежне ве» (а уж тем более «при Сталине»: отец ведь родной!) в стране ца рили закон и порядок, стабильность была непревзойденная, мага зинные полки ломились от товара. А все соседи по планете относи лись к нам с таким уважением и почтением, что ни в сказке ска зать... То, что уже с 70 х годов советская экономика вползала в кризис, а провинция жила по «талонам»; что права человека были для нас фикцией; что мировое сообщество не уважало, а боялось нас, как вооруженного до зубов динозавра с ядерной бомбой, – все это отступает на задний план, вытесняется из нашего сознания. В общем, идет нормальный процесс становления мифа о предперес троечном Советском Союзе как утраченном Золотом веке.

Одновременно с формированием новой мифологии идет и воз рождение утопии. Загнанное было в подполье целой армией не весть откуда явившихся разоблачителей, набросившихся на нее (чуть ли не как на главную виновницу всех наших бед) в годы пере стройки, утопическое сознание все смелее выходит на поверхность. Тем более что складывающаяся в стране ситуация благоприятству ет этому как нельзя лучше.

Когда то Федор Достоевский, размышляя о снах своих героев, писал: «Сны, кажется, стремит не рассудок, а желание... Переска киваешь через пространство и время и через законы бытия и рассуд ка и останавливаешься лишь на точках, о которых грезит сердце».

93

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 94

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

Здесь точно раскрыта суть утопизма – пусть на уровне метафоры: со знательная или неосознанная установка на произвольное конструи рование социального идеала. Утопист строит свой проект умозри тельным путем. Он руководствуется не императивами истории, не известными ему законами бытия и творчества, ограничивающими продуктивное воображение строгими рамками, но прежде всего ве лениями воли и сердца. Особенно когда реальность кажется ужас ной и хочется укрыться от нее в каком нибудь Золотом веке.

Как писал А.Ф. Лосев, характеризуя истоки утопизма Плато на, великому мыслителю было «совершенно не за что ухватиться ни в общественной, ни в политической жизни... приходилось ис пользовать ту область человеческого сознания, которая всегда при ходит на выручку в моменты великих социальных катастроф. Эта область – мечта, фантазия, новый – и уже рационализированный – миф, утопия. В самом деле, куда было деваться такому человеку, как Платон, с его социально политическим критицизмом, с обост ренным чувством негодности современных порядков, при полном неведении будущих судеб своего народа и одновременно жажде не медленного переустройства всей жизни? Оставались только мечта

иутопия. Оставался идеализм» [А.Ф. Лосев. Жизненный и творче ский путь Платона // Платон. Сочинения. Т. 1. М., 1968. С. 24–25].

Ихотя сегодня на российском небосклоне не просматривается фигур, даже близко подходящих к Платону, это не меняет сути де ла. Масштаб иной, но тип мышления, тип реакции на социальную катастрофу тот же: бегство в утопию. Впрочем, кто знает, быть мо жет, нынешние метания российского ума открывают новую эпоху идеализма, когда антропологическое и антропоцентрическое виде ние мира оттеснит на задний план онтологию и гносеологию как оп ределяющие русла мировосприятия. А утопия как явление амбива лентное окажется не только формой бегства от реального бытия, но

испособом прорыва в будущее, поиска новых измерений социума, скрытых от обыденного сознания под покровом рациональности (как это было в эпоху Возрождения), становления освобожденного от репрессии языка.

Но это в лучшем случае – дело будущего. А пока возрождение утопического сознания (хотя и в иных, чем прежде, воплощениях) свидетельствует лишь о болезненном состоянии российского обще ства. Правда, до цельных утопических проектов, тем более проек тов официальных, скрепленных автографами земных небожителей («нынешнее поколение россиян будет жить при капитализме!»), де ло пока не дошло. Однако, вглядевшись в программы, декларации, платформы и т. п. многочисленных партий, союзов, фронтов, на воднивших Россию, легко обнаруживаешь в них утопические эле

94

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 95

Свобода, демократия, культура

менты. У одних – обещание скорого возрождения Советского Сою за и социалистического строя, осчастливливающего граждан трех рублевой колбасой и прочими прелестями «развитого социализ ма». Другие утверждают, что пройдет совсем немного времени и Россия, влившись в «семью цивилизованных народов», встанет по уровню национального развития и благосостояния граждан вро вень с такими странами, как США, Германия, Швеция. Третьи уве ряют, что евразийская Россия в скором будущем поведет за собой человечество: впереди «эра Водолея»!

Можно ожидать, что многие из нарождающихся мифов и уто пий вплетутся в ткань новых идеологий. Кое кто из интеллектуа лов всерьез занят «сваркой» идеологических конструкций, кото рые станут мощным оружием в политической борьбе. Их контуры просматриваются уже сегодня.

Мы наверняка будем иметь идеологию либерального типа, ори ентированную на рынок, индивидуализм, частную собственность, общечеловеческие ценности, внешнеполитический интеграционизм и несущую на себе печать как интеллектуальных достижений «циви лизованных народов», так и российской западнической традиции.

Мы получим также национал патриотическую, возможно, с православным оттенком, идеологию, делающую акцент на общин но коллективистские ценности, уникальность России, держав ность и традицию славянофильства.

Нет уже сомнений и в том, что Россия находится накануне воз рождения социалистических идеологий в их большевистской и со циал демократической версиях.

Это – ядро. А ad marginem будет, наверное, циркулировать еще немало мини идеологий крайнего толка – легальных, полулегаль ных, а то и вовсе нелегальных, способных «забрить» в свои не очень плотные ряды какое то количество голов, жаждущих получить простые ответы на сложные вопросы бытия и почувствовать на сво ем плече тяжелую руку «лидера» или «хозяина».

Идеология как светская религия

Так не поспешить ли нашим сторонникам реформ взять под свой контроль идеологический процесс в стране и направить его (во имя свободы и демократии, конечно!) по желаемому руслу? Не объявить ли крестовый поход против «чуждых подрывных идеологий» – тем более что идеология как таковая, по справедливому замечанию фи лософа, «разрушает поле кристаллизации мысли», «не дает думать и не дает сказать»?

95