Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 51

Политика как «рынок» и «театр»

концентрированное выражение человека в единстве его сущнос ти и существования.

Другими словами, политика – не слепок с экономики (берем ли мы ее на макро или микроуровне), или с социальной структуры об щества, или с его религии, или с совокупности этих и других «фак торов» в той или иной их комбинации. Политика – слепок с чело века. Человека живого – взятого в единстве его родовых и индиви дуальных черт – и человека, материализовавшегося (опредмечен ного) в цивилизации и культуре.

Общие, универсальные принципы политической жизни – это не что иное, как воплощение сущностных черт человека37, его родо вых констант, включая фундаментальные признаки его биологиче ского строения (оно есть материальный субстрат политической оп тики и акустики) и социальной природы, проявляющейся, в част ности, в сложной системе потребностей, включая потребности в об щении, самореализации и самосохранении.

При любом строе, при любом уровне развития экономических отношений общество распадается на группы, занимающие неоди наковое положение в социуме, придерживающиеся разных ценно стных ориентаций и вместе с тем вынужденные искать взаимопо нимания и взаимодействия друг с другом. При любом строе люди ведут борьбу за власть и разделяются на лидеров и ведомых, на элиты, принимающие решения, и остальную часть общества, ма нипулируемую элитой. Они занимают неодинаковое положение в политоиде, по разному воспринимая окружающий политический мир и по разному реагируя на него. А политическая деятельность граждан при любом режиме носит внутренне противоречивый, ам бивалентный характер.

А в общем, каков человек – такова и политика38. Это особенно отчетливо видно на уровне конкретных политических акторов. Тут налицо не только опосредованное выражение типических общеро довых черт, но и непосредственное проявление специфических черт политических акторов – индивидов, групп, наций (народов). На этом уровне сформулированный выше тезис приобретает уже

37Ряд мыслителей, например, Томас Гоббс, увязывал постижение политики с пости жением человеческой природы. «Для правильного и вразумительного объяснения элементов естественного права и политики необходимо знать, какова человеческая природа, что представляет собой политический организм и что мы понимаем под законом» [12, c. 441].

38Эта идея прослеживается в высказываниях многих философов и политических деятелей, начиная с протагоровского «Человек есть мера всех вещей» и кончая сталинским «Кадры решают всё».

51

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 52

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

несколько иное звучание: каковы конкретные люди, делающие по литику, – такова и политика, проводимая ими.

Это справедливо не только по отношению к выдающимся деятелям вроде Юлия Цезаря, Петра Великого, Бисмарка, Черчилля, Ленина, Сталина, Рузвельта, Неру и других персонажей их калибра, личностные особенности которых окраши вают их деяния. Это верно и по отношению к политикам мало кому или даже вовсе никому не известным. Так что если в какой то период истории в какой то стране политика слишком уж кровава, беспросветна и злодеяния перевешивают доброде тели, то происходит это не в результате появления «антигуманного» экономичес кого базиса, а по той причине, что среди акторов, творящих такую политику, зло деи преобладают над добротворцами или что «темное» начало в характере этих ак торов преобладает над началом «светлым». Впрочем, дело не только в характере лидеров и элиты, но и в массовом «социальном характере»39, выкристаллизовыва ющемся на базе наличного «человеческого материала». Ну а почему злодейство вы ходит на первый план и почему складывается именно этот, а не другой «социаль ный характер» – вопрос, требующий отдельного разговора.

Политические события всегда окрашены в тона той цивилиза ции, в контексте которой социализируется и действует актор40. Как утверждают опытные дипломаты, представители разных ци вилизаций ведут межгосударственные переговоры по разному (в плане тактики, стилистики, этики и пр.). Особенно это чувству ется, когда сходятся лицом к лицу Восток и Запад. Они и в выборе политических режимов отличаются друг от друга. И к разреше нию конфликтов идут разными путями. И революции по разному совершают. И на применение силы реагируют неодинаково41. По добные различия связаны во многом с хронотопическими особен ностями этноса, создавшего данную цивилизацию, – в частности с его локализацией в рамках сферы, которую можно было бы на звать глобальным политоидом.

Если под политоидом понимается политическое пространство, образуемое сложной системой связей, складывающихся между участвующими в политической жизни субъектами и объединяю

39Согласно Э. Фромму, социальный характер – это «та совокупность черт характе ра, которая присутствует у большинства членов данной социальной группы и возник ла в результате общих для них переживаний и общего образа жизни» [13, c. 230].

40О понимании автором цивилизации и ее соотношения с культурой см. раздел «Контуры новой эры» настоящего сборника.

41Очень интересно сравнить конкретные исторические модели национальной реак ции на воздействие внешней военной силы: сопротивление венгров советским вой скам в период восстания 1956 г.; реакцию чехословаков на введение войск Варшав ского договора в 1968 г.; и сопротивление чеченцев федеральным войскам, участ вующим в «восстановлении конституционного порядка в республике». Три цивили зации, три национальных характера, три модели сопротивления.

52

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 53

Политика как «рынок» и «театр»

щих их в многомерное объемное целое, то глобальный, или плане тарный, политоид – это аналогичная система связей, складываю щихся между населяющими мир народами (государствами), дейст вующими в контексте соответствующих цивилизаций и выступаю щими в качестве международных политических акторов.

Если, как показал в своих работах Г. Гачев, у каждой нации имеется свой, уникальный образ мира, то, как частное проявление этого образа, у нее должен быть и свой образ политического мира, свое видение других международных акто ров, занимаемого ими места в мире, равно как и самих себя. Это – результат уни кального хронотопа, т.е. пребывания данного актора в определенной глобальной точке, из которой мир видится во многом или даже совершенно иначе, чем из дру гих точек политоида и которая не может быть произвольно изменена. Данная про блема, впрочем, заслуживает отдельного исследования, и автор рассчитывает рас смотреть ее в специальной публикации.

Добавим к сказанному, что любая национальная (американ ская, китайская, французская) или региональная (дальневосточ ная, европейская, арабская) цивилизация выступает в функцио нальном плане как механизм привязки (адаптации) человека к ок ружающей среде, позволяющий ему успешно функционировать в рамках данного хронотопа42. В механизме же этом опредмечены де ятельность и характерные черты – родовые, групповые, индивиду альные – многих поколений того этноса, который сотворил данную цивилизацию. Так что последняя независимо от своего конкретно го содержания выступает как форма инобытия человека, его опред меченного существования.

Но почему именно в политической сфере человек раскрывает себя с наибольшей, подчас устрашающей его самого и окружаю щих полнотой? Почему именно в политике он полнее всего вопло щает свои «положительные» и «отрицательные» качества?

Причина, на взгляд автора этих строк, в том, что в политике в силу выполняемых ею функций острее и напряженнее, чем в дру гих сферах, встает и решается проблема жизни и смерти (сущест вования) человека и «полиса» – начиная от небольших общностей и кончая человечеством в целом.

42 Г. Гачев отводит эту роль не цивилизации, а культуре. «Культура есть прилажен ность – человека, народа, всего натворенного ими, выплетенного за срок жизни и историю, – к тому варианту Природы, который ему дан (и которому он придан, че ловек и народ, – как соответствующая ему порода существ) на любовно супруже скую жизнь в браке и взаимопонимании» [14, c. 49]. К сказанному стоило бы, по жалуй, добавить, что природа, с которой взаимодействует – через посредство пря мой и обратной связей – современный человек, – это уже в значительной мере очеловеченная природа (ноосфера).

53

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 54

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

Дополнительный драматизм придает ситуации то обстоя тельство, что выживание «полиса» и человека обеспечивается че рез систему властных отношений. Власть же открывает перед че ловеком возможность реализации собственного «Я» через по средство сотен, тысяч, миллионов других «Я», оказывающихся в поле воздействия властвующего субъекта. И чем полнее, обшир нее власть – тем шире и глубже эта самореализация, проявляю щаяся через подчинение других собственной воле43. Субъект при этом растормаживается, сбрасывает внутренние оковы, дает во лю сдерживавшимся ранее страстям и амбициям. Все, что преж де так тщательно скрывалось от окружающих и даже от самого себя, «вылезает» теперь на поверхность и проявляется в прежде невиданных масштабах.

Такова власть вообще – в какой бы области человеческой дея тельности она ни проявлялась. Но нет сферы, где человек обладал бы большей властью, чем в политике44. Именно там сходятся, спле таются воедино отношения, складывающиеся между людьми в са мых разных сферах их деятельности и существования. Наблюда тельная г жа де Сталь как то заметила: политика «совмещает в се бе пружины, которые действуют на людей в массе и приближают их к добродетели или удаляют от нее» [16, c. 115].

Главная задача политика – поддержание существования «по лиса», т.е. целостности и функциональной способности социально го организма, управлять которым он поставлен. Решение этой зада чи не только требует от политика огромного напряжения сил, но и заставляет его вникать в огромное множество самых разных вопро сов, рассматривая их в увязке друг с другом.

В самом деле, что обсуждается в парламентах и правительствах мира? Эту по вестку дня трудно даже перечислить. Тут и технология управления государством, и финансы, и безопасность, и социальная защита населения, и поддержание бое

43Диктатор в этом смысле плох не столько тем, что он плох или недостаточно хо рош как личность, сколько тем, что он имеет возможность сделать свою волю все общим императивом: силой навязать ее тысячам, десяткам тысяч, миллионам лю дей, как это можно было видеть в ХХ в. в Китае, Германии, России, равно как и в других странах в иные эпохи.

44Отсюда и многочисленные попытки определить политику именно через власть. Этот мотив отчетливо звучит у Макса Вебера. «Итак, – пишет он, – “политика”, су дя по всему, означает стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает… Кто занимается полити кой, тот стремится к власти: либо к власти как средству, подчиненному другим це лям (идеальным или эгоистическим), либо к власти «ради нее самой», чтобы на слаждаться чувством престижа, которое она дает» [15, c. 646].

54

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 55

Политика как «рынок» и «театр»

способности армии, и международные отношения, и развитие хозяйства, и вопро сы науки и культуры. Словом, политику приходится принимать множество реше ний по самому широкому кругу вопросов45, причем каждый из них он обязан рас сматривать с точки зрения определенной тотальности, или, как принято гово рить, – с государственной точки зрения46.

Власть политика (и роль политики) определяются еще и тем об стоятельством, что принимаемые им решения затрагивают в той или иной степени судьбы многих людей. Не случайно Ленин ут верждал: «...Политика начинается там, где миллионы; не там, где тысячи, а там, где миллионы, там только начинается серьезная по литика...» [11, т. 36, с. 16–17]. Ныне, когда взаимосвязь и взаимо зависимость субъектов политического процесса существенно воз росла по сравнению с началом века, политики высшего ранга вер шат судьбами уже не миллионов, а десятков, сотен миллионов, миллиардов людей, словом – человечества.

Представление о политике как «деле грязном» побуждало ре форматоров и революционеров разного толка искать пути либо к ра дикальной перестройке сферы политического в сторону ее гумани зации и освобождения от «грязи» либо даже к полной деполитиза ции общественной жизни.

В XIX – начале XX в. наибольшую активность на этом направ лении проявляли марксисты и анархисты, мечтавшие об отмира нии (упразднении) государства как института насилия. «На место управления лицами, – пророчествовал Энгельс, – становится уп равление вещами и руководство производственными процессами. Государство не “отменяется”, оно отмирает» [17, т. 20, с. 292]. А вместе с государством, вместе с управлением лицами отмирает и политика в строгом смысле этого слова.

Советская власть воспринималась Лениным как механизм практической реализации этой исторической задачи. Через массо визацию управленческой деятельности, через вовлечение в полити ку миллионов людей преодолевается отчуждение власти от наро

45Необъятная сфера деятельности политика отчетливо прослеживается в тотали тарном обществе. Тот же первый секретарь обкома решал сотни вопросов – от ко ординации деятельности областных учреждений до организации банно прачечно го хозяйства. В большинстве из них он профессионально не разбирался, но обязан был хорошо представлять себе, как решение того или иного вопроса может ска заться на функционировании региона, за который он отвечал.

46В работе «К критике гегелевской “Философии права”» Маркс писал, что рассма тривать тот или иной вопрос политически – это значит подходить к нему «с точки зрения государства в целом (курсив мой – Э.Б.), с точки зрения социального смысла рассматриваемого вопроса...» [17, т. 1, с. 360].

55