И я мечтаю сердцем, милая, о том, Что повезёт не раз в серьёзном деле. Здоровой только будь, хоть сто потов
Стебя прольётся в достиженье цели.
Яв эти строки искренность вложил. Хочу, чтобы она была тебе подмогой, Чтоб молодости дух всё время жил. Довольна чтоб была своей дорогой.
8 декабря 2005 г.
Икак бы жизнь не повернулась, Ты помни, Инночка, одно – Живи, уму и сердцу повинуясь! Другого в жизни не дано.
Ума и сердца сочетанье Тебе поможет одолеть Любые в жизни испытанья
Ия уверен – будет петь Твоя душа в года иные, В которых будешь долго жить.
Ибудь во всём счастливой, Инна,
Ине спеши спокойной слыть!
Дорогой Ларисе Михайловне Мичник (сватье)
Что мне сказать на этот раз На Ваш на новый день рожденья? Опять создать парад из фраз,
Чтобы поднять Вам настроенье? Вновь о здоровье говорить? Желать его опять на сотню лет? Или другой елей на душу лить При всех, а также тэт-а-тэт?
И всё ж, забыв про тривиальность Дежурных этих поздравлений,
165
Я от души желаю Вам реальность Ещё десятков дней рождений
ИВам, и мужу, дочери и внучке,
Изятю сыну моему хорошему! Надежды крепкой чтобы лучик Светил в любую снежную порошу!
9 ноября 2005 г.
До неприличия сегодня буду тих
Ив Вашу честь читать не стану стих, А просто буду томно мять запястья,
Иповторять – здоровой будьте, сватья!
* * *
Ну что сказать Вам, одногодка! Как говорится – «селяви».
Да, чуть замедлилась походка, Да, чуть понижен жар крови.
Но, впрочем, сватья, не про Вас Си замедленья и сниженья! Желаю бодрость Ваших глаз Я видеть в сотом дне рожденья!
Дорогому Вениамину Моисеевичу Мичник в честь его 65-летия!
Слава Богу, что всё как обычно – День рождения Ваш и начало весны. Снег чернеет и тает привычно,
Адвижения душ к Вам ясны.
Ижелаю, чтоб так же привычно Лет сто двадцать по датам Вы шли
Ипритом чтоб жилось Вам отлично, А невзгоды бы Вас не нашли.
166
Надпись на моей книге «Разноцветные нити»
Дорогим моим сватам Душу я свою отдам. А стихи – тем более!
Вам во всём – здоровья!
Милой Элеоноре Мичник в честь её броского юбилея!
Ужель всё так! Уму непостижимо! Всю жизнь ты в Омске, ныне ж – там, Где на Неве на волнах растяжимых Порой качается божественный туман.
А твой июль туман под утро поглощает, Окрасив солнцем петербургские столпы, И всеми красками он небу возвещает, Что к юбилею вновь пришли твои стопы.
В пришедшие июльские льняные дни (В них синевою свет насквозь пронизан)
Твой броский юбилей, что красоте сродни, На яркий солнца луч судьбой нанизан.
И близкой, и другой твоей родне везде Становится светлей от яркого свеченья.
Высокой верим мы твоей звезде, И наше не иссякнет к ней влеченье.
Но высоту звезды и новый юбилей Воспринимай как шутку – эка важность! В вуаль фужера ты шампанского налей И выпей за свою отменную отважность,
Ту, без которой жить тебе никак нельзя, Дабы не знать незавершённость дел. И помни: оптимизм и ум – твои друзья, Без них, Элеонора, жить – не твой удел.
И здравствуя счастливо, всякий раз, Когда вдруг быт нахмурится сурово,
167
Ты не теряй тогда улыбки своих глаз И душу не студи тоскливым словом.
Преодолев дремоту предстоящих лет, На спицах виснущей пустыми рукавами, Души своей дари прекрасный свет И оставайся лет сто двадцать с нами!
Памяти дяди Мары к 100-летию со дня его рождения
Столько лет непоправима Та в июле злая ночь!
И печаль неодолимо Не идёт из сердца прочь.
Её хладное дыханье Есть во мне двенадцать лет. И о нём воспоминанья Глубже делают свой след.
Ими душу пеленаю, Ими я живу в строке, Ими я воспринимаю То, что было вдалеке.
Ну а там Одесса-мама, Жизни сложные борения, Омск, где прожито немало, И, конечно же – Евгения!
С нею жизни благодати Испытал во всём, всегда. Всё в ней так, всё было кстати Все их долгие года.
Толь наития догадка, Толи божья в том рука – Было сладко и несладко, Но текла судьбы река.
Стало светлым его имя! Музык тех красивый звук Помнят душами своими Дети, правнуки и внук.
168
Памяти тёти Жени
Увы, давно все жизненные завязи Уж развязались, превратившись в прах. Но только всё равно Вы в моей памяти
Скрасивою всегда улыбкой на устах.
Ипусть без Вас опять июнь цветёт Безумством тополей и запахом пионов, Без Вас грома гремят и дождь идёт,
Иволшебство над водным окоёмом.
Но остаётесь в этом Вы, пока мы живы, А также – Ваши правнуки и внуки.
И как бы ни были грустны по Вас мотивы, В них новых жизней слышатся уж звуки.
169