Статья: Зарождение феномена российского предпринимательства в первой четверти XVIII в. (по материалам Воронежского края)

Таких льготных условий для предпринимателей, как при Петре I, в России никогда не было. Используя новые возможности, купцы стали наживать большие капиталы и открывать мануфактуры (Муравьева, 2007).

Все эти новшества затронули и Воронежский край. Так, в 1722 г. по указу Петра I боринский и липские заводы подлежали передаче частным лицам Государственный архив Воронежской области (ГАВО). Ф. И-293. Оп. 1. Д. 2. Л. 1-2. Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 271. Оп. 1. Ч. 1. Кн. 19. Л. 63.. Кроме того, на одном из воронежских заводов, основанном в свое время Петром I для военных нужд, предпринимателю Л.А. Котельникову было позволено отливать колокола для города Старый Оскол Вейнберг Л.Б. Очерк сельскохозяйственной промышленности... С. 83..

Открывшимися новыми возможностями в 1725 г. поспешили воспользоваться воронежские дворяне: Ф. Веневитинов, П. Лосев, И. Титов, М. Плотников и купцы М. Тулинов, П. Гарденин, П. Сахаров и К. Сахаров. Они взяли в частное содержание Тавровскую казенную суконную фабрику, при этом получили право наряду с поставкой сукна на военные нужды изготовлять продукцию для рыночной торговли и 10 лет реализовывать ее беспошлинно. Им разрешалось также приобретать беспошлинно необходимые инструменты в течении 5 лет. Кроме того, они могли подлежать суду только в Мануфактур-коллегии и были освобождены от службы и постоев ГАВО. Ф. И-18. Оп. 1. Д. 23. Л. 16-18, 34..

Некоторые помещики делали попытки развернуть суконное производство непосредственно в своих имениях: И. Головачев - в Воронежском уезде, А. Кожин - в Задонском. Купцы при государственной поддержке открывали фабрики в Воронеже. Петр I поощрял подобные начинания. Он неоднократно посещал купеческий дом Сахарова в Воронеже, высоко оценивая его производство сукна (Проторчина, 1961: 60-61).

Одновременно создавались частные (партикулярные) фабрики, полностью независимые от государства, так как строились без помощи правительства. Одной из них была фабрика в Воронеже, принадлежавшая купцу А. Севастьянову. Здесь трудились вольнонаемные работники, которые производили ткань исключительно на продажу Воронежский край в XVIII в. Документы и материалы по истории края / сост. В.М. Проторчина. Воронеж,.

Ощущая государственную поддержку, активизировали деятельность ремесленники и кустари. Ведущее место занимали кузнецы, которые смогли накопить небольшие капиталы. Они создавали средние и мелкие металлургические заводы, которые были полукустарными. В первой четверти XVIII в. только в Елецком уезде работало около 20 подобных заводов (Душкова, Августин, 2002: 26-27).

Значительно возросло число ремесленников, купцов, однодворцев и пр., которые разворачивали деятельность в производственных дворах. Помимо металлообработки и кузнечного дела, они занимались и другими видами деятельности: канатным, корабельным, столярным, прядильным, хамовным и др. Всего в Воронеже и его пригороде насчитывалось в это время более 1,5 тыс. дворов (Кретова, 1986: 35).

Со временем появились и крупные частные металлургические заводы. Однако построены они были купцами - выходцами либо из Тулы (В. Арелов), либо из Москвы (В. Озеров), которые располагали значительно большими капиталами1980. С. 67, 69..

На казенных предприятиях в основном трудились приписные и покупные крестьяне, на частных - вольнонаемные работники. Продолжительность рабочего дня составляла более 12 ч в сутки. Работали в грязных, холодных и сырых помещениях. За малейшие провинности следовали штрафы и телесные наказания. Работники пытались бороться с произволом заводчиков путем саботажа, что не помогало. Иногда они убегали с предприятий, пытаясь найти спасение подальше от насиженных мест, но многих ловили и возвращали прежнему владельцу¹.

Небывалые масштабы в это время приобрела промысловая деятельность крестьян. Самым распространенным промыслом был металлургический. Крестьяне ручным способом добывали железную руду, плавили ее в «домницах» и полученное железо продавали скупщикам. Подобных «домниц» в Воронежском крае в петровское время насчитывалось несколько десятков (Августин, 2007: 33-34).

Из-за возросшего спроса в связи с кораблестроением развивались и другие промыслы: кожевенный, мукомольный, винокуренный, гончарный, плотнический, столярный, канатный, кирпичный, бочарный, портной и др. Промыслы для большинства крестьян-кустарей становились главным занятием, а сельское хозяйство уходило на второй план. Обусловлено это было тем, что промыслы приносили крестьянам немалые доходы. Это позволило в будущем определенной части из них выкупиться, например трем тысячам крестьян с семьями и землей у графини А.А. Бутурлиной, четырем тысячам крестьян - у помещицы А.Н. Стрекаловой ГАВО. Ф. И-290. Оп. 2. Д. 1. Л. 1. ГАВО. Ф. И-30. Оп. 1. Д. 1287. Л. 3-4..

Тем не менее по многим направлениям деятельности предприниматели зависели от государства и часто просто сохраняли видимость самостоятельности. Данная зависимость проявлялась в принятии решений, казенной финансовой и организационной поддержке, получении льгот и привилегий.

Особенно зависимы собственники были в вопросах обеспечения заводов и фабрик рабочей силой. Например, к металлургическим заводам Воронежского края было приписано население трех городов: Романова, Сокольска и Белоколодска ГАВО. Ф. И-18. Оп. 1. Д. 100. Л. 1-3.. Еще одним подтверждением являлись регулярные обращения предпринимателей с просьбами к правительству. Так, заводчик В. Озеров направил прошение о прирезке к своему предприятию пахотной земли, чтобы работные люди сами себя обеспечивали сельскохозяйственными продуктами. Такое разрешение он получил (Очерки истории..., 1961: 78).

В свою очередь, правительство ставило условия при передаче предприятий в частные руки. Например, упомянутая Тавровская суконная фабрика была отдана в частное содержание при условии увеличения станов с 20 до 50, дополнительного вложения капитала до 10 тыс. р. и обязательных поставок сукна для армейских нужд Веселовский Г.М. Исторический очерк... С. 95..

В такой ситуации предприниматели не могли действовать свободно, творчески, проявлять инициативу и индивидуальность. Своеобразной была и их психология. Находясь под давлением государства, привыкшие служить, они мечтали не столько о приумножении капитала, расширении дела, сколько в большей мере о престижной, высокооплачиваемой, доходной государственной службе. Например, создавший капитал на суконном производстве П.Н. Гарденин, являясь одним из совладельцев Тавровской фабрики, впоследствии больше гордился не своим богатством, а положением в обществе, особенно тем, что несколько лет занимал должность президента Воронежского губернского магистрата (Акиньшин, 1981: 98-99).

Показательно, что интерес со стороны государства к металлургическому производству в Воронежском крае снизился в послепетровское время. Обусловлено это было ослаблением активности внешней политики России, угасанием в данных местах судостроения в связи с обмелением реки Воронеж, истощением рудных и лесных запасов. Казенные заводы стали работать с перебоями и в скором времени закрылись. Однако частные заводы, для которых были созданы оптимальные условия, продолжали действовать, и даже открывались новые. Все они переключились на производство изделий для населения и реализацию их по доступной цене. Сохранили значимость и количественно увеличились частные предприятия легкой промышленности.

Изменение ситуации в промышленной сфере в XVIII в. отражено в таблице 1 (Очерки истории., 1961: 76-78, 142-143; Павличенко, 2014: 53; Проторчина, 1961: 58-59). Приведенные данные свидетельствуют о том, что во второй половине XVIII столетия казенных заводов и фабрик вообще не стало, а частные заводы не только сохранились, но и увеличились количественно. Обращает на себя внимание особенно значимый прирост винокуренных заводов, которые зарекомендовали себя еще в Петровскую эпоху как предприятия, дававшие быструю и большую прибыль и располагавшие достаточным сырьем.

Таблица 1

Основные показатели государственной и частной промышленности в Воронежском крае в XVIII в.

В условиях преобладания частных предприятий в государственной промышленной политике по существу ничего не изменилось. Обусловлено это было, как и прежде, заинтересованностью в тесном сотрудничестве обеих сторон. Правительство продолжало издавать законы, поощряющие частное предпринимательство, принимало меры по расширению рынка наемной рабочей силы, вело протекционистскую политику, предоставляло армейско-жандармские силы для подавления протестных выступлений фабрично-заводских работников. Так, например, когда в 60-е гг. XVIII в. рабочие липецких заводов неоднократно организовывали саботаж, воронежские власти каждый раз использовали отряды солдат, чтобы привести мятежников в повиновение (Очерки истории..., 1961: 165-167).

Результатом государственной промышленной политики, основу которой заложил Петр I, явилось увеличение количества заводов и фабрик по всей стране до 2 300 к концу XVIII в. Россия заняла первое место в мире по выплавке чугуна, обогнав даже Англию. Продукция российской металлургии высоко ценилась за рубежом. На экспорт шли и другие промышленные товары: канаты, льняное полотно, сукно, парусина и др. Тимошина Т.М. Экономическая история России: учеб. пособ. М., 1999. С. 87. В стране были сформированы новые промышленные центры, созданы условия для дальнейшего развития металлургической, горнодобывающей, военной и текстильной отраслей.

В то же время активная регулирующая роль государства негативно отразилась на процессе формирования русской буржуазии, большинство которой составляло купечество и богатое промысловое крестьянство. Став фабрикантами, они продолжали торговую деятельность. В меньшей степени ряды буржуазии пополнялись за счет дворянства и мещанства. Консолидации русской буржуазии в один социальной слой с самого начала препятствовало сохранение сословных границ внутри российского общества. В то время здесь отсутствовала обособленная группа предпринимателей, которая бы соответствовала третьему сословию Западной Европы. К тому же Петр I не видел необходимости в этом, привлекая к строительству кораблей и созданию мануфактур просто богатых людей: помещиков, купцов, духовенство, горожан и т. п.

В таких условиях предпринимателям сложно было проявлять экономическую и политическую самостоятельность. В дополнение попечительская политика правительства порождала прочную зависимость зарождающейся буржуазии от царизма, приводила к политической косности и консерватизму.

В то время как на Западе буржуазия уже заявляла о своих политических правах, в России предприниматели хотели по-прежнему становиться дворянами, душевладельцами. Накопленный ими при Петре I капитал, как правило, направлялся не на совершенствование производства, а на покупку крестьян, т. е. шел процесс омертвления капитала. Далекими от капиталистической формы были и льготы государства на производство, сырье и сбыт товаров. Это был по-прежнему вариант феодальных «жалованных грамот».

Безусловно, русская буржуазия находилась в оппозиции к царизму. Однако оппозиционность не могла быть угрожающей и сколько-нибудь серьезной в связи с тем, что правительство обеспечивало прочную защиту капиталов, а также выступало источником материального благосостояния. Поэтому она не стала ведущей силой Революции 1905-1907 гг., как это было в буржуазных революциях стран Западной Европы. Не имея опыта управления страной, буржуазия и в этом привыкла опираться на правительство. Оказавшись в феврале 1917 г. у власти, она растерялась и не смогла установить буржуазный государственный порядок.

Таким образом, экономическая политика Петра I дала мощный толчок развитию производительных сил, в том числе расширению предпринимательского слоя. Однако реформы, проводимые на крепостнической основе, не могли способствовать свободе предпринимательской деятельности и формированию рыночных отношений. Поэтому они надолго приостановили движение страны по капиталистическому пути.

Преимущественное развитие на первых порах получило государственное предпринимательство, которое переросло в систему государственной регламентации всей промышленности, как казенной, так и частной. В этих условиях и зарождался феномен российского предпринимательства, который полностью зависел от царского правительства и потому был пассивным, инертным, политически консервативным.

Обращение к истории зарождения предпринимательства в России позволяет извлечь уроки для современности. Безусловно, даже в рамках рыночной экономики без государства не обойтись. Однако действовать ему целесообразно не навязчиво, а косвенно - через налоговую и финансовую системы, инвестиционную и инновационную политику и т. п. В условиях, когда большинство предпринимателей не имеет достаточных капиталов для строительства промышленных предприятий и направляет средства главным образом в торговлю, государственная поддержка становится особенно необходимой, чтобы переориентировать собственников на организацию первостепенно важных видов производства.

Вмешательство государства важно и в вопросах определения отраслевой направленности того или иного региона, чтобы создаваемые предприятия были связаны с логистикой, размещались в непосредственной близости от источников сырья, способствовали решению проблем занятости. Особого внимания со стороны государства требует процесс развития малого и среднего бизнеса, который испытывает чрезмерное бюрократическое вмешательство, тяжесть налогового бремени и т. п. Своевременный учет прошлого опыта, правильные выводы помогут сегодняшнему предпринимательству состояться как в экономической сфере, так и в управленческой.