Закономерности формирования принципов вещного права в законодательствах стран мира
Щенникова Лариса Владимировна
Аннотация
В центре внимания автора статьи кодифицированное гражданское законодательство Франции, Германии и Китая. На основании научного анализа истоков формирования и современных достижений гражданско-правовой регламентации базовых основных начал формулируется авторский перечень необходимых, закономерно возникающих принципов вещно-правового регулирования.
Ключевые слова: гражданское право, гражданское законодательство, основные начала, принципы, гражданские кодексы.
Сведения об авторе; Щенникова Лариса Владимировна, доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права Кубанского государственного университета
Abstract
Regularities of formation of the principles of matter rights in the laws of the countries of the world
The focus of the author in the article is the codified civil legislation of France, Germany and China. On the basis of a scientific analysis of the origins of the formation and modern achievements of the civil law regulation of the basic principles, the article formulates the author's list of the necessary naturally arising principles of property law regulation.
Key words: civil law, civil legislation, basic principles, principles, civil codes.
Законодательство, в том числе гражданское, не может быть простой совокупностью правовых норм. Вот почему процесс его создания является достаточно сложным. Основная сложность законотворчества состоит в необходимости найти основополагающие идеи, принципы, начала, которые помогли бы сформулировать цели воздействия данного конкретно-отраслевого законодательства на регулирование общественных отношений. Право немыслимо без целеполагания. Все нормы в своей совокупности должны складываться в работающий механизм и быть эффективными в достижении поставленных целей.
Современный Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ) неслучайно начинается с перечня основных начал гражданского законодательства. Статья 1 ГК РФ разрабатывалась законодателем под воздействием идей гражданско-правовой науки. У ее истоков стоял ученый-цивилист С.С. Алексеев, сыгравший значительную роль и в практике конституционного строительства, поскольку возглавлял Комитет конституционного надзора нашей страны [1]. Начало XXI в. потребовало модернизации ГК, принятого достаточно поспешно в 90-е гг. ушедшего XX в. В Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации [2] справедливо указано, что гражданско-правовой науке в первую очередь необходимо сконцентрироваться на совершенствовании принципов гражданского права. Имеющийся перечень оказался недостаточен для эффективного воздействия на регулируемые гражданским законодательством общественные отношения.
Стало понятно, что принципы должны быть у каждой из подотраслей гражданского права. Из имеющихся основных начал специально на подотрасль вещного права, например, может быть обращен только один принцип - неприкосновенности собственности. А если рассматривать право наследственное, то для него непосредственно не подойдет ни один из сформулированного законодателем списка. Таким образом, создание принципов-идей в настоящее время остается центральной задачей цивилистической науки. Вот почему актуальным аспектом гражданско-правового анализа является обращение к проблеме закономерностей создания законодателями стран мира формулировок основных начал, или принципов, гражданско- правового регулирования, закрепленных в специальных кодифицированных гражданско- правовых нормативных актах. В данной публикации представляется возможным взять для научного анализа три страны - Францию, Германию и Китай, проанализировав особенности исторического пути, а также конкретные достижения национальных законодателей в части выработки центральных идей их кодифицированных гражданских законов.
Как известно, старейшим гражданским кодексом, принятым в Европе, является Французский гражданский кодекс (в дальнейшем - ФГК) 1804 г. В то время его регулирование распространялось на территорию Бельгии, Люксембург, Рейнские провинции, Гессен-Дармштадт, Женеву, Савойю, Пьемонт, Парму, поскольку они составляли части Франции. Французский ГК был следствием Великой французской революции, поставившей задачу разработать общее для всей страны гражданское право, которое бы позволило создать необходимые условия для развития капиталистических отношений.
Таким образом, экономический прогресс связывался напрямую с успехами в разработке качественного гражданского законодательства. Стране надо было преодолеть феодальный правовой партикуляризм. Важно было выработать простые и ясные законы, соответствующие принятой Конституции. Интересно, что в самом начале пути в 1791 г. законодательное собрание обратилось к гражданам с просьбой внести свои предложения по содержанию нового ГК. Кроме того, разработчиков ориентировали, что главным в новом законе должны быть общие положения, формулирующие принципы нового общества. Добиться качественного результата французам удалось далеко не сразу. На процедуру разработки и принятия ушли десятилетия кропотливого труда. Первый вариант 1793 г., состоявший из 695 статей, был признан сложным и недостаточно радикальным. Второй проект, сокращенный вдвое, не был принят с приходом к власти Директории. Не был принят и третий, оставшийся на бумаге проект ГК Франции. В 1800 г. работа по созданию кодифицированного закона была возобновлена под руководством Бонапарта, ставшего первым консулом. Он решил опираться на небольшую группу разработчиков, состоящую из четырех человек - старых судейских работников, воспитанных на римском праве и обычном праве Франции. Символично, что во главе рабочей группы стоял ученый - знаменитый французский юрист Порталис. Именно он вдохновил на создание основных принципов ГК Франции. Комиссия работала достаточно активно, изготовив проект за 4 месяца. Однако Законодательный корпус проект раскритиковал. И здесь значительную роль сыграла политическая воля руководителя, который, произведя коренную реформу трибуната, под непосредственным личным руководством в течение одного года обеспечил принятие 36 законов, составивших новый, передовой для того времени законодательный акт. Таким образом, весь последующий процесс кодификации других отраслей права проходил под воздействием идей гражданского кодекса. Кроме того, кодекс, регулирующий имущественные отношения, во Франции был назван «философским камнем», поскольку стал частью духовной жизни нации. Французские юристы подчеркивали, что национальное гражданское право сумело глубоко проникнуть в нравы народа. Как это удалось сделать?
Величайшее значение в данном деле сыграли нормы, сформулировавшие центральные идеи-принципы гражданского права Франции. Представляется, что такими фундаментальными идеями были наполнены ст. 6, 7, 8, 9 и 16 Гражданского кодекса французов и Кодекса Наполеона одновременно (издание 1804 г. было названо Гражданским кодексом французов, а издание 1807 г. - Кодексом Наполеона [3]), хотя последнее официальное издание от 30 августа 1816 г. носит название «Гражданский кодекс». Напомним содержание этих норм. Так, ст. 6 ФГК закрепила, что отступление от законов, касающихся публичного порядка и добрых нравов, путем соглашения частных лиц не допускается [4]. Данной нормой был объявлен приоритет публичного и нравственного перед частноправовым. Сам по себе сформулированный принцип, как представляется, является актуальным для всех подотраслей гражданского права, в том числе для права вещного. Новеллой ГК нашей страны начала XXI в. (пп. 3, 4 ст. 1) стало требование добросовестности, обращенное, в том числе, к участникам вещно-правовых отношений. ФГК о добрых нравах заявил в начале XIX в.
Кроме того, отличием в подходах является то обстоятельство, что «российское» требование основывается на субъективной оценке, а ФГК базируется на обычном праве, т.е. добрых нравах, вошедших, можно сказать, в «плоть и кровь» общества. Итак, в качестве первого принципа ФГК возможно выделить идею недопустимости нарушения публичного порядка и добрых нравов. Второй базовый принцип закреплен в диспозиции ст. 7, провозглашающей, что осуществление гражданских прав не зависит от осуществления прав политических, которые приобретаются и сохраняются в соответствии
с конституцией и избирательными законами. Думается, что это требование является достаточно важным для вещно-правового регулирования. Вещные права должны быть защищены от публично-правового воздействия. Таким образом, общая формулировка, выработанная ФГК, может быть актуальной для постановки целей вещно-правового регулирования на современном этапе развития экономической жизни общества. Соответственно, требование второго принципа ФГК может быть сформулировано как «независимость гражданских прав, в том числе прав вещных, от прав политических» [4]. Третья базовая установка заключена в ст. 8, а именно: каждый француз пользуется гражданскими правами. Из нее вытекает такой принцип гражданско-правового регулирования, как юридическое равенство. Участники гражданско-правовых отношений, в том числе отношений принадлежности материальных благ, равны, и это является как характеристикой предмета гражданского права, так и требованием гражданско-правого метода регулирования имущественных отношений. Таким образом, принцип юридического равенства может быть охарактеризован как третье основополагающее начало гражданского законодательства Франции. Четвертый принцип вытекает из диспозиции ст. 9 ФГК. В ней закреплено, что «каждый имеет право требовать уважения к своей частной жизни» [4]. Если рассматривать частную жизнь как участие в различных гражданско-правовых отношениях, возникающих на основе норм частного права, то этот принцип-требование будет актуальным и для подотрасли вещного права.
В отечественном ГК есть требование-принцип «недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела». Французский вариант представляется более глубоким по содержанию. Участники отношений здесь призываются не столько не вмешиваться в частные дела, сколько уважать частную жизнь другого. От нравственной установки уважения вытекает и многое другое, в том числе исполнение заключенных договоров, ненарушение права собственности и других вещных прав. Вот такая получилась мудрая формулировка, актуальная, пожалуй, для всех подотраслей гражданского права. Обозначим ее как принцип «уважения частной жизни всякого и каждого участника гражданско-правовых отношений, в том числе отношений вещно-правовых».
Наконец, пятый принцип гражданского законодательства Франции может быть выведен из содержания ст. 16 ФГК. Она гласит, что закон обеспечивает примат личности, запрещает любое посягательство на ее достоинство и гарантирует неприкосновенность человека с момента его рождения. Что скрывается, по нашему мнению, за диспозицией данной нормы? В первую очередь ценность участника гражданско-правовых отношений как личности. Собственник для законодателя Франции - это не только обладатель вещи, субъект правомочий владения, пользования и распоряжения. Собственник, как и субъект другого (ограниченного) вещного права - это личность. Во-вторых, во Франции по нормам ГК неприкосновенным объявляется достоинство человека, т.е. внутренняя самооценка личности. Это, как представляется, очень важно для любой личности, полноценного участника гражданско-правовых отношений, в том числе отношений принадлежности материальных благ. «Собственник должен быть гордым» - нам кажется симпатичным такой призыв, он очень актуален для современного гражданского права. Считаем, что анализ ст. 16 ФГК может быть завершен формулировкой принципа ценности участника гражданско-правовых, в том числе вещно-правовых, отношений как личности и запрета посягательства на ее достоинство.
Важной вехой развития европейского кодифицированного гражданского законодательства является, несомненно, Германское гражданское уложение (далее - ГГУ), которое было принято в этой стране в 1896 г. [5]. Крупнейший основополагающий закон Германии был разработан в соответствии с пандектной системой и основан на фундаментальной теории гражданского права. Путь его создания оказался тоже не быстрым, так как начало законодательных работ датируется 1874 г. Перед разработчиками стояли задачи: создать краткие и ясные нормы; добиться их внутренней согласованности и последовательности; устранить противоречия, обеспечив целесообразность норм. Однако реализация данных установок не привела к успеху. Первоначальные проекты были оценены весьма негативно. Отто фон Гирке оценил проект 1888 г. как «ни немецкий, ни народный и ни творческий» [6, с. 11]. Профессор Эрнст Беккер заявил, что направленность на мелочи позволила «упустить из вида вещи более важные» [6, с. 11]. Что же из «важного» было первоначально упущено немецкими разработчиками ГК?
Главная ошибка состояла в несоответствии социальным потребностям. Текст кодекса не отразил социальных вопросов, которые уже вошли в сознание широких народных кругов. Проект пришлось переработать, значительно изменив его содержание. Во главу угла были поставлены требование современности и задача обеспечения защиты экономически слабых слоев населения. Немецкий законодатель также увидел не только важность, но и необходимость целеполагания и выработки принципов гражданско-правового регулирования.
В итоге последний вариант немецкого ГК, как и кодекс Франции начала века, оказался пронизан нравственными критериями-принципами, заложенными в общий механизм гражданско-правового регулирования. В точных и логичных формулировках были установлены важные моральнонравственные критерии поведения участников гражданско-правовых отношений. Так называемые «неопределенные правовые понятия» расширили судейское усмотрение, позволив внести в гражданско-правовое регулирование морально-нравственное содержание. Как представляется, параграфы 138, 157, 226 и 242 ГГУ обозначили тот необходимый круг идей, которые стали центральными в гражданско-правовом регулировании имущественных отношений Германии. Посмотрим на содержание этих, как их иногда называют, «каучуковых» параграфов с точки зрения как буквы, так и духа немецкого закона. Так, параграф 138 ГГУ гласит, что сделка, противоречащая добрым нравам, является ничтожной. Данное требование преследовало цель создать преграды для злоупотребления ростовщиков и заключения кабальных сделок. В диспозиции немецкой нормы кодифицированного закона, как и ФГК, основополагающее значение приобретают добрые нравы.
По существу, гражданский закон данной страны призывает участников гражданских правоотношений в случае пробелов в правовом регулировании руководствоваться моралью и честью. Параграф 157 ГГУ закрепляет, что договоры следует толковать добросовестно, принимая во внимание обычаи гражданского оборота. Из этой нормы становится понятным, какое большое значение придается в Германии обычному праву. Именно обычное право покоится в этой стране на критерии добрых нравов, заложенных в его содержание за долгий путь развития регулируемых гражданским правом общественных отношений. Кроме того, актуальным по букве немецкого закона становится и субъективный критерий - добросовестности. Договоры законодатель призывает добросовестно толковать. При этом данный критерий, как представляется, будучи введенным в основополагающую норму, может быть распространен и на иные гражданско- правовые отношения, в том числе отношения принадлежности материальных благ. И здесь актуален призыв, заключающийся в необходимости для участников вещно-правовых отношений при осуществлении своих прав действовать добросовестно. Данную идею закрепляет и параграф 242 ГГУ, распространяющий свое непосредственное действие на участников обязательственных отношений. Он гласит, что должник обязан исполнить обязательство добросовестно с учетом обычаев гражданского оборота.