Для усиления комичности всего текста романа, Том Шарп уделяет внимание каждой детали, поэтому наделяет говорящими именами и второстепенных персонажей. Например:
Cannon Bowel (от англ. - кишечник, пищеварительный тракт).
Фамилия бывшего руководителя колледжа отражает сущность персонажа как прожорливого человека, который также промышлял браконьерством:
Cathcart D'Eath (от англ. Cat - кошка, Death - смерть).
Фамилия генерала D'Eath отсылает читателя к слову death - смерть, графический облик которого был намеренно видоизменен автором. Таким образом Том Шарп раскрывает образ генерала, который, согласно сюжетной линии, в бою сумел сохранить жизни лишь двенадцати солдатам, снискав славу горе-полководца.
Роман Blott on the Landscape становится преемником многих традиций создания комического эффекта, которые Том Шарп заложил в романе Porterhouse Blue. Главные персонажи нового сюжета также наделены говорящими именами. Так, хозяйка поместья получает имя Lady Handyman (от англ. Handyman - мастер на все руки), а ее верный помощник-садовник имя Blott (от англ. Blot - пятно, клякса). Обратим внимание на авторские стратегии создания говорящих имен, когда Том Шарп берет в основу принцип несоответствия, сталкивая две антонимичные языковые единицы lady и man. Противоречие проявляется и в дисгармонии «простого» имени, которое подразумевает высокую степень самостоятельности героини, ее умение справляться с проблемами, и статусного положения наследницы семейного особняка.
Имя Blott конструируется автором посредством включения в состав привычного слова новой буквы, которая видоизменяет графический облик оригинального слова, однако позволяет читателю расшифровать, идентифицировать его. Имя Blott образовано с помощью удвоения финальной буквы языковой единицы blot, что позволяет сохранить изначальное звучание слова и выявить ядерный компонент имени.
В процессе создания поистине комического произведения Том Шарп привлекает говорящие топонимы. Поместив в фокус внимания названия локаций, где в тот или иной момент разворачивается сюжетная линия, можно выявить семантическое сходство между ними, поскольку ядерные компоненты перечисленных названии вызывают неприятные ассоциации (Чехова 2020, с. 93):
The Cleene Gorge (от англ. Gorge - глотка, обжорство);
Knacker'syard (от англ. Knackery - живодерня);
Giblet Walk (от англ. Giblet - потроха);
Shambles Lane (от англ. Shambles - скотобойня, развалины, неразбериха).
Каламбуры становятся еще одним классическим воплощением языковой игры в тексте романа Porterhouse Blue:
For two hours the silver dishes came, announced by the swish of the doors in the Screens as the waiters scurried to and fro, bowed down by the weight of the food and their sense of occasion (Sharpe 2002 b, p. 21).
Данный пример включает каламбур, основой которого является структурная организация зевгмы, где отправной точкой служит глагол bow down, который вступает в различные семантические отношения с дополнениями. В первом примере этот глагол сопровождается дополнением the weight of the food и призван реализовать прямое значение - склоняться физически, тогда как во второй части предложения, включающей дополнение sense of occasion, читателю предлагается образное значение этой языковой единицы.
Аналогичный механизм создания комического эффекта реализуется в следующих примерах:
Zipsers hivered. It was partly the cold and partly the thought of Mrs Biggs (Sharpe 2002 b, p. 217).
Глагол shivered в этом случае выступает в качестве юмористической платформы для построения игры слов, переключая внимание читателя с прямого значения на переносное:
Even now as he walked back to Porterhouse through the snow-covered streets he was filled with foreboding and a tendency to waddle (Sharpe 2002 b, p. 218).
В данном примере автор создает каламбур, используя принцип несоответствия. Языковая единица foreboding (в значении «дурное предчувствие», «предвестник беды») имеет негативную эмоциональную окраску, предвещающую соответствующие негативные события. Автор завершает предложение, сообщая читателю любопытную деталь: Зипсер шагает «вразвалку», то есть походкой расслабленного беззаботного человека, что не соответствует тревожным мыслям, сопровождающим его. Связующим компонентом данного каламбура является слово filled, которое относится как к первому компоненту каламбура, сообщающему о тревожных мыслях персонажа, так и ко второму, который характеризует расслабленное физическое состояние героя, противоречащее ментальному напряжению.
Итак, вышеприведенные примеры основаны на противопоставлении прямого и переносного значений, при этом прямое значение указывает на физическое состояние героя в конкретной ситуации, в то время как переносное значение отражает ход его мысли, ментальные ощущения (Чехова 2020, с. 94).
В ряду каламбуров обращают на себя внимание нестандартные авторские решения:
But if the Fellows found difficulty in coming to terms with the contents of their stomachs,the contents of Sir Godber's speech were wholly indigestible (Sharpe 2002 b, p. 57).
Данный пример интересен тем, что обладает двумя стержнями, вокруг которых строится языковая игра. Существительное во множественном числе the contents, обладающее двумя значениями («содержимое желудков» и «содержание речи сэра Богдера»), позволяет реализовать языковую игру, но не в формате каламбура, каламбуром данный пример становится только благодаря языковой единице indigestible, актуализирующей наряду с прямым значением - неперевариваемое содержимое желудков, переносное - перевариваемое содержание речи (Чехова 2020, с. 94).
Важно отметить, что не только классический каламбур расцвечивает палитру комических приемов писателя, но и каламбур, который вводится посредством диалога. Данный механизм работает следующим образом: первый компонент каламбура транслируется посредством речи одного персонажа, а компонент-перевертыш, который служит рычагом переключения на переносное значение, автор передает в речи другого персонажа, который является участником диалога. При этом точки зрения обоих персонажей на ситуацию совершенно различны.
Такие комические диалоги чаще всего происходят между эротически настроенным аспирантом Зипсером и дородной служанкой миссис Биггс. Следует отметить любопытную закономерность: прямое значение части каламбура всегда транслируется Зипсером, в то время как реплика миссис Биггс обычно содержит компонент-перевертыш, который имеет эротический подтекст. Рассмотрим ряд примеров:
Mr Zipser, are you decent? she called.
Hang on. I'm coming, Zipser called back.
I shouldn't be at all surprised, Mrs Biggs muttered audibly (Sharpe 2002 b, p. 236).
В данном случае стержнем каламбура является фраза I'm coming, которая звучит довольно двусмысленно. Зипсер использует ее в качестве подтверждения того, что он уже закончил утренние приготовления и почти одет, а миссис Биггс, поглощенная своими чувствами к аспиранту, восприняла высказывание в эротическом ключе. Аналогичную схему использует автор и в следующих диалогах:
I'm sorry to have kept you, said Zipser sarcastically.
Kept me indeed. Listen to who's talking. And what makes you think I'd mind being kept?
I'm sorry, he mumbled, I must have slipped. Don't know what came over me.
Wonder you didn't come all over me, Mrs Biggs said coarsely (Sharpe 2002 b, p. 274).
В текстах романов Тома Шарпа читатель также знакомится с нетривиальным приемом создания комического эффекта - деформацией фразеологизма, которая заключается в подмене одного из компонентов устойчивого сочетания, тем самым изменяя привычную структуру высказывания. Комический эффект достигается за счет осознания читателем несоответствия и его разоблачением:
He was in a mood to run the gauntlet of a hundred middle-aged housewives and to face the disapproval of as many chemists in search of an immaculate misconception (Sharpe 2002 b, p. 85).
Так, фразеологизм immaculate conception, который можно перевести на русский язык как непорочное зачатие, подвергается авторской трансформации путем присоединения приставки - mis, придающей авторскому словосочетанию обратный смысл (Чехова 2020, с. 102).
Рассмотрим фрагмент из романа Blott on the Landscape, который интересен косвенной трансформацией устойчивого выражения:
Well that should put the cat among the pigeons. Or the bulls among the bears. Now, when he calls back give him the second list (Sharpe 2002 а, p. 193).
В фокус внимания Том Шарп помещает идиому put the cat among the pigeons, которая не была подвергнута трансформации. В следующем предложении читателю предлагаются компоненты для собственной интерпретации информации. Автор дает нам схему в виде оригинальной идиомы, а затем два трансформирующих компонента, чтобы читатель сам подставил эти компоненты. При этом выбор наименований животных вполне обоснован, поскольку речь идет о решении финансовых вопросов, автор обращается к легендарным образам биржевых игроков быка и медведя. Важно подчеркнуть, что автор не оставил читателя без подсказки, поскольку подобного рода трансформации весьма неочевидны для широкого круга читателей, а такие авторские наводки позволяют расширить круг людей, адекватно понимающих авторское коммуникативное намерение.
Таким образом, представляется возможным сделать вывод, что роман Тома Шарпа ориентирован на читателя с высоким уровнем эрудиции, но вместе с тем автор всеми силами старается облегчить понимание комических эпизодов, сделать их более доступными для широкого читателя.
Заключение
комический игровой роман шарп
В ходе исследования природы языковой игры было установлено, что данный феномен, представляет собой художественный прием, направленный на создание комического эффекта, который заключается в осознанном нарушении языковой нормы, что позволяет реализовать лингвокреативный потенциал словесного полотна рассматриваемых романов Тома Шарпа.
Языковая игра реализуется в тексте романов Porterhouse Blue и Blott on the Landscape посредством разнообразных стилистических приемов таких как «каламбуры», «видоизмененные фразеологизмы», «имена-характеристики» и т. д. Многократное использование каждого из этих приемов позволило Тому Шарпу создать удивительные фантасмагоричные миры персонажей, поражающие читателя живым юмором и технически выверенным комическим эффектом.
Литература
1. Sharpe 2002 а - Sharpe T. (2002) Blott on the Landscape. London: Arrow. 352 p.
2. Sharpe 2002 b - Sharpe T. (2002) Porterhouse Blue. London: Arrow. 224 р.
3. Даль 1863 - Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Москва, 1983. URL: https://azbyka.ru/ otechnik/Spravochniki/tolkovyj-slovar-zhivogo-velikorusskogo-jazyka-v-i-dalja.
4. Нухов 1997 - Нухов С.Ж. Языковая игра в словообразовании: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Москва, 1997. 39 с.
5. Усолкина 2002 - Усолкина А.В. Языковая игра как текстообразующий фактор: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2002. 20 c.
6. Чехова 2020 - Чехова К.А. Архитектура комического текста, а также механизмы реализации комического эффекта на материале романов Тома Шарпа: вып. квалификац. работа по направлению подгот. 45.04.01 «Филология» (уровень магистратуры) / М-во науки и высш. образования Рос. Федерации; Самарский национальный исследовательский университет им. С.П. Королева. Самара, 2020. 118 с.
7. Raskin 1985 - Raskin V Semantic meЖanisms of humor. Dordrecht, Holland: D. Reidel Publishing Company, 284 p. DOI: http://dx.doi.org/10.3765/bls.v5i0.2164.
8. Арутюнова 2006 - Арутюнова Н.Д. Виды игровых действий // Логический анализ языка. Концептуальные поля игры / отв. ред. член-корр. Н.Д. Арутюнова. Москва: Индрик, 2006. 548 с. URL: https://vk.com/doc- 123 642573_440242901.
9. Бабушкин, Ломов 2014 - Бабушкин А.П., Ломов А.М. (2014) Языковая игра с фоновыми знаниями // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Филология, педагогика, психология. 2014. № 8. С. 55-61. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=21975088; https://journals.kantiana.ru/vestnik/2965/8288.
10. Витгенштейн 1945 - Витгенштейн Л. Философские исследования. Москва, 1945. 574 с. URL: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000273/st000.shtml.
11. Данилевская 2003 - Данилевская Н.В. Языковая игра // Стилистический энциклопедический словарь. Москва: Флинта: Наука, 2003. С.657-660.
12. Земская, Китайгородская 1983 - Земская Е.А., Китайгородская М.В. Русская разговорная речь. Фонетика. Морфология. Лексика. Жест. Москва: Наука, 1983. 240 с. URL: https://www.studmed.ru/zemskaya-e-a-otv-red- russkaya-razgovornaya-rech-fonetika-morfologiya-leksika-zhest_2ffe047c407.html.
13. Иванов 2009 - Иванов С.С. Игра слов и способы ее создания: смысловая и звукосмысловая игра слов // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2009. № 6-2. Лингвистика. 2009. С. 227-231. URL: https:// elibrary.ru/item. asp?id= 13027212.
14. Каргаполова 2007 - Каргаполова И.А. «Языковая игра» в лексикографическом и научном освещении: концептуально-методологический анализ // Известия РГПУ им. А.И. Герцена, 2007. С. 44-53. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/yazy kovaya-igra-v-leksikograficheskom-i-nauchnom-osveschenii-kontseptualno- metodologicheskiy-analiz/viewer.
15. Лотман 1998 - Лотман Ю.М. Структура художественного текста // Об искусстве. Санкт-Петербург: Искусство, 1998. 351 с. URL: https://imwerden.de/pdf/lotman_struktura_khudozhestvennogo_teksta_1970ocr.pdf.; https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Literat/Lotman/_Index.php.
16. Норман 1987 - Норман Б.Ю. Язык: знакомый незнакомец. Минск: Вышейшая школа, 1987. 222 с. URL: https:// www.studmed.ru/norman-b-yu-yazyk-znakomyy-neznakomec_1a830de8940.html.
17. Покровская 2003 - Покровская Е.В. Понимание современного газетного текста (Прагматический аспект). Москва, 2003. 274 с.
18. Савченко 2012 - Савченко А.В. Текст улицы и языковая игра // Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Серия «Филология. Социальные коммуникации». 2012. Т. 25 (64), № 1. Ч. № 2. С. 163-168. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/tekst-ulitsy-i-yazykovaya-igra.
19. Хёйзинга 2017 - Хёйзинга Й. Homo ludens. Человек играющий. Санкт-Петербург: ИД Ивана Лимбаха, 2017. 684 с. URL: http://yanko.lib.ru/books/cultur/huizinga_homo_ludens_all_2_volum%3D8l.pdf.
References
1. Raskin 1985 - Raskin V. (1985) Semantic meanisms of humor. Dordrecht, Holland: D. Reidel Publishing Company, 284 p. DOI: http://dx.doi.org/10.3765/bls.v5i0.2164.
2. Arutyunova 2006 - Arutyunova N.D. (2006) Types of game actions. In: Arutyunova N.D. (Ed.) Logical analysis of the language. Concept fields of the game. Moscow: Indrik, 548 p. (In Russ.)