Изучение научной литературы по рассматриваемой проблеме так же указывает на противоречивость информации о состоянии рецидивной преступности амнистированных лиц. Так, А.Н. Осяк отмечает, что на основании данных Информационного центра Главного управления внутренних дел по Ростовской области повторные преступления в названном регионе совершили 3,6% лиц, освобожденных по амнистиям 2000 и 2001 гг. [9]. Кроме того, И.Г. Дудко указывает на то, что на основании постановления Государственной Думы Российской Федерации от 26 мая 2000 г. «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941--1945 годов» из мест лишения свободы было освобождено 188 тысяч осужденных, из них 63% вновь были осуждены к лишению свободы, а вот данные о повторной преступности лиц, освобожденных по амнистии от отбывания наказания и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества, не приводятся [5]. По мнению А.Я. Гришко: «Каждый пятый из тех, кто по амнистии освобождается из мест лишения свободы, в течение первого года своего нахождения на свободе совершает новое умышленное преступление» [2, с. 199]. По другим данным, рецидив среди всех амнистированных в 2014 г. составил 40% [14].
Отсутствие системных и объективных показателей повторной преступности амнистированных лиц и методики ее изучения отрицательно сказывается на развитии института амнистии. Недостаток столь важной криминологической информации не позволяет прогнозировать развитие преступности и своевременно вырабатывать меры по ее профилактике. В связи с этим нами была разработана методика исследования рецидива амнистированных лиц, которая заключается в соотнесении данных, полученных от региональных Информационных центров Министерства внутренних дел, с данными отчетов применения амнистии в территориальных органах Федеральной службы исполнения наказаний. Дополнительно в регионах Российской Федерации, выбранных для нашего исследования, анализировалось каждое пятое личное дело осужденного, освобожденного в порядке акта об амнистии от отбывания наказания в виде лишения свободы.
Таким образом, в Липецкой области по амнистии 2015 г. из мест лишения свободы освободились 350 человек, а повторные преступления совершили 30 человек; в Рязанской области -- 531 и 57 соответственно, в Тульской области -- 758 и 96, в Ярославской области -- 391 и 66. Отдельно в данных регионах необходимо выделить статистику повторной преступности лиц, освобожденных по амнистии от отбывания наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества (Липецкая область: освободилось 1167 человек, из них 132 совершили преступления; Рязанская область: 847 и 212 соответственно; Тульская область: 1247 и 253; Ярославская область: 1431 и 395). Необходимо отметить, что в приведенной статистике учитываются только те лица, которые совершили умышленные преступления в течение двух лет с момента применения к ним акта об амнистии.
Для объективного сравнения повторной преступности амнистированных лиц в данных регионах целесообразно рассчитать ее коэффициент. С этой целью можно воспользоваться формулой: КП = П х* 0 0 , где П -- число амнистированных, повторно совершивших преступления; Н -- численность лиц, освобожденных по амнистии, в отдельном регионе. Коэффициент повторной преступности амнистированных лиц, рассчитывается на 100 человек, освобожденных от отбывания наказания или меры уголовно-правового характера в порядке акта амнистии. В результате произведенных расчетов коэффициент криминологического рецидива амнистированных лиц в Липецкой области составил 10,61; Рязанской области -- 19,52; Тульской области -- 17,4; Ярославской области -- 25,3.
Между тем, по результатам нашего исследования, связанного с применением амнистии 2015 г., следует выделить категории лиц, наиболее склонных к противоправному поведению: условно осужденные; осужденные, которым до дня вступления в силу постановления об амнистии неотбытая часть наказания заменена более мягким видом наказания или отбывание наказания которым отсрочено, а также осужденные к наказаниям без изоляции от общества (п. 4 постановления об амнистии 2015 г.); осужденные, неотбытая часть наказания которых на день окончания исполнения постановления об амнистии составляла менее одного года (п. 5 постановления об амнистии 2015 г.).
При применении амнистии довольно сложно провести анализ личности осужденного, поскольку акт об амнистии рассчитан на неопределенный круг лиц и реализуется по строго определенным, формальным признакам. На наш взгляд, в акте об амнистии следует установить определенные критерии отбора осужденных в целях воспрепятствования освобождения лиц, склонных к совершению правонарушений. Так, исследование личных дел осужденных показало, что в группе амнистированных, совершивших новые преступления, преобладают лица с отрицательной характеристикой и большим количеством взысканий, возложенных на них в период отбытия наказания. Из 317 осужденных к лишению свободы, личные дела которых оказались в нашей выборке, 29 совершили преступления после освобождения. В группе амнистированных, повторно совершивших преступления, 86,2% в период отбывания наказания характеризовались отрицательно, 17,24% имели от 1 до 3 взысканий, а 82,76 % -- 4 взыскания и более. В последней группе максимальное количество взысканий доходило до 40. Поэтому в акте об амнистии целесообразно устанавливать ограничение на ее применение не в зависимости от факта признания осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, а в зависимости от количества и качества полученных им взысканий в ходе отбывания наказания.
Другим ограничением применения амнистии могут выступать сведения о прошлых судимостях лица. Проведенное исследование позволило установить корреляцию между новыми преступлениями амнистированных лиц и уголовно-наказуемыми деяниями, за которые они имели судимости. Так, 77,8% лиц, совершивших повторные преступления корыстной направленности, уже имели судимости за общественно опасные деяния этого вида. Аналогичная ситуация обстоит с преступлениями в сфере незаконного оборота наркотиков, психотропных и сильнодействующих веществ -- 14,2%; преступлениями против жизни и здоровья -- 4,2%; преступлениями, связанными с незаконным хранением оружия и боеприпасов -- 2,3%. Представляется обоснованным закрепить в актах об амнистии норму, ограничивающую освобождение осужденных с определенным количеством судимостей за совершение однородных преступлений или преступлений одной направленности. Стоит отметить наличие подобной нормы о запрете применения амнистии на лиц, являющихся профессиональными преступниками, в ст. 151 Уголовного кодекса Италии. Однако, несмотря на наличие такой нормы, как отмечают A. Barbarino и G. Mastrobuoni, при помиловании 1990 и 2006 гг. и амнистии 1990 г., итальянские законодатели решили распространить акты прощения на профессиональных преступников. Кроме того, из-за доказательств того, что преступная активность уменьшается с возрастом, законодатели иногда увеличивали количество помилованных за счет повышения возраста освобождаемых категорий лиц (обычно определяемых как лица старше 65 или 70 лет) [15].
Нельзя оставить без внимания осужденных за совершение неосторожных преступлений, так как большинство принятых амнистий в России закрепляли основания их освобождения. Анализ личных дел осужденных, подпавших под амнистию, показывает, что 23% из них совершили неосторожные преступления, из которых 94,52% связаны с дорожно-транспортными происшествиями. При этом исследования ученых, проведенные в странах Европейского Союза, свидетельствуют о том, что люди, совершающие другие правонарушения, характерные для антиобщественных взглядов, с большей вероятностью попадают в дорожно-транспортные происшествия и нарушают правила дорожного движения. Также была установлена зависимость тяжести санкций, применяемых к правонарушителям в сфере дорожного движения, от количества дорожно-транспортных происшествий. Уровень смертности в результате дорожно-транспортных происшествий выше в странах, где поведение жителей более агрессивно, а в странах с более суровыми пенитенциарными системами -- ниже [16]. Все это наводит на мысль о том, что прощение лиц, совершивших неосторожные преступления, может детерминировать аналогичные деяния с их стороны в будущем.
Вывод
Представляется оправданным выделить в качестве одной из причин совершения амнистированными лицами повторных преступлений неправильное восприятие целей амнистии и сформированную в результате этого систему представлений личности, противоречащей ее воспитательной составляющей. Несомненно, данная причина не является единственной и не может рассматриваться как основная. Однако в период реализации амнистии необходимо проводить с осужденными дополнительную воспитательную и психологическую работу, акцентируя внимание на проявленные к ним со стороны общества и государства гуманизм и милосердие, которые они должны оправдать своим правопослушным образом жизни. Отметим, что для повышения воспитательно-мотивационной составляющей амнистии и препятствования освобождения лиц, склонных к противоправному поведению, будет целесообразным устанавливать в актах об амнистии признаки личности, отражающие количество и качество взысканий, полученных осужденными в период отбывания наказания, а также характер прошлых судимостей, указывающих на профессионализацию в какой-либо преступной сфере. Для соблюдения прав потерпевших и формирования уважительного к ним отношения со стороны лиц, совершивших преступления, в актах об амнистии возможно устанавливать нормы, требующие от потенциально амнистируемых лиц возместить полностью или частично материальный и иной вред, причиненный их деяниями.
Литература
1. Бабаян С.Л. Освобождение от отбывания наказания: проблемы и пути совершенствования // Уголовно-исполнительное право. 2018. № 3. С. 309--314.
2. Гришко А.Я. Амнистия. Помилование. М., 2014. 236 с.
3. Дебольский М.Г. Проблемы риска рецидива при условно-досрочном освобождении // Психология и право. 2014. Том 4. № 1. С. 35--49.
4. Краткое криминологическое заключение на Предложения Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека об объявлении амнистии и проект Постановления, разработанный Координационным советом оппозиции / А.И. Долгова [и др.] // Пролог. 2013. № 4. С. 87--89.
5. Дудко И.Г. Амнистия в России: проблемы и последствия // Гуманитарные науки и образование. 2010. № 3. С. 103--104.
6. Киселев М.В., Прохорова М.В. Отношение осужденных к лишению свободы к наказанию как критерий их исправления // Вестник Кузбасского института. 2020. № 1. С. 41--47.
7. Кохман Д.В. Нивелирование негативных последствий амнистии в сфере соблюдения прав потерпевших и возмещения материального ущерба, причиненного преступлением // Правовое государство: теория и практика. 2018. № 2. С. 151--159.
8. Основные статистические показатели состояния судимости в России за 2008--2018 годы [Электронный ресурс]. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2074 (дата обращения: 20.02.2020).
9. Осяк А.Н. Институт амнистии в российском уголовном праве: дисс. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. М., 2006. 208 с.
10. Панков И. «Дикие» эшелоны Лаврентия Палыча // Преступление и наказание. 2008. № 6. С. 55--57.
11. Пенитенциарная психология и педагогика: учеб.-метод. пособие / С.С. Пиюкова, С.А. Тарасова. Самара: Самарский юридический институт ФСИН России, 2017. 86 с.
12. Поздняков В.М. Задачи пенитенциарных психологов при современной реформе уголовно-исполнительной системы России // Психология и право. 2012. № 3. С. 1--8.
13. Пузин Р. С. Мартовские амнистии 1917 года и их социально-политические последствия // Вопросы российской юстиции. 2019. № 1. С. 56--61.
14. Скобликов П.А. Современные российские амнистии: основания и последствия // Закон. 2014. № 8. С. 106--113.
15. Barbarino A., Mastrobuoni G. The Incapacitation Effect of Incarceration: Evidence from Several Italian Collective Pardons. Bonn, 2012. 54 p.
16. Castillo-Manzano J., Castro-Nuno M., Fageda X. Are traffic violators criminals? Searching for answers in the experiences of European countries // Transport Policy. 2015. Vol. 38. P. 86--94.
References
1. Babayan S.L. Osvobozhdenie ot otbyvaniya nakazaniya: problemy i puti sovershenstvovaniya [Exemption from serving sentences: problems and ways to improve]. Ugolovno-ispolnitel'noe pravo [Executive Penal Law], 2018, no. 3, pp. 309--314.
2. Grishko A.YA. Amnistiya. Pomilovanie [Amnesty. Pardon]. Moscow, 2014. 236 p.
3. Debol'skij M.G. Problemy riska recidiva pri uslovno-dosrochnom osvobozhdenii [Relapse Risk Problems with Parole], Psihologiya i pravo [Psychology and Law], 2014. Vol. 4, no. 1, pp. 35--49.
4. Kratkoe kriminologicheskoe zaklyuchenie na Predlozheniya Soveta pri Prezidente Rossijskoj Federacii po razvitiyu grazhdanskogo obshchestva i pravam cheloveka ob ob"yavlenii amnistii i proekt Postanovleniya, razrabotannyj Koordinacionnym sovetom oppozicii [Brief criminological conclusion on the Proposals of the Council under the President of the Russian Federation on the development of civil society and human rights on the declaration of amnesty and the draft Resolution developed by the Opposition Coordinating Council] / A.I. Dolgova [i dr.], Prolog [Prologue], 2013, no. 4, pp. 87--89.
5. Dudko I.G. Amnistiya v Rossii: problemy i posledstviya [Amnesty in Russia: problems and consequences], Gumanitarnye nauki i obrazovanie [Humanities and Education], 2010, no. 3, pp. 103--104.
6. Kiselev M.V., Prohorova M.V. Otnoshenie osuzhdennyh k lisheniyu svobody k nakazaniyu kak kriterij ih ispravleniya [The attitude of convicts to imprisonment to punishment as a criterion for their correction], Vestnik Kuzbasskogo institute [Bulletin of the Kuzbass Institute], 2020, no. 1, pp. 41--47.
7. Kokhman D.V. Nivelirovanie negativnyh posledstvij amnistii v sfere soblyudeniya prav poterpevshih i vozmeshcheniya material'nogo ushcherba, prichinennogo prestupleniem [Leveling the negative consequences of the amnesty in the field of respect for the rights of victims and compensation for material damage caused by a crime], Pravovoe gosudarstvo: teoriya i praktika [The rule of law: theory and practice], 2018, no. 2, pp. 151--159.
8. Osnovnye statisticheskie pokazateli sostoyaniya sudimosti v Rossii za 2008--2018 gody [Elektronnyj resurs]. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2074 (Accessed 20.02.2020).
9. Osyak A.N. Institut amnistii v rossijskom ugolovnom prave: dissertaciya na soiskanie uchenoj stepeni kandidata yuridicheskih nauk [Amnesty Institute in Russian Criminal Law: dissertation for the degree of candidate of legal sciences]: 12.00.08. Moscow, 2006. 208 p.