Вводные конструкции как маркеры актуализации иронии в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита»
Михаил Николаевич Кулаковский
Аннотация
В статье рассматриваются особенности использования вводных конструкций как маркеров актуализации иронии в романе М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Определяются базовые направления исследования творчества М. А. Булгакова (анализ текстов в аспекте природы мистического, интертекстуальных связей в прозе и драматургии, реализации авторского замысла, утопических мотивов), описываются объекты анализа в рамках текста (конкретные персонажи произведений Булгакова, образы сада, света и тьмы, дома и дороги, пространственно-временная организация произведений, мотив двойничества, конкретные лексикосемантические группы слов). Характеризуются основные аспекты исследования вводных слов как конструкций экспрессивного синтаксиса (с точки зрения создания внутренней диалогичности в современной медиаречи, в структурном и семантическом аспектах (с позиции грамматики конструкций), роль вводных конструкций при создании комического эффекта в художественном тексте, скрытая дополнительная полипредикативность, выражаемая вводным компонентом, метаязыковая функция вводных предложений в художественном тексте, особенности нерегламентированной пунктуации при вводных словах). Проведенный в данной статье анализ позволяет выявить наиболее характерные функции вводных конструкций при создании комического в прозе М. А. Булгакова (вводная конструкция как маркер иронического восприятия, вводная конструкция как маркер изменения стилевого или оценочного регистра, вводная конструкция как маркер логической ошибки, вводная конструкция как маркер контраста между незначимостью представленной детали и актуализацией как приемом, вводная конструкция как маркер контраста между факультативностью информации и информативно значимым развертыванием текста, вводная конструкция как маркер кардинального изменения информации или ее оценки, вводная конструкция как маркер изменения субъектно-речевого плана текста, вводная конструкция как маркер актуализации другого пространственно-временного плана текста, вводная конструкция как маркер моделирования комической ситуации).
Ключевые слова: комическое; ирония; вводная конструкция; вводное слово; логическая ошибка; оценочная информация; пространственно-временной план; субъектно-речевой план
Abstract
Parentheses as markers of irony actualization in M. A. Bulgakov's novel «The Master and Margarita»
Mikhail N. Kulakovsky
The article examines the specifics of using parentheses as markers of irony actualization in M. A. Bulgakov's novel «The Master and Margarita». The author defines the basic directions of studying M. A. Bulgakov's work (text analysis in terms of the nature of the mystical, intertextual connections in prose and drama, realization of the authorial intent and utopian motifs), and describes the objects of analysis within the text ( certain characters of Bulgakov's works, images of the garden, light and darkness, the house and the road, spatial and temporal organization of the works, the motif of duality, specific lexical-semantic word groups). The article characterizes the main aspects of studying parentheses as expressive syntactic constructions (from the point of view of creating inner dialogue in modern media speech, in structural and semantic aspects (from the position of grammar), the role of parentheses in creating a comic effect in literary text, the hidden additional poly-predicativity expressed by the parenthesis, the meta-linguistic function of parentheses in literary text, the specifics of non-regulated punctuation with parenthetical words). The analysis reveals the most characteristic functions of parentheses in creating a comic effect in M. A. Bulgakov's prose (the parenthetical construction serves as: a marker of ironic perception, a marker of changing the stylistic or evaluative register, a marker of logical error, a marker of contrast between insignificance of the given detail and actualization as a technique, a marker of contrast between optional information and informatively significant unfolding of the plot, a marker of a cardinal change of information or its evaluation, a marker of a change in the subject- speech plan of the text, a marker of actualizing another space-time plan of the text, a marker of modeling a comic situation).
Key words: comic; irony; parenthesis; parenthetical word; logical error; evaluative information; space-time plan; subject-speech plan
Введение
Творчество М. А. Булгакова достаточно давно привлекает внимание ученых. Однако интерес к его текстам проявляют и современные исследователи. Так, произведения М. А. Булгакова анализируются в аспекте природы мистического [Немцев, 2020], интертекстуальных связей в прозе [Доронина, 2022] и драматургии [Кузнецов, 2022], реализации авторского замысла [Колыше- ва, 2021], утопических мотивов [Файзрахманова, Козлова, 2020].
Объектом анализа становятся конкретные персонажи произведений Булгакова [Платонова,
2020] , образы сада [Авдонина, Жабо, 2022], света и тьмы [Дождикова, 2021], дома и дороги [Бердяева, 2021], пространственно-временная организация произведений [Бесаева, 2020], мотив двойничества [Новикова, 2022], конкретные лексико-семантические группы слов [Гладких, Жуйкова, 2022].
Внимание исследователей привлекают и средства создания комического эффекта, актуализации авторской иронии. В частности, с данной точки зрения анализируются произведения А. П. Платонова [Небренчина, 2021], М. М. Зощенко [Богачева, Ярошенко, 2021], Н. А. Тэффи [Вороничев, 2022], С. Д. Довлатова [Кулаков- ский, 2010], пьесы М. А. Булгакова [Головчинер, Веснина, 2021]. В качестве материала исследования выступает развлекательный радиоэфир [Букина, 2021] и политический газетный дискурс [Семенова, 2021]. Объектом анализа в данном аспекте становятся фразеологизмы [Бондаренко, , вставные конструкции [Кулаковский, 2017], метафора [Стоянова, 2020], гипербола [Печеникина, 2021].
Вводные слова (как конструкции экспрессивного синтаксиса) также становятся объектом пристального внимания лингвистов. В частности, они анализируются с точки зрения создания внутренней диалогичности в современной медиаречи [Прохватилова, 2020], вводные сочетания (с глаголами говорить и сказать) характеризуются в структурном и семантическом аспектах (с позиции грамматики конструкций) [Скребцо- ва, 2022], описывается роль вводных конструкций при создании комического эффекта в художественном тексте [Кулаковский, 2004], анализируется скрытая дополнительная полипредикативность, выражаемая вводным компонентом [Тимошенко, 2022], метаязыковая функция вводных предложений в художественном тексте [Родионова, 2021], рассматриваются особенности нерегламентированной пунктуации при вводных словах [Кузнецова, Почтарёва, 2021].
Вводные конструкции в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита»
Регулярное использование вводных конструкций как средства актуализации иронии является яркой стилевой чертой прозы М. А. Булгакова. Рассмотрим особенности функционирования данного средства на примере романа «Мастер и Маргарита».
Наиболее активно для создания комического эффекта Булгаков использует вводные слова, выражающие неуверенность:
Важное сведение, по-видимому, действительно произвело на путешественника сильное впечатление, потому что он испуганно обвел глазами все вокруг дома, как бы опасаясь в каждом окне увидеть по атеисту [Булгаков, 1999].
Создание комического эффекта в данном случае связано с актуализацией противоречия между формальной логической мотивировкой представленной информации и сомнением в этой мотивировке, переданным с помощью вводной конструкции. Таким образом, вводное слово становится для читателя своеобразным маркером критического и иронического восприятия последующей информации. При этом информативное развертывание текста строится по следующей схеме:
вводная конструкция как маркер иронического восприятия - базовая ситуативная или оценочная информация - формальная логическая мотивировка, передающая авторскую иронию и заставляющая вернуться к предтексту.
С помощью вводного слова может актуализироваться банальность авторского объяснения определенного поведения персонажа:
На лестницу выбежал секретарь филиала и, видимо, сгорая от стыда и смущения, заговорил заикаясь... [Булгаков, 1999].
В подобных случаях автор заставляет читателя самостоятельно оформить последнее звено в логике авторской иронии, сопоставив мотивировочную информацию с уже сформировавшейся оценкой читателя:
И, будучи, видимо, не в силах сдержать себя, Коровьев клюнул носом в стену рядом с зеркалом и стал содрогаться в рыданиях [Булгаков, 1999].
Структура формирования комического меняется следующим образом: вводная конструкция как маркер иронического восприятия - банальная мотивировочная информация - формальная ситуативная информация, заставляющая вернуться к предтексту и подключить сформировавшуюся оценку читателя.
Используемое автором вводное слово может выступать в качестве маркера оценочной градации:
При этом неуместном и даже, пожалуй, хамском вопросе лицо Аркадия Аполлоновича изменилось, и весьма резко изменилось [Булгаков, 1999].
Вводная конструкция актуализирует переход от нейтральной к явно сниженной оценке, оформляя тем самым некую уступку со стороны повествователя:
нейтральная оценка - вводная конструкция как маркер изменения стилевого или оценочного регистра - сниженная оценка.
С другой стороны, вводное слово сглаживает оценочный контраст, подготавливая читателя к восприятию комического и делая авторскую иронию более тонкой:
Будучи по природе вообще подозрительным человеком, он [Никанор Иванович] заключил, что разглагольствующий перед ним гражданин - лицо именно неофициальное, а пожалуй, и праздное [Булгаков, 1999].
При этом необходимо отметить, что авторская ирония актуализируется и за счет постпозиции оценочной информации.
В других случаях градация приобретает социально-оценочный характер:
Вся эта глупейшая, бестактная и, вероятно, политически вредная вещь заставила гневно содрогаться Павла Иосифовича... [Булгаков, 1999].
Схема создания комического при этом несколько модифицируется: оценочная информация - вводная конструкция как маркер изменения стилевого или оценочного регистра - социально значимая оценка (представляющая для персонажа определенную угрозу).
Вводная конструкция может выступать в качестве маркера актуализации логической ошибки:
Сиреневый, провалившись в кадку, на чистом русском языке, без признаков какого-либо акцента, вскричал:
- Убивают! Милицию! Меня бандиты убивают! - очевидно, вследствие потрясения, внезапно овладев до тех пор неизвестным ему языком [Булгаков, 1999].
Логическая ошибка основывается на противопоставлении формальных выводов, связанных с внешним, формально-ситуативным восприятием событий (тем, что иностранец не должен свободно говорить на русском языке), и уже понятной для читателя ситуации. Таким образом, комическое строится по следующей схеме:
ситуативная информация, адекватно воспринимаемая читателем - вводная конструкция как маркер логической ошибки - комически воспринимаемая формально-логическая мотивировка ситуации.
Авторская ирония может базироваться на логической ошибке в выводе:
По виду - лет сорока с лишним. Рот какой-то кривой. Выбрит гладко. Брюнет. Правый глаз черный, левый почему-то зеленый. Брови черные, но одна выше другой. Словом - иностранец [Булгаков, 1999].
При этом вводное слово служит маркером перехода от зрительного плана восприятия к плану ментально-оценочному, а комическое строится на нелогичности вывода, противоречивости конкретного логического хода. Структура создания комического:
детализация зрительного плана - вводная конструкция как маркер логической ошибки - противоречивый вывод, актуализирующий авторскую иронию.
В других случаях создание комического эффекта строится на актуализации автором незначимой детали:
Этот второй, будучи, очевидно, левшой, съездил администратора по другому уху [Булгаков, 1999].
При этом возникает следующая коллизия: не- значимость выделяемой детали вступает в противоречие со значимостью актуализации как приема. Схема создания комического: вводная конструкция как маркер актуализации информации - незначимость детали, вступающая в противоречие с приемом актуализации.
Комическое может основываться и на минимальности информативно-логической уступки:
В ярком свете сильнейших уличных фонарей он увидел на тротуаре внизу под собой даму в одной сорочке и панталонах фиолетового цвета. На голове у дамы, правда, была шляпка, а в руках зонтик [Булгаков, 1999].
В этом случае представлена следующая схема комического:
комическая ситуация - вводная конструкция как маркер актуализации информации - детализация, подчеркивающая незначител ь- ность уступки и актуализирующая иронию.
Авторская ирония может строиться на противоречии, возникающем между вводной конструкцией и основным контекстом. В частности, вводная конструкция может семантически подчеркивать факультативность, необязательность последующей информации, а дальнейший контекст - отражать важные, значимые для развития сюжета события:
Между прочим, Лиходеев, по собственной его просьбе, был заключен в надежную камеру [Булгаков, 1999].
Схема комического: вводная конструкция, подчеркивающая факультативность представленной далее информации - информативно значимое развертывание текста.