Материал: Введение в общую психологию

Без ужаса, омерзения и боли сердечной не могу вспомнить об этих годах. Я убивал людей на войне, вызывал на дуэли, чтобы убить, проигрывал в карты, проедал труды мужиков, казнил их, блудил, обманывал. Ложь, воровство, любодеяния всех родов, пьянство, насилие, убийство <…> Не было преступления, которого бы я не совершал, и за все это меня хвалили <…> (112, т. XVI, с. 109-110).

В этих отрывках многое, обсуждаемое теперь научной психологией, сказано просто и предельно точно.

Мы видим, как «стихийная нравственность», приобретенная писателем в детстве, уступает напору социальных мотивов (стремлению быть признанным непосредственным социальным окружением) - мотивов, которые начинают доминировать в подростковом возрасте и, как правило, остаются ведущими в последующее десятилетие жизни человека (если не дольше). Чрезвычайная сила этих мотивов заставляет взрослеющую личность усваивать нормы поведения и ценности ее референтной группы, которые нередко расходятся с нормами «высшей нравственности». В этих условиях возникает опасность не только остановки духовного роста, но и всевозможных искажений в развитии личности в целом, что с необычайной выразительностью описал в отношении себя Л. Н. Толстой.

С другой стороны, из этих описаний видно, как окрепшее с годами духовное самосознание писателя позволило ему не только осознать, но и дискредитировать ведущие мотивы того периода его жизни.

Итак, за борьбой между «социальным» и «духовным» уровнями личности, как правило, стоит противоречивость и разноуровневость социальных «норм». Конструктивная переработка этих противоречий возможна только при участии самосознания и составляет один из важнейших моментов личностного творчества человека.

Перейдем к последней функции самосознания - осмыслению собственной жизни. Сразу скажу, что это активность особого рода: она направлена не просто на осознание ведущих мотивов, но и на координацию всей личности в целом. Ведь речь здесь идет о смысле не отдельных действий, поступков и даже деятельностей, а о смысле всей жизни.

Факты показывают, что этот вопрос встает не перед каждой личностью и не с равной силой. Редко он появляется в молодые годы. Если молодой человек и ставит перед собой такие вопросы, то звучат они немного иначе: не «Для чего я живу?», а «Для чего (или как) я хочу жить?» Молодой человек, по выражению Л. Н. Толстого, еще «пьян жизнью», у него еще много стихийно возникающих и стихийно действующих мотивов.

Обычно нужно окунуться в жизнь, пройти некоторые этапы жизненного пути, чтобы началась внутренняя работа по осмыслению собственной жизни. Часто случается, что вопрос о смысле жизни возникает вместе с появлением осязаемого ощущения ее конечности, т. е. неизбежной смерти.

Человеческая культура содержит много замечательных памятников, в которых отражены подобные переживания личности, подобная работа ее самосознания. Я позволю себе снова обратиться к «Исповеди» Л. Н. Толстого как к одному из самых выдающихся произведений, написанных на эту тему.

На примере рассмотренных выше отрывков из «Исповеди» мы видели, как Л. Н. Толстой со свойственной ему силой ума, критичностью и откровенностью постоянно анализировал собственные мотивы, пытаясь понять, почему он занимается тем или иным делом, что в действительности им руководит. Этот анализ неоднократно приводил его к неожиданным открытиям, которые заставляли его резко изменить свой образ жизни. И вот на фоне такой работы возник еще один, более общий процесс. Вначале, по описанию Толстого, он стал обнаруживать себя в форме недоумений и вопросов: «Зачем я живу?», «Ну, а потом что?»

Он отгонял эти вопросы, но они возвращались и оставались без ответа. В конце концов эти вопросы без ответа, по словам Толстого, «слились в одно черное пятно», и жизнь остановилась.

«Прежде чем заняться самарским имением, воспитанием сына, написанием книги, надо знать, зачем я это буду делать. Пока я не знаю - зачем, я не могу ничего делать.

<…> И это сделалось со мной в то время, - продолжает Толстой, - когда со всех сторон было у меня то, что считается совершенным счастьем… И в таком положении я пришел к тому, что не мог жить и, боясь смерти, должен был употреблять хитрости против себя, чтобы не лишить себя жизни <…>» (112, т. XVI, с. 117-118).

Поиски ответа на вопрос о смысле жизни продолжались у Толстого более трех лет. Они были напряженны и мучительны.

Невозможно проследить все сложные ходы мыслей и переживаний автора. Для этого нужно читать само произведение. Скажу только несколько слов о том психологическом выходе, который нашел для себя в конце концов Толстой. Он очень знаменателен.

Одно из главных рассуждений, к которому постепенно пришел автор «Исповеди», состояло в том, что в своих поисках, «гордых и одиноких», он оторвался от многих и многих миллионов людей, живших до него и живущих теперь, и в этом, как он понял, была его ошибка.

«С тех пор, как началась какая-нибудь жизнь людей, у них уже был этот смысл жизни, и они вели эту жизнь, дошедшую до меня. Все, что есть во мне и около меня, все это - плод их знания жизни. Те самые орудия мысли, которыми я обсуждаю эту жизнь и осуждаю ее, все это не мной, а ими сделано. Сам я родился, воспитался, вырос благодаря им. Они выкопали железо, научили рубить лес, приручили коров, лошадей, научили сеять, научили жить вместе, урядили нашу жизнь; они научили меня думать, говорить. И я-то, их произведение, ими вскормленный, вспоенный, ими наученный, их мыслями и словами думающий, доказал им, что они - бессмыслица! Тут что-то не так…», - говорил я сам себе» (112, т. XVI, с. 136).

В этих замечательных строках Толстого мы находим ростки того представления, которое называем теперь общественной сущностью человека. Человек и его личность - порождения человечества. Через это понимание Толстой и приходит к следующей мысли: чтобы понять смысл своей жизни, нужно приравнять ее не к конечному существованию своего тела, а к «бесконечному началу», для выражения которого люди в скрывающейся глубине веков выработали разные понятия. Среди них понятие «божественности души», «сущности души», «нравственного добра и зла» (112, т, XVI, с. 143). И Толстой, по его словам, принял в себя это начало, слился с ним. Так, через своего рода субъективное открытие, через приобщение своей единичной личности к ее источнику - духовному наследию человечества - Толстой находит решение мучивших его вопросов.

Психология только подходит к серьезному анализу подобных состояний в жизни личности. И сказать о них значительное слово ей еще только предстоит.

Сейчас можно совершенно определенно сказать, что поиск смысла жизни есть одна из самых важных функций самосознания. Еще раз повторю, что на языке научных понятий этот поиск можно представить как процесс, направленный на полную интеграцию и координацию мотивационной сферы личности.

Чтобы подвести итог всей лекции, я хотела бы вернуться к трем категориям понятий, о которых упоминала вначале. Это понятия, описывающие социальный мир так, как он обращен к человеку, как он «задает» его личность; далее, понятия, описывающие процесс «врастания» человека в социальный мир, и, наконец, понятия, описывающие работу его самосознания. Для того чтобы образно представить себе в свете этих понятий процесс формирования и функционирования личности, я хотела бы предложить вам следующую наглядную схему.

Изобразим индивида в виде окружности. Социальная среда вокруг него сложно сконструирована, в частности, в ней могут быть выделены иерархические слои различных «норм»: от правил внешнего поведения до духовных идеалов и ценностей. Нормы, предписываемые социальными ролями, находятся где-то посередине (см. соответствующие символические изображения на рис. 15).

Индивид начинает жить в этой среде и интериоризировать систему правил, норм и ценностей; начинается рост личности. Этот процесс интериоризации можно уподобить одной математической операции, которая называется инверсией плоскости в окружность. Согласно этой операции все внешние точки плоскости переходят во внутренние точки окружности. При этом соблюдается следующее правило: точки, находящиеся близко от контура окружности снаружи, переходят в точки, которые также близки к контуру изнутри; более удаленные точки плоскости оказываются ближе к центру окружности и, наконец, бесконечность инвертируется в самый центр окружности.

Процесс формирования личности напоминает такую инверсию. Сначала в ходе взаимодействия с непосредственным окружением ребенок усваивает нормы, опосредствующие его физическое существование. Расширение контактов ребенка с социальным миром приводит к формированию «социального» слоя личности. Наконец, когда на определенном этапе своего развития личность вступает в контакт с более высокими слоями человеческой культуры - идеалами и духовными ценностями, успешная «инверсия» этого слоя формирует духовный центр личности, ее нравственное самосознание. При благоприятном развитии личности эта духовная инстанция встает над предыдущими структурами, подчиняя их себе. Усиленные поиски смысла жизни есть, как уже говорилось, борьба самосознания за интеграцию личности, превращение ее в одновершинную структуру.

Эта же модель хорошо отражает еще один очень важный момент. Вполне можно сказать, что идеальный слой человеческой культуры не имеет границ и пределов; соответственно его интериоризация - процесс, все более конституирующий «центр» личности - никогда не завершается. Это согласуется с представлениям о личности как «открытой системе» (Достоевский, Бахтин), а также с субъективным переживанием личностью ее собственной бесконечности и даже «бессмертной» сущности (Толстой). По существу, в этом переживании отражается действительная содержательная и временная бесконечность человеческой духовности.

В этой связи можно вспомнить идею Платона, с которой я начала этот курс: душа, приобщаясь к миру идей, становится бессмертной. Рассмотренные процессы формирования и жизни личности помогают нам наполнить и эту метафору Платона глубоким содержательно-психологическим смыслом.

Литература

. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.

. Ленин В. И. Полн. собр. соч. 5-е изд.

. Ананьев Б. Г. Некоторые черты психологической структуры личности // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Ананьев Б. Г. О проблемах современного человекознания. М, 1977.

. Ананьев Б. Г. Строение характера // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Анастази А. Дифференциальная психология // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Анохин П. К. Избранные труды. Философские аспекты теории функциональной системы. М., 1978.

8. Аристотель. Соч. в 4 т. Т. 1. М., 1975.

. Атеисты, материалисты, диалектики древнего Китая. М., 1967.

. Асмус В. Ф. «Трактат о душе» (вводная статья в кн.: Аристотель) // Соч. Т. 1. М., 1975.

. Бассин Ф. В. Проблема бессознательного. М., 1968.

. Бахтин М. М. Герой и позиция автора по отношению к герою в творчестве Достоевского // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Белкин А. И. Формирование личности при смене пола // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Бернштейн Н. А. О построении движений. М., 1947.

. Бернштейн Н. А. Очерки по физиологии движений и физиологии активности. М., 1966.

. Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968.

. Божович Л. И. Социальная ситуация и движущие силы развития ребенка // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Вагнер В. А. Биологические основания сравнительной психологии. СПб.: М., 1910-1913.

. Василюк Ф. Е. Психология переживания. М., 1984.

. Вундт В. Введение в психологию. Хрестоматия по вниманию. М., 1976.

. Выготский Л. С. Развитие личности и мировоззрение ребенка // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Выготский Л. С. Собр. соч. в 6 т. М., 1982-1984.

. Гальперин П. Я. Введение в психологию. М., 1976.

. Гальперин П. Я. К учению об интериоризации // Вопр. психологии. 1966. № 6.

. Ганнушкин П. Б. Клиника психопатий, их статика, динамика, систематика // Психология индивидуальных различий. Тесты. М., 1982.

. Гельмгольц Г. Как приходят новые идеи // Хрестоматия по общей психологии. Психология мышления. М., 1981.

. Гиппенрейтер Ю. Б. К методе измерения звуковысотной различительной чувствительности // Докл. АПН РСФСР. 1957. № 4.

. Гиппенрейтер Ю. Б. Понятие личности в трудах А. Н. Леонтьева и проблема исследования характера // Вести. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1983. № 4.

. Гиппенрейтер Ю. Б., Романов В. Я. Новый метод исследования внутренних форм зрительной активности // Вопр. психологии. 1970. № 5.

. Давыдов В. В. Учение А. Н. Леонтьева о взаимосвязи деятельности и психического отражения // А. Н. Леонтьев и современная психология. М., 1983.

. Декарт Р. Начала философии. Избр. произведения. М., 1950.

. Джемс В. Психология. Спб., 1911.

. Джемс В. Многообразие религиозного опыта. М., 1910.

. Джемс В. Личность //Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. в 30 т. М., 1972-1987.

. Зейгарник Б. В. О патологическом развитии личности // Психология личности. М., 1982.

. Ильенков Э. В. Что такое личность? // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Кант И. О темпераменте // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Кант И. О характере как образе мыслей // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Кербиков О. В. Клиническая динамика психопатий и неврозов. Избр. труды. М., 1971.

. Ковалев А. Г., Мясищев В. Н. Темперамент и характер // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Корчак Я. Избранные педагогические произведения. М., 1979.

. Коффка К. Самонаблюдение и метод психологии // Проблемы современной психологии. М.; Л., 1926.

. Кравков С. В. Самонаблюдение. М., 1922.

. Кречмер Э. Строение тела и характер // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Лавик-Гудолл Дж. ван. В тени человека. М., 1974.

. Лазурский А. Ф. Классификация личностей // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Левин К., Дембо Т., Фестфингер Л., Сире П. Уровень притязаний // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Левитов Н. Д. Проблема характера в современной психологии // Вопр. психологии. 1970. № 5.

. Лейтес Н. С. Одаренные дети // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Леонгард К. Акцентуированные личности. Киев, 1981.

. Леонтьев А. А. Возникновение и первоначальное развитие языка. М., 1963.

. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1982.

. Леонтьев А. Н. Индивид и личность // Психология индивидуальных различий. Тексты. М., 1982.

. Леонтьев А. Н. Мотивы, эмоции и личность // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М, 1972.

. Леонтьев А. Н. Формирование личности // Психология личности. Тексты. М., 1982.

. Леонтьев А. Н., Гиппенрейтер Ю. Б. Влияние родного языка на формирование слуха // Докл. АПН РСФСР. 1959. № 2.

. Леонтьев А. Н., Запорожец А. В. Восстановление движения. Исследование восстановления функции руки после ранения. М., 1945.

. Лесгафт П. Семейное воспитание ребенка и его значение. СПб., 1898.

. Линдеман Э. Клиника острого горя // Психология эмоций. Тексты. М., 1984.

. Личко А. Е. Патохарактерологический диагностический опросник (ПДО) для подростков / Под ред. М. М. Кабанова, А. Е. Личко, В. М. Смирнова. Методы психологической диагностики и коррекции в клинике. Л., 1983.

. Личко А. Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л., 1977.

. Локк Дж. Опыт о человеческом разуме. Избр. филос. произведения. М., 1960.

. Лопатин Л. Н. Метод самонаблюдения в психологии // Вопросы философии и психологии. Кн. II (62). М., 1902.

. Лоренц К. Кольцо царя Соломона. М., 1980.

. Лоренц К. Человек находит друга. ML, 1977.

. Лурия А. Р. Курс общей психологии. Лекции. Эволюционное введение в психологию. М., 1970.