Если бытие как подлинно всеобщее основание выражает суть существования и определяет логические границы нашего универсума, то субстанция как особенное репрезентирует фундаментальные способы того, каким это существование должно быть; как мы уже отмечали выше, субстанция обозначает те основные способы существования, посредством которых бытие реализует себя именно как бытие.
Но субстанция может также реализовывать себя как множество материальных объектов. Все многообразие материальных объектов окружающей нас действительности в своем единстве образуют бытие, которое являет себя посредством субстанции. Но сами материальные объекты в своей совокупности не есть ни бытие, ни субстанция. Многообразие объектов окружающей нас действительности, наличествуя как объективная реальность, как бы «выхолащивают» всем своим содержанием, с одной стороны, ограниченность предметности своего отдельного, единичного, а с другой стороны безграничность и универсальность единого целого, тотального, всеобщего [10, с. 12].
Совокупность всех материальных объектов как суть отдельные единичные опосредствования, отражаются, соответственно, и на уровне единичного онтологического компонента картины мира. Вообще, все материальные объекты действительности как «поодиночке», так и в своей совокупности, реализуют собой единичности, если их рассматривать как самодостаточные сущности, представляют собой суть особенное, если их рассматривать как необходимые элементы некоего целого, и реализуют в себе всеобщее, если их рассматривать как экспликации самого бытия. И в первом, и во втором, и в третьем случае, мы сталкиваемся с онтологической проблематикой выявления качественных характеристик сущего, но при различных интерпретациях, выходим на различные уровни, структурно характеризующие как само сущее, так и отражающую данное сущее, картину мира [Там же, с. 37].
Гносеологический аспект картины мира, также как и ее онтологический аспект, включает в себя всеобщий уровень, уровень особенного и уровень единичного. Что же представляет собой подлинно всеобщее гносеологического компонента картины мира? Всеобщим здесь выступают те единые законы и тенденции, по которым функционирует и развивается само бытие как таковое. Последние представляют собой, в первую очередь, необходимые и существенные связи, осуществляющие логику развертывания бытия в тех или иных своих конкретных формах. Отметим, что традиционно под данными конкретными формами развертывания самого бытия как такового, зачастую в отечественной философии до сих пор подразумеваются природа, общество и мышление [6, с. 241]. Соответственно, здесь как бы можно сделать вывод о том, что сами данные законы функционирования и развития бытия в своих конкретных формах представляют собой не что иное, как традиционные диалектические законы: закон единства и борьбы противоположностей, закон перехода количественных изменений в качественные и закон отрицания отрицания [11, с. 162].
Но если всеобщие закономерности и тенденции функционирования и развития бытия выражают собой суть всеобщий уровень гносеологического аспекта картины мира, то всеобщие законы функционирования и развития природного бытия (природы) выражают собой суть особенный уровень гносеологического аспекта картины мира. Отметим, что всеобщие законы функционирования и развития природы своим «частным», специфическим содержанием обусловливают всеобщность закономерностей функционирования и развития бытия. Через логику осуществления природных закономерностей, через специфическое их содержание, мы можем выразить идеальные закономерные формы развития бытия. Последние определяются природными закономерностями в том смысле, что их декларирование как подлинно универсальных форм функционирования и развития бытия осуществляется в действительности именно через природные законы.
Всеобщие закономерности и тенденции функционирования и развития бытия, не столько проявляются в природном бытии как таковом, сколько рождаются в нем. Они рождаются в своеобразной логике «слепого хотения», первоначально реализуются в качестве объективной природной реальности. Сама логика всеобщих законов функционирования и развития бытия здесь как бы изначально «разбавляется» природной предметностью. Но можно также сказать и то, что всеобщие законы развития бытия уже как бы присутствуют в самих природных явлениях и формах, но они «окрашены в краску» этих специфических, единичных форм и явлений, «зашорены» самой предметной физической реальностью. Если всеобщий уровень гносеологического компонента картины мира выражает всеобщие закономерности функционирования и развития бытия и, соответственно, может собой репрезентировать «пресловутые» диалектические законы [7, с. 17], то на уровне особенного раскрывающего всеобщие связи функционирования и развития природы такого рода законы имеют уже более предметный характер. В качестве характерного примера к вышеозначенному тезису приведем кантовские законы (основоположения) постоянства субстанции, временной последовательности, исходя из принципа причинности и закон взаимодействия. «При всякой смене явлений субстанция постоянна и количество ее в природе не увеличивается и не уменьшается» [4, с. 252], «все изменения происходят по закону связи причины и действия» [Там же, с. 258], «все субстанции, поскольку они могут быть восприняты в пространстве как одновременно существующие, находятся в полном взаимодействии» [Там же, с. 274]. По нашему мнению, все данные основоположения вполне можно отнести к особенному уровню гносеологического компонента картины мира.
К единичному же уровню гносеологического компонента картины мира мы с необходимостью должны отнести все многообразие частнонаучных законов. Единичное гносеологического аспекта картины мира представляет собой каждый раз новое, специфическое и уникальное содержание, выражающееся в той или иной существенной связи определенного отношения фактов действительности между собой. Специфическое содержание отдельного закона, выражающее собой существенную связь в том или ином взаимодействии «элементов бытия» между собой, безусловно, реализуется как единичное гносеологическое отношение к самому бытию и как суть всеобщее по отношению к тому устойчивому, но происходящему каждый раз поразному взаимодействию соответствующих форм и объектов окружающей действительности [15, с. 118].
Отметим, что логика того или иного частнонаучного закона всегда сводится к выражению сущностного отношения, взаимодействия, связи различных объектов, их свойств или элементов между собой. Символическое выражение содержания частнонаучного закона, всегда в той или иной мере подчеркивает наличие сущностных связей осуществляющихся в отношении различных «элементов бытия» между собой и, соответственно, по отношению к ним реализуется как истинно всеобщее. Но тот же частнонаучный закон «в себе и для себя» по отношению к всеобщим закономерностям, определяющим логику функционирования и развития бытия как такового, реализуется всего лишь как единичная экспликация этого же самого бытия, выступает отдельной, «рядовой», уникальной по своему содержанию сущностной связью бесконечного многообразия других таких же (если абстрагироваться от уникальности и специфичности именно вот этого содержания) сущностных связей, которые «в своем единстве и многообразии лишь отражают логику осуществления бытия в своих конкретных, определенных, уникальных и единичных формах» [Там же, с. 231].
С точки зрения единства в многообразии, с позиции единого универсального тотального целого, любой частнонаучный закон должен выступать как единичная специфицирующая форма или связь, через которую само бытие как таковое демонстрирует свою конкретность посредством тех или иных отдельных материальных тел. Подобно тому как само материальное тело выступает единичной экспликацией бытия как всеобщего в онтологическом компоненте, так же и на уровне гносеологического аспекта рассмотрения любой частнонаучный закон реализует себя как единичная экспликация всеобщего единства закономерностей функционирования и развития бытия. Само единичное гносеологического аспекта картины мира может включать в себя не только тот или иной частнонаучный закон, но и различную совокупность таких законов. Совокупность существенных связей между определенными свойствами или отношениями различных объектов всегда представляет собой набор отдельных, уникальных, единичных существенных связей, и потому не выходит за рамки единичного уровня гносеологического аспекта картины мира.
Мировоззренческий компонент картины мира, так же как и онтологический и гносеологический ее компоненты, включает в себя уровень всеобщего, уровень особенного и уровень единичного.
На уровне всеобщего мировоззренческого аспекта картины мира последняя реализуется в содержании научной картины мира. Научная картина мира представляет собой сугубо научный взгляд на мир, «окрашивает» саму действительность в «краску» особой логики познания и интерпретации действительности через особого рода «научную рациональность». Научная картина мира репрезентирует собой единое целое и, с точки зрения данного целого, осуществляет процедуру получения «истинных» знаний о мире. Научная картина мира особым образом опредмечивает мир, вовлекает все многообразие явлений и феноменов действительности «в прокрустово ложе» своих собственных принципов и смыслов, оформляет содержание действительности сообразно своим собственным научным эталонам.
Вообще, научная картина мира как всеобщее мировоззренческого компонента картины мира как таковой, выражает собой особое предметное отношение к действительности и может быть интерпретировано как особого рода мировоззренческое предметное отношение. Наука как особый социальный институт выстраивает логику отношения субъекта деятельности (индивидуальный субъект, коллективный субъект, человеческий род как субъект деятельности в целом) к действительности (представленной, кстати, как на уровне самого сущего, так и на уровне объекта и предметов научного познания в целом) таким образом, что данная связь начинает выражать собой ценностно-ориентированный, сугубо познавательный, творческий, эстетический и культурный аспекты. Научная картина мира представляет собой единство в многообразии многочисленных проявлений и форм научного знания. Она определяет собой особого рода систему, которая включает в себя и свои составные элементы, и структуру, и связи, определяющие логику целостности системы, формы и т.д. Научную картину мира ни в коей мере нельзя интерпретировать как простую совокупность отдельного рода принципов, законов, парадигм, понятий, теорий, концепций. Наоборот, последние, в известной мере, включают в себя то наследие всеобщего, которое и выражает «в себе и для себя» научная картина мира.
Научная картина мира как всеобщее мировоззренческого аспекта реализует себя через свое особенное, через локальные картины мира. Таким образом, локальные картины мира представляют собой особенное мировоззренческого компонента картины мира. Но локальные картины мира также выступают фундирующим основанием осуществления научной картины мира как таковой. Сама научная картина мира, реализуя «в себе и для себя» логику своего развертывания в различных локальных картинах мира (физической картине мира, химической картине мира, биологической картине мира и т.д.), эксплицирует себя и в своем единичном, в частнонаучных картинах мира.
Поэтому в качестве единичного мировоззренческого аспекта картины мира выступают различные частнонаучные картины мира, к числу которых относят механическую картину мира, электромагнитную картину мира, квантово-полевую картину мира, космологическую картину мира, синергетическую картину мира, ботаническую картину мира, зоологическую картину мира, геологическую картину мира и ряд других [8, с. 3].
Итак, в качестве основных выводов данной статьи отметим, что картина мира реализует себя в трех базовых компонентах: в онтологическом компоненте, в гносеологическом компоненте и в мировоззренческом компоненте. Последние реализуют себя не как произвольно выбранные на усмотрение исследователя структурные адепты, а как необходимые следствия интерпретации картины мира в качестве концепта понятия и понятия понятия. Также картина мира осуществляет себя на трех основных уровнях: на уровне всеобщего, на уровне особенного и на уровне единичного. На уровне всеобщего в онтологическом аспекте картина мира репрезентирует себя посредством категории бытия; на уровне особенного онтологического аспекта картина мира репрезентирует себя уже посредством категории субстанции; на уровне единичного онтологического аспекта картина мира выражает себя через понятийную экспликацию бесконечного множества различных материальных объектов.
Касательно гносеологического компонента картина мира тоже выражается на трех уровнях своей предметности. На уровне всеобщего гносеологического аспекта картина мира выражается в виде законов «диалектики», в виде всеобщих и универсальных законов функционирования и развития бытия. На уровне особенного гносеологического аспекта картина мира выражается в виде законов функционирования и развития природного бытия. На уровне единичного гносеологического аспекта картина мира выражается в виде бесконечной совокупности частнонаучных законов.
В мировоззренческом аспекте картина мира на уровне всеобщего реализуется в научной картине мира; на уровне особенного она осуществляется в локальных картинах мира; на уровне единичного картина мира реализуется во всем многообразии частнонаучных картин мира. В каждом компоненте картины мира уровни всеобщего, особенного и единичного категориально «субординированы» между собой. То есть всеобщее в каждом аспекте картины мира представляет собой общую связь, фундаментальное отношение, посредством которого обуславливаются все многообразные экспликации данной связи или отношения; особенное представляет собой основной способ осуществления всеобщего, а единичное реализует собой тот или иной частный случай, единичную форму воплощения всеобщего в своей специфической отдельной форме.