Вопрос об отношении философии Гегеля к религии в диалектическом материализме конца XIX - первой половины XX века
Павел Викторович Владимиров
Аннотация
В статье рассматриваются оценки философии Г.В. Ф. Гегеля в диалектическом материализме конца XIX - первой половины XX века в части проблемы ее отношения к религии. Обозначены основные направления интерпретаций его идей, характерные для представителей диалектического материализма. Показана взаимная противоречивость некоторых из них: в то время как в большинстве случаев поддерживаются позиции о религиозности философии Гегеля, отдельные авторы считают, что под религиозной оболочкой его концепция имела антирелигиозное содержание. Отмечается, что споры по вопросу о религиозном или антирелигиозном содержании философии Гегеля, характерные для диалектического материализма, во многом оказываются сопоставимыми с соответствующими дискуссиями в среде гегельянцев в 1830-1840-е годы.
Ключевые слова: диалектический материализм, Гегель, советская философия, философия и религия, сталинизм, марксизм
On the Question of Hegel's Philosophical Relationship to Religious Beliefs in the Dialectical Materialism of the Late XIX - First Half of the XX Century
Pavel V. Vladimirov
The article examines the assessment of Hegel's philosophy in dialectical materialism at the late XIX century and the first half of the XX century regarding the issue of its attitude towards religious beliefs. The main directions of his concept's interpretations of his ideas, which are distinctive for representatives of dialectical materialism, are outlined. The mutual inconsistency of some of them is shown: while most thinkers support the positions on the religiosity of Hegel's philosophy, some authors believe that under the religious shell his concept had anti-religious content. It has been pointed out that the debate over the religious or anti-religious content of Hegel's philosophy, characteristic of dialectical materialism, is largely comparable to the debates among Hegelians in the 1830s and 1840s. философия гегель материализм
Keywords: dialectical materialism, Hegel, Soviet philosophy, philosophy and religion, Stalinism, Marxism
Введение
Диалектический материализм долгое время был официальной философской доктриной нашей страны в советский период ее развития. При этом одним из исторических источников его формирования зачастую называлась философия Г.В. Ф. Гегеля. Однако проблематика ее восприятия не имела однозначного решения в рамках диалектического материализма, вызывая многочисленные споры среди его представителей.
Вопрос об отношении к религии является одним из аспектов комплексного исследования интерпретаций философии Гегеля в диалектическом материализме конца XIX - первой половины XX века, проведенного на базе кафедры истории зарубежной философии Российского государственного гуманитарного университета. Были проанализированы 194 произведения, отнесенных к направлению "диалектический материализм", в которых содержатся интерпретационные тезисы, касающиеся философии Гегеля. Из них были выделены те, которые характеризуют отношение философии Гегеля к религии. На основании указанной группировки выделены основные направления интерпретаций.
Основные направления интерпретаций
Направление 1: Гегель - религиозный философ. Философия Гегеля - это религия в новой оболочке.
В большинстве произведений, в которых рассматриваются соответствующие вопросы, Гегель обозначается как в целом религиозный философ. Так, например, Л.И. Аксельрод отмечает религиозный характер философии истории Гегеля, поскольку история человечества есть для него лишь форма проявления абсолютной идеи или внешнее обнаружение развивающегося абсолютного духа (Аксельрод, 1933: 62). Люди для Гегеля, в интерпретации Аксельрод, являются лишь пешками для сверхъестественной силы, командующей судьбами народов. Кроме того, утверждается, что общий итог и весь смысл философии истории Гегеля состоит в теодицее - в оправдании бога в истории, в том числе для того чтобы "примирить нас с мировой действительностью и дать нам субъективное утешение" (Аксельрод, 2010: 14). Л.И. Аксельрод отмечает значительные религиозные мотивы и в философии Гегеля в целом: для него "идея-субъект творит космос из ничего" (Аксельрод, 2010: 58), что схоже с религиозными мифами. Однако бог Гегеля (как творящий субъект) отличается от традиционного бога: он развивается, создает предметы инобытия, воспринимает и осмысливает свое творение, пытается осознать свою жизнь и т.д. В конечном счете этот бог приходит к достижению подлинной истины, заключающейся "в философском учении Гегеля, которое отразило полноту сознания абсолютной идеи". Аксельрод также отрицает при этом отнесение Гегеля к деистам, называет его философию "логическим пантеизмом", утверждает, что согласно ей "нам ничего не остается, как благодарить идею-субъект за все ее творения", и говорит о том, что "Гегель призывает нас молиться богу" (Аксельрод, 2010: 59-60) и т.д.
Схожие оценки присутствуют и в работах В.И. Ленина, который критикует Гегеля за мистицизм и "поповщину", заявляет о необходимости выкинуть из Гегеля чушь про боженьку и абсолюта и т.д. (Ленин, 1973: 93). Однако для В.И. Ленина Гегель все же поддается материалистическому прочтению, что позволяет ему говорить о возможности выделения "рационального зерна" в гегелевской философии под слоем религиозно-идеалистической шелухи.
В статье о Гегеле в первом издании Большой советской энциклопедии (1929) утверждается, что абсолютный дух, "как об этом говорит сам Гегель, есть не что иное, как бог христианской религии"1. При этом, однако, подчеркивается, что идеалистическая система Гегеля носит пантеистический характер: "Бог, или абсолютный дух, не стоит над миром или по ту сторону мира, но он имманентен миру"Большая советская энциклопедия: в 65 т. / гл. ред. О.Ю. Шмидт. М., 1929. Т. 14. С. 773. Там же. С. 774..
В.Г. Вандек и В. Тимоско в своей статье "Гегель и Кант" (1931) называют Гегеля религиозным философом. Утверждается, что он идет путем, отличным от Канта: если для последнего разум не может понять истины, которая доступна только в вере, то Гегель, наоборот, обожествляет знание, отождествляя его со знанием бога. Исследователи подчеркивают, что все категории диалектики Гегеля являются лишь "замкнутой системой развертывания абсолютной идеи, т.е. божества" (Вандек (Тер-Григорьян), Тимоско, 1931: 140).
Один из ведущих представителей диалектического материализма 1930-х годов М.Б. Митин также придерживается позиции о религиозности философии Гегеля, называя предложенное им решение проблемы соотношения бытия и мышления "наукообразным богословием"Диалектический и исторический материализм: учебник для комвузов и втузов: в 2 ч. / под ред. М.Б. Митина. М., 1933. Ч. 1. С. 74., а всю диалектику Гегеля - богословскойТам же. С. 102..
Религиозный характер философии Гегеля нередко отмечается в отношении природы. Так, например, А.А. Максимов считает, что для Гегеля она представляет собой созерцающую себя идею (природа как идея в форме инобытия). Исследователь утверждает при этом, что "абсолютная идея Гегеля - это псевдоним бога". Таким образом, природа оказывается для Гегеля сотворенной богом, а в основу философии природы кладется неразумный, мистический момент: "Все его рассуждения на этот счет есть лишь новое издание старой библейской сказки о том, как бог сотворил мир" (Максимов, 1935: 79).
Абсолютный идеализм Гегеля в целом зачастую трактуется как новая форма религиозности. Например, Б.Э. Быховский отмечает идейное родство гегелевской философии с религией: "Гегель прямо признает, что абсолютный идеализм есть не что иное, как утонченное, рафинированное, облеченное в наукообразную, логическую форму религиозное мировоззрение" (Быховский, 1941: 66).
Похожие оценки были озвучены и в рамках философской дискуссии 1947 г. Так, например, З.Я. Белецкий утверждал, что Гегель ставил своей задачей подчинить науку религии 1. В.И. Светлов отмечал, что гегелевская философия- это религия в новой оболочке, видоизмененная в соответствии с реалиями конца XVIII - начала XIX века. Старый бог, по мнению Светлова, Гегеля уже не устраивает, поэтому гегелевский бог - более тонкий, всюду проникающий, сходный с протестантскимДискуссия по книге Г.Ф. Александрова "История западноевропейской философии", 16-25 июня 1947 г. стенографический отчет // Вопросы философии. 1947. № 1. С. 324. Там же. С. 57.. Б.А. Чагин замечает, что в философии Гегеля с самого начала "текла дурная кровь" теологииТам же. С. 198.. П.А. Шария утверждает, что гегелевская философская система в целом есть "служанка религии в новой форме"Там же. С. 169. и т.д.
По итогам дискуссии 1947 года общие позиции по отношению к Гегелю в советской философии становятся более критическими. Это отражается и на проблематике интерпретаций вопроса о религиозности философии Гегеля, которая, как правило, обозначается как проникнутая религиозным мистицизмом, выступающая в наукообразной форме "поповщина" и т.п. Скажем, в программной работе 1951 года "Исторический материализм" Ф.В. Константинов подчеркивает, что философия истории Гегеля насквозь проникнута мистикой и фатализмом, а также является, в сущности, замаскированной теологией (Исторический материализм..., 1951). Утверждается, что Гегель придерживается религиозной концепции предопределения и провиденциализма: весь ход исторических событий объясняется им волей сверхъестественной силы, провидения, бога (Исторический материализм..., 1951: 13). Другим примером может служить позиция М.М. Розенталя, отраженная в книге "Марксистский диалектический метод" (1952), где отмечается, что Гегель под видом абсолютной идеи "протаскивает" в философию бога в завуалированной, тонкой форме (Розенталь, 1952: 33) и т.д.
Направление 2: Гегеля нельзя однозначно называть религиозным философом. Его концепцию неправильно воспринимать как просто новую форму религии. В ней есть и антирелигиозные мотивы. В философии Гегеля под религиозной формой скрыто в том числе и антирелигиозное содержание.
Некоторые исследователи придерживаются иной позиции по вопросу об отношении Гегеля к религии. Так, в относительно ранних периодах развития диалектического материализма было распространено мнение о близости диалектики Гегеля к теории Маркса и Энгельса; также утверждалась возможность беспроблемного "перевода" гегелевских текстов на материалистический язык.
Один из известных представителей диалектического материализма ранних периодов его развития А.М. Деборин утверждал, что "абсолютный дух" Гегеля в действительности является не чем иным, как природой в спекулятивно-теологической оболочке. Отмечается, что, по словам Энгельса, "гегелевская система оказалась, и по методу, и по содержанию, - перевернутым вверх дном материализмом" (Деборин, 1931: 207). При этом он же подчеркивал, что, несмотря на то, что гегелевская абсолютная идея, данная в абстрактной форме (в качестве элемента мышления), есть не что иное как понятие бога, а вся система Гегеля - теология (но в рационализировано-спекулятивной форме), тем не менее, внутренние противоречия философии Гегеля позволяют назвать ее отрицанием теологии на почве теологии, а гегелевского бога - атеистическим богом (Деборин, 1922: 16).
Другим примером указанного направления интерпретаций может служить работа Н. Звенигородцева "Гегель и современные неогегельянцы" (1928), в которой автор критикует попытку отдельных представителей неогегельянства трактовать Гегеля в религиозном ключе. По мнению Н. Звенигородцева, "для Гегеля религия есть преодоленная точка зрения, философия в смысле разумного познания призвана заменить религию" (Звенигородцев, 1928: 39). Утверждается, что для Гегеля мир не имеет никакой тайны, а для его познания не требуется никакого откровения, поскольку "все может стать явным для пытливого ума" (Звенигородцев, 1928: 39). Исследователь подчеркивает, что о религии, а в особенности о христианстве, Гегель высказывался "местами очень отрицательно" (Звенигородцев, 1928: 39). Более того, Н. Звенигородцев приходит к выводу, что "философия Гегеля антирелигиозна по существу, враждебна самому религиозному сознанию" (Звенигородцев, 1928: 43). Утверждается, что она также "враждебна и идеализму, если понимать его не эклектически путано и смутно, а точно и строго" (Звенигородцев, 1928: 43). Последовательное гегельянство, по мнению Н. Звенигородцева, приводит нас к антиидеалисти- ческим выводам: "Нет личного бессмертия, нет бога как самосознающей себя личности" (Звенигородцев, 1928: 43). Исследователь утверждает, что "гегельянство заставило порвать с основами спиритуализма, со всякого рода дуализмом, порвать с мифологическими представлениями о человечестве и мире" (Звенигородцев, 1928: 43).
Иногда звучат и тезисы об отсутствии у Гегеля возможности высказать открыто и напрямую свои антирелигиозные взгляды, в связи с чем он вынужден был скрывать их, пользуясь религиозной терминологией. Например, В.В. Адоратский в 1929 году в своем докладе на Второй Всесоюзной конференции марксистско-ленинских научно-исследовательских учреждений утверждает, что главной тайной философии Гегеля было то, что она есть "прямая противоположность тому, что называют благочестием и страхом божьим" (Адоратский, 1929: 198). В философии Гегеля В.В. Адоратский видит завуалированные атеистические тенденции, намеренно скрытые Гегелем за темным и запутанным стилем изложения своей философии ("потому что он не всегда хотел, чтобы его все понимали" (Адоратский, 1929: 198)).
Позиции о близости философии Гегеля к атеизму были относительно распространены и в 1930-х годах. Так, скажем, В.Н. Ральцевич в работе 1931 года "Гегель как идеолог буржуазии" в качестве положительного значения философии Гегеля отмечает облегчение задачи критики идеализма и религии с материалистической и атеистической точек зрения ("от теологической гегелевской философии был один шаг к отрицанию всякой религии, к атеизму", "Гегель [...] допускал возможность атеистических выводов из своей умозрительной философии", "в сочинениях Гегеля нельзя было найти ни одного места, в котором бы допускалось личное бессмертие" и т.д. (Ральцевич, 1931: 98)).