Вопрос об изобразимости Пресвятой Троицы в иконологии русского зарубежья
Моторин А.В.
24 декабря 2012 года "храм Святой Троицы открыт в Южно-Курильске на острове Кунашир. "Самый красивый православный храм построен на физической и духовной границе нашего государства", - отметил на церемонии открытия храма в выходные епископ Южно-Сахалинский и Курильский Тихон. <...> Стены храма в старославянском стиле расписывали семь художников из Волгодонска. Они же золотили каменно-литой иконостас. <...> Колокола изготовили на колокололитейном заводе "Пятков и Ко" в Каменск-Уральске. На колоколах отлиты изображения икон Святой Троицы преподобного Андрея Рублева, Божьей Матери, святителей Николая Японского и Тихона Воронежского, Задонского Чудотворца и других святых" http://www.sedmitza.ru/text/3375938.html.. В сени над царскими вратами помещен большой образ Пресвятой Троицы. На духовно-мистическом, символическом уровне бытия образ Пресвятой Троицы хранит теперь крайние восточные пределы российской державы и на волнах благовеста достигает берегов Японии.
Вопрос об изобразимости Пресвятой Троицы - первостепенно важный для жизни Православной Церкви. С начальных веков христианства он так или иначе решался в богословии, а также в иконографии, причем те или иные решения в этих областях с тех пор прямо включаются в само богослужение и воздействуют на его ход. В целом Церковь как до разделения на Восточную и Западную, так и несколько веков позже по умолчанию одобряла подобные образы и использовала их в богослужении. Чтобы лучше понять различные подходы к решению данного вопроса в иконологии Русского Зарубежья, следует кратко обозреть его историю в русском Отечестве.
На Руси храмы во имя Пресвятой Троицы строятся со времен святой равноапостольной княгини Ольги (середина X века). Довольно много их появляется в XI - XII веках, затем начиная с XIV века вплоть до нашего времени. Существование храма предполагает и наличие главного храмового образа. Эти ранние древнерусские образы Пресвятой Троицы до нас не дошли, хотя понятно, что Русь на волнах новообретаемой веры могла заимствовать уже сложившуюся к X веку в Византии и на Западе определенную иконографию.
Одно из ранних свидетельств наличия образов Пресвятой Троицы на Руси находим в Житии преподобного Сергия Радонежского, написанном его учеником преподобным Епифанием Премудрым в начале XV века по своим сделанным ранее записям. Святой Сергий после поставления игуменом, а также иереем (между 1353 - 1355 годами) молился перед иконой Пресвятой Троицы в одноименном храме, воздвигнутом незадолго до того его совместными с братом Стефаном трудами. В молитве преподобного, пересказанной в Житии, содержится, быть может, самое раннее, самое краткое и самое глубокое русское богословие Пресвятой Троицы во образе Трех Ангелов за престолом. Созерцая икону, святой Сергий молит Бога, "дабы далъ несуменно смение у престола славы стати Живоначалныя Троица и къснутися рукама Агнца Божия, за мир заколеннаго Христа, Сына Божия" Памятники литературы Древней Руси: XIV - середина XV века. М., 1981. С. 330..
Богословские споры по вопросу об изобразимости Пресвятой Троицы начинаются в России с конца XV века, когда впервые наметилась, а затем к середине XVI века вполне определилась точка зрения, не допускающая подобных изображений. Яркую защиту иконография Пресвятой Троицы получила в трудах преподобного Иосифа Волоцкого и затем ее поддержал и провозгласил на церковных соборах 1551 и 1553-1554 годов святитель Макарий, митрополит Московский. троица образ церковь
Так, преподобный Иосиф изображения Святой Троицы считает венцом священного живописания: изображать Троицу нужно "того ради, яже бо невозможно есть нам зрети телесныма очима, сих созерцаем духовне ради иконнаго въображения" Иосиф Волоцкий, преп. Послание иконописцу // Казакова Н.А., Лурье Я.С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV - начала XV веков. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1955. Приложение. С. 336.. Святитель Макарий на Соборе 1553-1554 годов, в частности, заметил, что иконописцы с древнейших времен живописуют Бога Отца не по существу (божеству, природе, естеству), а "якоже святии пророци видеша и святии отцы, в образе Господа Саваофа пишут по человечеству" Розыск, или Список о богохульных строках и о сумнении святых честных икон, диака Ивана Михайлова, сына Висковатого в лето 7062 (1554). С предисл. О. Бодянского. С рукописи Волоколамского монастыря // Чтения императорского общества истории и древностей российских при Московском университете. 1858. Кн. 2. Отд. 3. С. 36.. Поскольку же Бог многократно благоволил являться святым не только "по человечеству", то и все подобные образы богоявлений могут быть прообразами для иконного живописания: "Яко же убо не является, еже есть, но еже может видяй видети, сего ради овогда убо стар является, овогда же юн, овогда во огни, овогда же в хладе, овогда в ветре, овогда в воде, овогда же в оружиих, не прелогая Свое Существо, но воображаа зрак различию подлежащих" Розыск, или Список о богохульных строках. С. 19.. Здесь святитель воспроизводит суждение святого Иоанна Златоуста из Слова Преста Царица одесную тебе Великие Минеи Четии, собранные Всероссийским митрополитом Макарием. Вып.7. Ноябрь. Дни 13 - 15. СПб., 1899. Стлб. 1145. Иосиф Волоцкий, преп. Послание иконописцу. С. 372., как ранее это сделал преподобный Иосиф Волоцкий в третьем Слове Послания к иконописцу 3.
Противоположную точку зрения, согласно которой Бога Отца, а соответственно и Пресвятую Троицу, изображать нельзя, высказал в середине XVI века посольский дьяк Иван Висковатый. Впрочем, по итогам споров на Соборе 1553-1554 годов, дьяк признался, что упрекая своих противников, подменил понятия Божества (то есть непостижимой Божественной сущности, естества) и Богоявления: "Мнел <...>, что неописанное Божество исписуют" Розыск, или Список о богохульных строках. С. 32. См. так же: Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. [М.; Переславль]: Изд-во братства во имя св. кн. Александра Невского; СвятоТроицкий Ново-Голутвин монастырь, 1997. С. 360..
Большой Московский собор 1666-1667 годов высказался по вопросу противоречиво: с одной стороны, поддержал мнение Висковатого и даже осудил решения Собора 1551 года, а с другой, в целом ряде положений вернулся к богословским доводам Собора 1553-1554 годов: можно живописать Бога "в явлениях", описанных в Священном Писании и церковном предании (значит, Святого Духа можно изображать в виде голубя на иконах Крещения Господня, а Бога Отца - в виде Ангела на иконах Святой Троицы). Более того, допускались и образы Бога Отца по достоверным видениям: "Точию в Апокалипсисе святого Иоанна по нужде пишется и Отец в седине, ради тамошних видений" Деяния московских соборов 1666 и 1667 годов... См.: Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. С. 443. Дозволение этого собора писать по видениям, между тем, всего лишь повторяет без особого развития богословие VII Вселенского собора.
Таким образом, в период споров XVI - XVII веков обычай живописать Пресвятую Троицу вполне утвердился в Русской Православной Церкви.
Однако за рубежами России, в рассеянии XX века разнообразие иконологических мнений вновь расцвело, явив прежнее противостояние двух основных взглядов.
Так, о. Сергий Булкаков придерживается линии святителя Макария: "Иконы имеют своим предметом изображение Христа, а в связи с Ним даже и Св. Троицы (в частности, в виде явления трех ангелов Аврааму при дубе Мамврийском), Богоматери, ангелов и святых" Сергий Булгаков. Икона и иконопочитание в Православии // Сергий Булгаков. Православие. Очерки учения
Православной Церкви. Paris: YMCA-PRESS, 1964. http://www.kph.npu.edu.ua/le-
book/clasik/data/misc/bulgakov prav.html..
Л.А. Успенский в своей книге Богословие иконы Православной Церкви выступает на стороне Висковатого касательно невозможности изображений Бога Отца, однако, он, тем не менее, признал, что основной довод святителя Макария об изобразимости Богоявлений, а не Самого Божества "оказался настолько неотразимым, что проходит красной нитью у всех защитников изображения Бога-Отца и не потерял силы до наших дней" Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. С. 360.. Да и образ Святой Троицы, основанный на явлении Трех Ангелов Аврааму, автор считает "высшим выражением православной триадологии в искусстве - образом Откровения триединого Бога, равночестности лиц и промыслительного действия Божия в мире". При этом он с сочувствием приводит слова прот. А. Шмемана об "иконе всех икон", "рублевской Троице, чудо которой в том, что будучи отображением Трех, она есть в глубочайшем смысле этого слова икона, то есть откровение, явление и видение Единства как самой Божественной жизни, как Сущего" См. Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. С. 633. Шмеман А. Евхаристия - Таинство Царства. Париж, 1984.. Сам Л.А. Успенский считает такую икону "символической" Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. С. 633..
Инок Григорий (Круг) так же употребляет понятие символического изображения Пресвятой Троицы и соответствующего восприятия возникающих образов: "Ангелам на иконе Троицы приданы человеческие черты, но не следует понимать эту человечность как нечто относящееся к самой природе Божества. <...> Образ человеческий и образ ангельский взят для изображения Святой Троицы не потому, что в самой божественной природе есть нечто подобное, но потому, что такой образ (из того, что доступно воображению) указан нам в самом явлении трех Ангелов Аврааму. И лишь предельно символически может пониматься этот образ, и лишь так может быть мыслимо изображение всех трех Лиц" Григорий (Круг), инок. О изображении Святой Троицы // Григорий (Круг). Мысли об иконе. Париж, 1978. С. 32-43. http://mindraw.web.ru/bibl_icon-tr.htm.. Признает инок Григорий и возможность изображений Бога Отца с Сыном по видению пророка Даниила (с добавлением еще и образа Духа Свята в виде голубя: "<...> близость Господа Саваофа к своему избранному народу была в первую очередь близостью к пророкам. Бог Отец как бы давал Себя созерцать, являл Свой образ с возможной ясностью, и быть может, одно из наиболее полных откровений было дано пророку Даниилу в видении суда, в котором Бог Отец как бы духовно начертывает Свой образ, являет Свой Отеческий Лик <...> (VII, 9, 13, 14)". Однако он считает, что "такое изображение Святой Троицы не облекается в небесную славу, не сияет равночестным единством, становится горой, не имеющей белоснежной вершины" Инок Григорий (Круг). Об изображении Бога Отца в Православной Церкви // Григорий (Круг). Мысли об иконе....
Символический подход следует признать основным для иконологии в целом с учетом того, что по корневому смыслу слова символ означает соединение двух частей, а в христианском понимании это соединение мира небесного, вечного, духовного и земного, временного, материального. В этом смысле всякая подлинная икона символична.
Символического подхода по-своему придерживается декан Свято- Сергиевского православного богословского института в Париже протопресвитер Борис Бобринский: "Образ этот (Святой Троицы как трех Ангелов. - А.М.) не является "иконой Троицы" в строгом смысле этого слова. В подлинном иконографическом предании никогда не изображают ни Отца, ни Духа в человеческом облике, ибо они не воплощены, не вочеловечились и потому не изобразимы. Икона эта имеет особый статус, она символична, так как изображает ветхозаветный образ пришествия Христа, в
Котором почивают в полноте и Отец, и Дух" Бобринский Борис, протопресвитер. Тайна Пресвятой Троицы: Курс догматического богословия. М., 2005. С. 154..
Протоиерей Николай Озолин, профессор Свято-Сергиевского Православного богословского института (Париж) в работе Об описуемости божественной Ипостаси Спасителя наиболее последовательно
восстанавливает и богословски развивает суждения, высказанные еще дьяком Висковатым. Он считает, что категорическая неизобразимость, неописуемость Пресвятой Троицы относится "не только к усии-сущности, или природе, общей всем трем Лицам, но также к трем ипостасям как божественным Личностям" Икона и образ, иконичность и словесность: Сборник статей. М., 2007. С. 8..
Исходя из этого "апофатизма", "гарантирующего божественную трансцендентность", автор полностью отрицает изобразимость Бога Отца, ссылаясь при этом на запреты изображений, данные Богом иудеям через пророка Моисея. Отдельные образы Святого Духа он допускает в том виде, "который Он Сам выбирал в каждом отдельном случае Своего теофанического явления" Икона и образ. М., 2007. С. 12..
При этом "не существует Его личного образа", но вместе с тем, Его Личность ""стушевывается" без всякого ипостасного (то есть опять же личного. - А.М.) "умаления"". Наконец, только при изображении Христа во плоти человеческой "видимое человечество Христа становится "местом явления" Его невидимого Божества", и божественная Ипостась Христа при этом оказывается описуемой.
Автор ссылается здесь на преподобных Феодора Студита и Максима Исповедника. Согласно этим Святым Отцам, и во Христе Его Божественное Лицо лишь частично раскрывается в человеческой природе, а сущность вообще неизобразима.
Таким образом, с учетом "категорического апофатизма Божественной неописуемости" получается, что христианам доступно ограниченное личное общение только со Христом, а известные молитвы "Отче наш..." и "Царю небесный...", прямо обращающие человека к двум другим Лицам Пресвятой Троицы упираются в преграду трансцендентности Божества. Следуя своей логике, автор находит сильные выражения против образов Пресвятой Троицы и Бога Отца: "Всякий раз, когда мы видим антропоморфический образ Бога Отца в православном храме, перед нами тяжкий грех против догмата иконопочитания, ибо такое изображение является отрицанием самой иконы" Икона и образ... М., 2007. С. 9. Лепахин В.В. Икона Пресвятой Троицы: богословские проблемы иконографии // Андрей Рублев и мир русской культуры: К 650-летию со дня рождения. Калининград, 2011. С. 26, 39.
72.
В.В. Лепахин в своих работах стремится избегать крайностей, идти царским срединным путем в решении вопроса об изобразимости Пресвятой Троицы. В работе "Учение преп. Иосифа Волоцкого о Пресвятой Троице" он тщательно и, можно сказать, с любовью излагает учение преподобного отца в пользу изобразимости Пресвятой Троицы. Как беспристрастный исследователь, автор стремится найти слабые места в доводах преподобного Иосифа, но не находит.